Любовь или ненависть?

Ужасный день! Утром снова работать, но настроения нет. Я больше походила на призрака. Ночью я не спала и постоянно перелистывала альбом с фотографиями. Иван! Я должна была пойти к нему, а не к родителям тогда. Он мне был, как брат. Сколько мы пакостили. Я стояла возле окна и смотрела на улицу. Белков разорялся и отпускал в мой адрес шуточки, но никто не смеялся. -Дим, не надо! – Лисса пришла. – Ей про Ивана сказали только вчера. Ребят, мне с ней поговорить надо. – Все молча вышли. Даже Дмитрий с болью смотрел на меня. – Роуз. -Он был мне, как брат. -И мне. Мы не хотели тебе говорить. Сначала беременность, потом детей кормила… Мы как-то свыклись… -Но могли мне сказать! Лисс, сколько раз он наши задницы спасал! Он должен был быть президентом школы, а не ты! -Согласна. Мне тоже больно. Роуз, не закрывайся снова. Тебе больно, как и нам. Мы на тебя год смотреть не могли. Ты сейчас ожила. У тебя есть… -Он подслушивает! Лисс, я не обижаюсь на тебя. Я знала, но ты крестная у детей. -Спасибо! – Она обняла меня. – А ты… -Двое, а один сам получился… Сама не знаю, как. Таша говорит, что мне повезло. -Роуз, если у тебя больше не получится… Я поговорила с Кристианом. Он согласен. Я могла бы для тебя… -Не надо! Думаешь, мне одной легко с ними? Больше так не делай! Кольцо? С поводом или без? -Двумя! Мы у тебя одолжим ребят через месяц? -Сроки поджимают? Пусть, а то вам будет скучно на свадьбе. Драку они вам обеспечат. Мне надо работать. -Спасибо! Я пошла к пациентам. Они видели во мне только врача. Беспристрастного и без личных чувств. Ничего сложного не было. Весь день провела с Ташей. Настроение паршивое, но хуже некуда. Она подобрала для меня варианты, где аборт – спасение для девушек. Хоть как-то легче. Я сидела на скамейке, смотря на детское отделение. Меня это немного успокаивало. Не хочу, чтобы мои дети приходили сюда кроме прививок, которые я могу сделать сама. Они не подпускают к себе врачей. -Роза! – Дмитрий сел рядом, держа в руках несколько карт. -Не хочу говорить! – Мы молчали, пока не зазвонил телефон. – Да, мам! – На заднем фонедети играли и кричали. -Хотела узнать… Ты сегодня заберешь детей? -Нет, не смогу. Работы много – я хочу сегодня немного отдохнуть. -На ужин приедешь? Они скучают по тебе. Лисса вчера мне рассказала. -Не надо! Скажи им, что я работаю. -Хорошо! Я смотрела в пол. Пять лет прошло. Меня оскорбляло, что я не знала. -Где его похоронили? – Дмитрий протянул листок. -Тебя отвезти? -Своя машина есть. Беликов, уже ничего не вернешь. Моя жизнь изменилась, а тебе нет в ней места. -Я слышал разговор Таши и Майка. Они говорили о тебе. Прости! Это из-за меня. Иван мне потом мозги вправил… тогда – в тот вечер. Я не знал о твоих проблемах. -Мои проблемы, которые тебя не касаются. Мне нужно работать. День прошел однообразно. Монотонная работа расслабляла. Детей я забрала через два дня, вчера у меня было дежурство. Все медленно вошло в свое русло. Дмитрий пытался меня довести, чтобы я ушла, но я не сдамся. Таких стрессовых ситуаций у меня будет еще много. Лисса сегодня выходит замуж. Я у нее в качестве подружки невесты. Девочки прошли первыми, раскидывая лепестки роз, а Иван прошел с подушечкой, на которой лежали кольца. Иван был очень похож на своего отца, которого тоже пригласили. Я помню его именно таким, когда он первый раз пришел в школу. Я встала рядом с ними. Пришлось взять девочек за руки, чтобы они не подрались. Иван постоянно улыбался. Лисса была счастлива. Она в первую очередь обняла детей, а потом меня. Сорванцы не давали мне покоя. Я разрешала им делать все. Мама и папа нашли для себя свой круг общения. Я пошла к своим друзьям. -А дети чьи? Роуз! – Я закатила глаза на слова Сидни. Адриан отстал от меня и теперь встречается с ней. -Как тебе сказать? -Мам, там Иван упал! У него кровь! – Наташа дергала меня за подол платья. -Где? Я побежала за ней. Иван держался за руку и никому не давал ее осмотреть. Я села рядом с ним. Беликов пытался взять его за руку. -Иван! – Я села рядом с ним. – Болит? – Он не плакал, но кивнул. – Дай посмотрю! Я начала снимать с него пиджак. На белой рубашке кровь. У меня впервые задрожали руки. Я пыталась собраться. Любой из них мне дорог. Какой палец на руке не уколи, любой больно. -Роза, давай я! -Нет! Найти чем зафиксировать! – Врачей здесь полно, поэтому мне быстро все нашли. Я достала телефон. – Мам, присмотри за девочками. Я в больницу с Иваном. -Хорошо! – Она стояла за моей спиной. -Тише! Сейчас все пройдет! –Я поставила слабую дозу обезболивающего. – Сейчас будет легче! -Мам! -Потерпи немного! -Мам, мы с Иваном хотим! – Девочки вытирали слезы. Я кивнула, чтобы их успокоить. Оперировать я не смогу, а их успокоить надо. Дети побежали к машине. Я осторожно взяла сына на руки, не думая о платье. Я показала, как правильно держать руку, чтобы меньше ее травмировать. Мальчик кивал. Я удивлялась его мужеству. На соседнее кресло сел Беликов. -Что забыл? У меня нет на тебя времени. -Ты не сможешь, а сегодня я дежурю. – Я ему их не доверю. -Ты не можешь? -Почему? – Я оглянулась на сына. – Надо вести машину и следить за жгутом, чтобы не передавил руку. Поехали! – Я достала телефон. -Майк, это Роуз! Кто из хирургов в больнице? -Беликов дежурит. -Он не имеет права! Кто еще? Майк, только ты остаешься. Я уже еду! -Что у тебя? -У Ивана открытый перелом. Я не могу оперировать. Я очень быстро доехала до своей больницы. Майк смотрел на Дмитрия, который нес на руках Ивана. Он осторожно положил ребенка на коляску. Девочки догоняли нас. Я оставила машину прямо возле дверей. -Иван! – Я взяла его за здоровую руку. – Они тебя разденут, а я переоденусь. Я все сделаю. – Он кивнул. – Иди с дядей Майком! Я осталась в коридоре. Майк протянул мне документы. Девочки уснули. Что-то он долго! Я себе места найти не могла. Дмитрий удивился, что его не пустили. Он ничего не понимал и нервно ходил рядом со мной. Какая тишина? Автокатастрофа. Майк только вышел из операционной. Двоих везут. -Берите одного, а я второго. – Мы кивнули. – Оставлю их в детском отделение. Ты ему сказала? Давно пора! – Дмитрий смотрел на меня. -Ты ему только что сказал. Я мыться! Беликов молчал. Мы взяли на себя девушку. Хорошо, что Джесси приехал. Он ушел помогать Майку. У девушки было множество травм, а она сама не маленьких размеров. Я зашивала часть ран, а Дмитрий другие. У нас получалось работать в две руки, будто у одно хирурга их четыре. Медсестры только успевали. Прерывистый писк сменился протяжным. -Остановка сердца! Реанимацию! – Я заметила на мониторе маленькие подрагивания. – Разряд! -Стой! Ты его убьешь! Скальпель! Время! Никогда не делала кесарево сечение. Я действовала, как было написано в учебнике. Девушка беременна. Мы не заметили из-за ее веса. -Что ты делаешь? -Как и должна! Время! -Тридцать секунд! Роза, ты ее убьешь! -Пусть, но ребенка спасу. Детскую реанимацию. -Ты срока не знаешь! -Ты его убьешь при первом же разряде! Не мешай! Минута. Еще двадцать секунд! Ты не понимаешь, как это больно! Будь наготове! Я достала ребенка и быстро обрезала пуповину. Недоношенный. Дмитрий почти сразу приступил к реанимации. Я отдала ребенка другим докторам и принялась спасть ее мать. Операция была почти закончена, когда остановилось сердце. В операционную зашел еще доктор. -Там еще одного везут. У Майка все туго. -Роза, справишься? – Мы стабилизировали женщину. Я кивнула. – Привезут – готовьте! – Врач ушел. Дмитрий еще помогал мне. Я ловила на себе его улыбающийся взгляд. Он постоянно прятал свой смущенный взгляд. Привезли пострадавшего. Мне осталось только зашить девушку. -Я люблю тебя! – Дмитрий снял маску и улыбнулся, выходя из операционной. – Ты справишься! Операция закончилась. Я пошла к сыну. Девочки перебрались к брату. Он еще от наркоза не отошел. Я села в стороне и смотрела на них. Уже стемнело. -Ты была права с пациенткой. Как догадалась? -Не знаю. Я доверяю своим чувствам. -Прости! – Дмитрий обнял меня. – Я… -Не надо! Не мешай нам жить дальше. -Буду мешать! – Он повернул меня к себе. – Я больше не ошибусь! Наш был бы старше. – Зачем он напомнил? – Я был молодым сопляком. Мы потом что-нибудь придумаем. Таша чудеса творит. -Да! – Я скучала по его успокаивающим объятиям. – Дим! -Давно ты меня так не называла. – Он прижимал меня к себе. -Они твои. Я не помню… -Я помню! Ты хорошо выпила. Я тогда понял, сколько потерял. Простишь? – Я кивнула. – Я люблю тебя! – Он поцеловал меня в макушку, он так всегда делал в школе, и отпустил, чтобы подойти к детям.