Треугольный плен

— Пап, я приехал. Ты где? — Мартин с друзьями стоял около больницы. Он не знал, куда идти. — Выхожу, — Джейсон задержался, так как у Реджины наконец-то закончилась операция и её перевели в реанимацию, — я здесь, — выходя, сказал мужчина. — Что с мамой? — сразу спросил Мартин, не дав друзьям даже успеть поздороваться. — Её столкнули с лестницы. Она в реанимации, — пояснил Джейсон, — мы сможем к ней пройти на пять минут. Бабушка с дедушкой тоже здесь. — Что? Столкнули? Маму столкнули? — завопил Мартин. — Эй, кто это посмел сделать? — вмешался Тревор. — Этого человека арестовали? — спросил Гордон. — Полиция считает, что это сделала Стефания, — Джейсон вздохнул, — она задержана. — Какого чёрта?! — спросил Бен, — зачем? — Не понял. Стеф? Не может такого быть, — Мартин нахмурился, — бред какой-то. — Тебе нужно будет поговорить с детективом, но ты сможешь это сделать при мне и адвокате, но позже. Сейчас пойдём к маме, — Джейсон приобнял сына и они пошли в здание. — Мы здесь будем, ждать тебя, — крикнул Бен. Друзья не собирались оставлять друг и здесь. — Пап, это Свон там сидит? — они проходили мимо зала ожидания и Мартин увидел, как там буквально мечется Эмма. Она по-настоящему не знала, что делать. Свон была сломлена, но всё равно оставалась в больнице в надежде узнать хоть что-то. — Да, пошли, нам некогда, — Джейсон быстрее повел сына в сторону реанимации. Он не хотел, чтобы кто-то общался с Эммой. — Почему она вообще здесь? Ты не можешь её выгнать? Это твоя больница! — Мартин злился на Эмму. Ведь это всё из-за неё. — Я не хочу устраивать скандал. Она и так сказала на весь коридор, что мама уже её невеста, — сказал Джейсон, — но мы сделаем все, чтобы мама осталась с нами. — Ба с дедом знают? — уточнил Мартин, увидев их в коридоре. — Нет, и не нужно им говорить, — Джейсон остановил сына, — но ты должен знать, мама была беременна, но потеряла ребёнка. У тебя мог быть брат, — мужчина обнял сына, так как ему было очень тяжело и больно. — Папа, это какой-то кошмар! Сегодняшний день полный… — Мартин тоже крепко обнял отца, стараясь и получить поддержку и дать её взамен. — Пойдём к маме, ей сейчас нужна наша поддержка, — они пошли дальше по коридору, где стояли бабушка и дедушка. Мартин обнял бабушку и дедушку, а потом зашел в палату реанимации. Он увидел мать и обомлел. Она выглядела очень бледной, голова перебинтована, а из горла торчала трубка, подключенная к аппарату искусственного дыхания. Мартин был в шоке, но медленно подошел к матери и взял её за руку. — Прости меня… я такой дурак. Столько всего наговорил. Мамочка… Родители Реджины стояли в коридоре вместе с Джейсоном. Они не верили, что это произошло в их семье. — О, вы здесь! — в этот момент по коридору бежали Элиот и Ева, — как она? Где она? — Ева позвонила на работу Реджине и ей сказали, что брюнетка попала в больницу. Из родственников никто не отвечал, поэтому она сама позвонила в несколько больниц и узнала, что подруга именно в этой больнице, — почему вы трубки не берёте? — возмущалась она и в этот момент посмотрела через окно в двери, увидев в каком состоянии Реджина. — Ее только полчаса назад закончили оперировать, — Джейсон был без сил. Он очень переволновался и разговор с коллегами не утешал, — у нее серьезные травмы. Нам было не до звонков. Ева заплакала, очень испугавшись за подругу, ведь когда она сюда ехала, то думала, что ничего серьёзного. Элиоту оставалось только поддержать сейчас жену. Мужчина знал о том, что Реджина хотела уйти от Джейсона, ведь сестра приезжала к ним неделю назад и они долго болтали с Евой, а ему только обрисовали ситуацию и пообещали, что когда все случится, ему расскажут более подробно. — А ребёнок? — спросила она, посмотрев на Джейсона и он покачал головой, — о, боже, — она закрыла глаза. Джейсон все же разрешил родителям войти на пять минут, чтобы они не слышали разговор с Евой. — Через час придет нейрохирург. Он проверит показатели и скажет, когда она очнется. Всё очень сложно и серьезно. А эта тварь… — у Джейсона из глаз скатились несколько слезинок. Он очень переживал, а слезы Евы только способствовали эмоциям, — Ева, её столкнули. Её столкнули с лестницы в офисе этой гадины. — Что? — в один голос спросили Ева и Элиот. — Как? Кто? Что она делала там? — спрашивала Кросс, — я ничего не понимаю. Ева знала только то, что Реджина хотела уйти от Джейсона и в ближайшие дни поговорить с Мартином, ведь уже не могла жить во лжи. Она любила Эмму и хотела быть с ней. — Бывшая Эммы — девушка Мартина. Детектив сказал, что они спорили на лестнице и та её столкнула. И всё из-за этой суки! Реджина здесь из-за неё! — прорычал Джейсон. — Не говори так, — Ева понимала эмоции Джейсона, но не хотела, чтобы он оскорблял Эмму, — Свон не причём. С лестницы Реджину сталкивала не она. Ты лучше расскажи нам что с ней? Почему она под всеми этими трубками? — Из-за черепно-мозговой травмы у нее было кровоизлияние в мозг. Об этом быстро стало известно и кровотечение остановили. Но она еще не приходила в сознание и мы не знаем, как это может отразиться в дальнейшем. К тому же сломана рука, а вывих таза исправлен. Про ребенка ты уже поняла. И я буду винить в этом эту… Свон! Если бы не она, с Реджиной ничего бы не произошло! — Ужас! — Ева покачала головой, — я так понимаю к ней нельзя сегодня. Мы приедем завтра, узнать как она и навестить её. Держись, Джей. — Да, езжайте. Я всех сегодня отправляю домой. Надеюсь и эта гадина уедет, — фыркнул Джейсон. — Эмма здесь? — спросила Ева. Она не видела Свон. — Целый скандал тут устроила. Я её выпроваживаю, так она как приклеенная сидит в зале ожидания. Слава Богу есть закон, где мы-врачи можем сказать информацию о пациенте только родным. Эта шваль ей никто. Пусть проваливает отсюда. Ничего не узнает, — Джейсон говорил очень злобно. — Это бесчеловечно, — сказала зло Ева, — Джей, ты не прав. — Она права. Джей, я сам толком ничего не знаю. Но они же любят друг друга… — начал Элиот, но был остановлен Джейсоном. — Нет. Это я люблю её, Мартин любит её и родители, и вы. А она никто. Ей здесь не место. Пусть проваливает! — злобно сказал Джейсон и зашел в палату. Он хотел проводить родителей Реджины домой. Да и Мартина тоже. — Ладно, поехали домой. Приедем завтра, может удастся её увидеть. Завтра, наверное, будет больше известно, — сказала Ева, заглянув в палату Реджины. — Идем, родная. Здесь мы ничем не сможем помочь, — Элиот приобнял жену и они пошли на выход из больницы. — Стой! Это Эмма, — Кросс увидела Свон, сидящую на стуле с опущенной головой. Было видно как она подавлена, — подожди здесь, я зайду и узнаю как она. А ты посмотри, чтобы из наших никто не шел. — Да. Иди. Джей ужасно поступает. Она имеет право всё знать, — Элиот поддерживал жену в её рвении. — Мисс Свон, — Ева тихо подошла к Эмме, — Вы как? — Ева? — Свон подняла красные глаза на Кросс. Она уже давно сидела одна, ведь прогнала своего охранника. Ей не хотелось никого рядом, кроме Реджины. За это время, что она находится здесь, успела поговорить с начальником службы безопасности и главой юридического департамента. Она узнала точную версию событий и была зла как никогда. Она приказала устроить так, чтобы Стефания не смогла выйти под залог. Свон будет мстить. Не сегодня. Но точно в ближайшее время. — Ева! О, Господи, — Эмма встала с кресла и вытерла мокрые щеки ладонями, — пожалуйста, скажи мне как она? Я умираю от неизвестности! — Она жива, но я поняла, что состояние тяжёлое, — пояснила Кросс, — давайте присядем?! — Свон вернулась на стул, а Ева села рядом, — я знаю только то, что сказал мне Джей. Она потеряла ребёнка. — Это единственное, что я знаю, — у Эммы затряслась нижняя губа, но она закусила её и выдохнула, — где она сейчас? В реанимации? Она приходила в себя? — Тихо, — Ева взяла Эмму за руку в знак поддержки, — она в реанимации и не приходила в себя, и я так поняла, что они не знают, когда это произойдёт. Перелом руки и вывих исправили. Позже будет нейрохирург. Поэтому завтра будет больше информации. — Ясно. Поняла. Ева, спасибо! — Эмма сжала руку Кросс и покачала головой, — я должна быть рядом… я так хочу быть рядом с ней. — Вас не пустят туда, — Ева поджала губы, — Джейсон очень зол. Да и вообще к ней Мартина пустили только на пять минут. — Я завтра сделаю несколько звонков. Ему ничего не останется, как пустить меня. Я не последний человек в этом городе, — Свон вновь встала и отошла к окну, — это какой-то кошмар. Я не могу в это всё поверить. — Пожалуйста, не устраивайте войну. Реджине сейчас нужна просто поддержка. Она чувствует её даже на расстоянии. Я знаю, что она вас любит и когда придёт в себя, вы будете вместе. — Она не чувствует меня рядом. Это невыносимо. Когда она придет в себя? Как я об этом узнаю? А может я могу чем-то помочь? Я могу найти лучших врачей, лучшие условия. Но как я всё это устрою, если я здесь? Я за чертовой стеной! — Давайте договоримся, я буду рассказывать Вам как она и что происходит, а Вы не будете так себя накручивать. Реджина в хороших руках, да и сама она у нас сильная, — Ева пыталась сгладить конфликт между Эммой и Джейсоном, — когда Реджина придёт в себя, я уверена она Вас позовёт. — Хорошо. Я подожду. Но ты будешь рассказывать мне всё, что узнаешь сразу. Иначе я просто сойду с ума, — Эмма подняла глаза к потолку и взвыла. — Хорошо, — Ева была согласна, так как очень хотела помочь. — А эта девушка правда её столкнула? — спросила она, пока даже не зная что и думать на этот счёт. — Так говорят мои сотрудники. Я с ней не разговаривала. Но поверь, если это действительно так, она поплатиться за это! — прорычала Свон, мгновенно злясь. — Может стоит поговорить?! Вдруг это несчастный случай? — уточнила Ева, она хотела верить в лучшее. А лучшее это то, что девушка её племянника не скидывала с лестницы её подругу. — Надеюсь, что это действительно так. Но сотрудники говорят, что они спорили и друг другу угрожали. Стеф начала встречаться с Марти только, чтобы насолить Реджине. Она считает, что если бы не она, я была бы с ней. — А Вы бы были с ней? — уточнила девушка. — Нет. Я никогда не любила Стеф, — сразу ответила Эмма, — она мне друг. По крайней мере была. — У вас будет шанс в этом разобраться, а сейчас езжайте домой, Вам нужно отдохнуть, — Ева встала со стула, — лучше нам с Вами не попадаться вместе на глаза Джейсону. Так я больше смогу узнать. — Да. Ты права, иди. Твой номер телефона у меня есть, я скину дозвон. Созвонимся завтра. Вернее, я буду ждать звонка, — Эмма была согласна со словами Евы, — я всё равно приеду утром. Попытаю счастье прорваться. Ева вздохнула, думая что Эмме надеяться не на что. Пока Реджина не придёт в себя она вряд ли сможет к ней попасть. — До свидания, — сказала Кросс и они с Элиотом быстро пошли на выход их больницы. — Пап! Это всё из-за меня, — сказал Мартин, обнимая отца и плача у него на груди. Джейсон отправил родителей Реджины домой, а с Мартином стоял около палаты реанимации. — Это все из-за неё, — Джейсон говорил про Свон, — ты не виноват, сын. — Я их видел сегодня. Был у Стеф, был у мамы. И на обеих наорал. Я завел их и вот, что вышло, — сказал пацан. — Не вини себя, — Джейсон погладил сына по спине, — сейчас главное — мамино здоровье. Я очень переживаю из-за этого. — Когда она придет в себя? — Мартин посмотрел заплаканными глазами на отца. — Не знаю, — Джейсон покачал головой, — очень тяжёлая травма головы и крови она много потеряла из-за выкидыша. — А откуда вообще он взялся, если она собралась уходить от тебя? — уточнил Мартин. — Мартин! — Джейсон отстранил от себя сына, потому что ему не понравилось, как он это сказал, — мы с мамой были вместе и все могло быть хорошо. — Она уже год встречается со Свон! Как могло быть хорошо? Пап, вы — разводитесь! — четко сказал Мартин. — Но я-то об этом не знал! — возмутился Джей, — я думал, что в моей семье все хорошо. Что моя жена меня любит. — Она любила тебя. Я знаю, что любила. Ребята говорят, что это нормально, когда родители разводятся. Родители Бена тоже разведены. Но там изменял отец. Он сказал, что возненавидел его. Но я не ненавижу маму. Хотя именно эти слова она последние от меня услышала… — сказал Мартин и вновь заплакал. — Успокойся. Когда мама придёт в себя, ты извинишься и скажешь как её любишь, — Джейсону было трудно общаться с сыном. Он не мог ему ничего пообещать, ведь даже не знал придёт ли жена в себя после падения и это очень пугало. — Пап, главное, чтобы она выжила! И если вы разводитесь — это не страшно. Я буду вас обоих любить, — Мартин вытер лицо от слез, — мне нужно выйти к пацанам. — Мы не разведёмся! Я не отпущу маму, — сказал уверенно Миллс, — мы с ней все наладим. — Пап, она же любит Свон. Тебя это не коробит? — уточнил сын. — Мартин, когда любишь по-настоящему — не отпустишь, — Джейсон для себя все решил. Он считал, что после такого испытания Реджина поймёт, что должна остаться в семье. — Пап, так нельзя. Мама не хочет же быть с тобой, — протянул Мартин. — Мы ничего не решили, — Джейсон лукавил. Они с Реджиной все решили, точнее Реджина все решила, а ему осталось только это принять, но он этого делать не хотел, ведь все равно надеялся, что жена к нему вернётся. — Я так понял, что она уже всё решила, — вздохнул Мартин. Он не разговаривал с матерью, но после всего случившегося осознал, что зря. Да и разговоры с друзьями дали парню понять, что родители имеют право на счастье, даже если не друг с другом, — ты поедешь сейчас домой? — Нет, останусь здесь и послежу за ней первую ночь. А ты езжай, отдохни и поспи, — Джейсон усмехнулся, — и пожалуйста больше не пей. Все можно решить без алкоголя, это я уже понял, — мужчина похлопал сына по плечу, — пойдем, я тебе провожу. — Да я сам. Будь с ней, — Мартин остановил отца, — я хочу, чтобы она быстрее проснулась. Разбуди меня, когда это случится. — Я не уверен, что это случится в ближайшее время, — выдохнул мужчина. Он был врачом и знал к чему ведут такие травмы. — Давай надеяться на лучшее? — сказал Мартин и пошел из больницы. Проходя мимо зала ожидания, он заглянул внутрь и не увидел там Свон. Хотя у парня был настрой с ней поговорить. Эмма поехала домой. Ей нужно было заставить себя поспать, чтобы на следующий день с новыми силами ехать и в больницу, и в полицейский участок. Но придя домой, она не смогла расслабиться. Атмосфера пустого дома давила, а зайдя в спальню, Свон и вовсе заскулила. Она увидела Хортона. Слоненка, которые предназначался ребенку, который уже никогда не появиться на свет. Свон бросила сумку на пол и села рядом со слоненком. — Прости, малыш… мы не уберегли тебя… — прошептала Эмма, обняв слона и горько заплакав.