Треугольный плен

Джейсон тут же забежал в палату. Он быстро пробежался глазами по аппаратам и понял в чем суть этого звука. — Это же замечательно! Кора, ей мешает ИВЛ! Она хочет дышать сама, — пояснил он и надел перчатки. Уже забежала медсестра, чтобы помочь врачу снять пациентку с искусственной вентиляции легких. Услышав это, Кора прижалась к стене и начала плакать. Она понимала, что очень хороший знак и скоро её девочка придёт в себя. — Вот, теперь отлично, — Джейсон убрал все трубки и послушал на всякий случай дыхание. — Судя по показателям, она скоро придет в себя. — Я так хочу, чтобы она очнулась. Все это время, что она находится здесь, для меня как Ад, — Кора подошла к койке и взяла Реджину за руку. — Побудьте здесь. С ней. А я поищу Мартина. Хочу, чтобы он был здесь, когда она проснется, — сказал Джейсон и пошел из палаты. — Да, конечно! Я хотела спросить можно или нельзя, — сказала женщина и погладила дочь по щеке. — О, сын. Вот ты где, — Джейсон нашел Мартина около кофейного аппарата. Он проводил Адель и хотел взбодриться кофе. — Будешь кофе?! — спросил Мартин, смотря на кофейным аппарат, — кстати, у вас сволочной аппарат, который выдаёт шоколадки, два бакса у меня съел, перед тем как дать мне сникерс. — Марти, — Джейсон положил руку на плечо сына. Он улыбался, — пойдем к маме. Я снял ее с аппарата ИВЛ. Она дышит сама! — Правда?! Это очень круто, — Мартин сразу забыл про свой кофе, — когда она придёт в себя? Мне можно к ней? — Там бабушка уже ждёт. Так что идём тоже. Мы все очень ждём, когда это случится. И она будет рада, когда всех нас увидит. — Да, конечно пойдём. Только я Адель домой отправил и дедушка за бабушкой только через полчаса приедет, — Мартин заволновался. — Это ничего. Сегодня я больше к ней всё равно никого не пущу, — сказал Джейсон. — Хорошо, — Мартин закивал, — просто мне очень хочется сказать ей как я её люблю, — парень очень многое хотел сказать Реджине, но потом, когда она поправится, — пойдём быстрее, не хочу опоздать. — Бежим, — кивнул Джейсон и они поспешили в реанимационную палату. Они пришли в палату и присели рядом с койкой. Через некоторое время Реджина и вправду начала приходить в себя. Но ей было очень тяжело это сделать. Она не чувствовала сильной боли, но тело чувствовало как оно не может двигаться, а мысли не могли собраться в кучу. Мартин услышал слабый стон, который издала брюнетка. — Мам, мамочка, я здесь, — Мартин взял Реджину за руку. Он все ещё делал это аккуратно, ведь сломанная рука была в гипсе, таз зафиксирован из-за вывиха. Врачи говорили, что очень хорошо, что Реджина была в коме, ведь всё это время она была неподвижна, а это лучшее лекарство на первом этапе. — Доченька, мы рядом. Всё будет хорошо. Не спеши. Ты всё успеешь, — рядом с внуком стояла Кора. Реджина чувствовала прикосновения, но голоса превращались в гул. Она плохо слышала, что ей говорят. Но Мартин почувствовал ответное сжатие его руки. — По показателям она пришла в себя. Но ей нужно время. Не торопите её, — сказал Джейсон. — Хорошо, — кивнула Кора. Мартин ещё немного сжал руку матери. И в этот момент Реджина с трудом приоткрыла глаза и увидела его. — Мама, я здесь, я рядом. И бабушка здесь, и папа, — он старался говорить тихо. Парень не замечал, как на глазах появились слёзы. Джейсон и Кора стояли в двух шагах от Реджины. Они решили не нападать так сразу. Хотя когда Кора увидела глаза дочери, тут же заплакала и обняла Джейсона. Мать безумно переживала эти дни и сейчас очень радовалась. Перед глазами все поначалу расплывалось, но несколько раз прикрыв глаза, Реджина более чётко увидела Мартина, а потом и маму с Джейсоном. — Марти… — Реджина, ты его узнаешь? Она его узнает! Значит с памятью всё хорошо. Слава Богу! — Джейсон безумно этому радовался. — А чего это вы тут без меня?! — в палату вошёл нейрохирург, который делал Реджине последнюю операцию, — мне сказали, что здесь хорошая динамика. О, спящая красавица просыпается, — он подошёл к койке и посмотрел на Реджину, — привет. — Привет, — хрипящим голосом протянула брюнетка. Она пока еще не все осознала и поняла. — Она и моё имя сказала, — сказал радостно Мартин. — Она узнала Марти. Сжала его руку. Это же хороший знак? — волнительно спрашивала Кора у хирурга. — Это замечательный знак, — сказал врач, — я сейчас немного Вас помучаю и снова отдыхать, — он достал ручку с фонариком и посветил брюнетки в глаза, — здесь все отлично. А сейчас придется сжать и мои руки, — он взял брюнетку за одну сначала руку, потом за другую и она их сжала, слабо, но главное рефлексы все на месте. Когда он попросил пошевелить ногами, Реджина тоже это сделала, — все отлично. У вас ещё пять минут и ей нужен отдых. — Марти, можно я? — уточнила Кора в то время, как Джейсон вышел за хирургом, чтобы уточнить у него некоторые моменты. — Конечно, — внук сразу отошёл в сторону, чтобы бабушка смогла подойти. — Родная моя, доченька, — Кора аккуратно взяла дочь за руку и сжала, — всё будет хорошо. Операции прошли успешно. Совсем скоро ты поправишься. Здесь были все. И папа, и Адель, и Ева с Элиотом. Мы все очень переживаем за тебя. А Джейсон не отходил ни на шаг. — Эмма… Ребёнок… — тихо протянула брюнетка. Она не потеряла память. Просто сейчас она не могла собраться. Поэтому задала главный вопрос. — Эмма… — Кора взглянула на Мартина и сглотнула. Она за секунду всё поняла. Материнское сердце не обманешь. Кора еще не отошла от новости про Эмму, ведь на самом деле не верила, что Реджина разлюбила Джейсона и будет с другим человеком, с женщиной. Но то, как дочь в первые минуты после комы спрашивает именно об Эмме о многом говорит. О самом сильном чувстве из всех. Кора вновь заплакала. — Родная, всё будет хорошо. С Эммой всё хорошо. И у вас всё будет хорошо, — из-за эмоционально сложного состояния Кора повторялась. Но ее можно было понять. Ведь про ребенка ей сказать правду было невыносимо. Мартин подошёл с другой стороны и посмотрел на Реджину. — Все это время Эмма была там, она очень хочет к тебе. Реджина прикрыла глаза, ей было очень тяжело разговаривать. — Я не в форме. — Я думаю, дорогая, что ей на это всё равно. Она хочет тебя видеть, — Кора наклонилась и поцеловала дочку в висок, — но если не хочешь, она не придет. — Хочу, — протянула Реджина. — Может, ты всё-таки поспишь, а завтра она приедет и я приведу её, — Мартин хотел, чтобы мама отдохнула. Он впервые видел её такой беспомощной. — Марти, — Кора посмотрела на внука, — иди. Найди её и приведи. Реджина поспит, а Эмма будет рядом. Я вижу… — Кора посмотрела на дочь, — ей это очень нужно. Больше, чем кто-либо еще. Реджина кивнула на слова матери. — Я сейчас ей позвоню, — Мартин отошёл к окну палаты и набрал номер Эммы. — Прости… — Реджина сжала руку матери. Она начала осознавать, что мама все знает. — Мы потом обо всём обязательно поговорим. Поспи. Прошу тебя. Тебе нужно набираться сил, — Кора еще раз поцеловала дочку. — Марти звонит! — Эмма была в своей квартире, но одетая и наготове. Она заволновалась от звонка парня и боялась, что он может звонить с плохими новостями. Поэтому медлила отвечать на звонок. — Да бери ты уже, — Эммет подталкивал сестру, — она зовёт тебя, а ты ждёшь! — Думаешь? — Эмма глубоко и резко выдохнула, — ну, дай Бог! — и ответила на звонок. — Да, Марти. Ну что там? — Эмма, мама пришла в себя. Врач сказал, что все хорошо, — сказал Мартин и посмотрел на маму, — она зовёт тебя… — Она пришла в себя! Всё хорошо! — для брата и для своего понимания проговорила Свон, — она зовет меня? О, Господи. Правда? Я уже еду. Буду через десять минут. Лечу, Марти. — Не лети и позвони как приедешь, я тебе встречу, — Мартин не хотел, чтобы и с Эммой что-то случилось. А ещё он сейчас очень переживал из-за отца, который все ещё на что-то надеялся. — Хорошо, — Эмма закончила разговор уже в холле, — я поехала. Не скучай, — в этот раз она решила, что помощь брата не понадобится и поехала сама. — Она заснула, — сказала Кора, взглянув на Мартина, который только закончил разговор со Свон. — Я же говорил, — Мартин вздохнул, — а кто папе объяснять будет зачем Эмма сюда сейчас приехала?! — Я сама с ним поговорю. Марти, знаешь, если бы Реджина позвала её не сейчас, а когда уже окончательно пришла бы в себя, я бы задумалась, но в таком состоянии мы зовем только по-настоящему важных для нас людей. — А про ребёнка ей кто скажет?! — уточнил Мартин, ведь бабушка не сказала, когда Реджина спросила. — Я думаю, это нужно будет сделать Эмме, — считала Кора. — Нужно будет её предупредить, — сказал Мартин и в палату зашёл отец, — мама уснула сейчас. — Давайте все её сейчас оставим, — сказала Кора и, приобняв Джейсона, вывела из палаты. — Марти, ты иди, — сказала она внуку, чтобы наедине поговорить с Джеем. — Я тогда на улице подожду, — сказал парень. Он говорил про Эмму, ведь знал, что блондинка захочет увидеть Реджину. — Джейсон, — Кора обняла Миллса, — мне нужно с тобой поговорить. Джейсон усмехнулся. — Мне уже не нравится начало этого разговора. — Она позвала её, — Кора не стала долго тянуть. — И что мне теперь, радоваться?! — уточнил мужчина, — а, я понял к чему Вы ведёте. Быстро же Вы мнение меняете. — Джей, — Кора вздохнула и покачала головой, — я не поменяла мнение. Я по-прежнему желаю, чтобы ваша семья осталась такой как прежде. Но… Джей, милый, первым, когда она очнулась, она позвала не тебя. Она позвала её. — И смысл мне было к Вам ехать и просить вразумить Вашу дочь, если Вы сразу встали на её сторону, — Джейсон начал злиться, — всё это из-за неё, а Вы уже готовы принять эту как родную. — Джей, я поговорю с ней, когда она окрепнет, — Кора не хотела, чтобы зять злился. — И она Вам скажет, что любит её и хочет быть только с ней. И Ваше сердце растает, — с сарказмом сказал Джейсон, — я понял Вас, Кора. И мне нужно её отпустить. — Ох, Джейсон, — Кора закрыл рот рукой и из глаз вновь закапали слёзы, — как же у вас всё сложно. — У меня все легко. Я её люблю, а она пошла на сторону за новыми эмоциями, — Джейсон погладил Кору по плечу. Мужчина не мог видеть её слёзы, ведь она-то как раз была ни в чём не виновата, — и ладно бы она мне сказала о проблемах и мы постарались бы их вместе решить. Нет. Она просто жила на две семьи. Приходила и как обычно ложилась со мной в кровать. Она не пыталась сохранить нашу семью, она строила новую и, когда там всё стало стабильно, она решила уйти. — О, Господи, — после этих слов Кора стала еще сильнее переживать, — я никогда не думала, что моя малышка сможет так поступить. — Простите, Кора, вот Вам-то я вообще не должен был этого говорить, — Джейсон понял свою ошибку и обнял женщину, — Вы самая лучшая мама жены, какая могла быть. Ей с Вами очень повезло. — Ну, она у меня еще получит, — сказала Кора, тоже в ответ обнимая Джейсона. Женщина уже и сама запуталась и даже не знала верно ли поступила, разрешив Мартину позвать Эмму. — Вы не расстраивайтесь. Может эта Свон лучше меня, — мужчина усмехнулся. В это время Эмма уже приехала в больницу и Мартин встретил её у входа. — Она уснула, — сразу сказал он, чтобы Эмма не тешила себя надеждами, — я говорил бабушке, что лучше, чтобы Вы приехали завтра. — Нет. Я хочу сегодня. Я побуду с ней. Она должна знать, что я рядом. Тем более… — Эмма остановила Мартина, — ей сказали про ребенка? — Нет. Бабушка не сказала, когда она спросила, — Миллс-младший выдохнул, — может, Вы ей скажите?! — Скажу, — Эмма кивнула. Ей было больно от того, что они потеряли ребенка. Она каждую ночь спала вместе с Хортоном и думала за что им такое наказание. А ведь ответ лежал на поверхности. — Ладно, пойдёмте, может она ещё проснётся, — сказал Мартин и повел Эмму к палате мамы. Он очень переживал из-за реакции отца. Когда они зашли в палату там не было никого, кроме Реджины. Джейсон пошел проводить Кору и они с разминулись. — Она выглядит лучше, — Эмма подошла к Реджине и улыбнулась. Сейчас не было того ужасного страха, что она может потерять любимую. Наоборот, Эмма наконец может радоваться, ведь скоро Реджина пойдет на поправку. — Она сразу назвала мое имя, — парень улыбнулся, — потом пришёл врач и проверил все. Сказал, что все хорошо. — Это здорово! — Эмма взяла Реджину за руку и сжала, — родная моя, ты такая молодец. Ты такая сильная. — Я люблю тебя, — Реджина проснулась и поняла, что Эмма рядом. В этот раз ей осознать где она и что с ней было проще. — Мам, — Мартин посмотрел на Реджину. — О, моя родная! Моя любимая девочка. Ты проснулась, — Эмма наклонилась и несколько раз поцеловала Реджину. В висок, в лоб и в губы. Свон радовалась этому моменту осторожно, ведь не хотела никаких резких движений, — как же это здорово. Я так счастлива. — Я пойду, оставляю её в надёжных руках, — Мартин сам поцеловал маму и вышел из палаты. — Ребёнок… что с ребёнком? — спросила Реджина. — Милая, — Эмма сжала Миллс руку, а глаза наполнились слезами, — понимаешь… — Я его потеряла… — спросила Реджина, все понимая. Её глаза тоже наполнились слезами, но сил не было. Брюнетка вздохнула. Ей было очень больно из-за того, что она потеряла ребёнка, ведь она мечтала как у них с Эммой будет семья. — Всё будет хорошо. Я обещаю, — Эмма присела на край койки и целовала руку Реджины, — я так за тебя боялась. Это было ужасно. — Не особо помню, что случилось, — Реджина посмотрела на Свон. — Ты хочешь, чтобы я сейчас рассказала? Может тебе стоит лучше отдохнуть? Поспать? — Эмма заволновалась, что своей болтовней может сделать Реджине только хуже. — Давай потом. У меня хоть… ничего не болит, но ощущение… как будто по мне прокатился каток, — Реджина говорила прерывисто, так как ей было сложно и в организме все ещё был наркоз. — Неудивительно. Ты была в коме восемь дней. И сейчас твой организм будет заново учиться делать всё, что делал до этого, — Эмма многое изучила, чтобы быть готовой ко всему, — но ты знай, я буду рядом. Теперь никто не запретит мне этого. — А кто-то запрещал? — уточнила брюнетка. Она прикрыла глаза, но пока не засыпала, ей просто нужны секунды отдыха. — Дай попить, пожалуйста, — у брюнетки пересохло во рту. — Конечно, — Эмма нашла специальный стаканчик и налила туда воды. Она прислонила трубочку к губам любимой, — не переживай, всё теперь наладится. — Мама знает… — Реджина вздохнула. С её пробуждением у неё было очень много эмоций. Но пока все осознать и понять было трудно и морально больно. — Да. Мы с ней уже познакомились, — Эмма не стала отрицать очевидный факт. — Я не так все это хотела сделать, — Реджина вздохнула, — случилось все то, чего я боялась. Сначала Мартин узнал, потом мама. — Мартин у тебя большой молодец. Он всё понял. И поддерживает нас. Он помог мне тебя увидеть и хоть немного поддержать, — Свон улыбалась. Она так радовалась возможности разговаривать с Реджиной, что все проблемы уходят на второй план, — и с мамой всё хорошо. Это же она разрешила мне приехать. Значит всё будет хорошо. — Потом мы это обсудим, — сказала брюнетка, — а сейчас езжай домой. Не нужно около меня сидеть. — Даже не думай! — Эмма покачала отрицательно головой, — я уже вою дома. Я столько ждала, чтобы быть рядом. Поэтому никуда не уйду. — Хорошо, — протянула Реджина. На неё опять очень быстро накатывала усталость. Поэтому через пять минут она опять уснула, зная, что Эмма будет рядом. Свон присела в кресло рядом и смотрела на Реджину. Она жалела её, но точно знала, что у них теперь всё будет хорошо. «Я у Реджины в палате. Всё просто прекрасно. Она поговорила со мной и сейчас спит. Я никуда не уйду» — написала Свон смс брату. «Хорошо. Я рад. А я решил поработать. У меня творческий подъём», — написал в ответ Эммет. «Я ей обязательно об этом скажу. Она обожает твое творчество» «Я завтра к вам заеду. Еды тебе привезу. Ты же наверное оттуда только с ней выйдешь», — написал Свон со смеющимися смайликами. «Да. Теперь никто не сможет меня выгнать. А за еду спасибо. Это будет кстати. До завтра» — написала Эмма и отложила телефон. Так как это была реанимация, в палате стоял только один стул. Свон в этом смысле не повезло и ей пришлось устраиваться спать в этих условиях. Но это было практически невозможно. Поэтому Эмма поспала от силы часа полтора. Но это её совсем не расстроило, ведь она видела Реджину так близко. От этого она могла только радоваться.