HappySad

      Темнота. Тягучая и плотная темнота, которая давит со всех сторон. Двигаться почти невозможно, что уж говорить о том, чтобы глотнуть крупицы воздуха. В ушах звенит, тело дрожит не понятно из-за чего. Глаза закатаны, рот раскрыт.       И резко тело прокалывает насквозь боль, и издаётся громкий хрип, что так и наровился превратиться в крик.       "Ты – самое ужасное отродье, которое я когда-либо видела," – возле лежащего тела появилась женская фигура; всё тело было как серый, что немного выделялся на чёрном фоне, силует, лишь светлая одежда и светлые волосы, завязанные в высокий пучок, светились во мраке; больше ничего в этом теле не выбивалось.       Снова боль, уже слышится крик, а тело выгнулось, судорога прошлась по нему, руки и ноги онемели.       "Не могу поверить, что кто-то такой, как ты, является моим сыном," – слышится второй голос, и появляется уже мужская фигура. Тело уже белого оттенка, а одежда была тёмно-фиолетовой.       Очередное пронзание, вслед за которым еле-еле произносится мычание, лежащее тело приняло позу эмбриона.       "И это один из родственников некогда великого рода...? Ужас," – третья фигура, в отличии от первых двух, была уже незнакома: тело такое же белое, но волосы и одежда тускло-малиновые.       И резкая тишина. По руке прошлось что-то мягкое и пушистое, доходя до головы. Это была плотная тонкая, но, тем не менее, могла закрыть целое лицо, коричневая лапа. И вскоре она и вправду скрыла лицо. Так прошло пару минут. Лежащий пытался всё время привести дыхание в порядок, из-за чего грудь то вздымалась, то опускалась.       Но покой продлился недолго. Силуеты начали шептаться, и из переговорок можно было понять, что они говорили разные гадости про мученника. Но голоса затмил другой, более грубый и рычащий, будто это говорило животное, что прозвучал над самым ухом:       –Убе-е-ей... Выпусти то, что таи-и-ится в тебе... Что таилось в тебе-е-е все твои го-о-оды, что таилось с са-а-амого рождения-я...       Из лёгких будто улетучился весь воздух, и лежащий начал задыхаться. С его лица убрали лапу, но это не послужило улучшению, наоборот, в его глазах начало быстро-быстро мерцать: чёрный фон становился белым, кожи силуетов, одежды и волосы начали реверсировать, и обратно. Глаза будто не хотели закрываться, и лежащий попытался поднести руки к собственному лицу, дабы закрыть глаза, чтобы избавиться от психоделики перед глазами.       –Прими... – глаза всё же удалось закрыть ладонями, но даже это не помогло: перед глазами с ещё большей мощностью начали мерцать различные цвета. – Прими, – в ушах бабахало, будто рядом с ним били по гонгу, если не по нескольким за раз. – ПРИМИ! – рот раскрылся в протяжном немом крике.       Артём вскакивает с кровати, тяжело дыша и дрожа. Голова была опущена, глаза судорожно бегали по одеялу, что еле-еле было видно в полумраке. Зрачки несильно светились в темноте, и по тонким-тонким линиям можно было понять, что Защитник в страхе.       Сглотнув вязкую слюну, что скопилась за две минуты бездействия, он зашипел. Его тело было забинтовано в районе торса и ближе к тазу. Тихо завыв от лёгкой боли, он лёг обратно, приняв ту позу, в которой ему было однобно и чтобы не чувствовалась на столько сильно боль.       "Сон..." – мысленно произносит он, смотря в окно, что было почти над его кроватью. За ним была ночь, а на небосводе ярко светилась полная луна.       –Это был просто отвратительный сон... – в глазах защипало, но он проморгался, после прикрыв глаза. Рот всё ещё хватал воздух, а тело потряхивало.       Но спать совершенно не хотелось: не только из-за кошмара, но и из-за того, что он после своего пробуждения не сможет заснуть до следующей ночи.

Восьмое число Авгоруса, 946 года

      Послышался стук в дверь, и, не дождавшись ответа, незванный гость, а если быть точнее, гости зашли в комнату. Это были его новые знакомые. Он привстал на локтях.       –Мне сообщили, – начал Даня, Крег же пока стоял сзади него и зевал в ладонь. По всей видимости, его внезапно разбудили, – что из твоей комнаты доносились крики. Что случилось? – не смотря на сонность у пришедших, они были обеспокоенны состоянией праудэльца. Даже Крэг, у которого на лице всегда серьёзная мина.       –Кричал? – хрипло спросил новый хозяин комнаты. – Возможно, это из-за кошмара, не знаю... – и пожал плечами.       –Ох, а мы думали, что что-то серьёзное, – синевласый облегчённо выдохнул, а русоволосый недовольно зыркнул на друга.       –В таком случае, раз мы здесь, – начал второй, включая свет, – давай я тебя осмотрю, – сбежавший кивнул.       К нему подошли и скинули одеяло, открывая вид на наполовину голое тело, которое было бинтовано внизу. Ловкие руки врача щупали больные точки, на кончиках пальцев собирались зелёные сгустки магии. Было больно, но явно терпимо.       –В таком случае, давайте я нам троим чай заварю! – не дожидаясь ответа, Даня убежал.       Послышался обречённый выдох.       –Он всегда такой, эм... Дружелюбный? Упёртый? – кицунэ издал смешок.       –Чаще всего, да, – ответил коточеловек.       –Мм... – шатен отвёл взгляд. Неловко было. – А... А как ты попал сюда?? Просто, если судить по твоему внешнему виду, можно догадаться, что ты – Защитник.       Взгляд светлых глаз заглянул в чужие тёмные глаза. Хмыкнув, он задумался, с чего начать, продолжая исследовать ушибленные места.       –Ты что-нибудь слышал об "Инкогнито сообществе пятерых"?       –"Инкогнито сообщество пятерых"? – парень задумался. – Что-то слышал... Но немного. О его участниках я не знаю.       –Понятное дело, ты не знаешь. О его участниках, кто они и что из себя представляют, ничегошеньки почти не знают. Знают только... Так, приподнимись, бинты надо поменять, – его послушались, и он начал развязывать их, продолжая диалог: – Знают только, что у них были свои, отличные от настоящих, имена, соответсвующие их обязанностям: Судья, коритель всех, кто провинился, Ружьё, отвечающий за мир и войну, Дуб, хранитель природы, Шестерня, создатель механизмов, и Плюс, врач или целитель, – руки нависнули над торсом, а в середине ладоней появилось зелёное свечение, и на внутренней стороне появилась вязкая субстанция; Крэг начал размазывать по коже что-то на подобии мази. – Большего я сказать не могу, ибо мне запрещено, да и не хочу почувствовать на себе кару Судьи, и тебя, не забывай, могут поймать, а мне и сообществу не нужны проблемы. Но перейдём к самой сути. Я, как, думаю, понятно из моих действий нынешних, являлся, в своё время, Плюсом.       Шатен округлил глаза, не веря своим ушам.       –Хах... – издал нервный смешок. На торсе чувствовалось тепло. – Я тебе не верю...       –Это правда! – сказал вошедший Даниил с подносом, на котором располагалось три кружки с ароматными чаями. Он подошёл к говорящим, также вступая в диалог. – Поверь, у него есть много доказательств. Он хоть все может их предъявить!       –Мой дорогой друг, – зло произнёс Крег, поворачивая голову вбок, – а какого лешего ты говоришь то, что нужно держать за зубами?? – фиолетовоглазый насторожился и опустил голову, пытаясь найти оправдания.       –Парни, пожалуйста, перестаньте, – их прервал "больной". – Я верю вам обоим, всё. Конфликт исчерпан, договорились?       Друзья посмотрели на полулежащего, после друг на друга и кивнули.       –Да, прости, Крег... – синевласый сел на рядом стоящий стул и, положив поднос на столик и взяв свою кружку с красным чаем, отпил.       Выдохнув, тот продолжил:       –В любом случае, что со мной случилось, – перестав размазывать по телу субстанцию, он взял салфетки и вытер свои руки. – Думаю, надо ещё кое-что разъяснить. На самых первых членах сообщества наложили заклятие: так как, так или иначе, даже Защитникам рано или поздно придёт конец в смысле правления, им нужны были приемники; просто так искать по их качествам в плане различных спектров магии бесполезно – на это вечность уйдёт, – было создано заклинание, которое даст нынешнему и дальнейшим поколениям почувствовать, что, вот, родился в мире их приемник. У меня это случилось примерно сорок лет назад. По правилам, – началась перевязка, – я должен дождаться его совершенолетия, максимум, если не могу забрать в восемнадцатилетие, двадцати пятилетия. Единственное исключение, при котором могут забрать его раньше, – это если я нарушу правила. В лично моём случае, допущу или приведу чужую смерть. И вот, тридцать два года назад я не смог спасти одну женщину-людинку. Лию.       –Подожи... Это мать последнего короля из Кэлоуа?? – спросил Артём.       –Кея, да. И почему он – последний? – спросили его, обматывая бинтами низ торса, почти заканчивая.       –Произошла война, и Кэлоуа не стало, – чёрноглазый зашипел, когда ему завязали узел.       –Мм... Ясно... – светлоглазый помог парню принять сидячее положение, а также подал ему в руки тёплый чёрный чай. Сам же он взял кружку с зелёным и сделал глоток. – Меня, в итоге, приговорили к смертной казни, после которой должны были привезди того приемника. Но я вовремя успел сбежать. И, по итогу, я встретил этого идиота, – закончил он свою историю, на последних словах посмотрев на Даню.       –Вообще-то! – спаситель стукнул посудой по столику. – Этот "идиот" спас тебя и многих защитников и даёт тебе бесплатное жильё! – он недовольно скрестил руки на груди.       –Я и не отрицаю, что ты – наш герой, но всё же по умственным и магическим способностям ты идиот.       Артём просто неловко пил чай, слушая, как друзья ругались друг с другом.       "Они всегда такие...?" – но вопроса пока не рискнул задать. Не особо хочется в данный момент быть между молотом и наковальней.       Но зато данная ситуация дала задуматься над тем, что произошло до их прихода: о сне.

***

      И всё же я не могу понять, что мне пытаются в нём сказать. Из раза в раз... Из раза в раз, каждое полнолуние, мне сниться почти один и тот же сон: непроглядная тьма, надо мной высятся разные фигуры, чаще всего мать, отец и прочие люди, что меня презирают, мне неимоверно больно, будто у меня приступ агонии, а после... После появляется это нечто. У меня есть предположения, что это, а если быть точнее, кто это. Но у меня такое чувство, что я ошибаюсь. Всем кицунэ до принятия себя снится сон, где они постепенно принимают свою сущность. И у меня это закончилось уже к восьми годам. Но что просыпается во мне сейчас... Я без понятия! И меня только от мысли об этом бросает в дрожь. Когда оно появляется, аура становится сжирающей, будто бы она хочет поглотить меня. И оно совершенно не похоже на то, что происходит при принятии сущности кицунэ, при котором создаётся ощущение, что ИЗ тебя что-то выходит, вылезая через все поры, чакры и прочее.        Кем бы это нечто ни было, мне нельзя позволять ему овладевать мною.

***

      –Кстати, а не хочешь ли спросить меня, как я попал сюда? – Даниил заулыбался, глядя на названного.       –Дань, он и так устал, и его состояние не из самых лучших, да и смотри, какой он бледный, – Артём посмотрел на обоих.       "Бледный? Наверное, из-за своих мыслей..." – выдыхает.       –Я бы и вправду хотел послушать, если ты не против, – он посмотрел на предложившего, что весело хмыкнул.       –А я из этого мира, а не из мира Защитников, – "звезда" хихикнул, шатен же вскинул брови.       –А ведь и не скажешь, хах... Хотя ты и вправду больше походишь на гибрида, – сидящий оглядел с ног до головы странно одетого парня.       –А хочешь послушать, как... – начал было он, как его перебил старший:       –Не хочет он ничего послушать, – негромко крикнул Крег, встав и потянув на себя друга. – Всё, пойдём.       Они молниеносно покинули комнату, оставив недоумевающего Артёма одного. Руки всё ещё грела кружка с чаем.       "А я бы всё равно хотел послушать," – пожав плечами и хмыкнув, он снова отпил напиток.

***

      –Что ж, вроде, уже всё в норме с твоим торсом, – говорит Крэг, вновь осматривая тело.       Уже близилось время ко дню. Сбежавшие, в данный момент, находились в кабинете врача.       –Тогда я могу идти?       –Ага, – бывший Плюс махнул рукой.       Быстро одевшись, Артём вышел из комнаты. Ему открылся длинный коридор. Было много дверей, которые вели в разные комнаты жильцов, которые все были сбежавшими, у которых не прошёл срок(за исключением Крэга). Пройдя вглубь коридора, он оказался в гостинной. Там сидело пару взрослых людей и, по всей видимости, их дети; всё же маленькие дети ещё не знают в таком возрасте, какими люди бывают жестокими, поэтому и не знали, стоит бежать или нет, и их забрали с собой родители.       Взрослые особо не обратили на пришедшего внимания, а вот дети... Увидев новое лицо в доме, чуть ли не накинулись на него, расспрашивая о чём только можно, в особенности о том, как он сюда попал. Праудэльц не выносил особо детей, особенно этому поспособствовало то, что у него было две младших сестры, за которыми его иногда заставляли следить. Но он не стал отталкивать ребят и поддался им, что потащили почти в самый центр комнаты.

***

      Даниил выглянул из-за угла, глядя за этой картиной. Хмыкнув своим мыслям, он незаметно ушёл к себе.       "Мы все с ним поладим... Но поладит ли с нами он, учитывая, что в нём спит?"