Лёд и ты

После великолепной прогулки друзья устали. Возможно физически, а может от впечатлений и оставили распаковку коробок на завтра. На следующий день, как они и планировали, расставили нужные коробки с содержимым в подходящие комнаты. Самый первый за это принялся Джисон, так как ждал этого больше всех. —Так, для начала нам нужно ммм…— У Хана бегали глаза с коробки на коробку.— Разобрать коробки для ванны!.—Его как будто осенило.— Хотя… может спальную комнату.— он засомневался в своих словах, хотя на первый взгляд никаких серьезных решений не принимал. Хёнджин смотрел на него с милой улыбкой и все-таки решил поинтересоваться проблемой.—Джисон, все в порядке, почему ты такой нерешительный?.—Возможно, Хван просто не понимал переживания того.— я сам не знаю что со мной. Я очень сильно волнуюсь, боюсь, что что-то пойдет не так и всё, настроение ухудшится.—Хёнджин с места посмотрел в глаза другу и серьезно увидел в его глазах волнение.— Во-первых, не ухудшится, потому что жизнь не основана на разборках коробок. Во-вторых, если нам что-то не понравится, мы всегда можем это изменить, а то ты так волнуешься будто у нас один шанс. И ещё дай себе понять что это мелочь жизни.—Джисон более решительно посмотрел на собеседника. —Не всегда из-за того, что ты стараешься и прикладываешь так много сил и нерв у тебя должно получиться что-то восхитительное. Жизнь — она ведь проще, чем ты думаешь. Да я знаю, что нас учат с рождения о заслуженной цели, но не нужно смотреть на все так сложно, ведь это можно решить гораздо проще и не хуже других. Конечно, нас учат, что труд вознаграждается не спорю, но не всегда так работает. Ребята разобрали коробки и даже успели съездить в магазин за дополнительной мебелью. Это Хёнджин захотел купить себе тумбочку по другую сторону кровати. Все близилось к вечеру и все дела были сделаны. Они попили чай и разошлись по комнатам, Хван остался на кухне, облокотился не спинку кресла и взглянул в окно. Медленно и нежно снежинки приземлялись на окно и так же медленно скользили с него вниз. На улице не так уж и темно, но фонари уже были включены, чем вызывали спокойную атмосферу. И через десять минут Хёнджин был уже на улице. Запрокинул голову и словил язычком снежинку. И спокойно поехал в парк. Проезжая по дорожке он услышал знакомый для него шум коньков. Подъехал поближе, он все ещё остался незаметным. Устроился по удобнее и, наверное, просидел так час, наблюдая за блондином в голубоватой курточке, в белых спортивных штанах, который скользил по льду на стадионе. Это было очень забавно, ведь Хёнджину нравилось каждое движение этого маленького чуда. Ему нравилось именно его исполнение разных элементов. Именно его настойчивость подниматься со льда и продолжать кататься в случае падения. Но при каждом его падении, Хёнджин как будто чувствовал боль и дальнейшее место появление синяков на своих ногах. Это было странно, Хёнджин наблюдал где то в сторонке за человеком, который не знал об этом. Многие бы подумали, что он маньяк на колесах, но ему было все равно. Он любовался его исполнению, терпению и красивыми элементами.

…

Прошло уже как три дня, а Хёнджин каждый вечер спускался к стадиону и смотрел на это искусство. Так же он подметил, что этот фигурист повторял одну и ту же связку несколько раз, а некоторые элементы усовершенствовал. «Его техника это как отдельный вид искусства» думал Хван и так же спокойно, но с восхищением ехал домой. —Я смотрю ты прям полюбил гулять в одиночку по вечерам.— Что-то готовя произнес Джисон, как только Хёнджин закрыл за собой дверь.—Ты просто не представляешь, что я вижу, когда нахожусь на улице.— раздеваясь и проезжая к раковине ответил хван.— Ты что нашёл друзей? И поэтому каждый день к ним выходишь.—Да они были хорошими друзьями, но никогда не ставили границы между собой по поводу новых знакомств.—Нет не друзей, а одного человека, умеющего превосходно кататься на коньках.— И после небольшой паузы он продолжил.— но я с ним не знаком, потому что боюсь потерять такие представления.