Дай мне себя.

— Ты уверен, что не хочешь заявить на него? — Минхо говорил тихо, хоть была ночь, но еще не все жители общежития спали, — Тебе разве не хочется наказать его? — старший злился, считал, что Пак слишком легко отделался. Он шел быстрым шагом за Хенджином, который кажется его даже не слушал. — Хен, я не хочу… — младший тяжело вздохнул и остановился, — Он знает о нас… Я не хочу чтобы мои родители узнали об этом… По крайней мере от него. Я хочу забыть об этом…— Хенджину было тяжело, тошнота подходила к горлу всякий раз, как он думал о директоре. — Ладно, я понял, — Минхо был немного растерян, он не хотел давить на младшего, но и оставлять все так тоже не хотелось. Этот ублюдок слишком мало заплатил за свои поступки. Они направлялись в гостевую комнату, где останутся на ночь. Хенджин хотел бы уехать отсюда, но было уже очень поздно и хен был с ним рядом, поэтому ему было спокойнее. *** — Крис, блять, успокойся! — у Хана сдавали нервы, гнев лидера ему безусловно нравился, но вот время было не подходящим, — Ты только вышел из больницы! Опять хочешь туда отправиться? — Я больше не могу это терпеть Хан! Я всю тренировку сдерживался, чтобы ничего не сорвать! Он здесь! Опять! Я что должен просто лечь по-твоему спать? — Чан сходил с ума от злости, она доводила его до бешенства. Хенджин ответил ему, но этот ебаный Минхо даже не дал им поговорить. — Да блять, ты просто должен лечь спать, — Джисон закатывал глаза стоя возле двери в комнате Криса, — Мне что остаться с тобой на ночь, чтобы ты глупостей не наделал? — Я хочу просто увидеть его и поговорить, без этого блять Минхо! — Чан ходил из угла в угол, такой расклад его совершенно не устраивал. — Крис, ты вообще не соображаешь? Он не пойдет с тобой никуда разговаривать наедине, забыл? Минхо не отходит от него не на шаг, если ты придешь к ним сам же знаешь что будет, — Джисон устал, его голова раскалывалась от всего этого, но нельзя дать Чану вновь попасть в больницу, по крайней мере пока, после осуществления плана уже плевать что с ним будет. — Я не усну Хан, я не знаю куда себя деть, — вздыхая лидер садится на постель и смотрит другу в глаза, словно ждет чего-то, словно надеется что ему дадут совет. — Ложись спать Крис, ладно? Я очень устал и последнее чем бы я хотел заниматься это бегать за тобой по общежитию и разнимать вас с Минхо, — Хан пересилил себя и выдавил улыбку, — Я ведь беспокоюсь о тебе, дружище, у нас есть план, я помогу тебе вернуть его. — Ты прав, я понимаю, что мне стоит стать сдержаннее, но это так сложно… Минхо совсем ахуел, он лапает его даже на тренировке, при всех, — сжимая простынь в кулак Чан отворачивается, пытаясь подавить очередное желание сорваться с места и отправиться к Хенджину. — Да, это сложно, — Хан устало открывает дверь думая о том, что от одного только вида Хенджина его передергивает. Он словно паразит, поселившейся у Минхо в сердце, — Увидимся завтра, сладких снов. И не натвори глупостей. Джисон покидает комнату, оставляя лидера наедине со своими демонами, которые не желают сдерживаться, которые полностью управляют его эмоциями сейчас. *** — Хен, ты не видел мой крем и тонер? Я помню, что точно оставлял их здесь, — младший стоял в ванной комнате ничего не понимая, он пытался найти хоть одно уходовое средство для лица. — Нет, я ничего не трогал, может кто-то взял из ребят? — Минхо заглянул за ванну, помогая с поисками, но ничего не нашел, — Пользуйся моими, завтра закажем тебе новые, — он погладил парня по спине и подойдя сзади ближе чмокнул в шею. — Хорошо хен, — младший прикрыл глаза прижимаясь спиной к Минхо, — Не ругайся пожалуйста с Крисом, ладно? — Заступаешься за него? — старший нахмурился сжимая чужие бедра. — Нет… Просто он только вышел из больницы и… Я уже боюсь когда вы оба находитесь рядом, — честно признался парень немного напрягаясь от этой темы. — Ты слишком добрый, котенок, — Минхо ослабил хватку, но руки убирать не стал. Он не мог злится на Хенджина и не хотел. — Крис хороший человек и он всегда помогал мне, хен… Все совершают ошибки, но ведь от этого они не становятся плохими, — Хенджин говорил шепотом, наслаждаясь частыми поцелуями в шею. — Хороший не хороший он ведет себя как животное, — спокойно произнес старший, запуская теплые ладони под футболку парня, — Примешь ванну? А я могу сделать тебе горячий шоколад, — Минхо шептал в шею пуская стаю мурашек по бледной коже. — Ммм, горячий шоколад — это очень соблазнительно, — тело моментально отзывалось на простые ласки, уже до боли родного человека, — А потом присоединишься ко мне? — Если ты позволишь, — старший прижимал Хенджина ближе, жадно обнимая его и вдыхая запах его волос. — Тогда я буду ждать тебя, — младший широко улыбнулся, поворачиваясь к Минхо лицом, смотря прямо в душу, — Возвращайся скорее, — прошептал он в губы и слегка чмокнул, со всей нежностью, что была сейчас у него в сердце. В коридоре было шумно, Минхо вспотел после тренировки и одежда в данный момент времени его нервировала, поэтому он снял грязную футболку и бродил по общежитию в одних спортивных штанах. В кухне было тихо и просторно, но не уютно. Старший всегда чувствовал себя здесь не в своей тарелке, особенно в последнее время. Кружки нашлись быстрее, чем пакетики горячего шоколада. Он не очень любил сладкое, поэтому сделал себе зеленый чай, и приступил к напитку для Хенджина. У Минхо был феноменальный слух и чутье, поэтому, когда он услышал неуловимый для большинства шорок тут же обернулся. Это был Хан. Он стоял как вкопанный с бледным лицом и уставшими глазами, которые округлились от испуга? Парень явно не ожидал вот так вот столкнутся с Лино, но старший лишь отвернулся, не сказав ни слова, продолжая готовить горячий шоколад. Запах распространился по всему первому этажу, а Джисон все стоял, смотря в спину старшему не в силах пошевелится. — Так и будешь стоять как статуя? — довольно холодно произнес Минхо, а у Хана пробежали противные мурашки по телу, толи от страха, толи от неожиданности. Минхо не разговаривал с ним так давно, а сейчас стоит на их кухне, весь такой домашний, без футболки. Его тело немного влажное от пота и он кажется таким горячим сейчас. Хан невольно сглотнул и собрал в себе все силы, чтобы ответить хоть что-то. — Не ожидал здесь увидеть тебя, — парень прочистил горло, но его голос все равно звучал неуверенно. — Разве? А я думал ты догадаешься, что я останусь на ночь, — Минхо отвечал равнодушно и совершенно не смотрел на собеседника, он убирал все лишнее со столешницы. — Как дела? — Хан еле выдавил из себя эти слова и тут же зажмурился, ругая себя за то, что вообще спросил это. Как же глупо это выглядит и звучит сейчас, но так не хотелось, чтобы Минхо ушел. Вдруг есть шанс поговорить с ним хоть немного. — Хорошо, — старший убирал на место листовой чай, а Джисон осмелился подойти ближе и встал с боку, прижимаясь поясницей к столешнице. Он был так близко и глаза невольно блуждали по обнаженному торсу, груди и сильным плечам… — Устал? — еще один тупой вопрос, но Хан старался как мог задержать его подольше. Его тело было напряженным, как и он сам, а Минхо это считывал, ощущал кожей. Он взял в руки две кружки с горячими напитками и наконец повернулся к Джисону лицом, у Хана все слова вмиг пропали из головы. Его словно ебнуло током, стоило ему посмотреть в эти холодные и такие прекрасные глаза. — Со мной все в порядке, — опять холодно произнес брюнет и наконец отвернулся. Он был так близко, и Хан вновь опустил взгляд на его тело. Хотелось коснутся его руками, прижаться к его груди и утонуть в этих крепких объятиях. Но его быстро вернуло к реальности, грубо и больно, когда он увидел много мелких царапин и покраснений в области плеч Минхо. Сложно не догадаться откуда они появились, а Хан был не глуп. Когда Минхо отвернулся, Джисон и на спине увидел эти царапины. Он был уверен, что это следы от ногтей Хенджина. Вблизи все было видно так четко и хорошо, что Хан резко отвернулся, он сжал руки в кулак, пытаясь подавить в себе гнев, пока старший спокойно поднимался на верх по лестнице и осторожно нес два напитка тому, кого Хан уже был готов убить. *** — Удобно? — старший обнял младшего со спины, прижимая к своей груди, целуя его в плечо и положил руки ему на животик. Хенджину нравилось вот так чувствовать Минхо, лежа в горячей ванной с пеной. — Очень, — младший прошептал в ответ и расслабился, положив голову хену на грудь, он закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями своего возлюбленного. Эта нежность разбивала его и вызывала сильные желания, на грани безумия. Он моментально возбуждался и хотел большего, — Хен, я хочу, чтобы ты не сдерживался…. Как тогда, в душевых, — Хенджин говорил шепотом, но его сбитое дыхание выдавало его, — Я хочу снова сойти с ума от этих ощущений…. — Котенок, ты такой горячий сейчас, — Минхо моментально считывал желания своего мальчика, чувствовал на физическом уровне и заводился как по щелчку. Податливость и покорность Хенджина размазывали его, и он готов был выполнять любые прихоти этого хрупкого парня, — Ты уверен, что готов к этому? — Нет, хен… Я никогда не буду к этому готов, но я хочу… — Хенджин выгнул спину и провел рукой по своему, уже твердому органу, тихо простонав, — Я не хочу чтобы ты сдерживался, хочу чтобы ты взял меня, ты можешь быть грубым, я не против, — младший кусал губы, а его щеки были красными от смущения, он касался кончиками пальцев своей чувствительной головки и вздрагивал, радуясь тому, что хен не видит его сейчас. Ведь тогда он сгорел бы от стыда, но слова сами рвались на свободу и соединяли звуки в слова, он и сам не знал почему сейчас ведет себя так, возможно виной тому сильный стресс? А может быть ему хотелось отключиться окончательно и не думать о директоре и об этом хейте, от которого хотелось повеситься…. Хенджин хотел сойти с ума в руках того, с кем чувствовал безопасность, кому доверял всего себя не боясь. Хотел, чтобы хен выбил из него все накопившийся слезы, всю боль и все отчаяние из его тела. Хотел очиститься, опустошиться, отдать все эмоции тому, кого любит, разделить это с ним и раствориться в удовольствии. Стереть любые следы и даже липкие взгляды этого мерзкого директора с себя, запаковаться в Минхо и стать одним целым… — Ты сводишь меня с ума, — у старшего отключается мозг, руки сами тянутся к упругим ягодицам, сжимая их, слушая нетерпеливый тихий стон. — Ты можешь связать меня, хен… Пожалуйста, я хочу попробовать все, — Хенджин послушно сел на ладонь старшего, чтобы тому было удобнее, вода так приятно ощущалась кожей и эта нежность превращала его мозг в кашу, ему хотелось почувствовать всю силу Минхо, быть слабым и нуждающимся в нем, хотелось что бы именно он сделал с ним все это, — Я хочу чтобы ты не боялся, хен… Минхо уже соображал плохо, он провел указательным пальцем по дырочке младшего и встал на ноги, вылез из ванны и подхватил Хенджина на руки. Тот уже совершенно не думал о стеснении и впился своими горячими пухлыми губами в губы Минхо. Целовал его жадно и влажно, часто дышал, сжимая чужие сильные плечи и желал большего. Старший не понимал что происходит с Хенджином, но на каком-то тонком уровне ощущал все до дикости правильным. Что это необходимо дать ему сейчас. Он быстро оказался возле постели и рывком откинул плед в сторону, укладывая Хенджина на спину. Его тело было горячим и нуждалось в ласках, а у Минхо сводило челюсть от этой картины. Скорее хотелось ощутить весь этот жар, все это желание и подарить удовольствие, утопить его в нем, испить каждый вздох и стон, до последней капли. Он достал ремень из своих джинс, которые лежали на спинке стула и встав на колени у изголовья кровати, взял в руки чужие запястья. Не получив ни малейшего сопротивления, старший хорошо зафиксировал их ремнем над головой парня и вздрогнул от неожиданности. Хенджин тянулся к его бедрам и целовал его в тазовую кость, слегка облизывая кожу, это казалось ему таким диким и возбуждающим. — Дай мне его, хен… — младший кусал губы и горячо дышал, смотря на Минхо снизу-вверх. Он был таким беззащитным. — Ты уверен? — у старшего внизу живота все горело, а член уже болезненно пульсировал от всей этой картины и когда младший кивнул, опуская взгляд на твердый орган, Минхо послушно забрался сверху. Его ноги были по разные стороны плеч младшего, а пах на уровне его лица, — Дай знать если захочешь остановиться, хорошо? — Хенджин нетерпеливо кивнул и коснулся губами члена, накрыл ими влажную головку и начал посасывать ее, чувствуя вкус своего хена. Минхо унесло от этих ярких ощущений, он простонал в голос и оперся руками о стену, чтобы не потерять равновесие и не сесть на грудную клетку младшего. Хенджин вбирал целиком, но ему было не очень удобно, от того, что он был хорошо зафиксирован и привязанные руки мешали ему быстро двигать головой, шея затекала. Минхо сам начал двигаться во влажный и горячий рот парня, наблюдая за реакцией его тела. Хенджин мычал, принимая послушно и стараясь расслабить челюсть для хена, чтобы ему было удобнее. Его так возбуждал факт того, что Минхо трахает его в рот, пока он почти обездвиженный ничего не может сделать. Слюна вместе со смазкой капали по щекам и подбородку пока старший ускорялся. Он уже плохо себя контролировал, поэтому входил далеко, чувствуя узость чужой глотки, громко стонал и от этих хлюпающих звуков сходил с ума. Хенджин как мог сжимал губы, чтобы как можно лучше стимулировать орган и делать приятнее, он ощущал вздувшиеся венки языком, они пульсировали так ощутимо. Хенджин слизывал и пытался глотать всю смазку, которую выделял старший, этот вкус возбуждал сейчас сильнее всего. Он покорно лежал, пока хен имел его в рот и чувствовал, как течет от желания. В какой-то момент Хенджину стало трудно дышать, и он внезапно чуть не захлебнулся, когда Минхо вжался в его лицо пахом и остался глубоко. Горло сжималось рефлекторно, стимулируя член старшего, пока он кончал и его тело вздрагивало от удовольствия, а Хенджин не дышал, сглатывая вязкую жидкость. Когда Минхо вынул изо рта член, Хенджин поднял голову и отвернул ее в сторону, жадно хватая губами воздух и закашливаясь. Его лицо блестело от смазки и слюны, взгляд был мутным. — Все хорошо? — старший наклонился, проводя ладонью по груди Хенджина, внимательно наблюдая за ним. — Да, хен… Прошу тебя не сдерживайся… Пожалуйста, — младший облизывает губы, чувствуя, что все его лицо измазано смазкой и выгибается в спине. Он сам не понимает что с ним происходит, но чувствует как пылает на этих простынях, как огонь, что горит в нем и разрывает его тело, он не знает куда себя деть. Минхо смотрит с нежностью и устраивается между ног младшего, сгибает их в колени и расставляет шире, рассматривает его, облизывая губы. Его дырочка блестит от смазки, как и член. Минхо проводит рукой по горячему органу и слышит капризный стон. — Ты такой горячий, — шепчет тихо, заставляя младшего замереть, чтобы тот смог его услышать, а после касается губами его твердых розовых сосков и начинает жадно посасывать их поочередно, лаская языком чувствительную кожу. Хенджин сладко стонет и машинально расставляет ноги шире, он закрывает глаза и наслаждается этими ласками. Тело отзывается легко, словно не принадлежит ему вовсе. — Хен… Не отпускай меня… Прошу тебя…— учащенно дыша Хенджин облизывает губы и ерзает под телом старшего, пока тот старательно выцеловывает его тело, спускаясь ниже и ниже. Проводит языком по низу животика и спускается к паху. Мягко чмокает влажную головку члена, от чего Хенджин дергается, словно его ебнуло током, а после касается губами дырочки. Мажет по ней языком и проникает им в чужое тело, резко и сразу, ощущая мокрые и горячие стенки внутри. Хенджин еще узкий, но мышцы расслаблены от возбуждения. Минхо крепко фиксирует бедра, начиная проникать языком глубже, а Хенджин теряется, слегка сжимая его голову между своих ног. — Тише, котенок, расслабься, — шепчет старший и вновь входит в него языком, вылизывает его внутри и снаружи, пока блондин сходит с ума и кусает до крови свои пухлые губы. — Боже… Пожалуйста….пожалуйста, хееен…. — младший теряет над собой контроль и начинает обильно течь от таких мокрых и настойчивых ласк языком и Минхо перестает мучить своего мальчика. Он, наконец смотрит Хенджину в глаза и берет в руки свой твердый орган, проводит им несколько раз по входу, наблюдая затем, как Хенджин пытается расслабиться, и проникает головкой внутрь, медленно и осторожно. Младший кричит, отворачиваясь в сторону, затыкая свой рот рядом лежащей подушкой, а старший улыбается, продолжая осторожно проникать глубже. Хенджину не больно, он чувствует это и сам закатывает глаза от удовольствия. Минхо ведет себя крайне осторожно, проникает в парня постепенно, машинально поглаживая его за бедра, словно успокаивая. Он наклоняется к его лицу и проводит рукой по липкой от смазки щеке, а после целует взасос, жадно и требовательно, от чего Хенджин начинает двигать бедрами сам. Он вздрагивает от каждого толчка и его тело сейчас становится гиперчувствительным. — Хен… Не отпускай меня, пожалуйста, — Хенджин стонет в поцелуе, а Минхо начинает наращивать темп и часто дышать от удовольствия, — Не сдерживайся, прошу тебя, будь грубее, — просит младший, ерзая на мокрой простыни, которая неприятно липнет к телу. — Если тебе будет больно, то останови меня, хорошо? — Минхо вдруг останавливается, от чего Хенджин капризно стонет и быстро кивает, лишь бы только старший продолжил двигаться. Он плохо соображает сейчас, но впервые думает о том, что если ему станет больно, то он будет этому рад. Почему-то сейчас ему кажется, что так он искупит свою вину перед хеном за все то, что ему пришлось пережить… Он все еще винил себя в том, что Минхо пришлось спасать его. Все эти мысли не давали ему покоя, хотелось избавиться от них, наказать себя? Сейчас все эти желания слились воедино и ему хотелось ощутить себя уязвимым и слабым с Минхо, хотелось сойти с ума от всего этого. Старший ускорялся, он двигался глубоко, задевая простату парня, от чего Хенджина выкручивало. Он кричал и кусал свои покрасневшие губы, смотрел Минхо в глаза и умолял его быть грубее. Ощущение наполненности внутри были слишком правильными, но как бы старший не ускорялся, Хенджину не было больно. Он чувствовал лишь удовольствие от которого закатывались глаза и начинали дрожать ноги. Хенджин хотел обнять Минхо, прижаться ближе, но каждый раз он ощущал грубую кожу ремня, которой были зафиксированы его запястья. Минхо навис над парнем, смотря ему в глаза и оперся на локти, почти ложась на младшего. Он вошел глубже, до самого основания и начал двигаться внутри часто, каждый раз проходясь по простате, старательно и ощутимо. Он становился все напористее, а Хенджин начинал скулить и переходил на рыдания от переизбытка эмоций и внутренних ощущений. — Хен, я не могу…. Не могу… — младший дергал ногами, путаясь стопами в простынях, дергал запястья, пока грубая кожа ремня безжалостно касалась его нежной и тонкой кожи. Он сходил с ума, каждый раз ощущая нереально острое удовольствие, которое было таким желанным и пугающим для него. — Можешь, котенок, тише, — старший и не думал останавливаться, он ускорялся и двигался только внутри, не выходя из парня, продолжая безжалостно выбивать стоны и крики из любимого тела. Хенджин чувствовал удовольствие волнами, его словно размазывало каждый раз, когда хен касался простаты. Волна удовольствия достигла своего пика, когда рыдающий Хенджин резко замолчал, издавая гортанный стон и выгнулся слишком сильно, запрокидывая голову назад. Он закатил глаза от удовольствия и ему казалось, что это ощущение разрушило его, разбило на атомы. Он дышал в голос и из его рта стекала слюна, его тело не слушалось. Старший громко простонал, когда его внезапно накрыло чувство наслаждения, стенки младшего так сильно сжали его член, что он даже не смог это контролировать. Его голова кружилась, пока он заполнял тело Хенджина и смотрел на то, как младший кончал на живот, попадая на пресс старшему. После минутного помутнения, Минхо все же приходит в себя и кладет голову младшего на подушку. — Все в порядке? — нежно произносит старший, смотря на парня под собой. Он весь потный и слабый, его полузакрытые глаза слишком расфокусированы. Минхо проводит пальцем по его подбородку, вытирая слюну младшего, а тот лишь слабо кивает, на большее сил нет. Старший бережно освобождает руки парня, и он тут же обнимают его за шею, — Я люблю тебя, — Минхо стирает поцелуями соленые дорожки слез с мягких щек младшего, а Хенджин тянется к нему за поцелуями и быстро получает их в ответ. *** Состояние Хана оставляло желать лучшего. Эти двое остались в гостевой, а значит есть шанс увидеть то, что видеть совершенно не хотелось. Его не мучила совесть подсматривать за этими голубками, ему было тошно. Но любопытство было сильнее боли. Джисон настраивался несколько бесконечных минут, а после того как все-таки решился – замер. Вид открывался впечатляющий. Камера была установлена идеальна, благодаря хорошему ракурсу видно было все. Камера была профессиональной, поэтому звуки и разговоры было слышно четко и хорошо, хотя какие-то слова все же были неразборчивыми. Парень сидел в темноте, на своей постели в наушниках и неотрывно наблюдал за двумя влюбленными. Что-ж, все эти игры с привязыванием и дикими стонами этой шлюхи были конечно отвратительны, но даже в этом был огромный плюс. Глотая горькие слезы Хан улыбался, понимая, что Чану окончательно сорвет крышу от этого трехчасового видео. Главное показать ему это в нужное время, спешка может все испортить. Уснуть было трудно, в голове раздавались эти крики и рыдания Хенджина, которому Хан желал самой жестокой и мучительной смерти. Он специально облазил кучу форумов, читая анонимные страдания жертв изнасилования, представляя и мечтая о том, что Хван будет чувствовать все это после ночи с Крисом. Мысли об этом придавали смелости и радости, поэтому парню удалось уснуть, хоть и не сразу. *** Утро выдалось суматошным. Изменения в расписании были внезапными. Стафф поднял ребят рано и озвучил задание. Площадку, которую арендовать было довольно трудно освободили раньше, поэтому пришлось подстроиться. Съемки небольшого шоу для ютуб канала парней планировали снять в декабре, хотя в этом месяце итак нагрузка в расписании была адовой, но по стечению обстоятельств появился шанс отснять материал раньше. Когда вопрос с хейтом Хенджина закончится было неясно, поэтому директор дал распоряжение снимать шоу вместе с ним, ведь выпустят они его гораздо позже и к тому времени все уже утихнет. Собираться пришлось быстро, поэтому пока сонный и мало что соображающий Хенджин отмокал в теплой ванне, куда его любезно отнес Минхо, старший носился по комнате и собирал все необходимое в дорогу. Двое суток парни проведут за городом на очередной частной вилле, которую часто арендовали для съемок дорам и подобных шоу. Лино был несказанно рад, что Хенджин будет участвовать в съемках, хоть и переживал что побыть наедине они не смогут еще долгое время. Сразу после съемок он улетает в Японию на несколько дней и эта мысль впервые его не радовала. Минхо уже успел принять душ и одевшись спустился вниз, чтобы сварить кофе для себя и Хенджина. Младший с трудом просыпался и жаловался на слабость в теле. Пока кофеварка делала свое дело, старший шарился в холодильнике, в поисках еды. Нашлось не мало, но времени для готовки не было, поэтому он нарезал фрукты и сделал пару сэндвичей с красной рыбой и авокадо. На кухне было тесновато, все торопились и создавали раздражающий хаос, но Минхо старался не обращать на это внимание. Джисон сидел рядом с Крисом за столом, они пили кофе уже одетые и пытались проснутся. Хан сверлил взглядом спину старшего и внимательно наблюдал за тем, как он старается для своей шлюхи. Это выбешивало. Хенджин что не в состоянии сам приготовить себе завтрак? Может он еще его с ложечки кормить будет? Крис тоже не спускал глаз с Лино, который прекрасно чувствовал это давление, но держался отстраненно. Когда Минхо наконец вышел с кухни, Хан выдохнул, а Крис напрягся лишь сильнее. — Надеюсь он уже проснулся, — как-то расстроенно произнес Крис, а Хан сразу понял о ком речь. Опять этот Хенджин. — Проснулся конечно, он ведь тоже участвует в съемках, не понятно только нахуя. Он позорит репутацию группы. — Эй, Хан, прекрати! Не говори так, я рад, что он едет с нами, он часть нашей команды, — Крис взял Джисона за плечо и заглянул в глаза. — Ну да, ну да, извини, — Хан наигранно вздохнул, — Я сегодня встал не стой ноги, не обращай внимания. — Впереди у нас столько выступлений… Скорее бы этот хейт закончился, — лидер произнес это с надеждой, хотя в его голосе слышалась грусть. Он бы и рад был помочь младшему, вот только как?... — Ага, — Хан произнес отстранённо, уж кому кому, а ему явно хотелось меньше всего чтобы это заканчивалось. Джисон хотел, чтобы Хвана возненавидели все, весь этот гребанный мир… *** Поездка на редкость выдалась легкой, без долгих пробок и происшествий. Вилла располагалась в горах, за чертой города, где открывались невероятно красивые виды, именно здесь хорошо было видно звезды, поэтому это место так же часто пользовалось огромным спросом у туристов. Хенджин всю дорогу смотрел в окно, прижавшись к Минхо, который сидел рядом. Он слушал музыку и хотел объятий. Они казались ему необходимыми сейчас. Старший спал, а Хенджин наслаждался его теплом и ощущал как вздымается его грудная клетка с каждым вдохом. Запах Минхо всегда вызывал в нем разные эмоции, но эти эмоции всегда были комфортными. Младший смотрел на расслабленное и сонное лицо парня и хотел поцеловать его. — Хен, мы приехали, — тихо прошептал Хенджин на ушко, его дыхание обожгло кожу и Минхо открыл глаза. Лицо младшего было таким милым, он был так близко к его лицу…. — Ты такой красивый, — прошептал старший, чтобы никто не услышал их, на что получил в ответ смущение, Хенджин отвел в сторону взгляд и начал вставать с сидения, а Минхо последовал за ним по пути захватив сумку с вещами. *** Перед съемками стафф рассказал всем о позициях, на этот раз парни не решали ничего. Из-за последних событий с хейтом было решено ставить Хенджина по дальше от Минхо. На фотографиях, в различных конкурсах и даже разговорах. Хенджину велели больше контактировать с Феликсом, намекая на то, что контакт должен быть преувеличен и романтизирован. Минхо и Хан тоже должны быть максимально тактильными. Так как съемка будет идти почти весь день и даже отдых ребят будет сниматься, парням придется постараться придерживаться правил. Такой расклад вызывал тревожность и ноющее чувство бунта где-то внутри, что у Хвана, что у Лино. Но это работа и деваться некуда, придется следовать правилам. Съемки шли легко, Феликс всегда был тактилен, а сейчас старался как мог. Хенджину это нравилось, ведь ему даже напрягаться не нужно. Он часто обнимал Феликса за талию и касался его спины, мог потрепать за волосы и постоянно улыбался, тут же получая улыбку в ответ. Ребята отвечали на вопросы из писем фанатов, пели в караоке и готовились к ужину. Хенджин старался не смотреть на Минхо и не подходить близко, но замечал, как Хан липнет к нему, как ненормальный. Лино почти не улыбался, но старался быть расслабленным, хотя такое поведение Джисона его нервировало. А как только стафф объявил получасовой перерыв – Минхо как ветром сдуло. Он сразу подошел к Хенджину и начал что-то шептать ему на ухо, а потом они быстро вышли из дома. Феликс сиял сумасшедшей улыбкой и провожал их своим счастливым взглядом. Джисона передернуло от этой картины. Хан разозлился. Даже сейчас, здесь, находясь со всеми на съемках Минхо ни минуты не хочет тратить на него. Опять бежит к своей шлюхе, словно привороженный. В готовке ужина участвовали все, ребята утомились за весь съемочный день, хотелось поесть чего-то горячего и поскорее лечь спать. Посиделки у костра были комфортными, несмотря на то, что камеры не отключались все это время. Минхо был увлечен процессом, он потрошил утку, в то время как Хан крутился вокруг него и пытался быть полезным. Лино старался не раздражаться как мог. Хенджин был занят чисткой овощей, поэтому время для него тоже шло быстро. Рядом с ним постоянно находился Феликс и Крис, который старался хоть немного побыть с младшим. — У тебя хорошо получается, — Чан подвинулся ближе к Хвану и посмотрел на его серьезное лицо, — Такой сосредоточенный, — это умиляло лидера и он улыбался как дурачок. — Я часто помогал маме с готовкой, пока не переехал в общежитие, — Хенджин мягко улыбнулся на слова Чана, ему было приятно что его похвалили. — Хенджин, я…., — Чан выдержал паузу, сделав глубокий вдох, для смелости, — Столько всего произошло и мне правда жаль, что все так вышло… И весь этот хейт, просто знай, что ты не заслуживаешь этого, малыш, — искренне говорил Крис, смотря с нежностью на парня от которого был без ума. — Спасибо, — тихо сказал Хенджин, продолжая возиться с овощами, ему было неловко, но приятно слышать это. Хотелось заплакать от такой нежной речи лидера. Минхо внимательно наблюдал за Крисом и Хенджином, его ужасно раздражало, что этот помешанный крутится рядом, чувство тревоги нарастало только сильнее. Хан бегал вокруг и откровенно бесил Лино, хоть тот и пытался вести себя сдержанно, иногда это было крайне сложно. Джисон не упускал возможности коснутся старшего и от этого Минхо хотелось помыться. За ужином камеры не выключались, поэтому все с нетерпением ждали, когда съемка, наконец кончится. Веселые разговоры за столом – неотъемлемая часть задания от стаффа. Парни вспоминали времена дебюта с трепетом, хотя тот ад, который пришлось им пройти в то время был все еще в памяти. Он словно был сном, кошмарным сном, который стоит оставить позади, чтобы двигаться дальше. Удивительно как наш мозг со временем стирает боль и отчаяние, оставляя лишь хорошие воспоминания, порой о самых темных и тяжелых моментах. Пока операторы отключали все камеры и договаривались о следующей съемки утром и подходящей локации, Минхо времени не терял. Сразу увел младшего из дома, чтобы пройтись под звездами. Он ужасно соскучился по нему, несмотря на то, что они весь день были рядом. Парням этого было недостаточно и они как сумасшедшие влюбленные свалили под шумок к небольшому озеру, недалеко от виллы, чтобы насладится обществом друг другу сидя на берегу. — Тебе не холодно? Может дать рубашку? — Минхо принялся снимать вещь с себя, не дожидаясь ответа. — Нет, хен, мне комфортно, — тихо произнес младший сидя рядом, он лишь улыбнулся и положил голову на плечо старшего, — Так хорошо, не хочу возвращаться. — Понимаю, — старший провел по густым белым волосам ладонью и поднял голову к звездам. — Трава такая мягкая и прохладная, — прошептал младший ложась спиной на землю, ощущая легкий ветер, который ласкал кожу, — Я с детства любил смотреть на звезды. — Я почему-то так и думал, — старший усмехнулся и улегся рядом, взяв парня за руку. — Они так прекрасны, хен, — Хенджин внезапно засмеялся, — Знаешь, в детстве я думал, что умирая люди превращаются в звезды и их души живут вечно, а мы любуемся их красотой и недосягаемостью. — Все люди? — Что? — Все люди превращаются в звезды? — Лино повернул голову к парню, смотря на его точеный профиль и бледную кожу, которая отражалась лунным светом и напоминала фарфор. — Нет… Только самые достойные, — с усмешкой говорил Хенджин не отводя взгляда с темного неба. — Я уверен, что когда ты покинешь этот мир, то станешь самой яркой звездой во вселенной, — Лино не был романтиком или не хотел этого признавать, но его эмоции были быстрее мыслей и легко складывались в слова. Хенджин покрылся мурашками от таких речей. — Не думаю…. — Не спорь, Хенджин. — Хорошо, тогда я желаю чтобы ты тоже был со мной рядом и сиял не меньше, — младший перешел на шепот и наконец посмотрел в глаза на против, Минхо навис так внезапно над ним, полностью закрывая обзор на бескрайнее небо и накрыл влажные губы своими горячими, целуя нежно, передавая любовь. Младший закрыл глаза отвечая на этот необходимый поцелуй, он обнял хена за шею, а Минхо положил ладонь на чужую талию, поглаживая бережно. Обоим было плевать, если вдруг сейчас их кто-то увидит, они слились воедино. Этот разговор, многим показался бы бредом, но не Хенджину, у которого эмоции захлестывали от этой чувственности и сумасшедшей влюбленности… *** Хан тем временем злился не на шутку. Минхо опять сбежал со своей шлюхой и теперь они где-то там, бегают по кустам и обжимаются где придется. Мерзость. На столе, не далеко от места, где сидел Джисон, было место его соседа, и он так не кстати оставил свой телефон, вместе с наушниками. Хан осмотрелся, все камеры уже выключены, ребята разбрелись по комнатам, что-ж отлично. Нет на свете ничего приятнее, чем делать гадость своему ненавистному врагу. Хан чувствовал нездоровое возбуждение, пока намеренно выливал из всех стаканов алкоголь и сок, что остались после ужина, на недавно приобретенный телефон Хвана. Он постарался на славу залив его до такой степени, что телефон даже не реагировал при нажатии кнопки блокировки. Ну а наушники он утопил в стакане с водой, открыв при этом кейс. От таких поступков проку мало, но зато его душа осталась довольна. После очередных коварных проделок Хана, парень решил выйти на веранду, подышать воздухом и к своему удивлению увидел там Криса. — Чего спать не идешь? — Джисон сел близко, касаясь бедром чужого тела и по-дружески приобнял широкую спину лидера. — Не спится, — Крис многозначительно вздохнул и повернулся к Хану лицом, — Я говорил с ним сегодня…. Похоже он простил меня. — Это чудесно, — натянутая улыбка была неотразимой. — Но Хан, — тут улыбка с лица Джисона моментально исчезла. Опять эти но, жалость и сопли. Как же он устал от всего этого,— Я не хочу причинять ему вред… — Так друг, ты в курсе, что даешь заднюю?? Ты пойми, я ни к чему тебя не принуждаю, дорогой, — Хан погладил Криса по спине, — Не хочешь – не делай, но про Хенджина придется забыть. Так и будешь всю жизнь на втором плане. Во френд зоне и все такое, но дело твое, — Джисон пожал плечами и устремил взгляд вдаль, максимально показывая всем видом, что примет любое решение лидера. — Я хочу быть с ним! — Тогда возьми себя в руки и сделай это! Я знаю ты сможешь! Забери его себе! Присвой! Да с моральной точки зрения все это ужасно, но ради любви можно совершить любую подлость, иначе потом будешь жалеть всю жизнь. — Да, я понимаю, но… — Крис не успел договорить. — Послушай, после съемок Лино уедет, его не будет понимаешь? Это твой шанс, а еще, — Джисон намеренно закусил губу и отвел в сторону взгляд. — Что еще? — лидер был так любопытен, так наивен и глуп, смотря на Хана, как на спасательный круг. — Я покажу тебе одно видео, с участием Хенджина…. Думаю ты изменишь немного свое мнение о нем и мой план не будет казаться тебе таким аморальным…. Хан мог сделать это прямо сейчас и хотел, очень хотел, но остановил себя. Крис однозначно сорвется, озвереет, но отпускать поводок нужно вовремя и когда рядом нет другого зверя. Джисон ждал, когда Хенджин, словно глупый олененок, останется один и за него не кому будет заступиться. Вот тогда его месть обретет незабываемый вкус, тогда он с полна останется довольным, ведь его зверь не оставит живого места на своей жертве. Словно волк? ощущающий дикий голод, он не даст заднюю и окончательно разрушит Хенджина.