Как снимали: "Знакомься, солдат, это лето"

Промежуточные моменты на съёмках.

Действия происходят на съёмках девятнадцатого дня, часть вторая.

Повествование от 3-его лица.

— Ну а нам, дамы и господа, пора тоже садиться на коня железного, так что прошу за мной. — произнёс Константин. — Стоп, снято! Пятиминутный перерыв, потом снимаем сцену с поездкой на полигон. — донёсся голос главного режиссёра данного проекта. — Константина. — Ну наконец-то! — вздохнул Вольф, после чего снял фуражку и расстегнул пуговицы кителя. — Вольф, не возникай. Тебе ещё машину вести, причем откопанную с музея. — отреагировал Александр — главный постановщик. — О боже... Актёрский состав переместился на новую локацию, где их уже ждала машина для съёмок, а также ответственное лицо с музея. — И эта колымага поедет? — удивился главный немец. — Вольф, поедет, не переживай. Главное, чтобы вы не прыгали на ней, иначе вы резко окажетесь на дороге, пока машина без дна продолжит своё продвижение. — с усмешкой сказал Александр. — Сань, не пугай народ, иначе мы вообще ничего не снимем! — вздохнул Константин, возясь с бумажками. — если что, лопаты есть — закопать сможем. — Эх... Я была так молода. — ответила Алиса на заявление режиссёра. — Товарищ режиссёр, а можно священника вызвать? Ну или какую-нибудь процедуру сделать, чтобы в живых остаться? — поинтересовался Вольф. — Ща устроим! — с улыбкой ответил Константин, после чего подошёл к столу, на котором была бутылка с водой, после чего открыл её и подошёл к машине. —

Ежись не ебись

Машина гонись, не въебись

Колесо не открути, колесо прикрути

Бог, сохрани!

— проговорил Константин, обливая машину водой и перекрещивая её.

Актёрский состав не выдержал и залился хохотом, пока Константин заканчивал «обряд». — Кость, ты священником не пробовал быть? — хохоча, спросил Александр. — Не, спасибо, не интересует. — кратко ответил Константин, после чего отошёл от машины. — принимайте работу — Ага, спасибо блин, теперь точно не помрём! Это вот хотя бы сработает? — усмехнувшись, поинтересовался Вольф, после чего забрался в машину. — А хрен его знает, когда я так сделал со своей машиной, то у неё руль отвалился. — ответил ему Константин, вселяя целую тонну надежды и веры на чудо, что оно поедет. —... Чё Реально? — с удивлением спросил его Вольф. — Реально, реально, он меня тогда позвал, мол руль какого-то хрена отвалился и помощи просит, правда, тогда он не предпочёл говорить, из-за чего. — поспешил ответить заместо Константина Александр. — Ничего себе... Видимо сам бог дал вам намёк... И что, починили? — спросил Вольф. — Конечно починили, молотком припаяли и делов. — ответил ему Александр, на что Вольф явно хотел задать вопрос великим инженерам, как они это сделали, но его прервал Константин — С вас пять тысяч. — закончил Константин. — Э... ам...а...э... — с недопонимаем Вольф посмотрел на режиссёра. — А вот всё, поехали! — разведя руками, ответил Константин. — приготовиться к съёмкам...

Данные действия происходят уже после основных съёмок этого же дня. Режиссёр и главный постановщик возвращаются в лагерь отдельно от остальных. Спешат, так как времени до ужина осталось совсем мало.

Повествование от 3-его лица.

Машина разогналась до ста двадцати километров в час, из-за чего товарищи внутри машины иногда подпрыгивали даже на небольших кочках или неровностях дороги. — Через трамплин яма на подъем. — смотря на карту и сверяясь с дорогой проговорил Александр. Машина быстро залетела на подъём. — после валуна без прыжка на спуск. — машина перескочила внедорожный валун, после чего с тряской приземлилась обратно на дорогу. — Кто мечтает быть пилотом... — тихо напевал себе под нос песенку Константин, крепко держась на руль. — После спуска, Кость, непонтовый, повторяю: непонтовый подъём на гору. Он весь в колдоёбинах и ухабах, аккуратней, там трамплин и алкошня тусуется! — проговорил Александр. — Ладно. не буду прыгать. — вздохнув, ответил Константин. Машина проезжала подъём, на обочинах которого было много деревенских. — О, Михалыч! — прокричал в открытое окно Константин одному из толпы. — Эт чё сейчас было? — удивился Александр. — Да, товарищ там мой стоит, который нам за бутылку самогона канистру с топливом отдал. Я думал, что после той бутылочки он вообще не встанет. — спокойно пояснил Константин. — Правый один. — скомандовал Александр, на что Константин кивнул головой и почти боком зашёл в поворот. — Я вот всё у тебя спросить хотел: чё круче — правый один или правый шесть? — поинтересовался Константин. — Да хрен его знает, если честно. Я вообще не понимаю, что говорю. — пожав плечами, ответил Александр. — Понятно... — вздохнул Константин. — Там, смотри: левый два открытый, а потом правый семь закрытый. Держись внутри. — продолжил Александр. Константин кивнул головой, после чего проехал по центру дороги на повороте. — Отлично, дальше открытый прямо сто. - машина проехала нужную дистанцию. - Ещё прямо сто. — повторил Александр, когда первая дистанция была преодолена. — прямо двести, а потом трамплин и прямо сто. — А чё, сразу нельзя было сказать «Прямо пятьсот»? — поинтересовался Константин. — Ну да, и чё я потом, всю эту дорогу молчать что-ли буду? — возразил Александр. — ты рули давай, прямо двести. — Ну вот, уже семьсот. — вздохнув, продолжил Константин. — Ещё сто. — не обращая внимание на возражения, доложил Александр, когда ещё одна часть маршрута была преодолена. — Восемьсот. — продолжил подсчёт Константин. На горизонте появился мост, по которому днём прошла пехота с бронетранспортёрами. — Через трамплин, лево один, потом закрытый и узкий мост, опасно! — смотря вперед и сверяясь с картами доложил Александр. — Слушай, а зачем ты подъёмы называешь «трамплинами»? Мы вроде не гонщики. — поинтересовался Константин. — И это сказал человек, который на спидометре перед собой видит «сто шестьдесят»! — подметил Александр. — Ничего я не вижу, у меня катаракт, косоглазие и зрение минус двенадцать. — усмехнувшись, ответил Константин. — Ты вроде не Эрих... — Александр вопросительно посмотрел на Константина. — А Эрих вроде не я. — загадочно ответил Константин. — Блядь, загадки человечества на НТВ. — сплюнув в окно, ответил Александр. — через десять, ручник и направо. — У меня нет ручника… — подметил Константин, после чего сделал резкий и довольно-таки крутой поворот. — Как нет ручника? Ты как вообще права получил? — удивился Александр. — Не спрашивай... — Ладно, хуй с ним. Право один, пятьдесят, лево один. — вздохнув, сказал постановщик, когда их транспорт проехал. — Бл, потом там опять будет: «Один в лево, один вправо. Шпилька вверх, синий вниз»! — психанул он. — Слушай, если так подумать, то я этот маршрут наизусть знаю. — вдруг сказал Константин. — А чё ты мне не сказал, дебил? Я бы поспал спокойно, а не пиздел, как Яндекс навигатор! — возмутился Александр. — Ага, поспал бы, конечно! Потом по возращению в лагерь, ты бы мне снова выдал: «Чё так трясло, водить не умеешь что-ли?». А так хоть делом занялся. — ответил Константин. — Хрен поспоришь... — немного помолчав, ответил Александр. Проехав небольшое расстояние на горизонте обоих ребят появился лагерь, что немало их удивило. — Ну наконец-то! Хоть ты наконец не будешь пиздеть как баба мне на ухо! — возликовал тот, на что второй с удивлением посмотрел. — И это мне говорит тот, кто может поменять свое решение пять раз за минуту? — спросил его Александр. — Ты не понимаешь, это другое! — поспешил высказаться режиссёр. — Ну да, ну да... Ладно, забыли... — Слухай, Мих, а что это за колымага на полной скорости к нам едет? — спросил стоящий солдат у ворот второго. — Хрен знает дай приглядеться... — ответил ему второй, но пока тот приглядывался машина уже совершила крутой поворот перед самыми ворот лагеря и чуть постояв из неё вышли на наши персонажи. — Кху... Кху... Да Кость, водитель из тебя Во! Чуть в лагерь не врезались. — махая рукой, сказал постановщик. — Ты давай много не говори, а то в следующий раз за рулём поедешь ты. — пригрозил ему Константин. — И слава богу, явно по лучше твоего буду. — возразил Александр. — Получше? Слухай, а ты ещё не забыл, как ты, невиданным образом, в дерево въебался на камазе? — припоминая прошедший случай, сказал рижиссёр. — Эй, прошу подчеркнуть, не въебался, а повалил. — поспешил поправить постановщик. — Ага, так повалил, что аж вместе с техникой прилег отдохнуть. — сообщил ему Константин. — Да ладно тебе не преувеличивай, да и если и было, то никто не пострадал. — сказал Александр. — Ага, если бы, а про солдат ты не забыл? — спросил его режиссёр. — Каких ещё солдат? — почесывая затылок, спросил постановщик. — А таких, ты нескольких парней чуть не ли в землю зарыл на том же камазе перевёрнутом, а я их после тебя выколупывал их из-под земли, а выскакивали они со словами «Я родился!». — рассказал ему более подробную историю Константин, из-за чего Александр заржал во весь голос. — Ну... хе-хе... Зато хоть помолодели! — озвучил радостную новость он. — Ага бля... Помолодели!.. Ладно, пошли уже, а то жрать охота. — произнес режиссёр, второй лишь молча кивнул, отходя от смеха, после чего они вместе вошли на территорию лагеря. — Это щя что, только что было? — в полном удивление спросил солдат у своего товарища. — А это, Степан, были режиссёр и постановщик. — ответил ему спокойно второй. — Ахринеть... А я то думал что у нас в армии цирк настоящий, а тут оно вон че... — в лёгком шоке проговорил первый. — Ничего, поживешь и не такое ещё увидишь.