Осенние

***

       Осень вступает в свои права. Это заставляет радоваться, ведь на улице скоро станет до безумия красиво, но одновременно с тем накрывает какой-то тенью. Зонт знает, что скоро польют дожди, солнца практически не будет, поэтому заранее готовится к своей хандре. Закупает лекарства, вытаскивает с дальних полок свои свитера и шарфы. Вздыхает, тяжело, с мыслями о своём чудесном друге. Феликс наверняка захочет его вытащить на улицу под дождь. Будет стараться поднять ему настроение и постоянно наведаться, чтобы он «не чувствовал себя одиноко».        Сам Зонтик считает это лишней тратой времени, Феликс тратит на него время, которое мог посвятить себе или провести с более сговорчивыми друзьями, однако все равно это радует. Подправив низкий хвост, он заваривает себе чай, подходит с горячей кружкой к окну. Сильный ливень идёт с утра. Листья только-только начали окрашиваться в разные тона, а холод уже чувствуется. Слегка поежившись, он греет руки о кружку. Надеется, что Феликс не потащится к нему в такую дождливую погоду. Всё же он работает, ему бы сразу домой, под душ, ведь весь промок, по-любому зонт забыл, нужно согреться, попить горячий чай и после лечь спать, завтра рано вставать. Но не успевает Зонтик допить чай, как раздаётся звонок в дверь.        Вздыхает. Зря он пришёл, Зонтик даже не может предложить ему что-то, кроме разных видов чая. Подходит к двери, снимает цепочку и открывает, ожидая как на него налетит весь промокший, радостный ураган, но этого не происходит. На пороге стоит гостья, он с удивлением смотрит на то, как Хелен складывает свой розовый зонт. Пропускает внутрь, невежливо держать девушку на пороге. Даёт домашние жёлтые тапочки, которые обычно носит Феликс, Куромаку свои запрещает кому-то давать, а сам Зонтик сейчас в своих.        Девушка промокла, даже под зонтом, поэтому он даёт ей банное полотенце, чтобы обсохла, а сам проходит на кухню, чтобы заварить подруге чая. К счастью у него есть её любимый, с молочным привкусом, который пахнет сладко-сладко, название которого никак вспомнить не получается. Кипяток недавно вскипевший сразу наливает в кружку, несколько раз поднимает мешочек с чаем. Хелен пьёт без сахара, больше она любит что-то сладкое съесть. Зонтик убеждается, что даже сейчас она принесла с собой пирог, какой-то ягодный. Ставит кружку перед ней на журнальный столик. Затем быстро идёт обратно и приносит пару тарелок с ложками. Только после этого берёт себе кусочек. Тёплый, значит девушка недавно из дома.        В ходе разговоров он узнает, что Хелен сегодня вместо Феликса, он попросил заглянуть её, потому что сам он сильно задерживается на работе, поэтому времени на погостить не будет. Просил передать привет и «угостить чем-нибудь, у него дома сладости кончились», посмеявшись с этого, они поговорили ещё с полчаса, всё же давно не виделись. От неё он получил свежие слухи среди дам. Оказалось, что Куромаку чаще пропадает на работе не потому что дел много, а потому что он ждёт окончания смены Николь, чтобы проводить ту до дома. Как-то неожиданно даже. Куромаку всегда отрицал, что может испытывать к кому-то романтический интерес.        Они быстро закончили болтать, оказалось, что ей самой нужно ехать к пиковым, которые снова что-то не поделили. Удивительно, как она с ними двумя справлялась. Вроде хрупкая девушка, мягкая и нежная, словно цветок, а способна утихомирить драку лишь взглядом. Она дружит с двумя пиковыми и они очень ею дорожат. Даже мирно проживают вдвоём, а она как раз их соседка. Оказывается она на пару дней заезжала к брату, чтобы разузнать как у него дела, давно не связывались. Её интуиция подсказала, что ей нужно проследить за братом, уж как-то он в последнее время стал вести себя тише. На этом девушка улыбнулась, но ничего больше не добавила, попросила поговорить с ним и ушла. Дождь к этому времени закончился.        Проводив её, парень убирает посуду и размышляет над странным поведением его друга. Да, он определённо был каким-то странным в пару последних встреч, будто стал нервничать рядом с Зонтом. Покачав головой, он пообещал себе поговорить с другом по душам в следующий раз. На улице уже стемнело, когда Зонт привёл себя в порядок. Причесался и убрался дома. Куромаку написал, что снова задерживается на работе. Улыбка на лице появилась от картины, как тот «задерживается на работе». Валет попросил заглянуть того в магазин, как освободиться. На ужин он сварил рис и пожарил пару котлет. После чего приступил к работе.        Работа его не была прибыльной и практичный Король Треф смотрел осуждающе, когда он принимался за картины. Сам Зонтик был доволен своим занятием, менять не спешил. Ему нравится работать так, не спеша, по собственному графику. Сейчас он измазался краской, смотря с удовлетворением на почти законченный холст. Заказчику он отправлял каждый законченный штрих, чтобы подправить, если что-то будет не так. Он как раз собирался отдохнуть, когда услышал как захлопнулась входная дверь. Протерев руки полотенцем, заодно и лицо, он отправился встречать своего соседа по квартире, однако увидев себя в зеркало, испугался и решил сначала умыться, а после уже разобрать пакеты.        Через пару минут Зонтик покидает ванну и отправляется в прихожую, где Куромаку уже снял верхнюю одежду. Прищурив глаза, Зонтик быстро осмотрел Трефового Короля. На удивление тот выглядит как всегда. За исключением пары листьев в волосах. Сообщив тому, о своей находке валет так же говорит об ужине, который надо подогреть. Куромаку благодарно кивает, совсем чуточку приподнимая уголки губ, словно улыбаясь, после чего уходит. Зонтик наклоняется к пакетам. Покопавшись, достаёт вещи, которые стоит отнести в ванну, всё остальное уносит на кухню. Куромаку не видно, видимо ушёл в свою комнату переодеться. Продукты быстро оказываются на своих местах. Лишь после этого он смотрит на тарелку, стоящую на столе. Не подогрел. Покачав головой, он ставит еду в микроволновку и заваривает другу кофе. После этого удаляется в свою комнату.        Вся комната в краске, слегка нахмурившись Зонтик начинает прибираться. Ему всё же тут ещё и спать. К счастью он практически закончил с работой, утром может посмотреть новым взглядом. И, возможно, поймает Куромаку, чтобы тот тоже оценил. На уборку ушло больше времени, чем он ожидал. К этому моменту он слишком устал, чтобы идти в ванну и смывать краску. Через пару минут он просто заваливается на кровать. Кинув какую-то вещичку, Зонтик выдыхает. Спасибо, что его кровать расположенная достаточно удобно для того, чтобы выключать свет кинув что-то.

***

       Зевок, Зонтик садится на кровати. Открыв глаза, он поворачивает голову в сторону окна. Глаза распахиваются, становясь кукольными. Лишь на пару мгновений он впадает в панику, после чего вспоминает, что он работает на самого себя, он никуда не опаздывает и всё хорошо. Прядь волос спадает на лицо, её кончик в зелёной краске. Потягиваясь, он стряхивает её. Поднимается, еле попадая в тапочки, спина побаливает. Он проходит в коридор, судя по часам, висящим у входа, его сожитель уже ушёл на работу. Проходит в ванную комнату и сразу умывается. Небольшие пятна краски смываются.        Тихое оповещение, пришло сообщение на телефон. Трефовый Валет проверяет его после ванной. Настроение сразу поднимается вверх, когда он видит, что его зовут гулять. Вдвоём. Практически свидание! Сначала он завтракает, а затем идёт вымывать краску с волос. Отличный вечер выстраивается. Напевая себе какую-то недавно услышанную песню под нос, он сушит волосы феном, в другой руке расчёска, парень проходится ею по подсохшим прядям. В таком медитативном состоянии он заканчивает с волосами, собирая свободную косу.        Завтрак проходит в тихом темпе, под какое-то видео на телефоне. Все мысли заполнены предстоящим вечером, может сегодня будет идеальная атмосфера и он сможет признаться? Если не струсит, конечно же. Эти мысли угнетают, тревожно становится от этого. Валет уверен, что его друг отнесётся к этому нормально, однако в голову всё равно приходит мысль, что после признания тот может отдалиться. Не хочется портить их дружбу такой глупостью.

***

       Подправив шарф, Зонтик выходит из дому. Закрыв дверь, идёт к месту встречи, подавляя глупые мысли. Привычка тревожиться по любому незначительному поводу становится навязчивой, время от времени он может думать о слишком глупых вещах. Лужи после вчерашнего дождя отражают пасмурное небо. Ветер треплет волосы. Вздохнув, он шагает чуть быстрее, надеясь, что не испортит настроение своим угрюмым видом Феликсу.        Подняв голову, он смотрит вперёд видя, как к нему спешат, махая рукой. Улыбка возникает сама собой, а в груди разливается тепло, которому он не даёт вылиться, как бы не хотелось. Ускорив шаг, душит в себе чувство нежности. За секунду до того, как на него налетят, успеет остановиться, а его крепко сжимают в объятиях. Обнимает в ответ, запоминая как руки жгут даже сквозь одежду, становится гораздо теплее, чем было до этого.        — Привет! — Лишь после того как отпустил своего трефового друга, говорит Феликс, — Как дела? Как день? Как…        — Привет, — Зонтик посмеивается, перебивая друга, до того, как тот задаст сотню вопросов. — Всё хорошо, как дела у тебя?        — О, знаешь, я тебе сейчас такое расскажу… — Светясь как солнышко, хватает за руку и ведёт его в парк. — Ты знал, что Хелен…

***

       Смотря на своего друга, Зонтик легко смеётся, на нём очень забавно смотрится венок из кленовых листьев. Слишком огромный и внушительный, напоминает корону. Смеясь вместе с ним, Феликс плетёт ещё один, уже для него. Сам Зонтик подаёт ему листья, невольно засматриваясь на быстрые движения рук. Феликс вещает что-то о работе.        Заправив прядь за ухо, Зонтик подаёт ещё один лист, смотрит на лучи солнца, вышедшие недавно, они просвечивают сквозь листья. Сказочно смотрится. Лишь резкая тишина заставляет его поднять взгляд на друга, который отмирает и продолжает говорить, отведя взгляд на листья в руках. Немного нервный смешок настораживает трефового валета.        — Феликс, — Трефовый не совсем уверен, стоит ли спрашивать, — Что-то случилось?        — А? Нет, конечно же! С чего ты взял? — Практически сразу тараторит тот в ответ, даже не глядя на него.        — Хелен говорит, что в последнее время ты слишком… Нервный. Да и мне кажется, что ты какой-то дёрганный, замолкаешь резко, смеешься нервно и постоянно о чём-то умалчиваешь. — Чуть придвинувшись, Зонтик говорит тише. Нахмурившись, он говорит в требовательном тоне, — скажи что случилось.        — Ничего не случилось, честно! — Отмахивается, отводит взгляд. — В любом случае, я не хочу говорить об этом.        Поджав губы, червовый валет, вешает венок ему на голову, предлагая пойти к озеру. Приходится отложить их разговор до лучших времён, может Феликс сам ему расскажет, когда будет готов. Они идут медленным шагом, а Феликс снова смеётся, рассказывая, что Ромео натворил на днях. Мягкая улыбка сама ложится на губы, всё же его солнечный друг такой милый, когда увлекается чем-то. Скользя взглядом, по профилю, он спотыкается, но его сразу же ловят, прося быть осторожнее.        В таком темпе валеты доходят до озера. Около озера несколько скамеек, они присаживаются на одну. Скоро здесь будет очень красиво, листья будут везде валятся и шуршать под ногами, Вот так вот сидя, они смотрят на солнце, что медленно закатывается за горизонт, Зонтик говорит о новом заказе, который он закончил, осталось лишь подождать подтверждение клиента и можно будет покрыть прозрачным лаком, для сохранности.        После захода солнца, расходятся, Феликс обнимает на прощание, обещая, что на днях они обязательно выберутся на небольшой пикник. Заходит в квартиру Зонтик с улыбкой, сразу моет руки, умывает лицо и идёт в комнату. Берётся за свой скетчбук, быстро накидывая образ червового валета в венке. Мягкая нежность плескается внутри, даря ему тепло. Прикрыв глаза, валет треф отдаётся теплу внутри себя, пытаясь прочувствовать всё и выплеснуть на бумагу. Простым карандашом, он зарисовывает пару событий из этого дня.        Лишь после выплеска эмоций он может пойти лечь спать, даже не ужиная. Даже кровать кажется ему мягкой и уютной.

***

       Через пару дней Феликс приглашает к себе в гости, с ночёвкой. Всю их компанию, в том числе и дам. Вечер обещает быть весёлым. На удивление никто не отказывается и они собираются полным составом. Даже несмотря на то что Зонт не любит собираться так, всё равно соглашается, ему очень не хочется обижать червового валета. В рюкзаке лежит спальный мешок и запасные вещи, с зубной щёткой. Едут они вместе с Куромаку, в такси.        На месте уже большая часть компании. С Клео они очень давно не виделись, поэтому та, видя их, накидывается с объятиями. Она не то чтобы очень болтливая, но всё равно много говорит, пытаясь уместить все события за эти пару месяцев, в эти короткие мгновения. Куромаку тоже очень рад увидеть подругу. Ему даже есть что рассказать. Зонтик оставляет их двоих, сам он идёт к Феликсу, чтобы помочь чем может.        Его встречают яркой улыбкой, от чего в душе распускаются цветы. Феликс накрывает на стол какие-то закуски. Тот охотно принял его помощь, начав говорить о каких-то делах по работе. Удивительно, не виделись пару дней, а уже столько произошло. Иногда Зонтик даже пугался как много деталей замечал его дорогой друг. С одной стороны это восхитительно, ведь тот даже запоминал, какое из пирожных предпочитает каждый его знакомый, но с другой — ужас охватывал с головы до ног. Если ты хорошо запоминаешь мелочи, то наверняка случайно брошенное слово в сторону его друга могло оказаться для человека последним.        Ближе к вечеру они собрались в гостиной. На кофейном столике стояла часть закусок, стоял тихий шум, но то не удивительно, двенадцать человек в одной комнате и каждый разговаривает. Зонтик молча сидел около Феликса, слушая новости от Данте. Тот на удивление очень хорошо устроился, даже открыл собственную чайную лавку. Где только деньги взял — не понятно. Габриэль, который казался таким же как раньше — не шибко умным, тоже добавлял фразы в их разговор. Он работал вместе с Бубновым королём, что оказалось абсолютной случайностью.        Лишь ближе к ночи, когда все поделились друг с другом новостями, начались «развлечения», кое-кто предложил в бутылочку на желания. Было весело, закуски, нелепые задание и небольшие секреты, ничто не предвещало беды, а потом послышалось действие от Ромео: «Вару, поцелуй в губы самого симпатичного человека в комнате». Вот тут Зонтик ощутил, что перегнули палку и дальше их милые посиделки превратятся в хаос. Для других был шок, когда тот приблизился к Хелен, особенно для братца той самой. Кроме Хелен, она словно знала, что это произойдёт. Эти долгие несколько секунд молчание, а после все снова расслабились. Они отказывается уже как пару месяцев были вместе и никому об этом не сказали. Кажется девушка была невозмутима, но мало кто знал, что внутри она сгорала от смущения.        Из игры он вышел, уйдя на кухню. Тишина стала словно осязаемой, опустилась на плечи и окутала одеялом. Выдохнув с облегчением, он сел за стол, уставившись в окно. Уже поздно и темно, даже уйти нельзя. Да и Феликса обижать не хотелось, всё же тот так старался для весёлого вечера. Кажется только благодаря ему они ещё общаются между собой, даже Пик поддерживает общение. Феликс чудесный, собирает их между собой, держит со всеми связь, устраивает вечеринки. Даже иногда зовёт Фёдора с Джокером. Где-то глубоко в груди забилась щемящая нежность. Почему его друг такой хороший?..        Его мысленный поток прервал шум из зала. Прислушавшись, Зонтик решил, что это не стоит того, чтобы выходить. Скрипнувшая дверь привлекла его внимание. Уставший Феликс завалился на кухню, даже не обратив на него внимания. Наверняка то, что произошло в гостиной утомило его так сильно. Феликс тем временем повернулся назад и замер в испуге.        — Что произошло? — прозвучавший вопрос трефового валета в тишине отдаёт эхом почти пустой комнаты. Феликс расслабляется.        — Да ничего особенного, — Он зарывается пальцами в чёлку, оттягиваю ту назад. Устало прикрывая глаза, он продолжает: — Вару устроил бунт, начал драку. Сейчас его успокаивают.        Ничего нового, в принципе. Жаль конечно, что Феликсу приходится постоянно их мирить между собой, иначе кто-то из компании обязательно оказался бы в могиле. Ещё пару таких выходок и в могиле окажется сам Феликс, но этого хотелось бы избежать. Червовый действительно устал от попыток помирить людей вокруг себя. Жаль, что он не может ему помочь, его даже слушать не станут. Зонтик хотел предложить ему присесть, однако не успел это сделать, Феликс заговорил раньше.        — Я слишком устал, может прогуляемся?        О. Ну ладно, тоже отличная идея. Быстро предупредив остальных и пообещав зайти в магазин, они оказались в коридоре. В пижамы переодеться парни ещё не успели, поэтому вышли лишь накинув куртки. Захлопнув дверь, Феликс проверил карманы на наличие денег и телефона, после чего начал спускаться. Треф тихонечко пошёл за ним. В минутах десяти от дома Феликса, вроде, был круглосуточный, в который они и направились.        Свежий влажный воздух. Прохладно, в свету фонарей видно пар от дыхания. Подняв голову, Зонтик посмотрел на чистое небо — ни облачка. Наверняка в лесу небо совсем чистое. Звёзд совсем не видно из-за городского света. Догнав ушедшего вперёд червового, Зонтик подавился нахлынувшей нежностью. Опять. Ком в горле встал от горечи того, что он даже спокойно к их прогулкам относится не может. Отвратительно. Стряхнув эти чувства, он посмотрел на друга. Тот шёл практически с таким же хмурым видом, как на кухне, лишь немного расслабив то. Его бы успокоить, да только разговор кажется излишним.        К счастью или к сожалению, продуктовый показался на горизонте, а точнее в паре метрах от них и это расстояние быстро сокращалось. Колокольчик звонко прозвенел, уставший продавец замедленно моргнул и улыбнулся им, пробормотав что-то в духе «добро пожаловать». Феликс тоже сделал что-то подобное, после чего Зонтику пришлось быстрым шагом его догонять.

***

       Тишина. Очень напрягающая тишина. Вернувшись из магазина, валеты уловили лишь тишину, ни разговоров, ничего-то другого. Сняв верхнюю одежду, они прошли в зал. Остальные собрались в круг и шептал друг другу что-то. Зонтик не смог вспомнить название этой игры, но сразу узнал её. Чудесно, теперь они хотя бы не будут шуметь. Феликс явно обрадовался, что игры стали более тихими. Валеты оставили пакеты с покупками и пошли на второй этаж. Зонтик захватил с собой пижаму, чтобы переодеться чуть позже. По дороге домой оба решили, что было бы славно побыть наедине, полежать поболтать о разном. Ну, как это делают друзья.        Пока его друг чем-то занимался в ванной, трефовый валет быстро сменил одежду на более мягкую и удобную. Вскоре они уселись на кровать. У Феликса она была двуместной и низкой. В первый раз Зонтик удивился, увидев его комнату, особенно кровать, зачем одному двуместная? Объяснение было: «Я занимаю много места, и часто падал с прошлой. В общем так спать удобнее.» Их ночёвки пару раз проходили как раз в комнате Феликса. Они часто лежали в одной кровати, а потом засыпали. И утром, видя спящего друга, Зонтик думал, что этот момент самый лучший в его жизни. А потом снова приходилось вставать.        Разговор не заладился. Ужасное чувство, треф даже не мог обрадовать друга. Вместо разговора они стащили ноутбук Ромео, чтобы посмотреть какой-нибудь сериал. Один из тех, которые смотрят девушки, чтобы поплакать и порадоваться за главную героиню. Ну как минимум, это была не одна из любимых дорам червового короля, так что Зонтика пока всё устраивало. Хотя он не думал о том, что они смотрят, больше всего его голову занимали мысли, что он сидит в обнимку с парнем, которого любит. И с которым они не встречаются. И который является его лучшим другом. Каждый раз эта мысль была более болезненной.        Голова на плече не была неожиданностью, но все равно треф внутренне вздрогнул. И закричал, тоже мысленно. Смущение отразилось на щеках, но несмотря на то, что щеки горели, Зонтик всё равно положил свою голову на голову червового. Мягкие волосы приятно пахли, Зонтик знал это. Втянув тихонечко воздух, он прикрыл глаза. Кажется сердце застучало сильнее. Или полностью остановилось, он не мог определить точно. Почему-почему-почему он не может просто поцеловать своё солнце. Он слишком боялся обжечься, поэтому не рисковал. Не хотелось потерять источник света и тепла.        Момент был идеален, для признания в любви. Как минимум сам Зонтик хотел признаться так, в тишине, во время объятий. Но страх потерять был сильнее, чем желание всё сказать. Именно поэтому он не проронил ни слова, просто уткнулся носом в светлые волосы. И прикрыл глаза, чтобы открыть их утром. Только уснуть надолго не получилось, лишь около получала по ощущениям, а потом тепло начало ускользать из рук. Приоткрыв глаза, Зонтик с прищуром посмотрел на выбравшегося парня. Тот улыбнулся немного виновато, и сказал, что идёт вниз, ненадолго, пару минут. На это пришлось кивнуть и обратно глаза закрыть.        Вернулся он как и обещал, через пару минут. Аккуратно накрыл их общим одеялом, и обнял. Тепло. Разлившись внутри, мягким и светлым чувством, согрело до кончиков пальцев. И лишь на грани между сном и реальностью, когда он почти не соображал, ощутил прикосновение к губам, мимолетное, от того почти не ощутимое. Оно настолько показалось воображаемым, что не воспринялось всерьёз. Но сохранилось глубоко в памяти.

***

       Приоткрыв глаза, трефовый посмотрел на того, кого сейчас обнимал. Солнечный свет падал прямо на кровать, и сонный Зонтик подметил, что это очень красиво. Однако любоваться на Феликса он не смог долго, внутри разлилось тепло, слишком сильное, обжигающее, именно поэтому он откатился подальше. В какие-то моменты он ловил себя на мысли, что он не сможет себя контролировать и просто будет обнимать, целовать и тискать Феликса несмотря ни на что. Это пугало и заставляло отдаляться на время, чтобы успокоиться. Поэтому сейчас Зонтик решил, сначала сходить в ванну, а потом можно и разбудить друга.        Чистка зубов и остальные ванные процедуры заняли не больше пятнадцати минут, лишь с волосами Зонтик немного застрял, те запутались, поэтому пришлось немного пострадать, вычесывая колтун. Собрав высокий пучок, чтобы волосы не мешались, он спустился на первый этаж. Большинство уже спали, пустовало лишь место Пикового Короля и Ромео, а так же Куромаку, у которого выработанный режим сна. Куромаку как раз нашёлся на кухне червовых, с кофе в руках. Пожелав доброго утра, Зонтик сделал две кружки чая, забрал их собой.        Феликс так же мирно лежал на своём месте. Оставив кружки на прикроватном столике, он сел на кровать, чтобы разбудить друга. Но не сразу смог дотронуться до Феликса, застрял на пару минут, разглядывая лицо. Красивый, милый, его друг слишком прекрасен. Эти милые веснушки, трепещущие ресницы. Почему, просто почему он не может сказать Феликсу заветные слова? Почему так боится? Страшно подумать, что его друг может начать избегать его. Вздохнув, он всё же аккуратно опустил руку на плечо и легонько потряс.        Червовый валет приоткрыл глаза. Зажмурившись, он зевнул, после чего попытался сесть. Упав обратно на кровать, Феликс сонно глянул на Зонтика, улыбнулся и пробормотал, что встанет через пять минут. Зонтик как-то тяжело вздохнул, повторив, что пора вставать. Иногда так тяжело будить людей, особенно если они не горят желанием вставать. Однако несмотря на то что Феликс не особо торопился просыпаться, он всё равно зажмурился, потянулся и приподнялся, садясь. Ещё раз зевнув, он попытался заверить трефового в том, что всё, уже поднялся и спать сегодня больше не планирует.        Подав Феликсу чай, Зонтик отпил из своей кружки. Солнечные лучи падали на пол, освещая мелкие пылинки. Волна тепла прошлась по горлу, горячий чай с утра пораньше именно то что нужно, чтобы проснуться до конца и заняться делами. Повернув голову в сторону друга, Зонтик заметил как тот словно о чём-то задумался, даже не притронулся к жидкости. Двинув рукой, Зонтик аккуратно дотрагивается до запястья червового, отвлекая того от размышлений.

***

       Зонтик прикрыл дверь за Куромаку. Оставшись наедине с собой, он тихо заскулил. Горечь на языке ощущалась с самого утра. Слёзы сами по себе наполнили глаза, сорвавшись с ресниц. Какое же он позорище. Ну почему-почему-почему? Закусив нижнюю губу, он постарался выдохнуть, но вместо этого раздался лишь всхлип. Попытка вытереть слёзы с щёк рукавом свитера оказалась провальной. Что ж такое-то…        Он съехал по стене коридора, уткнулся в колени. Утро действительно вышло неудачным, всё валилось из рук, чай пролился, под дождь попал, возвращаясь с магазина, забыл зонт. Распущенные волосы всё ещё были частично сырыми. Как же мерзко. И вроде бы ничего такого не было, просто будто бы все события за сегодня скатались в один снежный ком и накрыли лавиной. Ничего необычного, так всегда бывает, когда долгое время подавляешь эмоции и потом в один момент не выдерживаешь.        Ком в горле не давал нормально дышать, скулёж раздался на грани слышимости. Мысли медленно перетекли в сторону Феликса. Сердце словно охватила боль. Даже если Зонтик хотя бы попытается намекнуть на чувства, он постарается убить себя. Уж лучше избавиться от себя, чем потом сгорать в стыде. Смешок раздался сам по себе. Ну вот, теперь и истерика началась. Вздохнув, он поднял лицо от колен и зажмурился от света.        Подняться было не так легко, когда ноги не хотят держать, а глаза застилает пелена слёз. Стекающие по щекам капли падали на пол, так и оставаясь кляксами на чистом полу. На кухне шумел лишь холодильник. Умывшись, Зонт налил себе успокаивающий чай. Глотнув горячий чай, он пошёл в комнату. Мягкий плед был одним из самых любимых вещей на данный момент. Телефон сверкнувший уведомлением был проигнорирован. Кусая нижнюю губу, Зонтик всё же взял телефон с кровати. Тот ещё раз сверкнул уведомлением. От Феликса.        Его друг интересовался его самочувствием и спрашивал мог ли он сегодня заглянуть на чай. Еле как разблокировав телефон одной рукой, треф ответил. Получив что-то вроде радостной мордочки в ответ, Зонтик заблокировал телефон и уставился в кружку чая. Горечь, перекатываемая на языке начала пропадать. Ну что ж краткий нервный срыв никому особо не вредил. Допив горячую успокаивающую жидкость, Зонтик всё же вернул кружку на кухню и лёг на диван в гостиной.        А проснулся он от продолжительного звонка в дверь. Открыл глаза, зажмурился, после чего поднялся и пошёл открывать дверь, по дороге собрав несколько углов. На улице ещё не стемнело, но уже было достаточно сумрачно, чтобы и так в тёмной комнате из-за закрытых штор стало практически ничего не видно. В коридоре он зашарил рукой по стене и зажмурился, когда нажал на выключатель. Открытие двери сопровождалось тихим скрипом несмазанных петель.        Феликс же радостно обняв друга со всей силы, что от того аж тихий вскрик послышался, быстро отстранился, закрыв за собой дверь, мигом избавился от пальто с обувью и прошёл в тёмную комнату, включив там настенные светильники, что давали приглушённый свет. После чего как-то слишком быстро заварил им чай и оказался на диване с двумя кружками чая. Оставив их на кофейном столике он повернулся в сторону стоящего Зонтика и обратился, с легким непониманием.        — Чего застыл? Не спи, я же не просто так пришёл.        Зонтик всё же откликнулся на это и сел рядом с ним. А после этого понеслись истории. Сначала одна, потом вторая, третья и так далее. После разговоров ни о чём, потом Феликс начал показывать ему забавные видео с котиками. И лишь потом уютная тишина с кружкой чая, кажется седьмой за всё время. И объятия, тёплые. А потом Феликс уснул. Зонтик слегка зарылся в блондинистые волосы, массируя кожу головы. Пропуская пряди сквозь пальцы, он гладил друга по голове.        На языке осел привкус лёгкой тоски. Зонтик зажмурился, прогоняя неуместные мысли. Иногда злость на самого себя перебивала остальные чувства. Сглотнув вязкую слюну, Зонтик уткнулся носом в волосы друга. Приятный аромат сразу окутал его, успокаивая. Сейчас не время пустым загонам, ведь так? Встав, Зонтик аккуратно положил Феликса на диван, накрывая пледом. Выключив свет, он покинул комнату. Надел куртку и вышел из дома, в холод.        Постояв на холодном влажном воздухе минут десять, он вернулся в свою обитель. Куртка была повешена на законное место, после чего он прошёл на кухню, чтобы заварить что-нибудь, вроде чая. Или может даже подумать над ужином. В спешном темпе взял кружки с зала, даже не включив там свет, вернулся на кухню. Кружки были вымыты, а сам Зонтик стоял и смотрел в шкаф, чтобы решить, что сварить к ужину, когда его обняли со спины.        Испугавшись, он чуть дёрнулся, но опустив взгляд увидел жёлтые рукава свитера, выдохнул. Это просто Феликс, никого более. Он посмеялся над собой в голове. Кто же это мог быть ещё, кроме его друга? Куромаку дома нет, никто, кроме Феликса, не мог быть. Он медленно развернулся в объятиях, оказавшись лицом к лицу к другу. Тот выглядел заспанным, но счастлив от удавшейся шалости.        Глянув на него, Феликс как-то хитро прищурился, обнял крепче, из-за чего Зонтик напрягся. Червовый валет медленно приблизился к лицу, треф испуганно замер, и потеря своим носом об его. И просто отпустил. Потерянно глянув на червового валета, Зонтик поднял руку, потёр нос и возмущенно-смущённо пискнул, даже не зная как выразить возмущение по этому странному действию. Феликс смотря на него, тихо засмеялся.

***

       Так и не решив, что приготовить на ужин, они заказали роллы. Феликс, как бы странно это ни было, чуть ли не профессионально обращался с палочками. Зонтик время от времени отвлекался на эти движения и залипал. Феликс даже поинтересовался, всё ли хорошо. Зонтик закивал, нервно глядя мимо него.        Феликс отложил палочки в сторону, глянул на него чуть хмуро. Выдохнул и начал серьёзно:        — Нужно поговорить.        Зонтик поднял взгляд на непривычно серьёзного друга. У него в голове в этот же момент предстала картина: Феликс крайне серьёзно говорит, что не может дружить дальше, что он прекрасно видит чувства Зонтика и не может их принять, что у него есть девушка и он уже помолвлен, или, даже женат и скоро у него появится ребёнок, а Зонтик мешает его жизни своими неуместными чувствами… Он вздохнул и кивнул, показывая, что готов слушать.        — В общем… — Феликс прикрыл глаза ладонью, словно это поможет ему собраться с мыслями. Рука медленно поднялась вверх, зарылась в волосы и оттянула их. Феликс как-то нервно выдохнул, кажется даже усмехнулся, — наверное ты уже заметил, я всегда удивлялся твоей внимательности и не поверю, что ты не знаешь…        Зонт обеспокоенно посмотрел на него. Всё же он сам не замечал за собой внимательности, он скорее был даже рассеян, по большей части. Феликс, не глядя на него, продолжил.        — Я… Даже не знаю, как сказать так, чтобы ты не подумал что-то не то, я, правда, не думал, что так получится и не хотел ничего плохого. — Он даже как-то нервно вскинулся, глаза, словно в лихорадке, блеснули, — То есть, я бы в любом случае, вряд ли бы сделал что-то дурное тебе, ты же всё же мой друг… Но, боже прости, это вышло случайно и моя совесть не позволит мне и дальше молчать…        Зонтик с каждым словом хмурился сильнее, совершенно не понимая, что такого произошло, что Феликс настолько нервно смотрел, он не спешил перебивать, боясь, что если друг сейчас потеряет концентрацию, то вообще никогда не скажет, или скажет, когда будет слишком поздно.        — Я, честно, даже не подозреваю, когда это началось, но, с каждой встречей, с каждым разговором, я просто… Просто понимал, что захожу всё глубже, и вскоре выход будет не найти, попытался даже отстраниться, поговорить ещё тогда, у озера. И не осмелился, не хватило храбрости. — Он вздохнул, пригладил свои волосы. Зонтик, уже теряя терпение, вдохнул глубже, беспокойство затапливало его с каждым словом. Феликс, отпил из кружки, а потом всё произнёс то, отчего у Зонтика замерло сердце, — В общем… Я, кажется, люблю тебя.        Что?..        Зонтик выдохнул удивлённо, моргнул. Он всё смотрел на Феликса и не видел его, словно ослеп. Тишина окружила его, даже сердце, что только что стучал так оглушительно, затихло. Мгновения тянулись, словно минуты, но понять слова было так сложно, и смысл слов всё никак не мог дойти до сознания, ускользая сквозь пальцы песком, и пытаясь его собрать, он словно пытался сделать из него что-то цельное, заведомо зная, что сколько крупицы не собирай, всё бесполезно.        И внезапно он снова всё начал слышать, будто и не было мгновений оглушающей тишины. Зонтик моргнул и посмотрел на Феликса, и увидел, увидел так много надежды, которая угасала с каждым моментом его молчания. И то сомнение, неуверенность, уязвимость в чужих глазах, словно смотрел в зеркало на самого себя.        Феликс любит его. Он только что сам сказала это. Феликс. Любит. Его.        Любит так же, как сам Зонтик, и это понимание вдруг настигло его волной чувств. Их было так много, что глаза моментально затуманились слезами. И он, попытавшись избавиться от этой пелены, сморгнул солёные капли с ресниц. Зонтик посмотрел на обеспокоенного друга, который, скорее всего, уже ругал самого себя за признание и улыбнулся, так мягко, что не передать словами.        Он мягко взял лицо возлюбленного в свои ладони, нежно провел подушечками пальцев по щекам, и всё же наклонился вперёд. Мягко поцеловал, еле прикоснувшись своими губами к чужим.        — Я тоже тебя люблю Феликс.