Реабилитация
7 февраля 2023 г., 23:58
Чума на оба ваших дома. Точнее Чума пришла в наш мир с намереньем его разрушить. После войны с Мальбонте, смерти Сатаны и отмены закона Неприкосновения прошло чуть больше десяти лет. Моя любимая Вики стала демоном, советником в Цитадели. Я очень ею гордился. Она, наконец, изменила политику небес и демонов начали слушать, а не ущемлять. Чудом выжавшие Дино и Люцифер, тоже внесли свою лепту в равновесие наших миров. Мими заняла место Кроули и подняла школу на новый уровень. На места Фенцио и Мисселины пришли Донни и Моника. Хоть во время учёбы казались лоботрясами, но после войны они повзрослели. Тогда многие поменяли своё мировоззрение и совсем другими глазами смотрели на крылатых братьев. Я же остался на своей должности преподавателя мифологии и изучения энергии.
Все эти годы мы провели с Вики в некоторой гармонии. Да, были ссоры, но мы быстро мирились. Я помогал ей в решении некоторых вопросов, давая ей совет из истории, она помогала с заданиями, которые я мог проверять всю ночь. Но у любой идиллии наступает переломный момент. И я надеялся, что нас это не коснётся. Однако, я был раздосадован решением судьбы.
Чума вернула многих, погибших в последней войне, из Небытия и заняла Цитадель. О своей девочке я не слышал несколько месяцев, пока мне не пришло письмо от Мими. В котором она рассказала, что некоторые советники бежали и скрываются. Об этом я знал, ведь скрывался вместе с ними. Среди нас была и Ребекка, но лучше б это была Вики.
«Чума ломает бессмертных морально одного за другим. Я у неё вроде домашнего питомца — постоянно на поводке. Люцифер и Дино под надзором своих отцов и не говорят ни слова против, хоть в глазах обоих читается желание противостоять этой твари. Но самое страшное и непонятное произошло с Вики. Чума отобрала силу Мальбонте у Уокер и вернула ему, а Вики просто растворилась в воздухе. Будто её и вовсе не существовало в нашем мире.»
Эти строчки письма Мими воткнули нож в моё сердце. Моя девочка исчезла с лица земли этого мира. Но такое невозможно. Абсолютно невозможно. Ещё в старых свитках я изучал бессмертных, которые являлись «пустыми сосудами». Даже если забрать силу, что они впитали, бессмертный продолжает жить, но Вики исчезла и никто не знал куда.
Несколько дней я не находил себе места. Спустился в мир смертных, чтобы немного проветрить голову. Я был в городе, где родилась, росла и жила моя девочка. Тут, как и на небесах, прошло около десяти лет. В тайне от Вики я навещал её старика, ведь он так и не отпустил дочь. Она до сих пор была подключена к аппарату ИВЛ и к другим аппаратам, недающим ей уйти совсем. Он потратил много денег на всё это, но продолжал верить, что дочка очнётся. Старик Уокер, хоть и постарел, но всё так же был бодр духом. А сейчас я отчётливо видел, что что-то изменилось в нём. Он был счастлив. Его потухшие глаза снова светились счастьем. Меня это сильно заинтересовало. И поэтому я проследовал тенью за ним. И что же я увидел. Моя девочка, моя любовь, моя страстная дьяволица лежала на больничной койке в доме отца и ела не без помощью сиделки бульон.
Я с удивлением смотрел на свою дьяволицу. Радость, от понимания, что она хоть где-то жива, переполняла меня, что мне хотелось кричать от подобного. Да, она чуть бледновата. Да, волосы потеряли свой блеск. Да, тут она сильно похудела. Но она жива. Единственное, что меня очень сильно взволновало так это пустота в её глазах. В них была скоплена вся боль бытия и бездонная пустота небытия. И я прекрасно понимал из-за чего. Если она помнила всё, что было на небесах, то помнила и меня. И сейчас страдала без меня. Так же как и я без неё. Увидев её глаза, я понял что должен быть рядом. Пусть не в своём обличии, но рядом.
Я покинул их дом и на следующий день явился в качестве психотерапевта. Мужчина, чьё тело я занял, был полной противоположностью меня: хилый блондин в костюме тройке, явно не по его размеру, и в очках. Первые дни мы молчали, точнее Вики молчала, а я пытался вывести её на разговор. Потом она начала рассказывать про жизнь в бессмертном мире, повторяя, что это был лишь сон. И так каждый день. Она рассказывала про Мими, Сэми и Ади, ворчуна Фенцио и святой женщине Мисселине, про сложные отношение с Люцифером, и добром друге Дино. И главное, о мужчине, что стал для неё всем — обо мне. На наших сеансах она никогда не смотрела на меня, пуская свой взор в окно, а я наблюдал за ней и видел как она оживает, но только не глаза. В них по прежнему была боль от потери. На последнем нашем сеансе при прощании со мной, Вики всё же посмотрела на мои глаза. И с силой придержала меня за руку.
— Геральд?! — удивление было на её лице. — Геральд, — повторила она. — Это и правда ты, - слёзы скапливались в её глазах.
— Мисс Уокер, Вы меня с кем-то перепутали, — с болью в сердце проговорил я и только теперь начал понимать непризнанных, что спускались «тайком» к родне — это и вправду очень трудно удержать себя и не подтвердить догадку оппонента, а без эмоций врать в глаза близкому.
— Вообще-то миссис Блэк, — с гордостью проговорила она. — И я не перепутала. Твои глаза я узнаю из тысячи, ведь для всех они являются льдами, а для меня всегда были чистым и тёплым небом.
Моё сердце рвалось к ней, ведь она не забыла о нашем союзе, но я себя остановил. И, сделав максимально отстранённый голос, проговорил.
— Мисс Уокер, Вам нужен отдых. Думаю на несколько дней наши сеансы можно прекратить. Увидимся через пару дней. Поправляйтесь, — развернулся я и направился к двери и именно тут меня настигли её слова.
— Я понимаю — запрет, — в её голосе были слышны слёзы. — Всё правильно. Так надо. Знай, я люблю тебя, мой демон.
— И я тебя, моя бестия, — прошептал я, удаляясь от её комнаты.
***
В тот день я решил, что лучше проживу жизнь, пусть и короткую, но с любимой женщиной, чем буду прозябать бессмертие один. К тому же не было известно сколько у всех нас есть времени, ведь Чума ждала своих братьев всадников и чем всё закончится для всех миров было не известно. Единственный кто мог мне помочь с моей затеей был Люцифер. Он мог вырвать мне крылья, отправив в мир смертных, не стирая памяти. Но он был всегда под присмотром Сатаны, будь он неладен. Вторым, к кому я мог обратиться, была Ребекка, но я был не уверен, что после всех манипуляций моя память останется при мне. Но другого выхода не было и я пришёл к ней. На удивление, она согласилась помочь и даже где-то в закромах откопала амулет Фенцио, который сохранит мне память. В назначенный день мы встретились на пустыре старого города. Руины до сих пор хранил тяжёлую энергетику первой войны, в то время когда мы готовились уже к третьей, после которой мир либо сгинет, либо с большими потерями выживет. Отдав мне амулет, Реббека пожелала мне и Вики счастья и лишила меня моих крыльев, которые каждый вечер укрывали мою нагую дьяволицу от чужих глаз, отправив на землю. Вики жила в пригороде Нью-Йорка, я же оказался в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Новое убежище, хэх, для нас с Вики это было символично. Мы часто сюда сбегали от посторонних глаз и проводили тихие, душевные вечера вместе. Тут, в нашем доме, хранились небольшие сбережения и необходимые на первое время вещи. Вики будто знала, что нам может понадобиться такой схрон. В гараже стоял старенький, но в отличном состояние Dodge чёрного цвета с полным баком бензина. До дома Вики чуть больше полутора часа езды. Ехать к ней я решил по утру, а пока привел себя в порядок и немного отдохнул, после стремительного спуска с небес на землю. Память моя была в порядке. Я помнил всё из своей долгой жизни. Амулет перестал работать, как только мои ноги коснулись земли. Я боялся, что по истечению его силы, я потеряю все воспоминания, но рад своим заблуждениям. Амулет Фенцио сработал на отлично. Утром, отдохнувший и более менее посвежевший, я запрыгнул в наше авто и помчал к своей любимой. С собой я взял подлинные документы о нашем заключении брака, правда оно было задним числом. Будто ещё будучи студенткой Вики и я расписались, но держали всё в секрете и якобы хотели рассказать, когда она получит диплом. Но не получилось. Почему всё так сложно? Вики думала как-нибудь приехать к отцу и это было бы доказательством наших долгих отношений. Но Вы сами понимаете, что я бы не пустил её к отцу, а вот нежданные знакомые могли появиться на горизонте. В общем, это долго объяснять. Она всегда пыталась везде подстраховаться и, видимо, не зря. По пути к Вики я заехал за цветами, для моей девочки. Её любимые орхидеи наполняли своим волшебным запахом салон авто и я невольно вспоминал наши индивидуальные уроки на одном из летающих островов. Там росли необычные цветы. Они всегда пахли другими цветами. Когда Вики ступала на поляну, воздух наполнялся запахом орхидей, когда я — пахло лилиями. А вместе играла симфония ароматов. Вики любила этот остров, а я любил быть с ней где бы то ни было. Мои раздумия прервались около дома Уокеров. Уже знакомым маршрутом я направился к парадной двери. Отец Вики как раз выходил из дома и с удивлением смотрел на меня. — Вам помочь? — спросил он. — Добрый день, мистер Уокер, — улыбаясь, я протянул руку для рукопожатия. — Рад, наконец, с Вами познакомиться. Меня зовут Геральд Блэк и я приехал к Виктории. — Что-то я Вас раньше не видел, — с сомнением смотрел на меня отец Вики, но руку всё же протянул. — А кем Вы являетесь Вики? — Как бы странно это не звучало — мужем, — ответил я и сразу добавил. — Мы познакомились ещё в университете. Я лаборант, Вики студентка. Слово за слово, совместные проекты. И вот мы уже встречаемся, — на одном дыхании, делая задумчивое лицо, будто вспоминал ту пору, проговорил я. — К несчастью, сообщить о наших отношениях мы не успели — Виктория попала в аварию, как и я. Долгое время я был на лечении в Техасе, так как родня вся моя живёт там. Потом реабилитация. Я учился ходить заново, как ребёнок. И не мог даже дать весточку Виктории, что со мной всё хорошо. — Но Вики не говорила о Вас, — Уокер был в шоке, мы уже беседовали в доме, расположившись в гостинной. — Да и Вы, похоже, давно поправились. — Всё так. Вы правы. На ноги я твёрдо встал несколько лет назад. Но дело в том, что моя матушка, — «прости, Шепфа», — сказала, что Виктория умерла. И только на своём смертном одре призналась, что соврала мне, посчитав, что я забуду девушку и она будет нянчить внуков, — историю придумывал на ходу, надеялся, что было правдоподобно и Вики поддержит этот бред. — Соболезную. А Вики только недавно вышла из комы. С ней почти всегда сиделка, а над её душевным состоянием работал психотерапевт, — констатировал отец Вики. — Может пройдём к ней. Она должна была уже проснуться. — Был бы рад, если Вы не против, — я включил своё обаяние на максимум, я должен был понравиться её отцу. К тому же сейчас мы, конечно, не сровнялись во внешности по возрасту, но и не так сильно отличались — так лет на пять — семь. Мы поднялись на второй этаж. Уокер постучал в дверь, но его встретила тишина. Он ещё раз постучал и приоткрыл дверь. — Вики, дочка, к тебе тут посетитель, — осторожно сказал он. — Я никого не хочу видеть, папа, — бесцветно ответила она. — Милая, может всё же посмотришь? — ласково спросил я. И тут она в секунду повернула голову на мой голос. В её глазах застыли слёзы, в них читалась радость и боль. Радость, что я ей не приснился, и боль, что она не могла подбежать ко мне и обнять. За время комы, мышцы сильно атрофировались и ей требовалось время на реабилитацию. И я был готов помогать ей встать на ноги, несмотря ни на что. — Геральд, — шептала она. — Я, милая, я, — ответил я и подошёл к кровати. Положив цветы на тумбочку, я присел на стул рядом с ней и взял её за руку. Её отец со стороны наблюдал за нами и, видя как засияли глаза его дочери, поверил во все бредни, что я ранее поведал ему. — Я так скучала по тебе, — сквозь слёзы говорила моя девочка. — Я думала, что всё было сном. И школа. И ангелы с демонами. И ты. — Нет, это не сон. И я буду рядом всегда, — я стирал солёные ручейки с её щёк, любуясь её красотой. — Мы всегда будем вместе. И я помогу тебе встать на ноги. У нас будут дети и внуки. Заведём собаку или кошку, или сразу обоих. Вечерами будем сидеть на заднем дворе у костра и пить какао, рассматривая звёзды и вспоминая нашу бессмертную жизнь. — Но ты ведь не можешь оставаться здесь, да и вообще быть в своём обличие. Если только., — она осеклась, понимая всю ситуацию. — Да, я лишился бессмертия и крыльев. Но вернулся к тебе. Ведь без тебя мне не нужно бессмертие. Я лучше буду здесь с тобой, чем так и без тебя, миссис Блэк, — с лукавой ухмылкой закончил я. — А как же Чума? Новая война? Миры под угрозой, — её отец давно оставил нас одних и мы свободно говорили о теме небес и ада. — Не важно. Главное, мы вместе, — я наклонился к ней и поцеловал нежным поцелуем в губы.***
Спустя год долгой реабилитации, Вики стала самостоятельным человеком. Нет, она, конечно, всегда была самостоятельна, но я имел в виду, что она без чьей-либо помощи могла ходить, подниматься по лестнице и многое другое, на что люди, без травм или увечий, не обращают внимания. Все это время я был рядом. Поначалу разминал её ноги и руки. Потом помогал вставать с постели. Следил за её тренировками на брусьях и тренажёрах для ходьбы. Потом был велотренажёр и тренажёр для гребли. А там и в историю ушли костыли и кресло-каталка. Сейчас же мы живём в домике у моря на Лонг-Айленде. У нас дома целый зверинец: собака, кошка, хомяк, рыбки и попугайчик. Мы часто навещаем отца Вики. А недавно мы узнали об интересном положении Вики и теперь готовимся потихоньку стать родителями. Спросите, как хватило наглости спать с ещё больной женой. О, тут лучше спросите откуда в этой больной столько прыти и страсти. Тогда все вопросы отпадут сами собой. Ну, на этом мой рассказ заканчивается. Надеюсь, с Чумой бессмертные разобрались и мы проживем долгую смертную жизнь с Вики.
