Там не то, что на гражданке

      Может у Лаврова и была ухмылка на лице, когда парни рассказывали ему о случившемся, но внутри он поистине переживал, надеясь, что их слова — чистая ложь. — Чего ты лыбишься? Совсем оглох чтоли? — нервно вскрикнул приятель, разозлившийся на беззаботную реакцию Игоря. — Так, Папазогла, остынь! — скомандовал Щур, грозно посмотрев на друга, и тут же переключил беспокойный взгляд на Лаврова. — С Мазаевым серьезно решать надо. Он к ней больно часто заглядывает, знаешь, — он нахмурился. Был действительно встревожен, ведь волновался за близкого друга.       Игорь не желал даже думать о том, что ему говорят друзья. Может, он просто не хотел портить себе настроение? Или — знал, что она не может растоптать его чувства? Что-что, но во втором варианте он не был особо уверен, как бы сильно не доверял ей и не любил её. — Хватит вам орать уже, ну! — наконец Лавров проявил своё недовольно. Он, разведя руками, резко поднялся с места.       Парни громко вздохнули и переглянулись. Они были уверены, что хотят как лучше для него, но он сам считал, что друзья ищут повод поссорить его с девушкой. Конечно, парни общались с Алиной, но братва дороже баб — считали они. — Давай мы с Мазаевым разберемся, а ты в санчасть иди, — предложил Щур, махнув головой в сторону.       И Лаврову эта затея не особо нравилась. Может он и хотел встретиться с ней, но не по причине своей ревности, как оказывалось. Но тут уже делать нечего, разве что…: — Мазаева не трогайте, — неожиданно вставил Игорь, грозно оглядев взглядом парней. — Я сам смогу разобраться с ним.       Это было последним, что он сказал перед тем, как поспешить к выходу из здания. На ожидаемый вопрос друзей он ответил лишь: «К Алине!».       Он шел быстро и нервно. Торопился так, сам не понимая для чего. На улице вроде не так холодно. И даже один лишь вид его выдавал то, как он волнуется. Хотя, чего боятся? Не уж то встречи с девушкой? Не может быть. Лавров беспокоится явно о другом.       Быстро добежав до нужного места, он торопливо забежал к Алине. Ожидал потрясающей беседы, громких дружеских разговоров и, конечно, романтики.       Но какого же было его удивление, когда его главный страх встал на явь?       Он растерялся сначала, когда увидел Мазаева, но разозлился сразу же, когда Алина провела своей ладонью где-то по его лбу. Он тут же вспомнил слова друзей и просто закипел. Так бы и вышвырнул сейчас Мазаева до самой казармы, но наличие любимой девушки в помещении не позволяло. Мало ли спугнёт её. Он не хочет, чтобы она плохо думала о нём.       Лавров злобно смотрел на Мазаева, который и вовсе был потерян, не понимая злости сержанта. Он тихо поблагодарил Алину и, кивнув, зачем-то, Лаврову, покинул помещение, оглянувшись.       Игорь был неистово зол, но решил не начинать спектаклей. Он сжимал кулаки так, что на ладони оставались следы. Кусал губы до крови, не жалея себя на тот момент.       Наконец, он решился на что-то, поймав на себе вопросительный взгляд Алины. Громко выдохнув, выдыхая свою злость, он начал: — Что Мазаев тут забыл? — спокойно поинтересовался Лавров. Его куртка уже висела на вешалке, а руки были скрещены. — Его ударили по голове, когда он снег чистил, поэ… — ей не позволил договорить парень, перебивший своим недовольным голосом. — И часто его по голове бьют? — он выдохнул снова, также протяжно. — В смысле, Игорь? — взъелась, наконец, Алина, ведь так и не понимала, почему злится её Лавров. — Ты поворчать пришел, да?       Он раскрыл глаза, словно услышал что-то немыслимое. Осмотрел её с ног до головы и недовольно помотал головой. — Ладно. Уйду! — громко заявил он и потянулся к вешалке.       «Обиженка» — смешливо подумала Алина, перехватив его руку.       Она стояла перед ним. Его рука — в её руке. Его взгляд — на её глазах. И казалось, что в тот момент он смягчился. Понял, может, что перегибает, что пугает уже свою Алину? — Что у тебя случилось? — ласково спросила она, но он добрее не стал от этого. Просто отвел взгляд в пол, и всё. — Я знаю, что Мазаев часто бывает тут, — монотонно промолвил Лавров, даже не поднимая глаз на Алину. — Что ему тут надо? У вас с ним есть что-то?       Задавая последний вопрос, он осмелился заглянуть в её глаза. Пытался понять, соврет она ему или нет. И боялся. Боялся, понятное дело чего.       Но Алина лишь усмехнулась. — Игорюш, ты совсем дурачок? — она взяла его вторую руку, наклонив голову в бок. — Я и Мазаев? Если б не ты, то я бы уже позабыла его фамилию!       Он сомкнул глаза, ведь нервы уже сдавали. Может её слова и успокоили его, но не до конца. Он уже не был так зол. Просто нервничал и боялся. — Может он и калечит сам себя, чтоб меня увидеть, — шутливо предположила Алина. — А мне и без разницы. Зачем мне какой-то Мазаев, когда у меня есть Лавров.       Хорошо, что он искренне улыбался ей после её слов, ведь и Алина уже начинала волноваться по поводу того, как холоден ее парень. — Прости меня, моя хорошая, что надумал, — он заметно засмущался. — Но Мазаеву я пизды дам всё-таки.       И они оба засмеялись.       Затем наступило неловкое молчание, и Лавров нашел место лишь одному. — Не хочешь подарить любимому парню поцелуй на прощанье? — он, улыбаясь, поджал губы. Очень засмущался. Смотрел куда угодно, но только не в её глаза.       Алина тоже удивилась его словам, но удивление продлилось недолго, ведь уже через секунду она потянулась к его щеке, но хитрец-Лавров быстро повернул голову. Он крепко обнимал её, когда целовал. Так тепло ему точно было только с ней.       Но вечно им стоять нельзя. Поэтому Алина отстранилась от него. — Пока, любимый парень, — сказала она ему перед тем, как он озарил её самодовольной улыбкой и вышел за дверь.       Шел он с гордо поднятой головой, будто Зубов вот-вот оповестил его об отпуске. Но случившееся, казалось Лаврову, даже лучше всяких отпусков.