Дай мне себя.

Феликс: Ну как он? Я уже так соскучился… Минхо: Пока еще спит. Он еще очень нестабильный. Боюсь оставлять его одного… Феликс: Но он же не делал ничего с собой?... Минхо: Нет. Я бы этого не пережил. Феликс: Я очень хочу его увидеть, хен, моя мама передала ему кое что… Минхо: Ликси, я даже не знаю стоит ли… Я спрошу у него, когда он проснется. Феликс: Если он не захочет видеться со мной, то я хотел бы передать это ему Минхо: Я даже за продуктами уезжать боюсь… Ладно, я напишу позже. Феликс: Я буду очень ждать!!! Старший вздохнул, закрывая чат с Феликсом и решил выпить кофе. Он проснулся около семи утра. Он жутко не высыпался, но от нервов не мог расслабиться. Около часа он еще провалялся в постели, наблюдая за сонным Хенджином. Ему не хотелось покидать его. Младший так беззаботно выглядел пока спал и вечно раскидывал свои руки и ноги по всей кровати. Старший был рад, что пока он спит, то не думает обо всем этом ужасе. Он решил приготовить на завтрак что-то сытное, поэтому сделал несколько видов кимбапа и закуски. Минхо нравилось как все было обустроено на этой кухне. Госпожа Хван скорее всего очень любит это место и проводит здесь много времени. Пока он уверенно хозяйничал на кухне, почти привыкнув к ее обстановке, Крис сходил с ума в своей машине. Он поспал от силы час, после того как скупил Хенджину пол магазина. Это были его любимые закуски, большое количество мяса, различные сладости, лидер даже купил большую мягкую игрушку. Чан был в растерянности, он готов был и магазин этот притащить домой к Хенджину, лишь бы тот его выслушал. Хотелось уже решить все, потому что это состояние сводило его с ума. Дождавшись десяти утра, он медленно ехал домой к Хенджину. Крис был у него раньше пару раз и лично был знаком с его родителями и с его любимой собакой. От этих воспоминаний Крис расплакался. Он испытывал ужасающий стыд перед родителями парня и приходил в ужас от того, как обещал им защищать их сына любой ценой. А еще, Чана раздражал факт того, что Джисон спокойно живет дальше, спит, есть и тренируется. Его не мучает совесть, и он будто не считает себя виноватым. От этого начинало тошнить. Неужели Джисон такой бессердечный человек?... *** — Ты уже проснулся? — старший разобравшись с завтраком вернулся в постель и заботливо укрыл Хенджина одеялом. Тот вечно вертелся во сне, сбрасывая одеяло и потом мерз. Но Хенджин вдруг открыл глаза и старший напрягся. Вдруг тот прогонит его. — Да… А ты давно проснулся? — сонно спросил младший и жадно начал пить воду, которую Минхо принес ему и поставил на тумбочку. — Давно, — Минхо отодвинулся, чтобы не смущать близким контактом младшего, — Я приготовил нам завтрак, хочешь принесу тебе в постель? — Хен… Не нужно, я ведь могу ходить, — младший тихо усмехнулся, — Я если честно очень голодный… Сам не знаю почему. — Тогда я буду ждать тебя за столом? — он не хотел уходить, не хотел ждать его внизу, но понимал, что Хенджина сейчас лучше сильно не напрягать присутствием и вопросами. — Хорошо, — Хенджин кивнул, поправляя свои лохматые от сна волосы и направился в ванну. Пока он чистил зубы, то думал о ночи, которую они вновь провели с Минхо. Он сладко спал и больше проблемы с дыханием его не беспокоили. Он был счастлив, что старший остался с ним и осознал, что выгонять его было так глупо… Хотелось отблагодарить его и извиниться за свои слова и истерики… Хенджин не чувствовал себя плохо, но внутри все ныло. Рана медленно затягивалась, но напоминала о себе ежесекундно. Истерить не хотелось и плакать тоже, но настроение было никаким. Все казалось вокруг мрачным и серым. Это угнетало Хенджина. За окном лил дождь, а небо было затянуто темно-серыми облаками. Он нанес заживляющую мазь, больше не ощущая боли и дискомфорта между ног и спустился вниз. Слабость в теле дарила легкое головокружение, но скорее всего это было от дикого голода. Хенджину казалось, что он не ел неделю. Видимо из-за сильного стресса его организм сейчас нуждался в энергии, так как начинал приходить в норму. По крайней мере психологически сейчас ему было легче. *** А вот Джисону прямо с утра испортили настроение. Он был мягко говоря не в духе. Стафф, завалившись к ним в общежитие вещал последние новости общественности. Стэй вышли на митинг в поддержку Хенджина, призывая всех остановить хейт в его сторону и этих людей было так много, что все недоброжелатели просто терялись на их фоне. Ночью JYP Entertainment дал официальное объявление: Здравствуйте это JYP Entertainment, из-за последних событий мы вынуждены сообщить вам последние новости. Один из участников группы, Хван Хенджин получил очень серьезную травму во время тренировки и сейчас находится на длительной реабилитации. Сейчас артист вне опасности и ему уже оказали первую помощь. В связи с этим неприятным происшествием мы просим вас не волноваться, в скором времени он вернется к своей деятельности и будет радовать вас своими выступлениями. Просим прощения за беспокойство, с уважение JYP Entertainment. Но эта была лишь верхушка айсберга для Хана, ведь когда он открыл фан сайты и начал шерстить ленту, в надежде, что все кто хейтил Хвана будут рады его отстранению на долгий срок, вместо этого он испытал шок. Огромное количество постов с теплыми словами и пожеланиями Хенджину просто выводили его из себя. Куда делись все те, кто желал ему смерти! Идиоты! Вы должны ненавидеть его!! В триттере стали массово появляться хэштэги в поддержку парня, а также большое количество хэштэгов о том, чтобы остановить хейт в его сторону. Люди, которым заплатил Пак, за ночь умудрились разнести эту новость по всей сети, вывернув все в свою пользу, а уже на утро люди сочувствовали Хенджину и собрались у здания компании с цветами и мягкими игрушками. Они делали плакаты и оставляли сладости прямо у входа, заказали несколько автобусов с надписью: «Хенджин поправляйся скорее мы очень любим тебя», «Хенджин, ты лучший, мы тебя ждем» и т.д Фотографии всего этого так же быстро разлетелись в интернете и толпа, что была против него вчера – сменила радар, от ненависти к любви. Пак был доволен, стафф не мог нарадоваться этой новости, как и все участники группы, кроме Джисона. Он хотел доломать Хенджина и вывернуть на изнанку его душу, а теперь что? Будет сложнее сломить эту шлюху. У Хана было ощущение, что над Хенджином летает орава ангелов, которые всячески защищают его от зла, как же бесит. Еще и этот Феликс, которому Хан хотел свернуть шею голыми руками. От всего этого сдавали нервы и Крис все носился со своими переживаниями. Хан считал их жалкими и слабыми. Всех, кто проявляет милосердие нужно уничтожить. Они только путаются под ногами и мотают сопли на кулак. Милосердие — это слабость, думал Хан, совершенно не понимая, что милосердие гораздо сложнее ненависти. Ненависть разрушает нашу душу, а вместе с ней и тело, которое сгорает словно спичка. Ненависть не щадит, толкая нас на страшные мысли и поступки, ей нужно лишь одно – полный контроль над сознанием. В то время как милосердие способно исцелить самую темную душу. Подарить любовь и наградить желаемым. Но путь ненависти всегда заманчив и притягателен. Он развратит кого угодно, давая ложные надежды о том, что путем мести ты обретешь удовлетворение, но не стоит забывать, что за все в этой жизни нужно платить, в том числе и ненависти, за ее старания и помощь… *** Крис добрался быстро, но вот выйти из машины пока не мог. Было страшно до дрожи в теле. Он боялся сделать хуже, причинить вред, но и ничего не делать тоже не мог. Оказавшись на пороге дома Хенджина, он прятался от дождя под крышей, держа в руках два тяжелых пакета с продуктами и чувствовал себя отвратительно. Он до сих пор не верил что сделал все это… Хенджин с Минхо уже позавтракали. Младший все время нахваливал еду старшего и говорил о том, что у него золотые руки. Он ел все, что давал ему Минхо, с огромным аппетитом и испачкал щеки, от чего старший рассмеялся. Он был так рад, что Хенджин наконец-то хорошо поел. Ему казалось, что все постепенно налаживается и встает на свои места, пока не услышал звонок в дверь. Минхо напрягся. Сначала он подумал, что родители Хенджина вернулись и ему стало страшно, но после он отбросил эту мысль, ведь они бы не стали звонить в дверь, они бы просто вошли. Потом в его голову пришла мысль о том, что это может быть стафф, что тоже не радовало, ведь не понятно, как Хенджин отнесётся к его визиту. Потом он подумал о том, что это Феликс и это был самый хороший вариант из всех предыдущих. Пока Хенджин умывал испачканное едой лицо в ванной на втором этаже, старший решил встретить не званного гостя и когда открыл дверь, замер. Он не мог поверить собственным глазам. На пороге стоял Чан, а Минхо даже сказать ничего не смог от неожиданности. — Лино… Я пришел поговорить с ним, — Крис выглядел ужасно. В его глазах читалось отчаяние и страх, — Как он?... — Ты совсем ебнулся? — Минхо толкнул лидера в грудь, освобождая себе место и быстро вышел за дверь, прикрывая ее, — Убирайся отсюда, пока он не видел тебя! — Я должен увидеть его! Я должен поговорить с ним! — Чан кричал, переходя на плачь, — Дай мне увидеть его! — Даже не проси меня об этом! Ты не увидишь его, Крис если ты сейчас не уедешь отсюда я тебя вырублю! — Минхо схватил лидера за воротник куртки, но Чан совершенно не сопротивлялся и старший обратил внимание на яркий синяк под его глазом, думая о том, что с удовольствием украсил бы все его тело такими синяками. — Я не могу так больше… Я хочу поговорить с ним! Минхо ударил Криса в челюсть, и лидер упал на колени, выпустив пакеты из рук. Он закрыл руками лицо и начал рыдать, умоляя дать ему увидеть Хенджина. — Мне не жаль тебя, можешь не устраивать передо мной этот спектакль, — старший говорил холодно, не испытывая сочувствия к Крису, хотя и понимал, что это было искренне, — Если хочешь помочь – убирайся отсюда. Хенджин почувствовал тревогу, когда не смог найти Минхо в доме. Ему вдруг стало страшно. Он обошел первый этаж, замечая, что обувь и куртка Минхо висят в прихожей, это показалось ему очень странным. Когда он услышал голос старшего за дверью, то напрягся и решил подойти по ближе, наклоняясь к двери. Голос Криса заставил Хенджина оцепенеть, а слезы сами стали катиться из глаз. Хенджин задрожал, чувствуя страх и сильную злость. Он хотел ударить Криса, сказать ему о том, как он ненавидит его, но эти мысли лишь вызывали истерику и дрожь в руках. — Что тебе нужно! — прокричал Хенджин дрожащим голосом, когда осмелился открыть дверь. Он опустил голову, смотря на избитого Чана, который стоял на коленях и плакал. — Хенджин…малыш, я приехал чтобы поговорить, — Крис растерялся, он несмело поднял взгляд на младшего и у него внутри все сжалось от его вида. Его слезы вызывали у Криса ненависть к самому себе. — Пойдем в дом, котенок, — старший повернулся к Хенджину, боясь за его состояние и обнял его, закрывая собой от лидера, а Хенджин не спешил уходить. — Малыш?! Малыш?! Не называй меня так! — младший убрал от себя руки Минхо, чтобы подойти к Чану ближе, — Как ты можешь приходить ко мне домой после всего этого! О чем мне с тобой разговаривать! — у Хенджина начиналась истерика. — Прошу, выслушай меня… Умоляю тебя! — лидер настаивал на своем в попытках объясниться. — Милый, мы можем привлечь лишнее внимание соседей, идем в дом, — старший старался как можно аккуратнее затащить в дом блондина, он понимал, что если кто-то услышит их или увидит эту картину – ничего хорошего не будет. — Я готов на все Хенджин! Скажешь мне убить себя и я это сделаю! Скажешь мне пойти в полицию и сознаться во всем я и это сделаю! Скажи мне что мне сделать, чтобы тебе стало легче? — от этих слов Минхо словил ступор и обернулся, а Хенджин замолчал. Пользуясь моментом Минхо приподнял Хенджина и занес его в дом, пытаясь закрыть дверь, но Крис не дал ему этого сделать и зашел следом. — Убирайся отсюда! — старший начинал злиться, ведь Хенджин только стал приходить в себя и сейчас все это может пойти насмарку. — Скажи мне, как поступить и я это сделаю! Я хочу лишь одного, чтобы тебе стало легче, Хенджин! Все что угодно, я готов! Только скажи! — Чан вновь встал на колени, смотря младшему в глаза. — Я доверял тебе! Крис! Я доверял тебе! Зачем ты сделал это, — Хенджин отошел от Минхо и пошел в сторону Чана, — Я спал в твоей постели, я делился с тобой тем что у меня внутри и ты всегда был добр ко мне, а потом ты разбил меня, воткнул мне нож в спину! За что! За что ты так со мной! Вы с Ханом хотели унизить меня! Что я вам сделал? — младшего трясло, ему было больно видеть Криса, хотелось причинить ему боль, но в то же время услышать ответы на то, что ему не давало покоя. — Я ненавижу себя за это… И я сделаю все что ты скажешь, я хочу лишь одного, что бы тебе было легче… — Крис поднялся на ноги, пытаясь объяснить все Хенджину, его слезы не прекращая текли по щекам, — Прошу тебя не плачь… Прости меня если сможешь… Я не хотел унижать тебя… Я люблю тебя, и я хотел, чтобы ты был со мной… Поэтому я поступил так, и я знаю, что мне нет оправданий. — Мне больно, понимаешь?... Мне так больно, — младший рыдал, повышая голос, словно хотел, чтобы Крис услышал его и ощутил все это, — Любовь? Не смей произносить это слово! Ты не знаешь что это такое! — младший со всей силы ударил Криса по лицу, — Ты хотел взять меня силой, а после со мной это сделал бы Хан! О какой любви ты говоришь! — Что… Хан? — у Криса был шок от услышанного и он предположил, что Хенджин не так его понял, ведь Хан был рядом, чтобы помочь ему, — Хан хотел мне помочь, он бы не тронул тебя…. — Ты держишь меня за идиота? Или пытаешься сделать из меня сумасшедшего? — Хенджин коснулся ладонями груди Чана и толкнул его, — Я прекрасно слышал все, что говорил мне Хан! Не пытайся оправдать его! Он сказал, что я шлюха! Сказал, что с удовольствием трахнет меня после тебя! — младший не мог контролировать свой гнев и слезы, он хватал Криса за куртку и толкал его, ударяя кулаками по его груди, — Он целовал меня в губы, Чан! Думаешь я поверю в то, что он бы не тронул меня? Минхо находился рядом с Хенджином все время, он понимал, что этого разговора уже не избежать, поэтому решил не лезть и дать Хенджину выговориться. Как-то интуитивно он понимал, что младшему лучше не держать все это в себе, но боялся, что все может ухудшиться. — Хенджин… Я никого из тебя не делаю…Но я тебе клянусь, что я не знал об этом! Боже, — Крис отвечал искренне, и блондин понял это, но продолжал бить его кулаками по груди и плечам, выплескивая все, что топил в себе и сдерживал. — Я ненавижу вас! Ненавижу вас обоих! — Я сам себя ненавижу, — шепотом говорил Крис, чувствуя дикий гнев к Джисону. — Я хочу, что бы вы больше никогда не подходили ко мне! Я хочу уйти из группы! Я не хочу больше вас видеть! — младший начинал кричать, вновь отталкивая от себя лидера и ударял его по лицу, на что тот смиренно принимал все удары, даже не вздрагивая. — Не уходи из группы, Хенджин… Я понесу наказание как и Хан, я обещаю тебе, — Крис говорит честно, ощущая боль от ударов младшего на своем лице, — Я сделаю все что угодно, чтобы тебе стало легче, только скажи что… — Убирайся из моего дома! Я не хочу тебя видеть! — Крис тут же отходит и открывает дверь, а Хенджин идет следом, — Я ненавижу вас! Ненавижу, — младший кричит, хватая какую-то небольшую стеклянную баночку с мармеладом, от этого его гнев только усиливается. Становится так обидно, что человек, который пытался изнасиловать его приперся к нему со сладостями. Это было унизительно. Младший кидает ее в лидера, — Мне ничего не нужно от тебя! Убери это все отсюда сейчас же! — Он пинает один из пакетов, — Убирайся! Крис плачет, выполняя все, о чем его попросили. Он забирает все пакеты, складывая обратно все что из них вывалилось и так же сгребает в ладонь осколки с мармеладом. Режется, пачкая свои светлые джинсы собственной кровью и бредет до ближайшего мусорного бака. Выкидывает туда все, что он купил для младшего. Старается все сделать быстро, чтобы скрыться побыстрее, ведь Хенджин сказал ему, что больше не желает его видеть… — Идем в дом, — Минхо затаскивает парня в дом и запирает дверь. Он крепко обнимает его, прижимая к своему телу. — Мне так больно хен… В груди так больно… Я считал его другом! Мне так обидно, — младший утыкается в шею Минхо и плачет, чувствуя вкус собственных слез. — Я хочу убить его, Хенджин, — Лино гладит парня по спине и пытается успокоиться сам. — Не надо… Пожалуйста хен… Прошу тебя не надо этого делать, — Хенджин вдруг пугается этим словам. Он понимает, что старший вполне способен пойти на это, — Пообещай мне, что никого не будешь убивать… Хен, прошу тебя… Я не хочу бояться и тебя тоже… — Котенок, тебе не стоит меня бояться, даже если я поубиваю всех в этом мире, я никогда не причиню тебе зла, — старший прижимает парня к груди и мягко чмокает в висок, — Обещаю, что не стану убивать, только не плачь пожалуйста. Я рядом, все хорошо. — Мне ведь станет легче, хен?... — Конечно, милый, все будет хорошо, — старший садит Хенджина на диван и садится рядом, вплотную, обнимая его и успокаивая. А в его голове все еще не укладывается то, что вытворял Хан и то, что он должен разобраться с Крисом. *** — Шлюха значит? — Крис схватил Хана за голову и ударил об стену, от такой неожиданности Джисон потерял равновесие и упал назад, в глазах потемнело от тупого удара и парня резко затошнило. — Ты что творишь? Совсем ебнулся? — прокричал Джисон дрожа от страха и такой внезапности. — Ты мразь Хан! Сделал вид, что хочешь помочь мне, а сам решил воспользоваться Хенджином? — Чан кричал в лицо Хана, хватая его за волосы, — Никто не смеет обращаться с ним так! — Как? Как обращаться Крис? — Хан резко отполз от лидера, вырываясь из его хватки и подскочил на ноги, — Он шлюха! Хоть убивай меня, но я не перестану говорить об этом! Ты видел, как его трахал Минхо! Ты видел, как ему нравится это! Потому что он шлюха! — Заткнись! — Чан оттолкнул парня к стене довольно сильно, а после схватил его за футболку, — Раз ты так топишь за правду и веришь своим собственным словам, тогда я тоже скажу тебе правду, смотри мне в глаза, — Крис хватает парня за подбородок, направляя его взгляд на себя, — Ты любишь Лино, а он любит Хенджина, вот и вся правда. Орешь о том, какой Хенджин плохой? Ты завидуешь ему, ты хочешь быть на его месте, хочешь быть им. Только вот ничего не выйдет, ведь для Лино ты всегда был и есть просто друг. На большее тебе не стоит даже рассчитывать, — Крис говорил уверенно, прекрасно понимая, что прав во всем, ведь он в какой-то степени сам на месте Хана. — Заткнись! Заткнись! Ты просто размазня! Вы все, все глупые идиоты! Ты ничего не понимаешь! Если бы не Хенджин я был бы с Минхо! — Хан кричал как сумасшедший, а из глаз лились слезы. — Нет! Признай это уже и пойми, ты Минхо не нужен. Даже если бы Хенджина не существовало, для него ты был бы просто другом! Смирись, — лидер кричал это Хану в лицо, ощущая ком в горле. В какой-то степени он говорил это и себе тоже. Открывая глаза на правду им обоим. — Да пошел ты! — Джисон со всей силы оттолкнул от себя лидера, — Пошли вы все! — он вышел, громко хлопая дверью тренировочного зала, а Крис небрежно потер глаза, не давая подступившим слезам ожить на своем лице. Крис наконец понял, что любые попытки быть с Хенджином напрасны. А все потому что тот влюблен. С самого начала нужно было смириться с этим, не заходить так далеко, не ранить того, кто так дорог его сердцу. Крис как никогда хотел перемотать время, вернуться в начала. Что бы просто быть рядом с Хенджином, поддерживать его. Он потерял все что было ему доступно и ненависть к себе медленно переходила в отчаяние. Жгучее, выворачивающее его нутро. Невыносимо больно осознавать сколько страданий он причинил любимому человеку. Крис сел на пол, хватаясь за голову, мысли словно ножи ранили глубоко. Мозг вспышками воспроизводил картинки той самой ночи, мольбы Хенджина о том, что бы Чан прекратил это. Лидеру казалось, что это уже не закончится, он не мог остановить этот поток, пока не отключился. Криса нашел Чанбин и сразу вызвал врача. Крис не ел двое суток, почти не спал и выглядел крайне плохо. Врач назначил ему капельницы с витаминами и постельный режим на ближайшие несколько дней. Измученный стафф стоял в коридоре и беседовал с врачом, пока Крис, придя в себя, пытался сфокусироваться на пространстве. Все плыло перед глазами и сил в теле будто не осталось. Участники столпились рядом, пытаясь сказать лидеру, что ему пока лучше не вставать. А вот Джисона нигде не было. *** «Отличное место для смерти», думал Хан, стоя на краю крыши их общежития. Внизу разноцветными огнями проносились машины, от скорости превращая свет от фар в светящиеся нити. Там внизу кипит жизнь, люди женятся и влюбляются, а Джисон здесь. На месте. Он давно, как и все айдолы пожертвовал юностью ради карьеры. А что если бы он не пришел в тот день на прослушивание? Что если бы пошел учиться, к примеру, на юриста? Что тогда? Был бы он счастлив? Разбил бы ему сердце Ли Минхо с экрана телевизора? Хан с трудом успокоился, хотя дышать было тяжко. Крис ранил его в самое сердце, попал в яблочко. Эти слова, словно подножка сбили с толку Хана. Дезориентировали. Что делать дальше? Бороться за свои чувства или сдаться? Второе проще простого. Ничего не стоит шагнуть вниз и исчезнуть, умереть… Нет уж, я просто так не сдамся! Я должен пытаться! И даже если после всех моих попыток я не смогу получить Минхо, зато я буду знать, что сделал все возможное для этого! Парень отошел от края крыши, осознавая ужас всей ситуации. Его жизнь превратилась в кошмар. Он не помнил, когда последний раз беззаботно засыпал после очередной тренировки, радовался встречи с фанатами и с трепетом читал их письма… Ненависть пожирала его сердце, а он слепо шел в ее объятия. Ему было больно, настолько больно, что хотелось выместить всю боль на том, кого он считал виноватым в своих страданиях. На Хенджине. Хан думал о том, что, если бы этот парень был здесь, то он с легкостью столкнул бы его в пропасть и возможно никогда не пожалел бы об этом. От этого было тошно и страшно. Страшно, что смыслом его жизни стал человек, который совершенно не замечает его. Минхо — центр его вселенной, и как бы Джисон не старался исправить это, все было бес толку. Он не мог избавиться от этого чувства в своем сердце. Не мог стереть это, заставить себя забыть. Это было ему неподвластно. Выплакав всю свою боль, Хан просидит на крыше до самой ночи, а после вернется в свою комнату, и впервые за долгое время сразу провалится в сон, где ему будет легко, пока он вновь не откроет глаза и не встретит серое осеннее утро… *** — А у меня для тебя есть хорошие новости, — Минхо мягко улыбнулся, подавая Хенджину горячий какао, — Не обожгись только. — Какие? — как-то по-детски спросил младший, поднимая взгляд на старшего. Он сидел укутанный в пледе, на диване в гостиной, где они с Минхо очень долго говорили о случившимся. Хенджин, наконец-то выговорился и ему стало легче. — Сам посмотри, — Ли протянул парню смартфон, держа его в руках и наблюдая за тем, как внимательно Хенджин читает заголовки статей и рассматривает фотографии. Как меняются эмоции на него красивом лице. Сначала его взгляд выглядит сосредоточенно, и он хмурится, а после словно тает, глаза становятся влажными, и он, наконец широко улыбается, смотря старшему в глаза. — Они сделали все это для меня?... Хен ты ведь не разыгрываешь меня? Это правда? — с легкой грустью в голосе уточняет Хенджин, просто не веря тому, что фанаты не поливают его грязью. С того момента как все это произошло, парень думал, что больше никогда не почувствует любовь стэй. — Ты за кого меня принимаешь, котенок? Стал бы я так жестоко шутить над тобой? — старший кладет ладонь на хрупкое плечо парня и нежно сжимает его, — Это правда. — Я хочу обнять каждого, кто пишет мне такие приятные слова…Кто приносить цветы и игрушки к зданию компании. Хен, я так благодарен всем стэй, кто поддерживает меня сейчас, — Хенджин быстро вытирает слезы с щек, чувствуя, как кожа уже горит от слез, и голова раскалывается, но он ничего не может сделать с собой. — Не плачь милый, — Минхо убирает в сторону телефон и садиться ближе, — пей, а то остынет и будет не так вкусно, — младший тут же делает несколько глотков, чувствуя прекрасный вкус какао, — Феликс очень скучает по тебе, он писал мне сегодня о том, что хочет увидеть тебя, как ты на это смотришь? — Ликси… Ликси такой хороший, хен, — младший слегка улыбается, чувствуя как становится тепло внутри от воспоминаний о друге, — Я тоже хотел бы встретиться с ним, вот только я так выгляжу, — Хенджин поправляет волосы, понимая что совершенно не доволен своим внешним видом. — Милый, ты прекрасно выглядишь, пожалуйста перестань быть таким требовательным к себе, — Минхо проводит ладонью по небрежно остриженным волосам, — Если так волнуешься о прическе, можешь надеть мою кепку и все. — Наверное так и сделаю, — шепчет младший, продолжая наслаждаться напитком. Все действительно налаживается, хоть он и проплакал большую часть дня, но зато теперь он не видит все вокруг черно белым. Теперь жизнь обретает краски, хоть и не такие яркие как хотелось бы. Хенджин опускает взгляд и молчит. Думает, чувствуя, как потеют ладони. Ощущает неловкость. Его с утра беспокоит один момент, который хотелось бы обсудить со старшим, вот только он не знает, как начать разговор. Вдруг это совершенно не уместно?... — Что-то не так? — старший поправляет плед, кутая в него Хенджина, а младший прикусив губу смотрит на Минхо и молчит, словно собирается с духом. — Хен… Я хотел обсудить кое-что, — все-таки отводит в сторону взгляд. — Что? — старший сосредоточенно смотрит на лицо парня, немного волнуется ощущая, как мнется младший. Вдруг он опять захочет выгнать его? — Я не знаю как сказать об этом… Не знаю как это объяснить, — расстроенно вздыхает младший, допивая какао, и наконец убирая кружку в сторону. — Скажи как есть, начни, а там разберемся, — Минхо выглядит серьезно, что невольно смущает младшего только сильнее. — Хен, ты все еще хочешь меня? Ну физически? — Хенджин боится слышать ответ, мнет край пледа тонкими пальцами и не смотрит старшему в глаза. — Конечно хочу, милый, что за вопросы? — старший хмурится, не понимая к чему такие вопросы. — Ты ведь можешь… Можешь со мной что-нибудь сделать? — младший не смело смотрит в глаза. — Что ты имеешь ввиду? Что с тобой сделать? — Минхо совершенно не понимает, что Хенджин имеет ввиду. — Что-нибудь в этом плане… — кутаясь в плед по самые плечи, младший уже не смотрит в глаза, но ждет ответа. — Милый… Ты уверен, что хочешь этого? — удивленно спрашивает старший, прекрасно понимая, что совсем недавно пережил Хенджин. И разговоры, а тем более действия сексуального характера сейчас как-то не вяжутся в голове Лино. — Я не знаю, — пожав плечами, Хенджин наконец смотрит в глаза, — Я сейчас кое-что скажу, но только ты не смейся надо мной, ладно? — Обещаю, что не стану смеяться, что бы ты не сказал, — серьезно отвечает Минхо, внимательно слушая младшего. — То, что произошло со мной той ночью… Я хочу забыть об этом… Стереть, понимаешь? — младший машинально кладет руку в теплую ладонь старшего, — То, что со мной сделали… Я хочу чтобы ты стер эту ночь, точнее что бы ты стер эти ощущения, ведь я хочу чувствовать подобное лишь от тебя… — поджав губы, Хенджин все-таки отводит взгляд в сторону и чувствует неловкость. Ему трудно выразить то, что он хочет донести до старшего. — Я понял, котенок, что ты имеешь ввиду, — Минхо медленно поднес чужую руку к своему лицу и коснулся ее своими теплыми губами, от чего Хенджин вздрогнул и улыбнулся, чувствуя нежность где-то в животе, — Я сделаю все, чтобы стереть эти ощущения, но ты уверен, что готов к этому? — Не уверен, — шепчет Хенджин, облизывая свои губы, — Но это ведь ты… А я люблю тебя, — Минхо словно ударяет током от этих слов, и он тут же расплывается в счастливой улыбке. Хенджин доверяет ему настолько, что даже после всего этого ужаса готов подпускать его к себе. Лино счастлив, что Хенджин открыт ему полностью, но вместе с этим он чувствует тревогу. Это такая ответственность, ведь от него сейчас буквально зависит состояние Хенджина. Минхо хочет помочь и сделает все, о чем младший попросит, но он боится сделать хуже. Боится навредить. — Я так люблю тебя, котенок, я сделаю все, чтобы помочь тебе. — Спасибо, хен, — младший несмело пододвигается к Минхо и обнимает его, прижимаясь к его груди. Вдыхает запах его тела и закрывает глаза, чувствуя спокойствие. — Тебе не стоит меня благодарить за это, милый, — шепчет парень, утыкаясь носом в волосы блондина, нежно обнимая его за плечи. *** Минхо: Я поговорил с ним, Феликс, он тоже скучает по тебе Феликс: Отлично! Мы сможем увидеться? Ты спрашивал его об этом? Минхо: Да, приезжай завтра к нему домой днем, хорошо? Адрес я тебе скину Феликс: Хорошо! Как он сейчас? Минхо: Уже лучше… Сегодня приезжал Крис, хотел поговорить с ним и все это хуево закончилось… Феликс: Идиот… Главное, что с Хенджином сейчас все хорошо! Минхо: Да… Феликс, я хочу попросить тебя об одолжении Феликс: О каком? Минхо: Не акцентируй внимание на прическе Хенджина, хорошо? У него сейчас очень короткие волосы и он переживает о том, что эта стрижка ему не подходит. Феликс: Короткие?... Ладно, я понял, не буду это комментировать. Минхо: Ну все, тогда до завтра. Феликс: Сладких вам снов заранее :* Минхо: Спокойной ночи) *** — Минхо еще не вернулся? — директор что-то сосредоточенно печатал в своем ноутбуке и не поднимал взгляд, хотя этот вопрос интересовал его очень сильно. — Нет, господин директор, он находиться с Хенджином, думаю так будет лучше, если это поможет. — Если это поможет, — мужчина язвительно повторил слова стаффа и откинулся на спинку кресла, — На следующей неделе нужно точно узнать о состоянии Хенджина, если все плохо — будем обращаться к психотерапевтам и работать над его психическим состоянием. — Да, господин директор, — парень услужливо кивал, чувствуя напряжение исходящее от своего босса. — Можешь идти, — холодно произнес Пак и вновь закурил, открывая окно настежь. Ему совершенно не нравилась вся сложившиеся ситуация. Крис вызывал у него презрение и разочарование, а вот Минхо вызывал в нем ненависть. Директор не хотел мириться с тем, что Минхо, как ни в чем не бывало решает все без согласования с ним. Словно он не директор компании, а пустое место в этом здании. Стаффа он ставит перед фактом, а сам уезжает домой к Хвану и живет там. Директор ревновал, он и сам не ожидал подобной реакции, но это уже было очевидно. Пак это даже признал. Из-за последних событий, которые пережил Хенджин, директор был и сам не прочь утешить парня, отвлечь его как-то, но тут этот Лино со своей любовью портил все планы. Пак понимал, что Хенджину скорее всего лучше именно с Минхо и только по этой причине не устраивал скандалов, но его терпению есть предел. Директор ощущал это очень четко. Сколько времени он еще будет терпеть выходки Лино, он не знал. Но осталось не долго, в этом он был уверен.