Ловушка Купидона

Нет ничего прекрасней чувства, чем проснуться дома в своей кровати. Приятное постельное белье холодило лицо, когда волшебница перевернулась на другой бок, блаженно скидывая с ног одеяло. События вчерашнего вечера вызывали блаженную улыбку, Феликс до сих пор не верила, что смогла признаться Джорджу, а его поцелуй… Она от восторга что-то пропищала, смущаясь накативших на неё флэшбэков. Сев в постели, девушка запустила руку в волосы, зевнув. Утренний поход в душ немного бодрил, поэтому переодевшись в клетчатые домашние штаны и тонкий свитер, она захватила книгу по прорицанию, спускаясь вниз. Судя по пустующей кухне, Феликс пришла к выводу, что Джордж ушел на работу. Приятной неожиданностью стало то, что на столе её ожидали свежие булочки с ежевикой и заварочник с свежим чаем. Завтрак придал ей боевого духа, поэтому разобравшись с домашними делами, она присела на диван, вытянув вдоль него ноги, и принялась читать учебник по прорицанию, чтобы заполнить пробелы и упущения, связанные с её прогулами. В какой-то степени, это показалось ей достаточно увлекательно, если действительно учить и заниматься. Про обед она умудрилась позабыть, перекусив печеньем. Изучение пропущенного материала заняло у неё практически весь день, возвращая в реальность тогда, когда вернулся Джордж. Рыжий стряхнул со своей куртки снег, повесив на вешалку, и помахал девушке, поднявшейся на ноги. Феликс поспешила его встретить, в привычной манере обняв его и чмокнув щеку. — Ты сегодня не допоздна, это радует, — заулыбалась девушка, натягивая рукава свитера до ладоней. — Как я могу задерживаться там, когда ты дома? — радостно проговорил Джордж, приобняв девушку за плечи. — Что хочешь на ужин? — Не знаю. Я люблю всё, что ты готовишь, — волшебница легко потрепала его по волосам, положив книгу на обеденный стол. Джордж задумчиво поднял взгляд, будто прикидывая, что можно сделать на ужин, а потом кивнул, подворачивая рукава своей рубашки и доставая из ящиков муку и какие-то овощи. Феликс, удобно присев с книгой на одну столешницу, невольно позабыла о невыученных темах за первый семестр, наблюдая то, как сильные руки Джорджа сминают тесто, раскатывая его по столешнице, пока начинка для будущего пирога тушится. — О чем задумалась? — отвлекся Джордж, подойдя к соседней столешнице, на которой сидела Феликс и легонько щёлкнул её по носу, испачкав мукой. — Я? Да так, ни о чем, — уклончиво отозвалась Феликс, почувствовав, как высокий мужчина встал между её ног. На данный момент ей практически удалось сравнять с ним рост. — У тебя ничего не сгорит? — Нет, — хитро улыбнулся Джордж, потеревшись с ней носами. — Волнуешься? — С чего бы? — немного растерянно пробормотала она, почувствовав, как Джордж погладил её колено сквозь штаны, скользнув выше к бедру и подвинув на край столешницы. — Мало ли, что придет мне в голову, глядя на такую красивую девушку, — томно прошептал он, мягко поцеловав её в подбород, после чего, с тихим смешком отстранился, возвращаясь к готовке. Честное слово, за такие проказы, Белл-Уизли готова была его стукнуть. Но поспешно взяла себя в руки, делая вид, что увлечена чтением книги. Через какое-то время кухню заполнили ароматы пирога с курицей и томатами, щедро приправленные паприкой. Этот рецепт она помнила с самого детства, Джордж часто его готовил. Несмотря на то, что она видела его спину, в голове всё ещё рисовались картины того, как он нарезает мелкими кубиками мясо, вытушивает его до мягкости, добавляет томаты и немного сельдерея, посыпает его измельченным красным луком, а потом эту смесь заворачивает в тонкое тесто, выпекая до хрустящей корочки. О готовности Джордж оповестил, когда уже накрыл на стол, сварив им по кружке кофе с молоком. Ужин прошел молча, но они часто обменивались счастливыми взглядами через стол. Закончив с чудесным пирогом и убрав остатки, Уизли ушел в душ, чтобы смыть с себя трудный день, а Феликс вновь вернулась на диван, чувствуя приятную сытость. Четвертую лекцию она перечитывала во второй раз, понимая, что путается в символах чтения будущего по кофейной гуще. Мысленно проклиная того, кто это выдумал, она устало простонала и откинула голову назад. Перевёрнутая картинка действительности предстала в виде Джорджа, одетого в серые штаны и расстёгнутую клетчатую рубашку. Рыжие влажные волосы топорщились в разные стороны. Он обошел диван, присев рядом и уложив ноги девушки поверх своих. — Весь день учишься? — осведомился он, взяв книжку из её рук. — Хочешь затмить профессора Трелони. — Ах, если бы, — вздохнула она, — Профессор Трелони ушла в отпуск на неизвестный срок. Сейчас у нас мадам Коллингвуд. — Кто такая? — фамилия казалась Джорджу совершенно неизвестной. — Я и сама не знаю. Бывшая доула для чистокровных семей, помогала им с рождением детей и предсказанием их будущего. Не знаешь такую? — Нет, — честно признался Джордж, отдав девушке учебник. — И как? Лучше Трелони? — Вменяемей, — честно призналась Феликс, невольно рассмеявшись. Джордж призвал к себе газету, чтобы не отвлекать гриффиндорку от учебы. Он листал страницы, легко поглаживая её по ступням, лишний раз не отвлекал. Но вдруг вспомнил, обратившись к гриффиндорке: — Скитер наконец-то успокоилась, — отозвался он. — О чем ты? — После Чемпионата, она много чепухи писала о нашей семье. — Например? — не поняла девушка, заложив палец между страниц книги. Джордж призвал одну из газет, протянув девушке: — Шестая страница. Помнишь, после Чемпионата по квиддичу на нас странно смотрели? Вот, почитай. Феликс послушно открыла газету, пробегаясь по строчкам: как всегда описывала Гарри Поттера и его семью, не забыла упомянуть о Чарли и Билле, но последний абзац привлек больше внимания:

«…знаменитый холостяк Джордж Уизли, ставший со своим покойным братом бизнесменами в девятнадцать лет, обзавелся молодой подружкой, которую, не стесняясь камер и репортеров, прилюдно зажимал в VIP-ложе, предпочитая не отвлекаться на игру. Насколько нам известно, он является опекуном неизвестной юной волшебницы, которую мы не видели на матче. Интересно, знает ли новая пассия, что в будущем может стать для неё мачехой?»

Снизу прикладывалась колдография, когда Джордж её поймал и спас от падения, но для бессовестной Риты Скитер это было не столь важно, ведь самое любимое для выдумщицы — повод написать очередную чепуху, чтобы привлечь больше внимания к своей персоне. Бросив «Ежедневный Пророк» на пол, девушка недовольно фыркнула, привлекая внимание мужчины: — Эта старая жаба когда-нибудь угомонится? — Пока её читают, нет. Не злись, Феликс, на большее у неё не хватало фантазии, к тому же, — он опустил газету на диван, проведя руками по ногам девушки, — В чём-то она оказалась права. — Тем не менее, это не её дело, — продолжала бурчать девушка. Джордж медленно придвинулся ближе, нависая над девушкой и закидывая её ноги к себе на бедро, легонько придерживая: — Ты такая милая, когда злишься, — мечтательно протянул он. — А я то думаю, почему все меня злят, а они — любуются, — усмехнулась Феликс, но тихонечко ахнула, когда рука Джорджа скользнула под свитер, поглаживая её бок. — Джордж? — М? — хитро улыбнулся он, — Пытаюсь тебя успокоить. — Вынуждена признать, тебе это неплохо удается, — выдохнула она, когда Джордж погладил её живот и поцеловал в шею, от чего мурашки тут же пробежались по её спине, вызывая дрожь в коленях. Подобное не укрылось от Джорджа, который совершенно не собирался на неё давить, но от подобного не смог удержаться, вновь садясь на место и возвращаясь к своей газете. — Завтра к нам прибудет Чарли, — как бы невзначай, не отрываясь от чтения статьи, произнес Джордж. — Без проблем, — легко отозвалась Феликс, подняв книгу с пола. — Ой! Забыла. — Что? Что забыла? — Завтра же должна прийти Кэти. Я обещала ей, что мы вместе сделаем эссе по зельеварению, — она потерла лицо ладонями, — Совершенно забыла. — Ну, ничего страшного, нашего дома для всех хватит, — успокоил её Джордж. — Только завтра гостей будешь встречать без меня. — Ты снова работаешь? — грустно отозвалась Феликс, присев. — Вынужден. Рон сейчас один работает в Хогсмиде, а мы с Деном в Косом Переулке. Рук не хватает. Но я обещаю тебе, что вернусь пораньше, — уверил её Джордж, понимая, что провести праздники с ней он хочет больше, чем работать. — Хорошо. От Гермионы есть какие-нибудь вести? — Да, она часто заходит в магазинчик. Говорит, что взяла в аренду домик, недалеко от Косого Переулка, но с Роном общается натянуто, исключительно из соображений, что детям нужен отец. — Это всё звучит так печально. Мне всегда казалось, что у них идеальная семья. — Феликс, мы же видим лишь обложку, никто из нас не может знать, что творится внутри семьи. Понимаешь? Посмотри на нас с тобой. Тут Феликс невольно улыбнулась, ведь для остальных они тоже — обычная семья, а на деле всё гораздо интересней. По крайней мере, через пару лет, станет вполне очевидно, что они не просто опекун и воспитанница, но пока Феликс об этом не хотелось думать. — Ты прав. Дядя Рон больше не пытался набить морду мистеру Малфою? — Нет. Малфою и так сейчас тяжело, — между бровей от этих слов пролегла морщинка, — У него умерла жена. Какое-то родовое проклятье. Жаль его, остался вдовцом с ребенком. Астория была хорошей женщиной, несмотря на то, что училась на слизерине. — Какой кошмар, — ахнула Феликс, прикрывая рот ладонями, — Надеюсь, что он справится. — Я тоже. Несмотря на былую вражду, я искренне ему сочувствую. Феликс молча кивнула, отложив книгу в сторону и подошла к камину, подбросив туда парочку дров, чтобы огонь не потух. Она протянула к нему руки, чувствуя, как приятно обжигает тепло. — Осторожнее, не спали волосы, — попросил Джордж, выглядывая из-за «Ежедневного пророка». — Надо их подстричь. — Не надо, — улыбнулся мужчина, — Тебе так очень идет. Феликс неловко опустила взгляд, переведя его с Джорджа на камин. Покой на душе был приправлен потрескиванием дерева в камине и шелестом газеты, которую читал Джордж. Искренне хотелось, чтобы так было всегда. Вскоре, правда, Феликс почувствовала, что начала засыпать, поэтому, поцеловав Джорджа в макушку, поспешила в свою спальню, счастливо завершая этот день сном, который был наполнен спокойствием и предвкушением предстоящего дня.

***

Сон нарушил утренний грохот на первом этаже. Это было весьма странно, так как Джордж редко шумел с утра. Выскочив из своей кровати, Феликс поспешила вниз, с удивлением смотря на Чарли, который лежал в центре гостиной. Над ним стоял Джордж, пытаясь поднять брата за плечи. — Крестный, ты рано, — улыбнулась Феликс. Волосы драконолога торчали в разные стороны, кажется, его перемещение было не очень удачным. — О, а кто эта красотка? Неужели моя «Фи-фи»?! — воскликнул Уизли, позабыв о тяготах перемещения и заключив девушку в объятья, — Взрослеешь ни по дням, а по часам. — Не называй её так, — закатил глаза Джордж, сложив руки на груди. — Как? Красотка? — подтрунил над ним брат, всё-таки выпустив крестницу из объятий. — Ты можешь меня называть, как хочешь, — махнула рукой девчонка в пижаме и подмигнула Джорджу. Взгляд её опекуна был многозначителен, он нёс в себе тайну, скрытую только между ними. В какой-то степени, сама мысль иметь общий секрет казалась весьма интригующей и азартной для гриффиндорки. — Полегче, а то дырки друг в друге проглядите, — подозрительно приподнял бровь Чарли. Джордж и Феликс тут же начали осматриваться по сторонам, стараясь сгладить эту ситуацию, хотя Чарли совершенно не это имел ввиду. Как принято считать, что люди, скрывающие что-то, во всем будут видеть подвох. — Я приготовлю завтрак, — тут же спохватилась Феликс, устремившись на кухню. Джордж помог собрать брату вещи в чемодан, который от перемещения раскрылся, после чего усадил его на диван: — Что было не так с твоим порталом? — Да, пустяки. Возможно, немного намудрил с координатами, но, в целом, падение было мягким, — у Чарли всегда всё было проще. Он будто совершенно не изменился за последние почти два десятка лет, сохранив в себе детскую непосредственность и желание найти приключение на мягкое место. К сожалению, Джордж уже не мог похвастаться подобным, так как эти самые «приключения» находили его против воли. А ведь раньше всё было иначе. — Хорошо, что ты не приземлился на крышу, иначе бы твой небольшой отпуск пришлось бы провести в Мунго, — усмехнулся Джордж, потрепав брата по волосам. — Извини, что разрушил твои планы на уединение, — засмеялся драконолог, но потом посерьезнел, чуть склонившись к Джорджу, — У вас с Феликс перемирие? Ну, из-за того поцелуя. — Которого? И тут Джордж был готов самолично стукнуть себя по голове, быстро продолжая фразу, будто немного оговорился: — Которого могло и не быть. Да, сейчас у нас всё хорошо, мы поняли эту ошибку и живем, как и прежде. — Вот и хорошо, а не то проблем было бы, у-у-у, — Чарли откинулся на двиан, довольно вытягивая ноги. — Каких проблем? — не понял Джордж, чуть хмурясь. — А то сам не знаешь, — усмехнулся Чарли, — Она же под опекой, прибавь к этому ещё надзор до семнадцати лет. Представляешь, что началось бы, если бы об этом узнали в Министерстве. — Думаю, в Министерстве всем плевать. Они уже много лет закрывали глаза на браки чистокровных, которые девочек чуть ли не с двенадцати лет сватали. — Да когда это было, Джордж, благодаря Кингсли, теперь всё строже. Что хотят пусть делают после совершеннолетия, но до этого момента ни-ни, — и строго погрозил пальцем, даже не заметив, как его брат сглотнул. — У меня так бывший коллега влетел. — В каком смысле «влетел»? — Вляпался, попался, загремел… Не знаю, как иначе это назвать. У них в семье ещё чтут старые традиции. Поехал на помолвку, говорит, девушка — сказка, красивая, умная, семья чудесная. Заключили магическую помолвку, да и закрутилось. Влюбились по уши. Вернулся после отпуска, даже двух дней не проработал, к нам нагрянули представители из Министерства Магии. Отдел обеспечения безопасности несовершеннолетних магов и ведьм. Крупный пот пропитал домашнюю рубашку Джорджа, когда он это слушал, но старался не подавать вида, хотя в голове ярким воспоминанием светился рождественский вечер и то, как он прижимал к себе свою подопечную. — И что было дальше? — Попали под раздачу все. Семьи тоже, много судов было, но спасло то, что они не имели никакой близости, иначе бы… Не хочется думать о плохом. К счастью, до совершеннолетия той девчонки оставалась пара дней, так что отделались штрафами и посаженной нервной системой. — Вот же ситуация, — покачал головой волшебник, — Эти варварские традиции никогда до добра не доведут, это уж точно. — Так и я об этом говорю. — Завтрак готов! — голос Феликс тут же разрушил атмосферу разговора двух братьев, заставив их прерваться. Чарли в этом повел себя более оперативно, поспешив за стол. Его уже ждала большая тарелка омлета с овощами и кофе. Феликс же суетливо побежала в ванную комнату. Джордж растерял остатки аппетита, но всё-таки сел за стол, задумчиво водя указательным пальцем по краям белой кружечки. Привычный запах кофе с молоком не возвращал ему былой оптимизм. Съев половину порции, Чарли глянул на брата и усмехнулся, причем достаточно громко, отложив вилку в сторону и подперев щёки руками. — Значит, всё ни как прежде, не так ли, Джордж? — голос его был достаточно серьезен, хоть и пропитан ноткой ехидства. — Что? — кружка кофе чуть не упала, но он успел её подхватить, смотря на брата. — Что лишний раз подтверждает мои подозрения. Итак, — он показательно отодвинул свой завтрак, — Что у вас происходит? — У нас всё хорошо. — И всё? — не унимался Чарли. — Больше, чем просто хорошо, — тихо произнес Джордж, опустив взгляд, подобно нашкодившему ребенку. — Да иди ты! — ошарашенно воскликнул Чарли, стукнув по столу, — Серьезно? — Более, чем, — кивнул волшебник, но от этого признания не испытал радости. Пока солнце довольно проникало в окна дома, оповещая жильцов о наступлении утра, Джордж нервно выдыхал, не зная, куда деть глаза. Он думал всю ночь, после произошедшего, о том, что им теперь с этим делать. Можно предположить, что Джордж пошел на попятную, но это было бы ложью. Впервые в жизни волшебник был уверен в том, что хочет прожить с кем-то всю жизнь. А тот факт, что они знают друг друга всю жизнь Феликс, играл на руку. Да, это безусловно неправильно и явно противозаконно, но волшебница уже была взрослой, в мае ей должно исполниться семнадцать, а это значило, что совсем скоро им не придется прятать то, что они чувствую друг к другу. — Хочешь честно? Я не знаю: радоваться или бить тревогу, — положа руку на сердце, произнес Чарли. Одна сторона его разума радовалась за брата, который начал строить свою семейную жизнь, а другая — вторила о том, что на сердце его крестницы претендует взрослый мужик, который ей в отцы годится. И не важно, что это его собственный брат. — У меня такие же чувства. — Вы говорили об этом? — О чём? — О том, как будете двигаться дальше, — рыкнул Чарли, — Это не игрушки. Вы нарушаете один из законов об опекунстве. По документам, ты ей как отец. — А по факту? — А по факту: ты — придурок, — заключил старший Уизли, хлопнув в ладоши. — По факту, — согласился Джордж, потирая виски, — Если что, между нами ничего не было и не будет до тех пор, пока с неё не снимут опеку. — И что дальше? — А дальше она сама будет решать, как ей комфортно жить. Я не буду её ни к чему принуждать. Её счастье мне важнее, — спокойно разъяснил бывший гриффиндорец, убирая посуду со стола и слыша, как брат бросает ему в спину: — Гребаный джентльмен.