Не хотите попробовать тыквенный латте?

Хёнджина бесило новое расписание. Бесил приход осени. И, больше всего, недостаток кофеина в крови. Поэтому он направился в кофейню при университете, одновременно переписываясь в групповом чате о том, что выбить нужные пары нереально.       - Айс американо, пожалуйста, - бросил он бариста, не отвлекаясь от телефона.       - Не хотите попробовать тыквенный латте с добавлением взбитых сливок и корицы? Хёнджин медленно поднял взгляд на стоящего напротив улыбающегося парня: слишком низкий голос для такого милого лица. Первое, за что зацепился взгляд - россыпь веснушек. Очень красиво. И в целом у парня была располагающая внешность. Но у Хенджина было не располагающее настроение, поэтому восхищение красотой быстро сменило раздражение:       - Нет. Айс американо, пожалуйста.       - Добавить какой-нибудь сироп? Похоже, что нынче бариста зарплату количеством проданных сиропов выплачивают, подумал Хёнджин, и настроение его совсем испортилось:       - Нет. Просто обычный айс американо. Лёд, эспрессо, вода. Всё. Лёгкое разочарование проскользнуло на лице веснушчатого бариста, и Хёнджин окончательно решил, что на нём пытались выполнить какой-то странный план по продажам. Пока кофе готовился, он успел подумать, что зря загнался от двух, в принципе, стандартных вопросов. Последующий обмен любезностями произошёл без особых приключений: веснушчатый бариста пожелал удачного дня. Может, этот симпатичный парень и правда приносит удачу? Остаток дня Хёнджина прошёл спокойно, а главное, с восполненным в крови кофеином. Он всё ещё был ужасно зол из-за несложившегося расписания, но позже встретился с друзьями и хорошо провел время. Мысли об этих приятных совпадениях быстро затмили учебные будни. Необходимость знакомиться с новыми преподавателями и пытаться подстроиться под их требование - дело не из приятных. Хорошо, если они сами говорили, что там им надо, допустим, лекции все сдать; некоторые из них словно пытались переплюнуть трактат Сунь-Цзы, а не про то, как сдать у них экзамен, говорили. После пар одного из таких преподавателей Хёнджин был совершенно измотан. Лектором был взрослый мужик с проступающей сединой, который, конечно же, имел за своей спиной огромный список регалий. Одно представление заняло полпары, другую - бесконечная тирада о том, что оценку он им так просто не поставит и надо и на лекции ходить, и к практикам готовится, и курсовую сдать и на укулеле научится играть. В самом деле, студенчество и так пора, полная стресса, но некоторые люди считают, что должны заставить юные умы истратить всю квоту нервов только на свой предмет. И не факт, что эта дисциплина вообще когда-нибудь в житие понадобится. Хёнджин всего-то хотел сдать сессию без лишних приключений. Почему преподаватели делают из этого игры на выживание? Вместе с четким осознанием того, что таким образом они пытаются самоутвердиться за счёт бедных студентов, в нем проснулось отвращение. Хёнджин протяжно зевнул и решил, что высосанную профессором энергию необходимо восстановить стаканчиком айс американо. Ещё на подходе к кофейне он услышал громкий рассерженный голос. Слова разобрать получилось, только открыв дверь. Колокольчик приятно зазвенел, всё ещё тёплый сентябрьский ветер проник в помещение вместе с Хёнджином.       - Нынешнее поколение годится только мусор с одного места в другое перетаскивать! Взрослый мужчина, в котором Хёнджин узнал преподавателя по социологии, возвышался над веснушчатым бариста. Он грозно надувал щёки и стучал указательным пальцем по столешнице, пока отчитывал паренька. Хёнджин проследил за направлением пальца и увидел розовый напиток с горой взбитых сливок и посыпки.       - Я не буду за это платить. Переделывай на что-то нормальное, - мужчина всё наседал, пока паренёк пытался вставить хотя бы пару слов в этот бесконечный уничижительный монолог.       - Преподаватель Чхве, вы что, не заказывали этот напиток? - Хёнджин был здесь меньше минуты, но голова уже гудела от этого надменного повышенного тона.        Мужчина повернул голову в сторону вошедшего студента и хмыкнул:              - Я попросил этого парня приготовить мне кофе, но он дал мне какую-то жижу для девочек-подростков.       - В этом напитке содержится кофе? - Хёнджин обратился к бариста, и тот, наконец, смог сказать что-то в свою защиту.       - Да, это кофейный напиток. Там одна порция эспрессо, вспененное молоко…        Но договорить он не смог: мужчина резко ударил ладонью по столешнице.              - Я преподаватель с двадцатилетним стажем, и какой-то щенок будет мне указывать, что является настоящим кофе, а что нет!        Хёнджин закатил глаза от такого бахвальства стажем работы, как будто Чхве как минимум изобрёл лекарство от рака, а не вёл лекции, читая с листочка.              - Преподаватель Чхве, но ведь это его работа, кофе варить. А ваша - преподавать. Разве это не значит, что он разбирается в кофе, а вы - в ведении лекций?       - Студент, не дорос ещё поучать взрослого уважаемого человека, - мужчина переключил внимание на Хёнджина, нахмурился ещё сильнее, ткнув в этот раз не в сторону напитка, а прямиком в Хёнджиново плечо, - я вообще мог с вами не разговаривать, разве в этом есть какой-то смысл? Мозгов нет, так я по доброте душевной решил вас уму-разуму научить, неблагодарные щенки. Просто найду управляющего этого места и попрошу уволить неквалифицированное подобие работника. Как я и сказал, вас ждёт максимум работа на стройке, поэтому я бы не утруждался обучением в университете.        Хёнджин не сопротивлялся прикосновениям, но этот Чхве каждый раз всё сильнее прожимал палец, будто пытаясь пробить плечо насквозь, от чего оно начало неприятно ныть.              - “Люди, которые используют своё социальное положение или возраст для манипуляций и управления другими - настоящая проблема корейского общества. Такие люди поступают низко и не достойны уважения”.       - Что ты несёшь?!       - Вы не узнаёте? Это цитата из вашей научной статьи, - Хенджин хоть и был одного роста с преподавателем, но все равно ощущал физическую угрозу, поэтому слегка выпрямился. - Я понимаю, что такой уважаемый преподаватель может и не запомнить все написанные и несомненно, гениальные работы, но за эту вы, кажется, получили грант? Мужчина перестал тыкать в плечо Хёнджина, вместо этого сжав руки в кулаки. Хёнджин переживал за свою сохранность, но понимал, что преподаватель не станет бить студента в общественном месте, при свидетелях и камерах, поэтому продолжил:       - Я думаю, комиссия и руководство университета будут рады узнать, что вы на своём примере объясняете студентам, как не стоит себя вести, чтобы быть уважаемым членом общества. Преподаватель покраснел от злости, его ноздри расширились, кулак приземлился на несчастную столешницу, которая на этот раз не выдержала такого напора. Стакан качнулся и опрокинулся, заливая сливками и розовой жидкостью костюм преподавателя и пол. Мужчина выругался и ушёл, хлопнув дверью. Хёнджин провёл пятернёй по лицу и взгромоздился на барный стул. Бариста, который, кажется, пережил микроинфаркт, наконец подорвался с места за кучей салфеток, чтобы начать беспокойно вытирать одежду Хёнджина. Оказалось, что на него тоже попало пару капель.       - Оставь, лучше приготовь мне айс американо.       - Может лучше?..       - Нет! Пожалуйста, айс американо, - подорвался Хёнджин.       - Я шучу, - улыбнулся веснушчатый бариста. “Феликс”, как написано на его бейджике. Хёнджин улыбнулся в ответ, но это была улыбка, скрывающая боль. Руки немного потряхивало от скопившегося напряжения, и пока “Феликс” готовил для него кофе, он с переменным успехом пытался избавится от мысли, что только что унизил преподавателя. Даже если он это заслужил. Но всё же. Одно не давало покоя:       - Может, перестанешь выполнять свой странный дневной план?       - Вот твой напиток, - “Феликс” протянул стаканчик и Хёнджин облегченно сделал большой глоток. - За мой счёт, в благодарность за спасение.       - Я и не собирался платить, - хмыкнул Хёнджин. В ответ парень улыбнулся ещё шире, и сердце Хёнджина замерло на долю секунды.       - О каком плане ты говоришь? - парень взял тряпку и начал прибираться после недавнего обрушения горы взбитых сливок.       - Ну, не знаю. Предлагаешь всем эти приторные напитки ради премии? Как видишь, это опасно для жизни.        “Феликс” поднял взгляд со столешницы с явным непониманием. Он указал на айс американо и забавно скривился, слегка высовывая язык от отвращения:       - Мне никто не доплачивает, просто хочу, чтобы эту горькую гадость меньше людей употребляло, - под конец фразы его аж передернуло.       - Не слушай его, - Хёнджин прикрыл ладонями крышку стакана, как бы закрывая “уши” напитка, - этот недалекий симпатичный парень ничего не понимает в кофе.       - О, значит ты считаешь меня симпатичным? - улыбнулся веснушчатый бариста, и сердце Хёнджина вновь остановилось на мгновение. Хёнджин хмыкнул вместо ответа и продолжил пить свой айс американо. Кофеин со льдом определённо должен привезти его в чувство после всех сегодняшних происшествий. Он перевёл взгляд на профиль бариста и начал рассматривать его лицо. Его черты были четкими, острыми; несмотря на это, от парня веяло уютом и спокойствием. Хотя, возможно, дело было в веснушках и глубоком голосе… Хёнджин неосознанно стал растягивать свой напиток, стараясь побыть в этом месте - и чувстве - как можно дольше. За это время “Феликс” успел сходить за шваброй и протереть пол, и, что странно, никто из них не чувствовал неловкости из-за тишины или случившегося недавно. В стакане остался только лёд и, конечно, Хёнджин мог бы ждать пока он понемногу оттает и выпивать воду, как будто его кофе всё ещё не покинуло стакан, но решил, что это уже выше его достоинства. Он хотел попрощаться и уйти, но парень протянул ему стакан с новой порцией кофе. На этот раз, это был не айс американо, а что-то из того, что “Феликс” не считал “горькой гадостью”. Хёнджин с явным презрением повертел стакан и уставился на бариста.       - Попробуй, а потом уже корчи лицо, - улыбнулся парень. - О, ну и это тоже за мой счёт, не переживай.        Хёнджин сморщился ещё сильнее, но от бесплатных напитков грешно отказываться, поэтому он, повертев стакан, всё же сделал глоток. Вкус пряностей ощущался так же ярко, как и кофе, при этом вкус было мягко сглажен молоком и чем-то ещё.              - Нравится?       - Достаточно неплохо.       - Тыквенный латте, который я предлагал тебе в прошлый раз. Но без взбитых сливок, и сахара вполовину меньше. Хёнджин подметил про себя наблюдательность этого парня и одобрительно закивал. Впрочем, не только наблюдательность, но и отличную память.       - Ли Феликс. Корейское имя Ёнбок. Можешь называть меня как хочешь. Первый курс, международные отношения.       - Феликс твоё настоящее имя?       - Да, я - австралиец. Но этнический кореец. Так что…       - О, понятно. Только сейчас Хёнджин начал замечать легкий акцент. Хотя, если бы ему прямо об этом не сказали, то он вряд ли бы обратил на это внимание. Отвлекшись от своих мыслей, он заметил, что Феликс смотрит на него, а между ними впервые повисла неловкая пауза. Быстрый анализ дал понять, что он забыл представиться в ответ. Хотелось приложиться головой о столешницу от собственной неуклюжести.       - Хван Хёнджин. Второй курс, связи с общественностью.       - О, приятно познакомиться, Хёнджин-и. И снова эта улыбка. На этот раз сердце остановилось, а после забилось чуть быстрее и чуть сильнее. Точно не из-за этого ласкового тона, с которым Феликс впервые назвал его по имени, сделав это в довольно фамильярной форме. Стоило бы возмутиться такой невоспитанностью, но Хенджин все свалил на особенности менталитета. А вот на сердце точно действовал избыток кофеина. Надо бы начать ограничивать себя.       - Кстати, у тебя не будет проблем с этим преподавателем Чхве?       - Нет, забей. Я прошёл все часы по социологии ещё в прошлом году. Так что теперь он мне не страшен, - Хёнджин и сам не заметил, как проникся к напитку, попивая его во время разговора. Кофе приятно обволакивал горло теплотой, мягкостью и пряностью. От тыквенного латте веяло Ли Феликсом. - Его пары были просто отвратительными. Заставлял вычитывать и конспектировать все его научные статьи и диссертации. Напыщенный индюк. Единственное, что я запомнил - та цитата, которую сказал ему. Уж не думал, что это правда мне пригодиться. Да ещё и можно будет использовать против него же. Иронично получилось. Но ты, всё же, будь осторожнее со своим агрессивным маркетингом не “горькой мерзости”.        Феликс усмехнулся и опёрся локтями о столешницу:              - Что, и на меня компромат набираешь? Будешь использовать, чтобы позвать на свидание? Кончики ушей моментально вспыхнули. Почему это Феликс так открыто с ним заигрывал? И почему он сам чувствует себя настолько смущённым? Хёнджин ощущал себя пойманным, и ему сразу же захотелось сбежать:       - Мне… мне пора на пару. Спасибо за кофе.       - Спасибо за спасение. “Недалекий симпатичный парень, не разбирающийся в кофе” будет ждать тебя снова. Следом за ушами вспыхнули и щёки. Феликс использовал на нём его же оружие, да ещё и самую неловкую фразу. Как стыдно-то. Хёнджин подскочил с барного стула, поспешил помахать на прощание и отвернуться.

***

Последняя фраза Феликса и его улыбка преследовали Хёнджина в самые неподходящие моменты. Перед сном он вздрагивал и зарывался в одеяло с головой, вспоминая тот диалог. Проходя мимо кофейни, Хёнджин держал приличную дистанцию, чтобы Феликс не заметил его. Это было глупо, но неловкость тесно сплелась с образом симпатичного бариста. Спустя пару недель удалось успокоиться и убедить себя в том, что ни его самого, ни того диалога Феликс уже не помнит. Как раз к этому моменту на одной из дисциплин распределили групповые проекты, студенты, с которыми Хёнджину предстояло работать, решили собраться в этой самой кофейне для обсуждения задач и сроков. Как ни странно, за прилавком стоял Феликс. Ну конечно, Хёнджину же неимоверно везло на встречи с этим парнем. Они поздоровались коротким кивком; кто-то из группы заказал напитки, и они расположились за столиком. Группа была небольшой, всего пять человек, но они то и дело продолжали скользить с темы на тему, знакомясь вместо того, чтобы заняться тем, ради чего они тут собрались. Поэтому Хёнджин слушал их краем уха, а краем глаза поглядывал за парнем, который копошился с кофемашиной. В итоге все собравшиеся за столом сидели со стаканами айс американо в руках. Хёнджин усмехнулся про себя, думая, как, скорее всего, неприятно Феликсу было это готовить. К удивлению, он даже не предложил альтернативные сладкие напитки при заказе. Наверное, ситуация с преподавателем по социологии всё ещё была свежа в его памяти. Разговоры не по теме не прекращались, иногда студенты спрашивали Хёнджина о чём-то, и он отвечал кратко и сухо, как будто это поможет сократить бесполезную беседу. Мыслями парень был далеко, представляя реакцию Феликса, если бы Хёнджин заказал тыквенный латте. Удивительно, как стыд сменился желанием подразнить Феликса, стоило ему увидеть бариста снова. То, что они были не наедине, оказало нужный эффект.       - Этот бариста же первокурсник из Австралии? - слова девушки с каре отвлекли его от размышлений, и впервые за вечер происходящее за столом завладело его вниманием.       - Да, должно быть очередной по программе об этнических корейцах, - подхватил парень в сиреневой толстовке, - Им и стипендию платят, и обучение бесплатное, а мы жопу рвём на дополнительных, чтобы набрать нужный балл.       - А он красивый, - девушка, сидящая рядом с Хёнджином, уставилась на Феликса, как только речь зашла о нем,и все продолжала смотреть, - Ещё и английский хорошо знает. Можно встречаться с ним для практики. Можно и дружить, конечно. Но от парня-иностранца все подруги обзавидуются.       - Ну хоть для чего-то пригодиться, - тему подхватил парень в чёрной футболке и с коротким ёжиком на голове. - Интересно, может и со мной сработает. Выглядит слащаво, наверняка по мальчикам. Хёнджину стало тошно от этого разговора и от окружающих его людей. Лицемерие и потребительское отношения к людям. Интересно, когда Феликс переезжал сюда, он знал, что непременно столкнётся с этой стороной корейского менталитета? Особенно, если ты красивый иностранец, который может подсобить с выездом из страны или с английским.       - Феликс!       - Да, Хёнджин-и?       - Во сколько закрываешься сегодня? - он говорил достаточно громко, чтобы этим лицемерным ублюдкам было чётко слышно каждое слово.       - В пол одиннадцатого.       - Можно я подожду тебя и провожу до станции?       - Конечно, без проблем, - улыбнулся Феликс. За столиком наступила громкая тишина, Хёнджин удовлетворенно хмыкнул:       - Давайте займёмся проектом.       - Они встречаются? - тихо прошептал парень в сиреневой толстовке девушке с каре. Она в ответ лишь пихнула его локтём. Все они были первокурсниками, за исключением Хёнджина, поэтому никто не мог и слово сказать при старшем. Определённо, это породит кучу слухов у него за спиной. Но это уже не его дело. После окончания проекта, максимум взаимодействия - здороваться на улице в качестве формальности. Хёнджин никогда не понимал это рвение людей сплетничать о незнакомцах. Он думал, что после школы всё закончится, но оказалось, что этот вагон метро идёт по всем станциям жизни, включая “после смерти”. Они просидели ещё четыре часа, почти не отвлекаясь, радости Хёнджина, на посторонние темы. Ближе к девяти они начали расходиться:       - До свидания, сонбэ.       - Ага, пока. Когда девушки ушли, за столиком остался только он. Ещё полтора часа ожидания Феликса. На самом деле, он сказал это только чтобы заткнуть этих первокурсников, но вышло, что вышло. Хёнджин предложил Феликсу проводить его. И это было странно, немного беспокоило его сердце. В конце концов, кем они были друг другу? Случайные знакомые, противостоявшие древнему злу в лице преподавателя по социологии? На стол опустился стакан с тыквенным латте:       - Твой любимый напиток от твоего любимого бариста.        Феликс ярко улыбался, а Хёнджину явно не помешала бы перезагрузка системы. Это было слишком неожиданно. Он хотел сказать что-нибудь остроумное, но в голове резко опустело, и всё, что он делал - глупо пялился на Феликса. Этот парень мог поставить его в неловкое положение, и это происходило с завидной регулярность. Очевидно, что теперь он снова две недели не сможет появится на крыльце кофейни. Очевидно, что нужно что-то сказать, что нужно хотя бы перестать пялиться.              - Ну, до закрытия ещё долго, - Феликс неловко почесал затылок и перестал улыбаться, - Если ты передумал ждать меня, то ничего страшного.       - О, - Хёнджин наконец перевёл взгляд на стаканчик с кофе, - нет, я подожду… Только если ты не передумал пойти со мной. И когда он скатился в диалоги уровня первый класс средней школы?        Рука нежно потрепала Хёнджина по голове. Он вздрогнул от неожиданности и снова посмотрел на Феликса. Тот улыбался. Эта улыбка такая красивая. И Феликс красивый.              - Хорошо, тогда пей свой латте. Я постараюсь пораньше закончить. Ближе к закрытию народу поприбавилось. Интересно, что делали все эти студенты на территории университета в столь позднее время? Не то чтобы сам Хёнджин не оставался допоздна, но эти посетители раздражали. Хотелось закрыть дверь изнутри и украсть Феликса. Последний посетитель ушёл в пять минут одиннадцатого, Хёнджин послал ему вслед свой лучший ненавидящий взгляд. Нечего людей задерживать на работе. Ему пришлось выйти за этим ужасным человеком, пока Феликс убирался и считал кассу. К ночи похолодало, и джинсовая куртка вернулась на плечи.       - Ну что, пойдём? - Феликс вышел из помещения и закрыл дверь на ключ.       - Ага, - Хёнджин заметил, что на Феликсе только лонгслив, - Тебе не холодно? Феликс осмотрел себя снизу вверх, будто сканируя, пытаясь понять, почему у его спутника такие вопросы. А потом проделал то же с Хёнджином, оценивая теплоту его одежды.       - Немного. Но я знаю, как согреться, - он взял Хёнджина за руку и улыбнулся, - Да, так намного теплее. Хёнджин обомлел. Где-то в конечностях начало неприятно покалывать от нарастающей тревоги. Он смог усмирить желание убежать и сосредоточиться на том, чтобы сделать вид, что ничего необычного не случилось. Все силы уходили на то, чтобы идти как обычно, не привлекая внимания Феликса. Но, боже мой, почему он вообще так обыденно взял его за руку? Они прошли мимо поста охраны. До станции метро было ещё двадцать минут ходьбы, но Хёнджин уже устал. Все его мышцы напряглись, он стал одним огромным натянутым нервом. Парень смотрел по сторонам в поиске косых взглядов, но, к счастью, было пустынно, даже Феликс не смотрел в его сторону и он снова смог сосредоточиться на этой мягкой маленькой ладони в его руке. Ладно, это было приятно, но всё ещё слишком шокирующе. Может ли быть такое, что Феликс подумал, что это что-то вроде свидания? Если подумать, “можно я подожду тебя и провожу до станции” звучит как что-то с вполне себе романтическим подтекстом. Это бы объясняло весь этот флирт. Но он же не имел этого в виду, стоит ли ему начать оправдываться? Он не хотел, чтобы Феликс чувствовал себя неловко. Но из-за этого неловко себя чувствовал он. О том, что вот так вот он защитил австралийца от лап ксенофобных первокурсников, Хёнджин сказать тоже не мог. Но нравился ли ему флирт и все эти романтические настроения? Он не знал. Поэтому, оставалось сглотнуть и плыть по течению.       - Феликс?       - М?       - Почему ты работаешь в кофейне? Из-за денег?       - М-м, нет. Знаешь, когда приезжаешь в другую страну, достаточно тяжело слиться со всем этим.       - Со страной?       - С людьми, - он усмехнулся, - Я бывал здесь у бабушки, но студенческая жизнь совершенно другая. Как оказалось, достаточно одинокая.       - Оу.       - Я не мог ни с кем подружиться, поэтому решил работать в кофейне.       - Но ты не любишь чёрный кофе?       - Терпеть не могу, - рассмеялся Феликс, Хёнджин не удержал ответной улыбки, - а пока настраиваешь аппарат, столько этой жижи напьешься, что до конца жизни будет даже от запаха воротить. Свежий воздух, глубокое дыхание и улыбка Феликса повлияли как отличное успокоительное, Хёнджин расслабился. Чужая ладонь отдавала уютным теплом и он без особых раздумий сплёл их пальцы. Но на самом деле, стоило бы задуматься, прежде чем это делать. Однако, это казалось таким естественным. Феликс никак не отреагировал, Хёнджин облегчённо выдохнул.       - Смотри, рыжий котик, - Феликс указал куда-то в сторону кустов и Хенджину потребовалось некоторое время, чтобы распознать среди них рыжие ушки. В голову сразу пришла гениальная идея.       - Слушай, а тебе нравится работать в кофейне?       - На что ты намекаешь, Хёнджин-и? Хочешь занять моё место?       - Нет, спасибо, - хихикнул он. - А кошки тебе нравятся?       - О да, я обожаю котиков. Но всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь.       - Просто, если тебе не важна зарплата, семья моего друга владеет кошачьей гостиницей. Ну, знаешь, где можно оставить питомцев на передержку. Мой приятель искал администратора. Мне кажется, эта работа может тебе подойти? Если ты хочешь, я могу вас познакомить. Лицо Феликса стало крайне заинтересованным и полным решимости:       - Я смогу там ухаживать за котами?       - Думаю, да. Но мой друг расскажет тебе подробнее, когда вы увидетесь.       - Хорошо, я согласен. Познакомь нас, - от избытка эмоций Феликс даже руку сжал сильнее.       - Дашь свой номер? Феликс интенсивно закивал, и Хёнджин не смог сдержать широкой улыбки. Они обменялись контактами, не разнимая рук. Остальная дорога пролетела незаметно. Они говорили о погоде и переездах. В метро им пришлось разойтись. Прежде, чем Хёнджин успел сказать слова прощания, Феликс обнял его за плечо и потрепал волосы. Он предпочёл списать это на особенности австралийского менталитета, чтобы не загоняться и насладиться объятиями. Феликс ушёл, помахав рукой, и Хёнджин глупо махал ему в ответ. Без его руки стало прохладно, и он поспешил убрать её в карман джинсовки. Хотелось и себя положить в карман, потому что от него ушла частичка тепла. По дороге домой Хёнджин написал Минхо, и тот отреагировал очень бурно, посылая кучу стикеров. В общем-то, он принял это за активное согласие и отписался Феликсу о том, что, если завтра он свободен, то они могли бы сходить в кошачью гостиницу. Ответ последовал незамедлительно, в виде кучи смайликов. Эти двое подружатся.

***

Утром он шёл на пары в хорошем настроение. В голове то и дело всплывала улыбка Феликса. Хёнджин зажёвывал щёки, чтобы не улыбаться как идиот, но вряд ли это сильно помогало. Предвкушение его реакции на кучу котеек в гостинице Минхо было слишком велико.       - Сонбэ, - он обернулся на голос, это была девушка с каре из группового проекта, - доброе утро.       - Доброе, - оно действительно было таким до встречи с ней.       - Ты хорошо вчера добрался до дома? - она поравнялась с Хёнджином и теперь они вместе шли к университету.       - Да. А ты?       - Тоже, - улыбнулась девушка. - Ну и компания нам попалась, да? Такие грубые. Но ведь… ты же не встречаешься с Феликсом? Хёнджин мысленно закатил глаза. Наверняка эта милая девушка и его косточки перемывала за спиной.       - Мне кажется, это тебя не касается? - улыбнулся он в ответ.        Она ненадолго растерялась, но её было сложно заткнуть:              - Ты прав, сонбэ. Но я не хочу, чтобы о вас пошли глупые слухи. Ты же видел тех вчерашних парней. Они могут наплести про тебя всякого. К тому же, мне нравится Феликс, я не хотела бы, чтобы ему кто-то навредил. Они очень вовремя дошли до университета, и он сделал вид, что очень спешит по срочным делам и просто убежал, бросив что-то на прощание. Сплошное лицемерие. Было бы не так уж удивительно, если бы она переобулась в воздухе и начала распускать глупые слухи сама. Настроение бесповоротно испортилось и весь учебный день прошёл за втыканием в вид из окна. Даже после пар, когда он увидел Феликса, чувство радостного предвкушения так и не вернулось. Перед глазами сразу появился образ той девушки.       - Привет, выглядишь раздражённым. Всё нормально?       - Общался с твоей фанаткой. Ты популярный. А говоришь, что одинокий.       - Ну, я разборчив в общение, а она не ты, - Феликс напряжённо потянул уголки рта вверх в какой-то неестественной улыбке.       - Ладно, ты пытаешься со мной заигрывать, но твоя улыбка слишком вымученная. Поэтому я тоже спрошу - всё нормально?        Феликс опустил взгляд, ковыряя носком кеды землю:              - Я просто чувствую себя немного виноватым за то, что обнял тебя вчера, не спросив разрешения? Я был слишком тактильным? Это было…мимолётное помутнение, потом я жалел об этом. И сегодня ты пришёл несколько… Я сразу подумал, что это из-за меня. Хёнджин пристально посмотрел на Феликса и действительно заметил, что он более напряжён и скован. Руки за спиной, голова опущена. Он не стал ждать, пока Феликс подберёт нужное корейское слово, подошёл и обнял его за плечо, одной рукой зарываясь в волосы на макушке.       - Мы в расчёте. Но в дальнейшем, я буду не против, если ты спросишь меня. Меньше переживаний для тебя.       - И меньше прикосновений для тебя? - хихикнул Феликс, всё ещё находясь в объятьях.       - Я не против, если мне разрешён тот же лимит, - отстранился Хёнджин и потрепал Феликса по щеке. Они посмеялись и, кажется, вернулись к их обычной уютной атмосфере. Проезд на автобусе занял не больше получаса, и Хёнджин сопроводил Феликса к стеклянной двери с кучей милых нарисованных на ней котиков. Двери открылись с тихим колокольным звоном, через минуту к ним вышел молодой парень:       - О, Хёнджин, ты снова привёл милого котика в нашу гостиницу? Как его зовут? - усмехнулся Минхо, на что Хёнджин только закатил глаза.       - Это Феликс, я писал тебе о нём вчера. Феликс, Это Минхо. Он друг брата моего друга и немного нас старше.       - Да, можешь называть меня хёном. И, для сведения, я всё ещё против того, чтобы Чонин дружил с этим недоразумением.        Феликс улыбался очень ярко:              - Приятно познакомится. Я бы всё же хотел стать не местным котом, а тем, кто будет о них заботиться, если позволите.       - Предлагаю пройти внутрь и всё обговорить, а Хёнджин пока может пойти погулять, - Минхо указал рукой в приглашающем жесте.       - А он не может пойти с нами?       - О-о, так ты не рассказывал, как познакомился со мной?       - Не рассказывал, - Хёнджин нервно почесал шею.       - Это такая интересная история, - Минхо улыбнулся, наигранно вытягивая каждое слово, - Хёнджину доверили уход за одним прекрасным котом, но оказалось, что у него аллергия на кошачью шерсть, а от таблеток его мучают ужасные побочки. Так что через пару звонков кот попал к нам, а Хёнджину больше ничего никогда не доверяли.       - Ха-ха, - саркастично вклинился Хёнджин, но Минхо только шире улыбнулся.       - Так что, если захочешь ходить с ним на свиданки после работы, то советую завести сменную одежду.        Хёнджин поперхнулся от такой наглости, и Феликс аккуратно постукал его по спине.              - Вот, смотри, аллергия уже даёт о себе знать, так что надо бы ему валить отсюда, - Минхо приобнял Феликса за плечо и отправился вглубь кошачьей гостиницы.        Хёнджину ничего не оставалось, кроме показать язык в спину его хёна и отправиться бродить по улочкам. Он очень хотел полюбоваться на лицо Феликса, полное умиления и радости, но стоило догадаться, что Минхо не пустит его в свою кошачью обитель. Поэтому следующие полчаса он провёл на соседней лавочке, просматривая обновления инстаграма. На экране высветилось уведомление “ты ещё здесь?”, вместо ответа Хёнджин снова потревожил колокольчик на входной двери и опёрся о ресепшен в ожидании. Двое кошатников не заставили себя долго ждать:              - Видишь, я же говорил, что он никуда не ушёл. Хороший мальчик, - Минхо попытался похлопать Хёнджина по голове, но тот вовремя увернулся, на что Минхо только усмехнулся, - Непослушный хорек. Ну что, Ёнбок-и, значит, через две недели жду тебя.       - Хорошо, Минхо-хён. От их милого разговора Хёнджину стало как-то не по себе. Слишком дружелюбно они звучали для людей, знакомых всего полчаса. Они с Минхо знают друг друга уже больше года, но с ним он никогда не был настолько мил. После обмена прощаниями парни направились к станции метро, которая была недалеко, как и дом Хёнджина.       - Прости, что так долго. Надо было счистить всю шерсть.       - Да ладно, я же не собираюсь елозить носом по всему твоему телу. Феликс смерил его взглядом и фыркнул:       - Ну и пожалуйста, ну и не надо.        Хёнджин попытался понять смысл брошенной фразы, но так и не преуспел:              - Что?        Вместо ответа Феликс высунул язык и побежал к входу в метро, бросив что-то на прощание. Такая реакция совсем не вязалась с прошлым его поведением. Хёнджин буркнул себе что-то под нос и пошёл домой.        Две последующие недели Хёнджин вздрагивал при звуке уведомлений. Но они оповещали не о том, чего он ждал. А чего он, собственно, ждал? Диалог с Феликсом маячил той кучей смайликов, которые тот отправил в последний раз. И слишком ярко напоминал о том, что после “собеседования” с Минхо они не виделись и не переписывались.        Ещё неделю Хёнджин смиренно ожидал, что Минхо соизволит что-нибудь написать о своем новом работнике, но диалог с ним не пополнялся новыми сообщениями. В кофейне при университете вместо веснушчатого бариста работала какая-то девушка. Даже та девушка с каре из общего учебного проекта больше не беспокоила его по поводу Феликса.        Всё вернулось на круги своя, как будто этой встречи в кофейне вообще не было, как будто это не он привел Феликса в кошачью гостиницу. Будто Минхо не шутил глупые шутки про то, что ему нужно тщательно счистить шерсть с одежды, если он хочет сходить с Хёнджином на свидание после работы. Какая-то мысль промелькнула у него в сознании, но быстро исчезла.        Хёнджин уже лежал на своём диване после пар, когда телефон начал разрываться от бесконечных уведомлений. Писал Минхо. По одному слову за сообщение. Буквально.              “Быстро”              “Приходи”              “В отель”              “Быстро”              “БЫСТРО 😾”        За сообщениями последовали приказы о том, чтобы Хёнджин прихватил в кофейне айс латте и чизкейк. Без этих атрибутов его и на порог не пустят. Хёнджин закатил глаза, но по какой-то причине повиновался. Не то чтобы он считал, что такая атака обусловлена срочностью или важностью, скорее хён просто хотел его подразнить. Выходя из дома, Хёнджин зацепился взглядом за коробку с медикаментами и решил, что время позднее, так что ничего страшного, если его одолеют побочки, поэтому принял противоаллергенное.        Минхо потрудился скинуть геолокацию кофейни, в которой нужно было взять напиток, а следом - расположение другой, из которой младший должен принести чизкейк. Вообще, это уже больше походило на наглость, но Хёнджин был не в настроении препираться в переписке. Он уже заготовил речь, полную возмущений, которую обязательно толкнет старшему в лицо.        По прибытии его встретило хитро улыбающийся Минхо, и Хёнджин глубоко вздохнул, чтобы оттараторить заготовленную речь. Но рука Минхо вдруг оказалась на его щеке и больно ущипнула. И это после того, как он покинул свои теплые апартаменты и посетил две кофейни, чтобы купить именно то, что тот хотел!       - Ауч, - Хёнджин потёр больное место.       - Какое же ты дурачьё, Хван Хёнджин, - Минхо взялся за другую щеку и ущипнул ещё больнее.       - АУЧ, - взвизгнул он, ещё и из-за невозможности схватиться за неё второй рукой, потому что в ней был дурацкий пакет с дурацким десертом и с дурацким напитком для его дурацкого хёна. Поэтому, он просто максимально оттолкнул от себя субъекта, причиняющего боль и всучил ему в руки пакет. Но тот даже не думал отставать. Положив пакет на стойку в безопасном отдалении от них обоих, Минхо положил руку ему на плечо и приблизился к уху:       - Так, сейчас ты идёшь в медпункт прямо за этой дверью. Минут через пять туда придёт Ёнбок, весь исцарапанный. Твоя задача - обработать раны. Всё понятно?       - Да, но…       - Возражения и вопросы не принимаются. Вперёд! - Он толкнул Хёнджина в сторону двери. Хёнджин ещё ни разу не удостаивался чести заходить вглубь кошачьего царства, поэтому не нашёлся с ответом. Пусть его пустили только в медпункт, но это всё ещё было шокирующим настолько, чтобы голова опустела и он так и не спросил, а кто такой, собственно, Ёнбок? Медпункт был крошечной, хорошо освещенной комнатушкой. Наверное, для кошачьих не нужно много пространства. К тому же, это малое пространство хорошо убиралось и проветривалось, что для Хёнджина было просто замечательно. Несмотря на выпитую таблетку, чем меньше аллергенов, тем лучше для его изможденного студенческой жизнью тела. Спустя пять минут в комнату зашёл Феликс и замер при виде постороннего, для этого места, человека. Хёнджин весь напрягся и встал словно бревно у дороги. Видимо, с надеждой на то, что его не заметят. Запоздало он вспомнил о том, что Ёнбок - корейское имя Феликса. Теперь они оба были застигнуты врасплох подобной встречей (хотя Хёнджину стоило догадаться). Спустя с десяток секунд он заметил, насколько расцарапано лицо парня. Проследив взглядом по тем немногим оголённым участкам тела, он заметил, что и всё остальное было в плачевном состояние. Хёнджин прочистил горло и наконец сказал:       - Прошу, пройдите для обработки боевых ранений. Феликс дёрнулся и все же прошёл в помещение. Тяжело было представить, что между ними может возникнуть такая неловкость. Как будто и из памяти Феликса убрали все совместные воспоминания. Он снял толстовку и повесил её на спинку стула у стены, оголяя всё больше царапин. В это время Хёнджин уже обнаружил заботливо заготовленный Минхо набор для первой медицинской помощи при драках с котиками и смачивал ватку антисептиком:       - Кто тебя так? - спросил он, кивнув в сторону Феликса.       - Беатрис, - он сказал это так, будто эта кличка уже давала полную картину о произошедшем. Они встретились взглядами, и Феликс озадаченно проморгался, - на самом деле, я впервые контактировал с этой кошкой, но у Минхо был именно такой тон, когда он говорил о ней. И теперь я, кажется, понимаю почему, - он взглянул на свои руки и усмехнулся.        Хёнджин не знал, что делать, подойти к Феликсу с ваткой или подождать, пока он сам подойдёт. Рука так и зависла в нерешимости, а взгляд скользил по содержимому полок. Впрочем, спустя несколько мгновений, Феликс всё-таки приблизился:              - А ты что тут делаешь? - мягко улыбнулся он.       - Не поверишь, но я и сам не особо-то в курсе, - Хёнджин начал с царапин на плечах, Феликс иногда тихонечко шипел от боли и сам поднимал конечность, помогая с обработкой, не сопротивляясь и не пытаясь справиться самостоятельно. Порезы на второй руке уже почти закончились, но они так и не решились заговорить. Когда последняя ранка на тыльной стороне ладони была обработана, Феликс вдруг тихо проронил:       - Почему ты мне не писал? Хенджин застыл с протянутой к его лицу рукой и впервые и сам задумался, а почему он, собственно, не писал? Он действительно ждал сообщений от этого парня, но не допускал и мысли о том, чтобы написать первым.       - Не знаю, - честно ответил Хёнджин и под пристальным взглядом Феликса все же дотянулся ваткой до лица. Тот сморщился от боли, - Щиплет?       - Ага, у Беатрис острые и беспощадные когти, - Феликс изобразил злую кошку, мило сгибая пальцы, имитируя кошачьи лапы. Потом он совсем несчастно поглядел на Хенджина снизу вверх, потому что, и Хенджин заметил это только сейчас, Феликс был немного ниже ростом. Сердце Хенджина вдруг замерло и забилось сильнее, когда он мягко прикоснулся к подбородку Феликса и подул на каждую обработанную ранку. Он сделал это не подумав и теперь очень боялся увидеть реакцию на свои действия, поэтому просто продолжал, избегая прямого взгляда, но чувствовал, что Феликс смотрит очень пристально.       - Где-нибудь ещё надо обработать? - Хёнджин вернулся к столу и уже смачивал новую ватку. Да, это все ещё было избеганием, но выглядело довольно естественно, на его взгляд.       - Да, спину. Феликс повернулся, беззастенчиво стягивая с себя футболку. Хенджин прикрыл глаза, глубоко вздыхая. Это всего лишь обычная спина, отчего он так нервничает? И раз уж на то пошло, что он вообще здесь делает? С трудом собрав силы, он открыл глаза и начал с царапин у шеи. Спина, на самом деле, была совсем не обычной, а очень красивой. Не то чтобы он раньше обращал внимания на чужие спины, он в принципе не задумывался о том, что эта часть тела может быть красивой. Но спина Феликса была такой. Кожа цвета айс латте и его стройное тело с отлично подчёркнутой талией. Отчего-то Хёнджину очень захотелось узнать, чем пахнет его кожа, и он максимально осторожно приблизился, отчётливо ощущая слабый запах пряностей. Он сразу вспомнил тот тыквенный латте, который Феликс ему готовил. Сможет ли он когда-нибудь попробовать его снова? Нестерпимо хотелось провести ладонью вниз, очертить ею линию талии и погладить поясницу, уткнуться лбом в область лопаток и вдохнуть запах его кожи. И может, даже попробовать ее на вкус. Будет ли она такой, как тыквенный латте? Сознание его точно помутилось из-за побочек. Именно так Хенджин оправдывал свои желания. Голова немного кружилась, клонило в сон. За мгновение до того, как он сдался и навалился на голую спину стоящего перед ним парня, Минхо крикнул что-то о том, что Феликс срочно нужен ему для какого-то важного рабочего дела.       - Подожди меня, я хочу кое-что сказать, - бросил Феликс, натянул на себя футболку и вышел из комнаты. Хёнджин не понимал, почему нельзя было сказать то, что Феликс хотел сказать, в то адски тянувшейся время, пока он обрабатывал чужие раны в неловкой тишине? Он хотел спать. Очень сильно. Краткий анализ помещения дал понять, что спать здесь не на чем, и ему пришлось вывалиться в коридор для дальнейшей разведки. Там он нашел крошечный диванчик, на котором сложно было комфортабельно поместиться, но альтернатива вряд ли существовала. Он вздремнет всего пять минут и все будет нормально. Вряд ли Минхо будет сильно ругать его за это. Проснулся Хёнджин от лёгких прикосновений к голове. С трудом разлепив глаза, он увидел Феликса, который сидел перед ним на полу и тихонько поглаживал его волосы. Освещение поменялось и стало намного тусклее, чем он помнил. В этом слабом свете Феликс был красивым. Он и так был красивым, но сейчас красота его была немного другой. Слишком интимной.       - Ты как? - спросил Феликс, не прекращая трогать его.       - Нормально. Вы уже закончили?       - Мы закончили часов пять назад, - улыбнулся Феликс, - уже полночь.        Хёнджину потребовалось некоторое время, чтобы осознать весь масштаб произошедшего:              - Ебучие побочки, - сказал он, зарываясь лицом в подлокотник. Феликс только рассмеялся и растормошил волосы на его затылке.       - Где Минхо?       - Ушёл. Сказал, чтобы я сам все тут закрыл, когда ты проснешься.       - Уверен, что это не цитата, но допустим. И ты пять часов ждал, пока я проснусь?        Парень кивнул и убрал руку с макушки Хёнджина.              - Ты хотел о чем-то мне сказать, - по-хорошему, надо было встать и усадить рядом Феликса или сползти к нему на пол, но сил после сна не прибавилось.       - Было такое. Феликс неуверенно поджал губы и устремил свой взгляд куда-то вверх. Хёнджин пристально наблюдал за его выражением лица, как он вздыхает, явно пытаясь на что-то решиться, но ничего не говорит. Когда Хёнджин уже собрался встать, чтобы проковылять домой, его внезапно уложили обратно.:       - Я ждал, что ты напишешь, - лицо Феликса стало таким, будто он целиком съел лимон. Хёнджин не сдержал смех,а за что получил ладонью в живот, - Я серьёзно.       - Нет, ты не подумай, просто твоё лицо, - и он сымитировал то же выражения, Феликс прыснул.       - Так почему ты сам не написал? - отсмеявшись, спросил Хёнджин.       - Ну, начнём с того, что это я всегда делал первый шаг. Флиртовал и, о боже, даже взял тебя за руку и приобнял? И ты на это буквально никак не отреагировал. То есть, ты предложил проводить меня и, как бы, - Феликс глубоко вздохнул, - приобнял меня в ответ. И я думал, что это что-то значит. Но после этого ты просто… Феликс перевёл взгляд на Хёнджина и сделал такой жест головой, который Хёнджин интерпретировал как “я не знаю как сказать это на корейском, но моё выражение лица должно тебе всё объяснить”. Хёнджин же пребывал в глубоких раздумьях, в мыслях было туманно. Он задумчиво промычал:       - Ты флиртовал? Я думал, это просто австралийский менталитет.        Феликс удивлённо вскинул брови и открыл рот в безмолвном крике. Рука медленно приблизилась ко рту. Он всем видом показывал, насколько ситуация шокирующая:              - Минхо-хён был прав. Было до жути любопытно, что же про него сказал Минхо, но ситуация была явно неподходящей. Феликс, похоже, был расстроен. Он был расстроен тем, что Хёнджин не понял его намерений. Но, на самом деле, кто вообще придумал заигрывания без какой-либо конкретики? Намёки - это вообще не то, что было его сильной стороной. Возможно, об этом Минхо и говорил. И он не то чтобы рассматривал Феликса в романтическом плане? То есть, он красивый. Нереально красивый. Милый и смешной. С ним супер комфортно. И, если бы он позвал его на свидание, то спустя пару часов раздумий, он скорее всего бы согласился?       - Я тебе нравлюсь?        В самом деле, больше никаких разговоров после пробуждения. Спустя несколько секунд, Хёнджин понял, что это слишком буквальный и не совсем тактичный вопрос. Он поспешил исправить ситуацию и скатился на пол, присаживаясь рядом с Феликсом и тихонько разворачивая его к себе за плечи. Кажется, так подобные разговоры и должны проходить. Феликс закатил глаза и вскинул руки, отстраняясь:              - Я уже даже не знаю. После того, как ты буквально месяц не писал мне и даже не поинтересовался, нравится ли мне новая работа и…        Хёнджин не удержался и рассмеялся. И был поколочен за это по плечу. Феликс злился, но был чертовски милым.              - Ли Феликс. Корейское имя Ли Ёнбок. Первый курс международных отношений, бывший бариста и нынешний повелитель котиков, пойдёшь со мной на свидание?        Феликс снова закатил глаза и легонько пнул его ногой.              - Угостишь меня тыквенным латте? - подмигнул Хёнджин.       - Только айс-американо.