Ошибка Фетиды

В Трое, во дворе царя Приама состоялось совещание по поводу нападения греков. - Греки отступили, потому что недооценили нас. Отец, я не хочу, чтобы мы повторили их ошибку!- Гектор бытый час пытался достучаться до отца. - Боги на нашей стороне. Надо закончить это сражение, изгнав греков с наших берегов.- настаивал Приам. - Да, мы нападем сегодня ночью!- поддержал царя его доверенный советник. Ещё несколько человек в зале начали выкрикивать аналогичные мнения. - Нельзя ждать, пока они нападут на нас! И лишь Гектор был против. - Отец, прошу тебя, одумайся! Эту войну мы проиграем! Гектор с надеждой смотрел на отца. Безусловно, он не хотел , чтобы греки напали на них снова. Но он понимал, что сейчас не лучше время для нападения и будет разумнее выждать время, дав возможность грекам самим отплыть от троянского берега. Но царь был непреклонен. Утром Ахиллес вышел из шатра и присел на один из камней у берега моря. Он смотрел на горизонт и принял важное решение. К нему подошёл Евдор. - Мой господин! Войско Агамемнона хочет наступать на Трою снова. - Мы отплываем завтра утром. - Что вы сказали? - Готовьте корабль к отплытию. Мы на рассвете покидаем Трою! Ахиллес похлопал друга по плечу и удалился в шатер. Ничего не понимающий Евдор удалился, переваривая информацию. Наступила ночь. Ахиллес лежал рядом со своей возлюбленной и наслаждался ее красотой. Вдруг он услышал в отдалении странный треск. Их с мирмидонцами лагерь был разбит в стороне от войска Агамемнона, но треск был такой громкий, что отсюда его было слышно прекрасно. Ахиллес вышел из шатра и увидел, что лагерь Агамемнона объят пламенем, а сами греки снуют туда-сюда, пытаясь сбить огонь. Огромные пылающие шары скатывались откуда то сверху, чуть дольше троянских ворот. Некоторые греки падали прямо под шары и огонь попадал на их одежду. Загорелся один из кораблей, воины сразу же кинулись его тушить, но шары продолжали падать, поджигая все вокруг. Ахиллесу наскучило это зрелище и он, убедившись, что троянцы его лагерь не трогают, удалился спать в шатер. Всю ночь греки пытались справиться с огнем. В результате нападения троянского войска, они лишились нескольких кораблей и шатров. Многие воины были ранены, некоторые- убиты. Естественно, они так это оставить они не могли и уже под утро, те кто выжил начали давать отпор. Шум боя и возгласы греков услышал Патрокл. Ему очень хотелось принять участие в сражении, а побыть на месте отважного брата ему захотелось ещё больше! Тихо, стараясь почти не дышать, он прокрался в шатер Ахиллеса и аккуратно вытащил его доспехи, щит и меч. Надев все это, он побежал в эпицентр сражения. Увидев его, греки обрадовано закричали, думая, что к ним на помощь пришел Ахиллес. А Патрокл, опьяненный тем, что войско идёт за ним, побежал прямо на Гектора, который тут же его заметил. - Ахиллес! Ахиллес!- скандировали греки. Патрокл не подал виду, но испугался, когда Гектор спрыгнул со своего коня и тут же попытался нанести удар мечом. Благодаря урокам Ахиллеса, Патрокл увернулся. Они бились один на один, а остальные воины-и греки и троянцы лишь наблюдали, стоя вокруг. Патрокл пытался нанести удар, но пока ему удавалась лишь уклоняться. Все с замиранием сердца смотрели на них. Патрокл отвлекся лишь на миг и лезвие меча прошлось по его горлу. Патрокл рухнул на песок. В горле стало невыносимо больно, горячо, дышать он больше не мог… Темно- бордовая, почти черная кровь закрыла доступ к кислороду. Все смотрят на него! Какой позор! Нет, нет нет… «Брат! Ахиллес, помоги!»- пытался сказать парень, бьющийся в агонии, но у него лишь получались хриплые хлюпающие звуки. Последнее, что он увидел, как темноволосый кареглазый мужчина, с кем он бился занёс над ним свой меч. - Это был его брат.- тихо сказал Одиссей. Гектор чуть не сломал копьё от досады и приказал: - Бой окончен! Никогда он ещё не был так удручен исходом битвы! Его терзала совесть. У него так и стоял образ этого мальчика, почти ещё ребенка, который захлебывался черной кровью и плакал, глядя на него так, как будто просил Гектора о помощи! Он сделал все, что мог… Спасти юношу уже нельзя, поэтому он вынужден был всадить меч парню в сердце, чтобы тот не мучился. Гектор также понимал, что настоящий Ахиллес так это не оставит. А в это время, прекрасно выспавшийся Ахиллес вышел из своего шатра. Но то, что он увидел ему сразу же испортило настроение. К нему шел Евдор и было видно, что он несёт плохие вести. Он сразу же упал на колени к Ахиллеса и взмолился: - Господин! Пощади меня, все думали, что это вы ведёте нас в бой! Ахиллес нахмурился. - Евдор, ты пьян? Какой бой?! Я приказал готовить корабль к отплытию!!! Тот чуть не плакал. Он обхватил руками ноги Ахиллеса и продолжала перечитать. - Мы думали, что это вы, мы не знали, что ваш брат… Ахиллеса точно молния сразила! - Мой брат?! Патрокл?! Где он??!! Евдор схватил Ахиллеса за хитон. - Умоляю пощадите меня, господин! - Где Патрокл??- Ахиллес начал злится. Почти простившись с жизнью, Евдор ответил: - Он мертв, мой господин. Гектор перерезал ему горло. Ахиллес в гневе с силой толкнул Евдора в живот. Тот упал, а Ахиллес сразу же наступил ему ногой на горло. Евдор захрипел, задыхаясь от боли. Однако, спустя несколько секунд он все же отпустил Евдора и приказал: - Запрягли мою колесницу и приготовь крепкую верёвку! Ахиллес был зол. Очень зол. Ему сейчас было все равно, что он сам час назад хотел плыть домой вместе со своей возлюбленной и друзьями. Все равно, что бедный Евдор ни в чем не виноват! Все равно, что Патрокл сам ввязался в бой! Все равно, что царевич Гектор убил Патрокла не намеренно! Он даже забыл о Брисеиде- единственной, мысли о которой пробуждали в нем светлые чувства! Он убьет Гектора! Обязательно убьет! Он на глазах у всех лишит его глаз, ушей и языка! И весь Аид будет смотреть на него -слепого, глухого и немого и говорить: «это тот безумец, надумавший убить самого Ахиллеса!». А потом он привяжет тело царевича к своей колеснице и потащит на верёвке! И пусть все видят это! Так с предвкушением думал Ахиллес. И его совершенно не волновало то, что он собирается убить честного воина, хорошего человека, сына, брата, мужа и отца, который лишь защищал свою страну, а не гнался за славой! Гектор взглянул на спящую красавицу жену и маленького сына. Он понимал, что это может быть в последний раз. Он начал надевать свои доспехи. Сначала нарукавники, потом броню, шнуровка наколенников… Осталось взять щит, копьё и меч… В это же время надел доспехи и Ахиллес, проделывая то же самое. Только Гектор это делал с печатью безысходности и обречённости в глазах. А Ахиллес с яростью и злостью. Он убрал меч за пояс, оставив в руках только копьё и щит, думая, что меч ему просто не понадобится. Спустя некоторое время, поднимая пыль, колесница Ахиллеса подъехала к главным воротам Трои. Солнце, стоявшее в зените нещадно палило, нагревая шлем. Лёгкий ветерок трепал выбивающиеся из под него волосы Ахиллеса. Бой будет тяжёлый. Но Ахиллесу все равно. Он взял копьё щит и начал звать своего врага: - Гектооор!!! Тишина. - Гектооооооор!!!! Снова тихо. Ахиллес с ненавистью смотрел наверх стены. Там стали собираться троянцы, среди которых был Приам и младший брат Гектора- Парис. Лучников не было. «Значит, скоро выйдет». Только Ахиллес подумал это и тяжёлые троянские ворота заскрипели, застучали и троянский царевич вышел к Ахиллесу. Его темно-карие глаза сверкали через прорези шлема. Какое то время он стояли друг напротив друга. Их доспехи сверкали на солнце. Гектор нарушил молчание первым. - Я видел это раньше в своем сне. Давай договоримся с тобой, что победивший позволит оказать тому, кто погиб все подобающие почести! Ахиллес резким движением сорвал с себя шлем и швырнул его на землю. - Сейчас ты видишь, с кем пришел биться?! Гектор тоже снял свой шлем и отбросил его в сторону. Его каштановые кудри заблестели на солнце. - Мне жаль твоего брата. Я думал, что это ты. Но ему были оказаны все почести! Ахиллеса накрыла ещё большая волна злости. - Это твой меч оказал ему почесть!- прорычал Ахиллес. Он сжал в руках копьё и начал нападение первым. Прыжок! Удар! Гектор увернулся. «Жаль! Почти попал ему в шею! Вот бы прикончить его также, как и он Патрокла!» Снова прыжок! Ещё удар! Гектор укрывается щитом и бьёт сам. «Ты думал, я паду от твоих бессмысленных движений копья?!» Снова удар! Копье Гектора ломается, но вновь бесполезная атака. Троянец в ярости швыряет сломанное копьё на песок и вынул меч. Лезвие со скрежетом ударилось об Ахиллесов шит. «Другой бы воин уже давно валялся в крови! Да. Прав был Одиссей!» Круговые движения копьём: ещё раз , ещё и ещё! Гектора заносит назад. Он слегка шатается. «Так, уже хорошо!» Но вот Гектор снова заносит свой меч. Резкий колющий удар. «Проклятье!» На этот раз Ахиллес сам был вынужден увернуться. На миг и холодные голубые глаза встретились с глубокими и тёплыми карими. Гектор медлит. Он как будто не хочет пользоваться этим моментом. Но вот он снова бьёт. Меч прошел сбоку. «Я полубог! Тебе не одолеть меня!» С этими мыслями Ахиллес с силой вывернул руку Гектора и толкнул его. Гектора занесло назад. В этот момент его нога задела камень. Теряя равновесие он падает всем весом на песок. « Добить сейчас? Нет. Пусть он встанет!» - Вставай, вставай! Я не хочу, чтобы камень отнял мою славу! Гектор, хрипя и тяжело дыша пополз в сторону. «Неужели он струсил?» Но нет, Гектор схватил обломок копья. У него почти не осталось сил. Падение было тяжёлым. Но он поднялся, сжимая обломок в руке. Вот Ахиллес готов нанести решающий удар! Разгон, прыжок, удар и… Вдруг что то острое врезалось в пятку Ахиллеса! Рука слабеет и роняет меч. Земля и небо вдруг меняются местами. Последнее, что увидел Ахиллес- склонившегося над ним Гектора, его измученное лицо, кудрявые волосы, трепещущие на ветру и карие глаза. В них жалость. Жалость к своему врагу! Но он занёс над ним свой меч. Удар! Все! Ахиллес настолько был уверен в своей победе, что не заметил, как царевич Трои из последних сил замахнулся на него обломком копья. Он метил в сердце, но от падения его рука утратила силу и скользнула вниз, в результате копьё попало в пятку Ахиллеса – единственное уязвимое на его теле место. Богиня Фетида, купая сына в реке Стикс, забыла лишь о его пятке. И это было ее ошибкой. Но ещё большую ошибку она допустила, не научив сына любить и сострадать.