Сердцеед и Президент

Джено схватил запястья Ренджуна в замок, вытягивая его руки над головой и прижимая плотнее к металлическим стеллажам кладовой. Его ладонь скользнула под футболку Хуана, скользя вверх и вниз по животу, заставляя того вздрагивать. Джено наклонился и, обжигая своим дыханием, провел кончиком носа от мочки уха вниз по шее и опять вверх. — Ренджун, — прошептал Джено, взглянув прямо в глаза Хуану. И, прижав его к себе, поцеловал, плотно скрепляя их губы поцелуем. Ренджун резко распахнул глаза, не понимая, где находится. Лишь сердце громко стучало в груди, а на губах оставалось стойкое ощущение поцелуя. Он огляделся и обнаружил себя на своем диване: футболка была задрана вверх, открывая его живот, а руки запутались в простыне так, что ему понадобилось минуты три, чтобы высвободиться. Хуан сел, поправляя футболку и всё ещё переваривая происходящее. Ему даже не надо было смотреться в зеркало, чтобы понять, что его щеки и уши просто пылали. Неужели это был сон? Его сон. «Я становлюсь каким-то странным, и это меня пугает», - он лёг, обхватив себя руками. Может поговорить с Чэнлэ? И что сказать? Что ему снился поцелуй с Джено? Или что он стал странно себя чувствовать в присутствии Джено? Ну нет, это всё из-за той нелепой шутки и перенапряжения. Ренджун прикрыл глаза и попытался заснуть, но, как только вспомнил свой сон, опять резко распахнул глаза. Хуан сходил на кухню за водой и вернулся в комнату. Он плотно закрыл дверь и, немного помедлив, повернул ключ в замке. Наверное, впервые за время пребывания в этой квартире. И лег обратно на диван, но так и провалялся до утра, не сомкнув глаз. Ренджун услышал, как в другой комнате что-то начало грохотать, означая только одно - Чэнлэ проснулся. Минут через десять грохота ручка в его комнату дёрнулась. — Ничего не понимаю, — послышался удивлённый голос друга из-за двери. Дверь затряслась ещё сильнее. — Ренджун? — голос Чэнлэ уже звучал обеспокоенно. — Эй, ответь мне! С тобой всё в порядке? Ренджун не хотел вставать и даже не хотел двигаться, но боялся, что если так продолжится - Чэнлэ вынесет дверь. — Ренджун? — уже жалобно начал Чэнлэ после череды ударов в дверь. Хуан вздохнул. — Я хочу побыть один, — как можно более уверенным голосом ответил он. — О, Ренджун! Ты не спишь? Что стряслось? — ручка его двери опять дёрнулась, пока друг засыпал его вопросами. — Давай поговорим? Ты чего закрылся? — Я просто хочу побыть один! — ещё раз повторил Ренджун, повысив голос. И вытащив купюру из бумажника, просунул её под дверь. — Купи себе что-нибудь на завтрак. Я сегодня готовить не буду. Купюра из-под двери исчезла, а в соседней комнате послышался приглушённый голос Чэнлэ. Скорее всего, он позвонил Джисону. — У нас тут что-то странное творится! Ренджун заперся от меня! Я уже думал выламывать дверь! — громко возмущался он. Их хоть и разделяла стена, с голосом Чэнлэ это была не проблема. Повисла тишина - видимо отвечал Джисон. — Нет, он не выходит. Он даже меня не кормит! Опять тишина. — Я не эгоист, просто он готовит лучше! А теперь он суёт под дверь свои деньги и говорит, чтобы я купил себе что-нибудь! Чувак, сегодня я ночую у тебя! Через пятнадцать минут шумных сборов Чжон опять постучался в дверь. — Я пойду к Джисону. Его мама собралась приготовить карри и пригласила нас. Ты со мной не хочешь? — Нет, — ответил Хуан. Чэнлэ ещё немного подождал, но продолжения ответа не последовало. — Я приду завтра. Отдыхай и не забывай кушать, ладно? — послышались шаги к двери и через минуты две хлопок входной двери. И дом погрузился в тишину. Ренджун так и лежал на диване. Он не знал, сколько прошло времени с момента ухода Чэнлэ. Он просто лежал и слушал тишину, стараясь не думать ни о чем. Но в этой тишине мысли, наоборот, как клубок ядовитых змей подползали всё ближе и ближе. Тишину нарушил короткий гудок телефона, разнося волны вибрации по дивану Хуана. Он приоткрыл один глаз, но не двинулся с места. Звук и вибрация повторились. Ренджун запустил руку под одеяло, выискивая, где-то затерявшийся там телефон. Заставку его телефона всё так же украшала его фотография с Джено, заставив Хуана вздрогнуть. Сообщения так же были от него. [13:00] Д: Привет [13:01] Д: Как у тебя дела? Ренджун прочитал первые два сообщения. И не успев даже закрыть их, увидел, что появилось третье. [13:04] Д: Надеюсь, ты хорошо спишь. — Поспишь тут… — буркнул он, выходя из чата. И как бы абсурдно это не звучало, у него было такое ощущение, что Джено знал, что ему приснилось, и сейчас просто издевался над ним. Ренджун перевернулся на живот, рассматривая заставку своего телефона и думая, когда так всё поменялось в его жизни. Хуан, сколько себя помнил, всегда, в какой-то степени, гордился своим одиночеством. Равнодушие к своим сверстникам позволяло ему быть одним из лучших учеников. Ничто его не отвлекало, он идеально контролировал свои эмоции и внимание. Он редко испытывал симпатию к кому-либо, слишком уж личное это было. Ренджуну были чужды отношения, за всю жизнь он так и не признался никому в любви. Не то чтобы ему признавались, но ему было всё равно на это. "Люблю" он говорил лишь своим родителям, и один раз он сказал это Чэнлэ. И то, потом быстро пожалел об этом, потому что тот его чуть не задушил в своих крепких объятиях. Но с переездом и переходом в новую старшую школу - всё почему-то изменилось. Это был их последний год обучения, впереди маячили выпускные экзамены. И вместо того, чтобы начинать подготовку сейчас, за полгода до, он просто лежал и смотрел в одну точку, сжимая в руке свой телефон. Потому что ни о чём не мог думать, кроме своего сна, где его целовал самый популярный парень его школы. Ренджун чувствовал себя глупо: ему было стыдно и одновременно было еще что-то, от чего сердце замирало.

***

— Я дома, — раздалось с порога. Чэнлэ забежал на кухню, водя носом, и увидел на столе небольшой контейнер. — Ренджун, что ты приготовил? Какой божественный аромат… Неужели? — он открыл крышку и шумно вдохнул. — Моё любимое тушёное мясо! Чэнлэ забежал в комнату Ренджуна. — Наконец-то ты открыл дверь! Теперь же все хорошо, да? — он обнял Ренджуна со спины. Хуан выскользнул из его объятий, но не проронил ни слова. Чэнлэ напрягся. — Подожди... — он посмотрел на Ренджуна. — Опять что-то не так? Обычно, как только я к тебе прикасаюсь, то слышу возмущенные возгласы. Где они? Они посмотрели друг на друга. — Ты теперь решил молчать? — озвучил свои догадки Чжон. Хуан пару минут размышлял, потом утвердительно кивнул. Чэнлэ грустно вздохнул. — Что с тобой? Вчера я тебя слышал, но не видел. А сегодня я тебя вижу, но не слышу. Он присел рядом с Ренджуном. — Не хочешь поговорить? Может быть что-то обсудить? Хуан отрицательно замотал головой. — Инджун, что бы у тебя не случилось, ты всегда можешь мне рассказать, — тяжело вздохнув, сказал Чжон. — Если что, я всегда рядом. Ренджун согласно кивнул. Он знал, что Чэнлэ можно доверить самые сокровенные секреты, несмотря на то, что у него порой язык без костей. Это чудо, что в таком человеке как он - было чувство такта, и он всегда чутко реагировал на изменения в Ренджуне. Но Хуан был не готов рассказать Чэнлэ о том, что его так сильно тревожило. По крайней мере сейчас. Прежде, он хотел разобраться в себе сам и потом уже просить о помощи.

***

— Ренджун, ты уверен, что нормально себя чувствуешь? Ты какой-то сегодня бледный, — в понедельник Ченлэ взволнованно оглядывал его по пути в школу. Ренджун равнодушно пожал плечами. — Ты не заболел? Может сегодня дома останешься? Ты со вчерашнего вечера ничего мне так и не сказал. Хуан отмахнулся рукой. Разговаривать ему сейчас совсем не хотелось. — Ты так и будешь молчать? — через пять минут тишины опять спросил Чжон. Ренджун утвердительно кивнул. Ему казалось, что за выходные он смог привести свои мысли в относительный порядок, но не тут-то было. Стоило Хуану увидеть Джено, как все его мысли опять перемешались. Шёл уже второй урок, а Ренджун никак не мог сосредоточиться на том, что им рассказывал учитель. «Если не удаётся сосредоточиться на доске, будем решать то, что беспокоит сильнее», - рассудил он и покосился на Джено, наверное, уже раз пятидесятый за два урока. Ренджун хотел понять для себя, чем был так хорош Джено и почему он всем нравился: «Он красивый?» - мысленно задавал себе вопросы Ренджун. Ну допустим. Он мужественен? Бесспорно, и девушкам это нравилось. Хуан решил записывать свои наблюдения в тетрадь, чтобы ничего не упустить. Да и чтобы учитель не думал, что он витал в облаках. Он добрый и всегда вежлив? Да, и это прибавляло ему баллов не только среди учеников, но так же и среди учителей. А что еще? Ренджун задумчиво начал грызть колпачок от своей ручки. Что же в нём такого особенного, что одним своим присутствием он выбивал Ренджуна из зоны своего комфорта? Джено вечно как будто что-то не договаривал, специально делая их общение до ужаса неловким. Джено, будто услышав его мысли, повернул голову в его сторону, и встретившись с его взглядом, Ренджун снова вспомнил то, что ему недавно снилось. В легкой панике Хуан отвел свои глаза, чувствуя, как его уши мгновенного заалели. Уставившись на пустую доску, Ренджун сделал максимально заинтересованное лицо, молясь, чтобы Джено не заметил его пылающие уши. На перемене Ренджун, жестами отправив Чэнлэ в одиночку гулять по школе, решил остаться в классе, чтобы вновь попытаться хоть как-то упорядочить свои мысли. Он снова перевёл взгляд на Джено, который так же не спешил выходить в коридор. Вокруг него снова собиралась небольшая компания. Джено весело болтал со всеми, но время от времени, прикасался к своему плечу и морщился от каждого дружеского прикосновения к своей спине. И Ренджун ясно понимал, почему Джено было так некомфортно. «Прости», - хотел сказать ему Хуан, но слово так и застряло небольшим комом в его горле. Он снова не мог говорить с ним, боясь, что выдаст себя и все свои переживания. Ему было стыдно за то, что Джено пострадал, спасая его. Зачем? И что теперь с этим делать? И как перед ним извиниться? Джемин - единственный, кто непринуждённо, но быстро убирал чужие руки от Джено. А потом и вовсе пересел, не давая никому коснуться друга, как будто зная, что случилось. Наблюдая за происходящим, Ренджун еще сильнее почувствовал свою вину. Он даже принес из дома мазь, засунув её сегодня утром в свою сумку. Чэнлэ довольно часто приходил после тренировок с ушибами, и они чередой проб и ошибок нашли самую лучшую из них. Сегодня утром, когда Ренджун готовил завтрак, его глаза скользнули по аптечке, где лежал совсем новый тюбик мази. Принести-то он принес, но Хуан никак не мог себя заставить сейчас её отдать. Смущение за свой сон и свои мысли - не давали и шага ступить в направлении Джено.

***

Ренджун задумчиво ковырял еду палочками, погружённый полностью в свои мысли. Он даже разговор друзей слушал вполуха. — Привет, — раздался почти над самым ухом голос Джемина, выводя Ренджуна из раздумий. Рядом с ним на стол опустился поднос. И на лавочку, улыбаясь, плюхнулся сам На. Хуан вопросительно посмотрел на Чэнлэ. «Я их не звал», — одними губами сказал тот, двигаясь, чтобы с ним смог сесть Джено, который держал свой поднос одной рукой. Ренждун закусил губу, наблюдая за тем, как Джено едва заметно поморщившись, взял палочки левой рукой. Чэнлэ удивленно посмотрел на него. — Джено, что с тобой? — поинтересовался он, разглядывая его. — Ничего такого, — отозвался Ли, — просто был неосторожен и уронил пару коробок на себя. — Во-оу, — протянул Джисон, с беспокойством смотря на него, — судя по всему, они были тяжёлыми. — Терпимо, — ответил Джено, поднимая взгляд на Ренджуна. Джемин тоже внимательно посмотрел на Хуана и нежно обнял за плечи. — Ренджун, а с тобой что? Ты сегодня молчаливый, даже больше обычного, — нежно улыбаясь, поинтересовался Джемин. Хуан посмотрел не него, но вместо ответа лишь равнодушно пожал плечами. — Даже не пытайся, — уже совсем отчаянным голосом протянул Чэнлэ, видя попытки Джемина. — Он со мной тоже не разговаривает. — Да? — Джемин перевёл удивлённый взгляд с Чэнлэ опять на Ренджуна. — Дал обет молчания? Их разговор прервал капитан одной из школьных команд, громко позвав Ченлэ с Джено, приветствуя их. И широко улыбаясь, с силой похлопал каждого по плечу. Джено охнул и резко зажмурился, выронив палочки из рук. В то же время Джемин напрягся и подался вперёд, но его опередил Ренджун, видя, как исказилось от боли лицо Джено. Хуан резко вскочил со своего места, лишь чудом не уронив свой поднос. Он схватил Ли за неповрежденную руку и потянул прочь из столовой. — Идем, — кратко кинул он, увлекая за собой ничего не понимающего Джено. Ренджун вёл Джено по коридорам школы в сторону медкабинета. Он распахнул дверь, и они зашли внутрь. В кабинете было тихо, и медсестры нигде не было видно. Ренджун обвел взглядом пустой кабинет. — Садись сюда, — кивая на кушетку, указал он, наконец отпуская руку Ли. Сам он полез в шкафчик и достал оттуда мазь от ушибов. Их медсестры часто не было на своём рабочем месте, а так как при работе над ярмарками и спортивными соревнованиями, хотя бы один из ребят точно получал травму - Ренджун уже невольно выучил, где и что находится. Он подошёл к Джено и начал расстёгивать пуговицы на его рубашке, оголяя плечо. Его глаза расширились, увидев сначала сине-фиолетовый участок на плече, и потом такой же, только чуть побольше, на спине. — Почему ты ничего не сделал с этим? — пробубнил Хаун, выдавливая мазь на свои пальцы. Ренджун аккуратно начал втирать мазь в кожу, вспоминая, как больно было Джено в столовой. И вдруг вспомнил, как встрепенулся На. — Ты говорил Джемину? — нарушил он затянувшуюся тишину. — Я сказал, что на меня упали коробки, — отозвался тихо Джено. — А про синяки? — уточнил Хуан. — Нет, — бросил Ли. — Почему? — он удивился такому ответу. Джено пожал плечами. Ренджун, почти полностью спустив рукав его рубашки, перешёл на спину. — Какой же ты дурак, Ли Джено, — фыркнул он, поражаясь его безответственности. — Ты второй, кто мне это говорит, — усмехнулся тот. Хуан тоже усмехнулся, скользя пальцами по спине Джено. И вдруг замер. Он посмотрел на свою руку и на место, которое он только что мазал. «Что я наделал... Я же его, считай, облапал!» - паниковал Ренджун, смотря на то, как блестела мазь на спине и плече Джено. «Это был не я!» - рассуждал он сам с собой, не понимая, как затащил сюда Джено, раздел и намазал. Он кинул тюбик с мазью на кушетку. Ли, сидевший к нему спиной, повернулся и, встретившись с ним взглядом, слегка нахмурился. — Что случилось? Всё в порядке? — чуть обеспокоенно поинтересовался он. Ренджун медленно начал отступать к двери. — Тебе надо подышать! То есть… — Ренджун готов был провалиться от стыда, — мне надо подышать! И оставив Джено так же сидеть на кушетке, выскользнул за дверь и побежал по коридору быстрее, чем бежал бы стометровку на физре.

***

Джено по привычке закинул сумку на правое плечо, запоздало понимая, что этого не стоило делать. Поморщившись, он перекинул сумку на другое плечо, заставляя Джемина оглянуться на него. — Ты чего? — и смотря на путешествие сумки Ли, спросил. — Что у тебя с рукой? — На ярмарке коробки упали, — как можно более беззаботно сказал Джено. — Покажи! Сильно? — Джемин уже потянулся к нему, но Джено его остановил. — Не обращай внимания. Не сильнее, чем ты бьешь меня на тренировке, — отмахнулся он, улыбаясь другу. Когда в пятницу на него свалились коробки, он ничего не стал делать, думая, что к утру все пройдёт. Однако на плече и спине к утру расползлись два синяка. Занимаясь боксом, Джено довольно быстро привык к тому, что в таком виде спорта получить травму было обычным делом. Решив, что бывало и хуже, он просто старался не тревожить лишний раз повреждённое плечо. Джемину же он не стал говорить, понимая, что если тот увидит, заставит идти к тренеру. И тогда его в ближайшую неделю до тренировок не допустят. А он, как капитан, не мог бездельничать, пока его команда тренируется. — Джено, ты идешь? — позвал его На. — Пойдём, а то мы опоздаем. — Иду, — отозвался он, идя вслед за другом.

***

Джено уже в десятый раз оглянулся на парту Ренджуна. Тот с самого утра как будто избегал их с Джемином. Джено в субботу даже писал ему, но его смс остались без ответа. Он ломал голову, что же он опять сделал не так. Но Ренджун вроде не выглядел сердитым, только почему-то отводил свой взгляд. «Какой же ты всё-таки милый», - любовался он Хуаном, пока кто-то в очередной раз не похлопал его по плечу, заставляя слегка поморщиться. Сегодня каждый второй считал чуть ли не своим долгом: похлопать его по плечу и поделиться своими впечатлениями от ярмарки. Джено терпел, как мог, но был очень благодарен На, когда тот деликатно и как будто невзначай убирал от него чужие руки, а потом вообще сел рядом, не давая никому даже приблизится к нему. Он был признателен Джемину за такую заботу и даже почувствовал себя неловко, что не договорил про синяки. Наступила большая перемена. Они пошли в столовую, и Джемин, не смотря на все его протесты, потащил его к столу Ренджуна. На только хитро улыбнулся и сказал, что у него есть к ним дело, не требующее отлагательств. А потом непринуждённо зашагав, опустился на скамейку рядом с Ренджуном, одаривая всех своей фирменной улыбкой. Джено подошёл к скамейке Чэнлэ и Джисона. Чжон, удивлённый не меньше остальных, уже двигался, позволяя Ли сесть рядом. Он старался не привлекать к себе внимания, но, видимо, ребята заметили перемену в его руках, и Чэнлэ уже с интересом разглядывал его. — Джено, что с тобой? — Просто был неосторожен и уронил пару коробок на себя, — он пытался максимально коротко дать ответ, надеясь, что они быстро забудут о его "травме". — Судя по всему, они были тяжёлыми, — протянул Джисон. Этот малыш переживал за каждого, наверное, больше, чем за себя. — Терпимо, — ответил Джено и поднял взгляд на Ренджуна, который сегодня был максимально тих. Джемин думал видимо так же и, обняв Хуана за плечи, слегка встряхнул. — Ренджун, а с тобой что? Ты сегодня молчаливый, даже больше обычного, — чуть ли не читая мысли Джено, поинтересовался На. Ренджун молчал, заставляя Ли теряться в догадках, что же с ним произошло. Вдруг его кто-то обидел? Размышления Джено прервал чей-то грубый голос за спиной, выкрикивавшего его имя и имя Чэнлэ. Джено даже не успел сориентироваться, как тяжёлая ладонь ударила по тому месту, где был синяк, и начала сжимать плечо. Ли охнул и стиснул свои зубы, пытаясь не обращать внимание на сильную боль в плече, но палочки всё же выпали из рук. Стараясь не пугать ребят, он уже хотел было поднять их, как Ренджун вскочил со своего места и, гремя подносом, схватил его за руку. — Идём, — бросил он и потянул его за собой прочь из столовой. Джено послушно шёл за Ренджуном по коридору школы. Тот держал его за руку и вёл, по всей видимости, в медкабинет. Плечо адски болело, но всё это ушло на второй план. Джено было всё равно куда идти, потому что он смотрел лишь на эти тонкие пальцы, что крепко держали его за руку и куда-то тянули. Джено был уверен, что даже если бы Ренджун вёл его в сам ад, он бы не стал сопротивляться. Хуан распахнул дверь, и они зашли внутрь. В кабинете было тихо, чему Джено был очень рад. — Садись сюда, — позвал Ренджун, отпуская его руку. И Джено делал всё, что говорил Хуан: если надо сесть, значит сядет. Если скажет встать и покружиться, он тоже это сделает. Ренджун хозяйничал в кабинете, как будто школьной медсестрой был он. И Джено уже мечтательно подумал, что он стал бы самым больным старшеклассником из всех, который ни дня бы не смог прожить без этого кабинета. Хуан достал из шкафчика мазь и, подойдя к Джено, начал ловко расстёгивать пуговицы на его рубашке. Джено почувствовал, как его пульс мгновенно участился, ведь такого он не мог представить даже в своих самых смелых снах. А Ренджун, по-хозяйски стаскивая его рубашку на одно плечо, уже рассматривал его синяки, ругаясь на него. Ренджун начал аккуратно наносить мазь на поврежденный участок кожи. И впервые за день Джено был готов вытерпеть любую боль, лишь бы ренджуновы пальцы подольше остались на его плече. Прохладная мазь приятно контрастировала с тёплыми и нежными прикосновениями рук, унося Джено в мир своих фантазий. — Ты говорил Джемину? — позвал его Хуан. Кажется он что-то говорил и до этого, но Джено прослушал. — Я сказал, что на меня упали коробки, — силился ответить хоть на один вопрос Ли. — А про синяки? — уточнил Хуан. — Нет. — Почему? — удивленно произнес Ренджун. Джено пожал плечами, не понимая, почему его так волновало, что он сказал или не сказал Джемину. Гораздо важнее то, что происходило сейчас: ведь Ренджун почти полностью стянул с него рубашку, и, зайдя со спины, начал мазать второй синяк. Джено старался держать себя, но уже слабо в это верил. — Какой же ты дурак, Ли Джено, — фыркнул Ренджун. — Ты второй, кто мне это говорит, — стараясь окончательно не разомлеть от рук Ренджуна, усмехнулся Ли. Забавно, ведь ещё не так давно его точно так же отчитывал Джемин. Если честно, Джено был готов уронить на себя ещё десять, а может двадцать, коробок, лишь бы этот момент длился вечно. Но, увы! Джено почувствовал, как Ренджун остановился, а рядом с ним на кушетку упал тюбик с мазью. Ли обернулся на Ренджуна, тот был явно чем-то взволнован. — Что случилось? Всё в порядке? — решил уточнить он, не понимая, почему Ренджун так резко изменился. Джено начал беспокоиться сильнее, заметив то, как Хуан начал пятиться к двери. — Тебе надо подышать! То есть… — он запнулся, — мне надо подышать! И исчез за дверью. То, что Джено надо было подышать - Ренджун был прав. Но он бы лучше предпочёл остаться совсем без кислорода, но с Ренджуном. Джено хотел было встать, но тело его не слушалось, окончательно разомлев от чужой заботы. Он ещё приходил в себя, всё так же неподвижно сидя на кушетке, как дверь в медкабинет распахнулась, и в комнату ввалились Джемин с ребятами. Они удивленно уставились на Джено, в воцарившейся тишине оценивая его вид: потерянный, со спущенной рубашкой и весь в синяках. — Это Ренджун тебя так? — Чэнлэ подошёл ближе, первым решив нарушить тишину. Джено не совсем понял его: «это Ренджун тебя так», но вспоминая его изящные пальчики, согласно кивнул. — А сам он где? — Чжон явно не понимал, что тут происходило, но очень хотел разобраться. — Он дышит. — Че? — от такой череды странных ответов запутался даже Чэнлэ. — У него проблемы были, что ли? — Нет, но он сказал мне тоже подышать, — Джено пытался воспроизвести всё, что тут происходило, но у него это явно не получалось. — А чем вы тут занимались тогда? — спросил Джисон, стараясь не смотреть на полуголого Джено. — Не помню, — отозвался Ли. Он не хотел ничего им объяснять, он хотел ещё раз вспомнить прикосновение Ренджуна, а ещё лучше - почувствовать. — Тогда потрудись сказать... Что. Это. Такое? — ледяным тоном процедил Джемин, ткнув его в синяк. Джено зашипел и виновато поднял свой взгляд на друга. В глазах На сверкали молнии. Джено понял, что вечером получит от него нехилую взбучку. — Прости? — тихо проговорил Ли. — Значит так, ты сейчас живо идешь к тренеру и к учителю по физкультуре тоже. И рассказываешь им обо всём, — безапелляционным тоном заявил На. — А мы пойдём в класс, искать Ренджуна. Джено согласно кивнул, понимая, что дальше перечить Джемину не было смысла, и договорился встретиться с ними в классе. Джено пошёл к тренеру и, по счастливому стечению обстоятельств, встретил в его кабинете учителя физкультуры. Поэтому, всё им объяснив и обещав учиться ещё усерднее, он получил освобождение от их занятий на неделю. Ли поспешил в класс. Когда он зашёл, ребята сообщили, что вещей Ренджуна, как и его самого, в классе уже не было. А пока они шли, на телефон Чэнлэ пришло сообщение: [12:45] Р: Я отпросился. На уроке меня не будет. Они пытались до него дозвониться, но он отключил телефон. — Я волнуюсь за Ренджуна. Он очень редко отпрашивается, даже от физкультуры, — сказал Чэнлэ, всё ещё обеспокоено смотря в телефон. — Я могу его поискать, меня отпустили, — предложил Джено. — Где он может быть? Ли начал собирать свои вещи с парты и увидел то, чего ещё утром там не было. На столе лежал тюбик с мазью и маленькая записка, где аккуратным почерком было выведено: "Не запускай лечение. Надеюсь, мазь тебе поможет". Джемин тоже заметил её и, наклонившись к Джено, прочитал надпись. — Дай подумать… — тем временем Чэнлэ перебирал в голове варианты. — О, точно, вспомнил! Он в классе рисования! — Понял, — кивнул Джено. — Я найду его. — И скажи ему, чтобы не задерживался допоздна! Когда он рисует, он может забыть о времени! — напоследок кричал ему Чэнлэ, пока Джено уже выходил из класса. Он перешёл в другой корпус, и поднялся на третий этаж. Комната рисования была в дальнем конце коридора и особой популярностью не пользовалась, поэтому на этаже было так тихо и пустынно. Джено уже казалось, что Чэнлэ что-то напутал, и Ренджуна он здесь просто не найдёт. Он дошёл до кабинете и приоткрыл дверь. Около одного из мольбертов действительно стоял Хуан в сером фартуке, что-то увлечённо рисуя.

***

Ренджун, рисуя акриловой краской на бумаге, не сразу заметил, как кто-то вошёл. Он поднял глаза на шум и увидел в дверях Джено. Ренджун удивленно открыл рот, и слегка ущипнул себя, в очередной раз проверяя, что Ли не плод его воображения. — Как ты меня нашел? — Чэнлэ сказал, — ответил Джено, подходя ближе. — Кругом одни предатели, — как можно тише буркнул Ренджун. Но Джено всё равно его услышал, улыбнувшись в ответ. Джено подошёл ближе, ставя, свою сумку рядом. Ренджун жестом показал ему на фартук и тот послушно его надел. Ли подошёл к мольберту Ренджуна, с интересом взглянув на рисунок. Хуан не собирался сегодня здесь надолго задерживаться, просто хотел немного разгрузить свои мысли. Поэтому он взял не холст, а лист бумаги для акрила, формата А4. Ренджун уже начал аккуратно наносить краску на бумагу, когда Джено вошёл в класс. — Ты тут часто бываешь? — Джено обвёл комнату взглядом. — Нет, у меня работы много, — отрицательно качнул головой Ренджун. — Но я стараюсь приходить сюда хотя бы раз в неделю. — Я видел твой графический планшет, — кивнул Ли. — Ты давно рисуешь? — Сколько себя помню, — немного задумавшись, ответил он. — Наверное, я родился с листом бумаги и карандашом. Ренджун пытался пошутить, потому что ему было жутко неловко, что Джено тут. Это было место его уединения, настолько личное, что даже Чэнлэ здесь не появлялся. А Джено, как обычно, ворвался в это пространство неожиданно. Но прогонять Ренджун его почему-то не решался. — Что ты сейчас рисуешь? — спросил Ли, вглядываясь в рисунок. — Аа-а, да ничего такого. Просто абстракция, — Ренджун не знал, как на это реагировать. Он хотел одновременно и спрятать рисунок, и доделать его до конца, и показать Джено. — Вау, — явно увлечённо протянул Ли, — чувствую себя пещерным человеком, так как слишком далек от искусства. — Не говори ерунды, — отмахнулся Хуан. — Люди всегда тянутся к прекрасному. Джено согласно закивал, почему-то не сводя глаз с Ренджуна. — Я тебя научу! Вставай сюда! — оживился Хуан. Он так любил рисовать, что хотел показать и Джено, как это прекрасно. Ренджун начал рассказывать ему, как надо правильно рисовать, делая это аккуратно и изящно. Джено вроде согласно кивал, но как только взялся за краски, начал жестко втирать их в лист. Переживая за целостность бумаги, Ренджуну пришлось перехватить его руку и, взяв его за палец, терпеливо научить медленно и размеренно распределять краску по листу. — Я ещё хочу, — проговорил Джено, вытирая остатки краски с пальцев и беря в руки тюбик с другим цветом. Поглощённый процессом, Ренджун вновь накрыл своей рукой руку Ли, помогая найти нужное направление. В какой-то момент он перевёл взгляд с рисунка на свою ладонь, которая лежала поверх тыльной стороны кисти Джено, и вновь застыл. У Джено были длинные пальцы, широкая ладонь и горячая кожа, усеянная венами так, что Ренджун мог кончиками своих пальцев проследить их путь. Хуан поднял свои глаза и, пересекаясь взглядом с Джено, тут же осознал для себя нечто ужасное: «Со мной что-то не так, я опять его трогал!» И не выдавая своего волнения, Ренджун тут же убрал свою руку. — Как твоё плечо? — решил спросить он первое, что пришло ему на ум. — Уже намного лучше, — улыбнулся Джено. — Спасибо, что оставил мне мазь. — Э-это я тебе должен сказать спасибо, — Ренджун виновато опустил глаза. — Из-за меня ты теперь тренировки пропускаешь. — Не бери в голову, я рад на неё не ходить, — отмахнулся Ли. — Джемин со всем справится без меня. Он же сейчас заместитель капитана. — Наверное он не рад, — Ренджун аж представил, столько должно было свалиться сейчас на Джемина. — Да, кажется он проклинает меня сейчас, — криво усмехнулся Ли. — Ты хороший капитан, — выпалил Ренджун, сам не зная, почему решил это сказать вслух. Но он видел, что Джено подходил к своему званию очень ответственно. Ведь не зря их школа считалась лучшей в секции по боксу. — Правда? — Джено приподнял бровь. — Да, но ты не должен забывать о себе тоже, — чуть ли не отчитывая его, сказал Хуан. — Я попробую, — улыбнулся Ли. — Ты поэтому не сказал Джемину, что твои ушибы куда сложнее? Ты не хотел подводить свою команду? — озвучил Хуан свои догадки. — Да, — Джено утвердительно кивнул, — Я не хотел пропускать тренировку. Команда нуждается во мне. — Один раз без тебя переживут, — фыркнул Ренджун. Джено засмеялся так, что Ренджун не смог сдержать улыбки от столь искреннего смеха. — Быть капитаном нелегко? — задал он вопрос, когда Ли перестал смеяться. — Хм, — Джено задумался, выстраивая в голове свой ответ, — мне нравится вид спорта, которым я занимаюсь. Но из-за ответственности за свою команду я иногда теряю ряд причин, почему решил пойти именно такой дорогой. Да и этот клуб… фанатов… — он запнулся на последнем слове. — А что не так? — удивился Хуан. — Ты же купаешься в славе каждый день. Тебя любят. — Да-а, — как-то неуверенно кивнул Ли, но затем взглянул прямо в глаза Ренджуну. — Но это не та любовь, которая мне нужна. — Оу, ну я… — Хуан помедлил с ответом, мгновенно ощутив неловкость, когда речь зашла о любви. — Я ничего не знаю об этом. Хотя, я люблю Муми-троллей… ммм… и картошку фри с мороженым! — Я думал ты скажешь, что любишь Чэнлэ, — усмехнулся Джено, явно удивлённый таким ответом. — Ради бога, Джено, — Ренджун засмеялся, но потом сделал вид, что задумался, выбирая. — Нет, картошку с мороженым люблю больше. — Буду знать, — улыбнулся Джено. — Это зачем? — удивлённо переспросил Ренджун. — На будущее, — всё так же улыбаясь, ответил Ли. Ренджун закатил глаза: "опять этот странный Ли Джено". Телефон Джено начал вибрировать, несколько раз подряд. — Кто там? — поинтересовался Ренджун. — Джемин, — ответил Ли, всё ещё читая сообщение. — Мне надо зайти в клуб: он не может найти важные документы. Ты же… — он остановился на последнем слове, явно переживая за Хуана. — Я не сахарный, Ли Джено. Со мной все хорошо! — отмахнулся от него Ренджун, улыбаясь. — Ладно, — тоже тепло улыбаясь и нехотя снимая с себя фартук, сдался Джено. Он взял свою сумку и почти вышел из класса, но остановился. — Спасибо тебе. — За что? — удивился Ренджун, пересекаясь взглядом с Джено. — За то, что понимаешь меня, — Ли выскользнул из класса, на прощание лишь взмахнув здоровой рукой. Ренджун аж открыл рот от удивления. И стоя у картины, что они вместе нарисовали, он совсем не понимал, в каком месте он Джено понимает. Ренджун перевёл взгляд на свою кисть, измазанную в краске. Чувствуя, что на кончиках его пальцев до сих пор остались ощущения от рельефа чужой руки. «Я тебя не понимаю», - думал Ренджун, пытаясь нервно стереть тряпкой краску, будто вместе с ней старался смыть и свои ощущения.

***

— Я дома, — крикнул Ренджун с порога. — Ты почему так поздно? — Чэнлэ выбежал из своей комнаты. — Я уже думал писать заявление о пропаже. — Не драматизируй, — закатил глаза Хуан. — Я волнуюсь за тебя! — не сдавал позицию Чжон. — Хорошо-хорошо, вот он я, дома, — начал примирительно Ренджун. — Кстати, ты теперь разговариваешь? — улыбнулся Чжон. — Я и не переставал, — ответил Хуан. — Ты знаешь о чем я, — настала очередь Чэнлэ закатить глаза. — Ты прав, прости, что заставил тебя волноваться, — виновато произнёс Ренджун. — Угу, — кажется принимая его извинения, кивнул Чэнлэ. — Кстати, пока ты бегал, нас тут Джемин пригласил на велопрогулку. — Это когда? — чувствуя надвигающуюся панику, поинтересовался Хуан. — В эти выходные, — ровным тоном произнёс Чжон. — Исключено! — выпалил Ренджун раньше, чем Чэнлэ успел закончить предложение. — Да как?! — возмутился Чжон. — Мы с Джисоном уже согласились! — Вот вы с Джисоном и езжайте! У меня другие дела, — упирался Хуан. — Это какие же? — не сдавался друг, явно понимая, что таковых нет. — Ну… ну, я еще не придумал. Чэнлэ осуждающе взглянул на своего друга. — Но я придумаю, — заверил его Хуан. — Не выдумывай тут мне! — взорвался Чжон, уже крича на всю квартиру. — Хуан Ренждун, хочешь ты того или нет, но однажды тебе придется сесть на велик! — Но… — Ренджун пытался что-то сказать. — Никаких "но", я всё сказал! — прервал его Чэнлэ, не давая даже слова вставить. Ренджун обреченно вздохнул. Спорить с Чэнлэ в таком состоянии - это как идти с красной тряпкой на быка. Смертельно и бесполезно. — Ладно, — чуть ли не сокрушенно вздохнул Ренджун и уже двинулся в свою комнату. — А что это у тебя? — спросил Чэнлэ, заметив, что Хуан держал в своих руках папку для рисования. — Что нарисовал? — Ничего, — Ренджун прижал её плотнее к груди. — Да ну? Покажи! — протягивая руку, настаивал Чжон. — Оно не дорисовано! — увернулся от него Хуан, пряча папку подальше от него. — То есть ты сидел в школе до пяти часов вечера, но так и не дорисовал?! — удивлённо уточнил Чэнлэ. — Ну да, — невозмутимо ответил Хуан. И под немым взглядом Чэнлэ, полного недоверия, Ренджун быстро сбежал в свою комнату. Закрыв за собой дверь, он небрежно снял с себя сумку и кинул её вместе с папкой на пол, чтобы потом тяжело упасть на диван. «Час от часу не легче, а день так хорошо заканчивался», - сожалел Ренджун, глядя на потолок своей комнаты. За окном уже давно стемнело. Кое-как стянув себя с дивана, Хуан включил торшер, не желая включать яркий свет основной лампы. Оглядевшись, он поднял с пола папку и, открыв ее, аккуратно вынул лист бумаги. Для Ренджуна рисование было если не смыслом его жизни, то самой большой и личной его частью. В своих рисунках он мог быть самим собой, выплёскивая все эмоции, которые не мог показать другим. Сегодня он начал рисовать, потому что чувствовал, как все невысказанные слова и эмоции от пережитых часов за последние сутки должны остаться на холсте разноцветными мазками. Нет, не хаотичными, как он иногда рисовал, а ровными линиями, очерчивая полукруг с яркими мазками по середине из тёмно-зелёных и оранжевых оттенков. А потом пришел Ли Джено и размалевал его рисунок до полного хаоса, добавив ярко-синих и багровых тонов. «Ты можешь завершить мой круг, самая важная последняя часть», - голос Джено вновь зазвучал в его ушах. Ренджун тут же зажал их, уронив их рисунок на пол. Опомнившись, он быстро поднял его и убедившись, что не повредил бумагу, бережно положил рисунок на стол. «Нужно быть осторожнее», - мысленно выругал себя Хуан, ища рамку для нового рисунка. Взглянув еще раз на лист, Ренджун провел пальцем по неровной поверхности бумаги, вспоминая каждую деталь их разговора. Тот новый Ли Джено теперь казался ему ранимым и, может быть, даже одиноким. Что снова не могло уложиться в голове Ренджуна: как такой популярный парень может быть одинок? Но как бы он ни старался, Ренджун не мог отделаться от мысли: будто этот разговор должен был вновь остаться только между ними. Будто они стали на ещё один шаг ближе друг к другу, без сомнений доверив ту часть своей жизни, которую они не решались открыть другим.