– Ребята, а как же я?

В воскресенье утром Сяо Чжань проснулся от резкого звука дверного звонка. Он с тихими ругательствами пошел открывать дверь. На пороге стоял высокий китаец в черном костюме. Он смотрел угрюмо, намереваясь, наверное, убить. – Господин Ван Ибо у вас? Сяо Чжань прокашлялся. – И вам доброе утро. Нет, конечно. – Понимаю, мое появление внезапно. Но его мобильное устройство находится в вашей квартире. – С чего вы взяли? Можете пойти проверить, если имеете на это право. – Дело в том, что он не ночевал вчера дома. После того как прилетел с соревнований, исчез. На звонки не отвечает. По настоящий момент номер устройства отслеживается ровно до вашей квартиры. Учитель рассмеялся. – То есть родители в курсе, что у их сына было соревнование? И они в курсе, что их сын занял первое место? Но, вместо того, чтобы встретить и поздравить, они просто отследили устройство, когда оно не приехало домой? Я правильно понимаю? Сяо Чжань злился. У него была неизрасходованная ненависть за отношение к этому мальчику. Охранник поднял руки в примирительном жесте. – Я вас прекрасно понимаю, господин. Но это не наше с вами дело. Просто… Если вдруг увидите его, передайте, чтобы заехал домой. Хорошо? Он говорил это достаточно громко, чтобы Ван Ибо, который находился в квартире, услышал и принял к сведению. – Хорошо. Если по чистой случайности встречу его, обязательно передам. Мужчина поклонился, бросил взгляд за спину Сяо Чжаня и растворился. Ибо вышел навстречу в одних штанах с оголенным торсом, Сяо Чжань в который раз не мог поверить, что это не сон, и Ван Ибо находится в его квартире и всю ночь провел в его объятиях. – Тебя родители потеряли, Бо-ди. Ибо лениво потянулся, показывая красивый пресс. – Я слышал. Не поеду я к ним. – Завтра в школу, надо переодеться. – Ты меня выгоняешь? Так и скажи, я уеду. – Еще чего. Я тебя встретил, значит, ты мой. – Тогда я даже рад, что они на меня забили. – Они прислали охранника, значит беспокоятся. – Охранник и беспокоится. Нормальный мужик. А они нет. Сяо Чжань на мгновение задумался. – Тогда оставайся у меня столько, сколько хочешь. Учитель готовил поздний завтрак, склонившись над плитой, к нему сзади прижалось горячее тело. Ибо упирался в задницу Сяо Чжаня своим стояком, и терся о его спину словно котик. – Я тебя не понимаю, пять минут назад ты хотел есть, теперь ты хочешь трахаться? – Ты такой соблазнительный в этих штанах, особенно, когда наклоняешься. Почему в школе не ходишь в чем-то подобном? – Тебе не нравятся мои строгие брюки? – Нет, ты в них особенно сексуален. Учитель выключил плиту. – Даже не знаю что теперь делать, пельмени, или трахаться? – Сначала трахаться, потом пельмешки. Я очень голодный, во всех смыслах. Сяо Чжань обернулся, обнял домашнего мальчика. – Тогда я приготовлю для тебя особое блюдо. Тот наивно захлопал глазами. Сяо Чжань добавил: – Себя. Ибо сидел на подушках и вовсю наблюдал за процессом. – Я давно этого не делал. Даже для себя. Для себя всегда лень. Сяо Чжань влажно вставлял в себя два пальца. Он стоял на коленях, широко расставив ноги и растягивал себя, слегка морщась и прикусывая губы. Ибо от такого зрелища готов был кончить почти сразу, поэтому не трогал член и старался думать о чем-то отвлеченном. – Почему ты такой сексуальный, Сяо-лаоши? Это законно? – Ты себя видел? Вот где беззаконие. Расставил ноги, член стоит колом, думаешь мне легко сдержать себя и не начать отсасывать такому сладкому мальчику? Ибо запрокинул голову. – Ай-йа, Чжань-гэ, я кончу только от твоих слов. Ты такой горячий. – Иди ко мне, Бо-ди, растяни меня, хочу твои пальцы в себе. Ибо подполз к развратному учителю и для начала поцеловал. Он обожал целоваться с ним. Рука ловко заменила пальцы Сяо Чжаня и потихоньку стала потрахивать узкий вход. – Такой тугой, боги, Сяо Чжань. Ты сведешь меня с ума. Пальцы все лучше разрабатывали анус, учитель кивнул. Можно было начинать. Ибо уложил мужчину на подушки и лег сверху. Совершенно не хотелось никуда торопиться. Поэтому он просто тёрся об него, соприкасаясь членами и целовал, целовал любимые губы. Сяо Чжань инстинктивно раздвигал ноги. Ему хотелось подчиниться мальчику, отдаться ему. Чтобы он оттрахал его нежно или грубо, неважно. Ценность этого секса была не только в оргазме, вообще не в нем. Ценность была в том, что Сяо Чжань влюбился в Ибо и хотел слиться с ним любым возможным способом. Хотел доставить ему удовольствие, даже если не понравится самому. Но когда Ибо вошел в него нежно и властно, Сяо Чжань вскрикнул. Сразу по простате. Он закинул голову назад и закатил глаза. – Боги, Ибо. Ты. – Я хорош, да? Еще один толчок и Сяо Чжань взвыл от наслаждения. Ибо не спешил, он не хотел доставлять удовольствие грубо и сильно. Он был ласков. Двигался очень плавно, как танцор, двигал бедрами, сжимал одной рукой ягодицу, другой массировал чувствительный сосок и влажно целовал. Тройное комбо делало свое дело. Сяо Чжань изгибался под ним, подставляя задницу. – Еще, еще, Ибо, толкнись, сделай папочке хорошо. – Ты постони как следует, сучка, и я пойму, как тебе нравится. Сяо Чжань вскрикнул от очередного толчка и сладостно застонал. Эти слова, этот мальчик, это было чистейшее удовольствие. Ибо идеально входил в него. Задница звенела от наслаждения, учителя потряхивало от толчков. – О да, Ибо, еще, трахни меня еще. Поглубже. Выеби меня. Почему я раньше этого не сделал, черт возьми? – Потому что ты упрямый, красивый засранец, гэ. И я тебя люблю. Сяо Чжань распахнул глаза и на грани вожделения и обожания воскликнул. – Я тоже тебя люблю. Он впился ненасытными губами и яростно поцеловал чувственные губы. Ибо трахал Сяо Чжаня, не останавливаясь, только с взаимным признанием делал это с гулко бьющимся сердцем и слезинками в уголках глаз. Ибо кончил первым, потому что Сяо Чжань в сексе был очень громким и очень развратным. Он стонал и извивался, так что Ибо сходил с ума с этого дикого учителя музыки. Сяо Чжань, почувствовав заполняющее его тепло и дрожащего в оргазме мальчишку, едва прикоснулся к своему члену, и сразу же кончил вслед. Он уложил Ибо на спину и стал бездумно лихорадочно целовать. Ибо был не против, принимал ласку, смеялся и плакал. Почему-то плакать для него стало так легко и естественно. Он спросил хриплым голосом у своего учителя, просто так, ответ был не важен. – Тебе понравилось, гэ? – Больше всего на свете. Ебать в нашей семье будешь ты. Ибо расхохотался, прижимая к себе Сяо Чжаня. – Дурак, какой же ты дурак, люблю тебя. Мы будем меняться. Я хочу тебя везде и всегда, во мне и на моем члене. – Как скажешь, любимый. Как скажешь. В понедельник Сяо Чжань никакой пришел в школу. Они приехали с Ибо на одной машине, школьник убежал на занятия, растрепанный, невыспавшийся, затраханный и счастливый Сяо Чжань вяло зашел в учительскую. Учиться не хотелось, учить тоже. Хотелось еще хоть немного поваляться в кровати дома, эти выходные были наполнены сексом, так что сидеть было больновато. Но Ибо убежал весело, хотя его заднице тоже досталось. Хайкуань встретил его в учительской, нарядный и красивый. Подошел к другу. Улыбнулся. – Ну что, сегодня он приезжает? – Кто? – не понял Сяо Чжань. – Ван Ибо. Учитель музыки почесал взлохмаченные волосы и задумался. – Он уже приехал. И ушел, пытаясь не засмеяться Хайкуаню в лицо. Какое счастье, что он не стал ждать понедельника. Это были самые счастливые выходные в его жизни. Лю Хайкуань рассеянно смотрел в спину уходящему другу и силился понять, почему Сяо Чжань так внезапно забил на приезд Ван Ибо. После занятий Ибо заглянул в учительскую. Там никого не было, кроме двух друзей-коллег. Школьник проигнорировал вставшего к нему математика и направился сразу к Сяо Чжаню. Он присел на учительский стол. Учитель поднял голову, взгляд его мгновенно потеплел. – Привет, Бо-ди. Ты уже закончил? Лю Хайкуань как шел, так и остановился, глядя на двух воркующих влюбленных. – Да. Сегодня к тебе? Я предупредил своих, что не появлюсь. – Ко мне, Ибо, хочу приготовить тебе пельмешки. Парень счастливо улыбнулся. – Идет. Я проголодался. Во всех смыслах, Чжань-гэ. Сяо Чжань широко улыбнулся в ответ, как будто это была их старая шутка. Они встали и, не обращая внимания на охуевшего Хайкуаня, пошли прочь из учительской. – Ребята, а как же я? Хайкуань продолжал стоять посреди учительской. Красивый, привлекательный, но такой лишний в этих отношениях. Сяо Чжань обернулся и бросил через плечо. – Хайкуань, а ты как-нибудь сам. У тебя с этим не должно быть проблем. Ибо хмыкнул и остановился перед дверью. Старший открыл перед ним дверь и пропустил вперед, погладив по спине. Ибо нежно улыбнулся и без стеснения принял его заботу.