Треугольный плен

Когда она вышла лимузин посигналил, призывая женщину сесть внутрь. Миллс сразу пошла к машине. Она все еще держалась своей роли. Когда она подошла, водитель подбежал и открыл для нее дверь. Брюнетка волновалась и не знала чего ожидать, но быстрее уже хотела помириться с Эммой, поэтому села в лимузин. А там было море цветов. — Привет, — произнесла Эмма, держа еще один букет цветов уже в руках. Она сидела на дальнем сидении и смотрела с замирающим сердцем на любимую. Быть в ссоре с Реджиной это самое ужасное для Свон. — Привет, — произнесла Реджина, она не могла злиться на Эмму и держать серьёзное лицо, ей хотелось быстрее оказаться в объятиях Свон. — Не злись. Прошу тебя, — Эмма подняла букет, ожидая, что Реджина пересядет ближе к ней. — Я правда зла на тебя, — призналась Миллс, — мне обидно, что ты мне не доверяешь. Эмма бросила букет к остальным цветам и вздохнула. — Прости за вчерашний скандал. Мне стоило быть сдержаннее, — блондинке тяжело давались слова извинений, ведь она почти никогда ни перед кем не извинялась, даже если была не права и понимала это. — Я понимаю почему ты была зла, но ты должна мне доверять. Я тебя люблю и в нашем положении я стараюсь сделать всё, чтобы не причинить тебе боль. — Это сложно. Наши отношения не просты, — Эмма покачала головой, — и я тоже работаю, чтобы нам было легче. Твой вчерашний поступок сложен для моего восприятия. — Наверное, нам нужно просто забыть вчерашнюю ссору, но при этом сделать нужные выводы, — Реджина улыбнулась, — я не могу быть с тобой в ссоре. — Это был ужасный день, ночь и еще один день, — Эмма стала скидывать цветы на пол и пересаживаться на сидении ближе к Миллс. — Это была ужасная ночь без твоих объятий, — Реджина тоже приблизилась к Эмме и наконец-то её обняла и они поцеловались. — Давай договоримся, что если мы ссоримся, то перед ночью обязательно миримся и обнимаемся? — Эмма нежно поцеловала Реджину в ушко. — Давай попробуем, — Миллс убрала за ухо выбившуюся прядь волос Эммы, — я люблю тебя. — И я люблю тебя! — Свон крепко обняла Миллс, — ни с кем и никогда не хочу делить тебя. — Давай не будем об этом, — Реджина посмотрела на огромное количество цветов, — спасибо за цветы. — Это ерунда, — считала Эмма, — я хотела произвести эффект и показать, что действительно сожалею, что наши и без того короткие дни вместе так омрачились. — Но ты не извиняешься?! — Реджина усмехнулась. — Я прошу прощения, — Эмма не повелась на усмешку, — и прошу тебя больше не давать мне поводов для ревности. Она на самом деле съедает. — Я тебя прощаю и сама прошу прощения, — Реджина улыбнулась. — Всё теперь будет в порядке! — уверенно сказала Эмма и запечатлела на губах Миллс поцелуй. Реджина и Эмма поехали кататься по городу. Они хотели насладиться проведенным временем вместе. Реджина рассказала блондинке о проведенном вчерашнем дне, а потом и о сегодняшней встрече. Миллс восторгалась, ведь была счастлива, что ей пришлось включать весь свой профессионализм. — А ты никогда серьезно не думала о собственном издательстве? — спросила Эмма, когда они уже ужинали. Свон сняла весь ресторан на крыше и они могли лицезреть почти весь Лондон с высоты птичьего полета. — Ты что, нет конечно. У меня для этого совершенно ничего нет. Я свою книгу написать не могу, а об этом я хоть изредка думаю. — Мне кажется со своим издательством тебе будет легче. Ты сможешь сама выбирать себе клиентов и сама можешь распределять свое время. Это так удобно, — Эмма хитро смотрела на Миллс, — и время на собственную книгу прибавится. — Нет! Не думай даже об этом. Мне нравится моя работа. Сейчас все идеально, — Миллс серьёзно посмотрела на Эмму, — я знаю, что ты можешь, но не нужно этого делать. Твоя хитрость в глазах опасна. — Я белый и пушистый кролик, — Эмма засмеялась и подняла руки перед собой, — но у меня даже есть нужный проект. Слышала об издательстве «Синий кит»? — это было дочернее издательство знаменитой The New York Times, — я слышала они скоро распродают свои активы. — Эмма, нет! Пожалуйста, не нужно, — Реджина правда хотела работать там, где работает сейчас. Её устраивало всё: коллектив, место работы, зарплата. — Не кипятись, — Свон взяла Реджину за руку и поцеловала, — я не думала, что получу обратную реакцию. Просто хотела немножко облегчить тебе жизнь, ну и порадовать. Не получилось. — Я не хочу тратить твои деньги. Мне нравишься ты и я хочу быть с тобой, — Реджина показывала Эмме, что все хорошо, — а самое главное, я хочу, чтобы наши работы были врозь. — А мне так хочется потратить на тебя все свои деньги, — Свон заулыбалась, — знаешь, раньше мне было так на них плевать. Наверное, издержки жизни в достатке. А сейчас хочется, чтобы всё мое было и твоим. — Не нужно. Я только недавно начала зарабатывать сама, мне так это нравится. — Понимаю. Когда я заработала свой личный первый миллион долларов была такой счастливой и закатила отменную вечеринку, — Эмма засмеялась, — правда потратилась на нее тоже знатно. Но это того стоило. — Ну я более прагматична, — Миллс улыбнулся, — да и у меня нет столько друзей, чтобы напоить их на столько денег. — Тогда я была молода и наивна. Сейчас у меня и вовсе нет настоящих друзей, — Эмма поджала губы. — У меня есть, но я стала с ними редко общаться. — Издержки работы и меня, — Эмма самодовольно улыбнулась. — Да. Но я не жалею, — Реджине было очень тяжело жить двойной жизнью, но отказаться от одной из них брюнетка не могла. — Поверь мне, ты делаешь меня ужасно счастливой, несмотря ни на что! — Эмма поцеловала Миллс в щеку, — ты покушала? Может уже рванем домой? — Да, это был прекрасный вечер, — Миллс прикусила губу, — а теперь я хочу прекрасную ночь. — Я настолько возбуждена, что еле сдерживаюсь. Ты такая красивая, такая сексуальная, такая шикарная! Ты просто чудесна, моя королева, — сыпала комплиментами Эмма. Она обожала баловать Реджину не только физическими подарками, но и приятными словами. — Сдерживайся, только дома, только наедине. А то я тебя знаю, — Миллс захихикала. — Ты не даешь моим буйным фантазиям осуществиться! Это издевательство! — восклицала Свон. — Это реальность! — Миллс встала из-за столика и пошла из ресторана. Она сама уже очень хотела близости с Эммой, но не в машине, тем более чужой. — Как же я люблю тебя! — Свон быстро догнала Миллс и припечатала её к стене, страстно целуя. Но не дав брюнетке опомниться, отстранилась и потянула за собой. Больше ждать было невмоготу и хотелось скорее очутится дома. Эмма приказала водителю не просто их везти, а лететь по дорогам, чтобы через максимум десять минут они были дома, так как Свон просто не могла терпеть больше. Они, конечно, не добрались за десять минут, но водитель объехал все пробки, а девушки не замечали времени за поцелуями. — Побежали быстрее, а то ты как ребёнок… — Миллс не стала договаривать. — Я ребенок? Я уже давно не ребенок! — Эмма засмеялась и припечатала Миллс к стене, едва переступив порог квартиры, — сейчас я покажу тебе, как глумиться надо мной! — заявила блондинка впиваясь поцелуем в пухлые губы. Реджина ответила на страстный поцелуй. За одни только сутки она очень соскучилась по этим губам. — Как мне это нравится, — простонала она, когда Свон перешла поцелуями на её шею. — Я уже и забыла какая ты вкусная, — Эмма сама простонала. Она обожала целовать Миллс и не только. Сейчас желание страсти зашкаливало и переваливало нежность. Поэтому поцелуи были под стать укусам, а движения резки, и в некоторой степени грубы. Блондинка буквально разрывала на Миллс одежду, желая касаться огненной плоти, а не мягких тканей. — Пока я только вкусно пахну, а вкус ты почувствуешь позже, — Реджина в ответ припечатала Эмму к стене и теперь уже она её целовала, хотя сама она чувствовала, как находится во власти Свон, несмотря на видимое противостояние. Эмма почти не сопротивлялась. Ведь получать от Миллс ответную ласку она обожала. Но все хорошее должно сменятся еще более лучшим. Эмма не могла медлить, она окончательно разорвала одежду Реджины и начала толкать её к дивану. — Я немного тебя помучаю, — Реджина ускользнула от Эммы. Она обежала диван и улыбкой смотрела на непонимающую и жаждущую Свон. — Ты хочешь, чтобы я тебя подогоняла? — Эмма тяжело дышала, но стала сама стягивать с себя одежду, чтобы быть на одном уровне с Миллс. — Нет, — Реджина засмеялась, — я же не ребёнок. — Тогда куда ты убегаешь? — Эммм оперлась на спинку дивана руками. — Я не убегаю! Я тебя мучаю. Я тебя искушаю, — Реджина встала очень сексуально, — ты меня хочешь, — она облизнула палец и потом дотронулась до своего затвердевшего соска, — но пока получить не можешь. — Ты знаешь, что играешь с опасным зверем в моем лице? — сказала Свон и чуть ли не рыкнула. Но отдать Реджине должное — заводит она Свон не на шутку. — Знаю. Мой злобный кролик. — Ты нарываешься! — воскликнула Эмма и бросилась оббегать диван. Реджина тоже обежала диван и оказалась на месте, на котором стояла Эмма, — под тобой пол горит. Горячо стоять. — Как тебе в голову приходят такие игры? — у Эмма в глазах пылал огонь, готовый взорваться. — Какие?! — Миллс усмехнулась. Она провела рукой по своему телу. — Сумасшедшие! — Эмма не знала правил этой игры и буквально терялась. Возбуждение накатывало и блондинка уже изнемогает наброситься на свою жертву. Она вновь оббегает диван. А Реджина побежала в спальню и забежав туда, запрыгнула на кровать. — Поймай меня, если сможешь… — Это очень интересное кино! — Свон бежала за Реджиной по пятам. И запрыгнула следом. Эта игра в догонялки могла продолжаться очень долго, но Свон решила по другому. Пока Реджина не опомнилась, Эмма навалилась на нее и тут же прижала к кровати. Миллс лежала на животе, а Эмма на ней. — Обожаю тебя, моя красавица! — блондинка укусила Миллс за плечо. — Ум… — Реджина застонала. Ощущения от укуса были смешанными, с одной стороны боль, с другой удовольствие. Но все затмевало удовольствие. — Негодница… — прошептала Свон. Она удобно села на Реджину и почти нежно впилась ногтями в её спину. Эмма решила сделать эротический массаж любимой. — Только не расцарапай мне всю спину, — Реджина легла поудобнее. Она единственное не хотела следов на своем теле. Во-первых, она этого не любила, а во-вторых, все же не хотела вопросов от мужа. — Не принуждай меня это делать! — Свон стала массажировать спину. Нежно проходя ноготочками, Эмма применяла усилие ладонями. Блондинка, конечно, не собиралась оставлять следов. Она сама этого ненавидела в женщинах-кошках, которые у неё были. — Как здорово, — Миллс расслабилась и постанывала от удовольствия. Эмма переходила со спины ниже, потом поглаживала бока, задевая грудь. Свон безумно хотела взять Реджину, но при этом желание доставить ей как можно больше удовольствие пересиливало. Блондинка к рукам подключила губы. Она целовала Миллс и покусывала. Но руки не прекращали массажные движения. Эмма постепенно переходила от спины к ягодицам и им уделила особое внимание. — Приподнимись, — попросила она, уже изнемогая в желании проникнуть в Миллс. — Может я лучше повернусь?! — Реджина тоже уже хотела более жаркого продолжения. Но ей нравилось видеть Эмму в этот момент. Она всегда наслаждалась близостью с блондинкой, это было ни с чем несравнимо. Свон с рыком перевернула Миллс и тут же завлекла в звериный поцелуй. Эмма больше не медлила. Её движения были уверенные и четкие. Она нашла свою цель и ввела в лоно два пальца, не давая Реджине даже опомниться. Миллс была возбуждена и поэтому Эмма без труда задала нужный темп. Реджина застонала и выгнулась в спине. Она подняла руки над головой и сжала простынь. Эмма всегда виртуозно овладевала её телом, каждая клеточка принадлежала ей. Миллс реагировала на каждое прикосновение, на каждый толчок. Эта ночь обещает быть очень долгой и бесбашенной. Свон в таком настроении, что до утра Реджина от неё не вырвется. Так оно и происходило. Женщины поглощали друг друга и наслаждались этим по полной. У них не было больше никаких желаний, лишь бы этот секс-марафон не заканчивался никогда.