Треугольный плен

Выдохнув, она зашла в палату Эммы. — Что сегодня за день?! — Что случилось? — уточнила Свон, — ты очень злая. Я вижу. — Ева меня видела! — И что из этого? — Что из этого?! Она поняла, что я вру. Что я не в командировке. И что я делаю в этой больнице?! — Откуда она вообще знает, что ты в командировке? — Потому что я ей об этом сказала, когда она позвонила! — Реджина начала повышать голос, но вспомнив, где находится, уменьшила свой пыл. — Хочешь покричать — кричи. Голова у меня не болит, — Эмма усмехнулась, — зачем ты ей врать стала? Нужно было сработать хитрее. — Спасибо за констатацию факта, — буркнула Реджина, понимала, что это она прокололась, — я не знала, что она меня видела. — Но когда она сказала, что видела нужно было признаться, что ты действительно в больнице. Консультация у тебя. — И что бы я потом ей сказала? — Потом бы ты созрела рассказать про меня, — Эмма усмехнулась. Миллс выдохнула. — Я знаю, что уже пора рассказать про тебя. — Тогда встреться с ней и всё расскажи, — Эмма считала это хорошим вариантом. — Посмотрим. Главное для меня сейчас ты. — Врач заходил. Утверждал, что операция прошла успешно. И через пять дней меня выпишут. Правда он там что-то втирал про постельный режим, — Эмма закатила глаза, — дурачок. Работу никто не отменял. — Отменял. Я! Ты должна быть дома и отдыхать, — Реджина не хотела, чтобы Эмма рисковала своим здоровьем. — Реджина, у меня очень ответственный пост. Пока я тут прохлаждаюсь моя компания теряет миллионы долларов, — Эмма любила своё детище и не хотела, чтобы хоть что-то мешало ему развиваться. — Ты не прохлаждаешься, а болеешь. Именно из-за того, что ты безалаберно отнеслась к своему здоровью, ты находишься здесь. Поэтому пока ты будешь в больнице, а потом неделю после больницы ты будешь работать удалённо. — Фух! — Эмма показательно выдохнула, — хоть работать разрешила. — Не смешно! — Лучше бы прилегла ко мне и обняла, пожалела, а то только ворчишь. — Потому что день такой. Я перенервничала, — Реджина сбросила обувь и залезла к Эмме, — иди сюда, — она легла повыше, чтобы было удобнее. Свон легла на Реджину. Она делала всё медленно, но с удовольствием. — Мм, как же мне сейчас хорошо… Реджина выдохнула. — Очень! Ты рядом, я сытая. Съела большой Бигмак и маленькую картошку. — Это нечестно, — Свон фыркнула, — знаешь, что мне нельзя такое, а говоришь! — Ты не любишь бургеры. А посидеть на диете для тебя раз плюнуть. — Всё то ты обо мне знаешь, — Эмма усмехнулась. — Всё знаю, — Реджина поцеловала Эмму в висок, — ладно, отдыхай. Тебе нужно больше спать. — Ну уж нет. Я не хочу спать. Лучше расскажи мне, ты наконец начала писать книгу? — Эмма хотела поговорить о творчестве любимой. Ведь Эммет ни раз говорил, что Реджина уже по-настоящему готова писать. — Нет, — Реджина усмехнулась, — я сейчас работаю над «Ночью» и поглощена полностью ею. А ещё Эммет перекинул мне рукопись нового романа. — Он сказал, что ты должна писать. Ты показывала ему какой-то набросок и он высоко оценил его. — Это игра. Я просто фантазирую. Написать хорошую книгу очень тяжело. Я же говорила, что лучше быть выдающимся издателем, чем посредственным писателем. — Лучше попробовать, чем потом пожалеть, — считала Свон. — У меня нет той идеи, которую я бы хотела издать. — Давай придумаем её? — Ты хочешь написать книгу?! — Нет. Я хочу, чтобы ты её написала. Я могу только порассуждать. Может подкинуть идеи. Как думаешь, я смогу вдохновить тебя на свершения? — С твоим появлением в моей жизни я уже иду на свершения. Мне кажется между нами была стена достатка, если бы меня тогда не повысили. — Реджи, пойми, это не важно. Моих денег хватит и на меня, и на тебя, и на Мартина. Знаешь, мы можем прикупить дом. Что скажешь? Наш дом, — Эмма уже мечтала о том, как будет жить с Реджиной под одной крышей. — Вот именно, а меня это не устраивает. Я не хочу полностью зависеть от тебя, — Реджина не могла не сказать о своих чувствах, — а на счёт дома?! Мне нравится твоя квартира. — Хорошо. Тогда будем жить в моей квартире. А Мартин? Как думаешь, он захочет жить с нами? Может, хоть он не откажется от моих денег, — Эмма подсмеивалась. — Я не знаю. Он считает нас идеальной семьёй. Поэтому его мир разрушится, — Миллс очень боялась, что сын от нее отвернётся, — я хочу, чтобы он меня понял и принял тебя. Хотя у меня совершенно обратное чувство. — Он взрослый мальчик. Работает, встречается с девушкой. Он должен понимать, что иногда чувства между людьми угасают, — Эмма и сама не хотела, чтобы Реджина лишилась Мартина. Ведь по большому счету мать выберет всегда ребенка и тогда отношениям Эммы и Реджины грозит опасность. — Ага, только теперь у меня ещё больший вопрос, что у него за девушка и что он делал с твоей этой утром в больнице? — В смысле с моей этой? Ты про Стеф что ли? Реджина, прекращай её называть моей этой, — Эмме это не нравилось. — Хорошо, — Реджина фыркнула, — всё равно, вопрос не снимается. — Получается, твой сын был вместе со Стеф сегодня в больнице? Хм… — кажется Эмма стала догадываться. — И что значит твоё «хм»?! — Какой ты говоришь пиджак висел у вас дома? — Эмма покачала головой. — Светлый вельветовый пиджак с коричневой отстрочкой, — сказала брюнетка и посмотрела на Эмму, начиная тоже что-то понимать, — нет, не говори мне это! Эмма взяла телефон. Она открыла профиль Риччи в инстаграм. Несколько пролистываний и Свон повернула телефон дисплеем к Миллс. — Этот? Миллс сжала челюсти. — Этот! — прорычала она, — просто супер. — Это очень странно. Думаю, она его использует. Она уже неоднократно говорила, что снова хочет секса со мной. Если бы у них с Мартином было что-то серьезное, она так себя не подавала бы. — Замечательно, — Реджина встала с кровати. Она была очень зла, — зачем эта тварь впутывает моего сына во всё это?! Чего она хочет добиться? Эмма вздохнула. — Я не знаю. Но предполагаю, что это из-за меня. — Замечательно! — повторилась Миллс, — нужно поговорить с Мартином и узнать какие у них отношения. — Может я сначала поговорю со Стеф? — предложила Эмма. — Давай я сначала все обдумаю, — Реджина выдохнула, — меня хоть и бесит, что любовница моей девушки встречается с моим сыном и я боюсь даже думать, что они делают ещё, для меня все равно самое главное, чтобы он об этом не узнал. — Бывшая любовница твоей невесты, — поправила Эмма. — Ещё хуже звучит, — усмехнулась брюнетка. Эмма засмеялась. — Мне нравится позиция невесты больше, чем девушки. На этом нужно делать акцент. — Невеста. Да, ты моя невеста, — Реджина улыбнулась. Она старалась быть весёлой, чтобы не расстраивать Эмму, поддерживая её и радуя. Миллс хотела, чтобы Эмма быстрее поправлялась, а после операции ей нужна любовь и забота. — А ты моя. Хочешь, давай обсудим свадьбу? Какой ты её видишь? — Эмма хотела знать, что на самом деле думает об этом всём Реджина. — Не знаю, — Реджина села на кровать к Свон, — я даже не думала об этом. А ты хочешь свадьбу? — Я хочу то, что выберешь ты. Торжество не главное. Главное, что ты станешь моей, — Эмма говорила искренне. — Когда я выходила замуж за Джейсона, я не хотела свадьбы и всего этого. Но он и родные очень хотели, поэтому я подчинилась. Но потом не пожалела, праздник был хороший. Поэтому, если ты хочешь праздника, какого угодно, только мы вдвоём, с родными или же весь мир, я соглашусь. — Я публичная личность. Нам нужно либо тихо пожениться, либо с журналистами. Среднего не получится, — Эмма и сама не знала, чего на самом деле хочет. — Я же говорю — как хочешь, — Реджина положила руку на ногу Эммы, — я все равно стану твоей женой. — А потом мы поедем в медовый месяц, — протянула Эмма, — мм… как же уже хочется этого. Куда поедем? — В Африку, — Реджина засмеялась, — медовый месяц на сафари. — Серьезно? — А почему бы и нет?! Ты в обтягивающем оливково-зеленом костюме в шляпе и в горных ботинках будешь просто неотразима. Эмма засмеялась. — Я не представляю себя в таком наряде. Вот вообще. Мне больше по душе — ты в купальнике. Может лучше рванем на необитаемый остров? Там и без купальника можем щеголять. — Ты спросила куда я хочу, я сказала. Зачем давать заднюю?! — Реджина прищурилась и усмехнулась. — Наверное, потому что я не уверена, что ты серьезно, — усмехнулась в ответ Свон. — А я серьёзно! Не хочу обычное свадебное путешествие. — Хм. Ладно… — протянула блондинка, — будет тебе Африка. Да хоть Аляска. Чтобы ты не выдумала, я на всё согласна. — Аляска тоже хороший вариант, — Реджина задумалась, — я люблю снег. — Мы можем побывать и там, и там. Да хоть в космос полететь! — Нет, вот в космос я точно не хочу. Далеко, дышать не чем, — брюнетка говорила на полном серьёзе. — Как это нечем? В ракете куча воздуха, — Эмма засмеялась. Её забавляла серьезность Реджины. — Нет, не хочу. Там невесомость, а я не люблю невесомость. — Откуда ты можешь знать, что ты её не любишь? — Не знаю, мне так кажется. Тело свое не чувствуешь, болтаешься в воздухе. — Хорошо. В космос мы не полетим, — Эмма засмеялась. — Слава Богу, а то я уж боялась, что ты настаивать будешь, — сказала серьёзно Реджина и тоже засмеялась. — Я не буду настаивать. Я буду просто исполнять твои желания, — заявила Свон, — буду твоим личным джином. — Ну, тогда исполни мое желание: расскажи мне как ты себя чувствуешь и что у тебя болит или нет?! — Если не двигаться, ничего не болит, — усмехнулась Свон и захотела привстать и тут же скорчила гримасу боли, — а вот сейчас болит. — А зачем ты это сделала? Проси меня, я тебе помогу. Не нужно дёргать и тревожить рану, — Реджина помогла Эмме лечь как она хотела. — Мне нужно переучиваться. Я всю свою жизнь сама о себе заботилась. — Ты не такая старая, — брюнетка улыбнулась и залезла на кровать к Эмме, — большую часть свой жизни ты проживёшь в любви и ласке. Хотя с лаской придётся подождать, по крайней мере пока. — Поцелуи никто не запрещал, — Эмма обняла Реджину одной рукой и ждала сладенького. Миллс улыбнулся и, приблизившись, поцеловала Эмму.