Тепло, что утешало меня

Тот холодный день, когда дул этот неприятный ветер, изменил многое. Дыма становилось всё меньше и меньше, а вскоре он и вовсе пропал. Ещё через некоторое время был дан приказ всём возвращаться в школу, забрать свои вещи и идти по домам. Тогда все снова засуетились, а Маша совсем забыла отдать кардиган своей классной руководительнице. К тому времени она уже делась куда-то, и девушка пробиралась через толпу, расталкивая людей, в надежде на то, что женщина ещё не ушла. Но потом её резко потянули за руку, это была Настя, она настойчиво объяснила, что сейчас нужно возвращаться в школу вместе со всем классом. Выходя из кабинета математики, Маша всё ещё держала в руках кардиган. Она ещё раз вдохнула запах её приятных, сладковатых духов… Как тепло ей было тогда, как снова захотелось… Быть рядом с этой женщиной…? Маша окончательно запуталась в себе. Она не понимала, что должна чувствовать теперь. Погруженная в свои мысли она спустилась на первый этаж, к кабинету социальных педагогов. Она дёрнула ручку, но дверь оказалась закрытой. Это заставило её ненадолго впасть в ступор. И где теперь искать её? Маша вздохнула и пошла на второй этаж. Она шла по коридору, украдкой заглядывая в открытые двери кабинетов, в надежде найти Юлию Владимировну. -"Не найду здесь, пойду в столовую, потом на третий… Где-то же она должна быть… " Если только её классная уже не ушла домой, что было очень маловероятно. Девушка дошла до лестницы и уже хотела подняться, как услышала знакомые голоса из приоткрытой двери. Юлия Владимировна о чем-то разговаривала с Еленой Витальевной, бывшей классной руководительницей девочки. Прислушавшись, она смогла различить обрывки фраз. И этого было достаточно, чтобы понять, что разговор не из приятных. Она подошла ближе. -Это глупость. Просто глупость с вашей стороны, вот и всё. Юлия Владимировна ответила что-то, но разобрать Маша не смогла, вероятно, женщина говорила негромко и стояла дальше. -… ваша некомпетентность! — снова голос бывшей классной. -… слишком… Девочка не виновата, — последние слова Маша услышала вполне отчётливо. Затем она опять отошла дальше, и девушка не смогла ничего разобрать. -Ничего подобного. Вы ничего не хотите понять, а я не понимаю, чего вы добиваетесь. -Я ничего не добиваюсь. Я за равное отношение к детям. Вы поощряете это пренебрежение, дети повторяют. -Юлия Владимировна, вы слишком много на себя берете. Повторюсь, я считаю, вы некомпетентный руководитель. -Вы меня не слышите, Елена Витальевна. Это бесполезно, — голос приблизился к двери, Маша юркнула к лестнице, — она ещё ребёнок, а вы свалили на неё всё. Юлия Владимировна вышла из кабинета и быстрым шагом пошла по коридору. Маша задумалась. Если попытаюсь понять, о чем они говорили… «Девочка не виновата»… " Свалили на неё всё «… Пазл в её голове сложился. События прошлой четверти стремительно пролетали перед глазами. Маша сглотнула слюну, выдохнула и снова спустилась на первый этаж. Выходит, Юлия Владимировна так беспокоилась за неё, что не побоялась её бывшей классной, которая, между прочим, завуч… С этими мыслями Маша постучала в дверь. Три коротких стука и она отворила дверь. -Здравствуйте, я хотела вам кардиган отдать, — она осторожно заглянула в кабинет. Юлия Владимировна сидела за столом, что-то печатая в телефоне. -А, Маша, да, заходи, — как-то судорожно сказала она, откладывая мобильник. Девушка подошла к ней, протягивая кофту. -Спасибо вам, — негромко сказала девушка, глядя на неё. -Да не за что, — женщина отложила кардиган в сторону. Её движения были резкими, и Маша заметила, что её руки опять покраснели. -У вас всё в порядке? — осторожно спросила она. -Да… — она махнула рукой, — не переживай, всё нормально. Ты как? От этого вопроса Маша опешила. Что ей надо было ответить? -Да, всё хорошо… -Точно? — она встала, и они оказались совсем близко. Невольно Маша сделала шаг назад. -Ну не бойся ты меня, господи, — как-то расстроенно сказала она и снова опустилась в своё кресло, поставив локти на колени и закрыв лицо руками. Маша совсем опешила. -«Я… Я так расстроила её? Что мне теперь делать?» Пытаясь не поддаваться панике, Маша подошла к ней ближе. -Я не боюсь, честно… -Ты не виновата, Машенька, не бери в голову. Всё хорошо, давай, иди домой, — женщина так и не поднимала голову, но Маша чувствовала, что она вот-вот заплачет. -«Эта чертова классуха, будь она проклята», — про себя выругалась Маша. Она то знала, из-за чего Юлия Владимировна так расстроена. -Вы ни в чем не виноваты, вы очень хорошая, — Маша опустилась на колени рядом с ней. -Угу, — стараясь не всхлипывать, сказала она. -Правда, вы такая хорошая… Ваши ребята любят вас, и… И я… После этих слов Юлия Владимировна подняла наконец голову, глядя на девушку. В её глазах блестели слезы. -Ты меня любишь? -Да. Не плачьте, пожалуйста… — тихо сказала Маша. Женщина улыбнулась, вытирая слезы. А Маша вся начала трястись, её снова начала бить дрожь. То, что она смогла произнести эти слова… -Ну всё, всё, — женщина встала и притянула её к себе, крепко обнимая. Они простояли так где-то минуту. Маше так не хотелось отпускать её, сердце просто таяло в такие моменты, все мысли улетучивались. Постепенно объятия ослабли, Юлия Владимировна отстранилась, но продолжила смотреть в её глаза. -Ты такая хорошая девочка, Машка. Только занимаешься иногда такой дурью… Зачем спрашивается, — негромко сказала она, заправив выбившуюся прядь волос девушки за ухо. Смешанные чувства после этого в миг охватили девушку. Её слова как-то неприятно кольнули, но этот жест, её руки… Маша уже не чувствовала ничего вокруг, она словно потеряла рассудок. -Да… Моей самой большой дурью было влюбиться в вас.