Невидимые нити

Любили тебя без особых причин За то, что ты — брат, За то, что ты — сын, За то, что малыш, За то, что растёшь, За то, что на папу и маму похож. И эта любовь до конца твоих дней Останется тайной опорой твоей. (Валентин Берестов) С первых минут жизни ребенка между ним и взрослым начинают стремительно завязываться нити будущих отношений. Каждый взгляд, каждое касание, каждый вдох неповторимого запаха - это тонкая, но прочная нить, соединяющая их навсегда, врастающая в их души. Каждый акт защиты и заботы со стороны взрослого завязывает ниточку, каждый раз, когда ребенок просит о помощи и получает ее, каждый раз, когда ему отвечают взглядом на взгляд, улыбкой на улыбку, объятием на протянутые ручки - завязывается нить. В тот вечер отца снова не было дома. Точнее не совсем дома. Его не было в очередном богом забытом мотеле, в котором Джону с сыновьями пришлось остановиться на время охоты на очередное сверхъестественное чудовище. У Дина и Сэма вообще дом никогда не ассоциировался с местом, нет, это понятие было связано у них с совершенно иными вещами. Переглядки в темноте мотельного номера, когда страшно так, что мурашки по коже. Чтение книжки под одеялом с фонариком вслух, потому что маленький Сэмми ещё не может читать ее сам. Коробка мюслей на двоих, кажущаяся драгоценным кладом, вместо ненавистной овсянки, что всегда норовит пригореть и быть ещё более невкусной, хотя, казалось бы, куда больше? Солдатики, застрявшие в дверной ручке импалы... Испуганные детские глаза, с неозвученным грустным вопросом всматривающиеся в печально-уверенные зелёные глаза напротив. И рука мальчика постарше, крепко и не на миг не отпуская держащая маленькую ручку в своей. Мама погибла, когда Сэмми был совсем маленьким... Дину повезло больше, он все же немного помнил о доме... О маме, единственном человеке, рядом с которым он был ребенком... Обычным маленьким ребенком, таким искренне-чистым и порой слишком наивным, как и все дети, ребенком, который боится темноты и монстров в шкафу, но знает, что мама всегда придет на помощь, всегда спасет и всегда будет рядом, чтобы дать отпор чудовищам. Ребенком, так сильно до глубины души любящим теплые объятия с мамой, единственной, самой красивой, самой лучшей мамой на свете. Воспоминания греют душу и ранят сердце одномоментно, даже спустя много лет. Если бы мама была жива...если бы она просто была жива. Если бы монстры в шкафу и вправду были самыми страшными из сверхъестественных созданий... Если бы Дину никогда не пришлось узнать и прочувствовать на себе всю тьму, хладнокровие и жестокость сверхъестественного мира... Детство было самым счастливым временем в жизни Дина Винчестера. Таким забытым и далеким, но самым счастливым... В то время он мог не бояться каждую секунду за жизнь своих близких, не должен был постоянно быть готовым ринуться в бой, быть сильным и смелым, как его отец, которого он любил и ненавидел одновременно. Он мог быть собой. Не солдатом, не воином, не борцом против зла, нет. Просто Дином. Эти воспоминания, хоть и ранили порой своей безвозвратностью, грели душу, зажигали крохотный свет надежды и веры в победу в те моменты, когда, казалось, что уже перепробовано все, что впереди только смерть, адское пламя и пустота. Память маленького Дина хранила совсем немного моментов из детства, и оттого они были так сокровенны, так дороги и надёжно хранились в темных закоулках израненной души так быстро повзрослевшего ребенка. Сейчас быть маленьким - непозволительная для Дина роскошь. Сейчас он взрослый. Опора и поддержка для своего младшего братишки. Его старший брат, его герой и порой человек, заменяющий ему и маму, и папу. Единственный звёздный ориентир в громадно-пугающем небосклоне жизни, изрезанном молниями смертей и сломанных судеб. Находясь в мотеле, Дин неторопливо и уверенно совершал вечерний обход по номеру: проверял, надёжно ли закрыты окна и двери, целы ли солевые дорожки у порога и на подоконниках. А в одной из комнат на кровати тихо и так по-домашнему уютно сопел его младший брат Сэм. Когда Дин уже завершал свой своеобразный вечерний ритуал, из комнаты послышался крик его брата. В одно лишь мгновение сердце мальчика забилось быстрее, воздуха в коридоре стало меньше, и ночная тьма, окутывающая стены и потолок, показалась ещё непрогляднее. Дин забежал в комнату, держа перед собой на вытянутой руке пистолет, оставленный ему отцом на случай опасности. Его глаза выражали решительность и отвагу, будто мальчику было не 9 лет, а все 19. Этот взгляд был совсем не детский. Так смотрят воины в пылу сражения, столкнувшись лицом к лицу с заклятым врагом. Он оглядел комнату на предмет опасности, проверил соляные дорожки. К его счастью, они оказались целы. В комнате никого не было, кроме его младшего братишки, сжавшегося в комочек дрожащим маленьким котёнком на старой кровати мотеля. Сэмми беспокойно оглядывался по сторонам, вглядываясь в темноту комнаты и тихо, практически неслышно, плакал. Этот тихий плач царапал сердце Дина так же невыносимо больно, как лезвие ножа, спрятанного в ящике комода у кровати. Вмиг он очутился рядом с братом. - Сэмми, что случилось? Почему ты плачешь? - осторожно, тихо и ласково спросил Дин, медленно пододвигаясь ближе к брату, стараясь не пугать его ещё больше. - Мне приснился кошмар, - тихо сказал младший, глядя на брата широко открытыми глазами, - Тебя убили, - шмыгнув носом, добавил Сэм, и Дин заметил на его щеках дорожки слез. Его братишка плакал. В такие моменты сердце Дина особенно сильно сжималось под тяжестью груза ответственности за жизнь маленького Сэмми. Сколько раз он обещал себе, что больше не допустит, чтобы самый близкий ему человек, пока ещё такой маленький и беззащитный, плакал? - Кто убил меня? - спросил Дин, глядя на брата. - В номер ворвался монстр. Сначала он убил тебя, а потом принялся за меня, - дрожащим голосом ответил Сэм, - Я видел, как ты умираешь, Дин...Дин, а что если монстр и вправду придет? И убьет тебя... В голове маленького Сэмми не укладывалось, как монстр может убить его брата. Он же такой смелый, такой храбрый и самый сильный на свете! Разве он может умереть? Разве он может оставить его одного?.. - Сэмми, это был просто страшный сон, - тихо говорит Дин, осторожно кладя руку на плечо брату, чтобы он почувствовал, что он живой, теплый, что он с ним рядом, - Видишь, я живой, целый и невредимый. И с тобой все в порядке. Дин улыбается и смотрит так, словно старается вложить в этот взгляд все, что он когда-либо говорил своему младшему брату. "Ты и я". "Я буду рядом". "Все в порядке". "Папа и я защитим тебя от всех монстров". "Тебе нечего бояться". "Я всегда буду оберегать тебя". И каждая фраза будто бы связывающая ниточка. - Точно? Испуганный взгляд встречает спокойный и ласковый взгляд напротив. Ещё одна ниточка. - Да, точно. Сегодня я посплю с тобой. Дин аккуратно отодвигает одеяло в сторону и ложится рядом с младшим братом. Сэм сразу же пододвигается ближе, макушкой утыкаясь Дину в ключицу. Старший на секунду замирает, скованный нежностью к своему маленькому брату, внезапно завладевшей его сердцем, а потом аккуратно кладет руку на голову Сэму и начинает медленно гладить его по голове, постепенно добавляя своим движениям плавности и нежности. И снова ниточка. - Дин... Ты лучший старший брат, - практически неслышно, будто бы во сне, шепчет Сэмми, и Дину кажется, что это сон. До этого момента Сэмми не говорил ему таких слов. Да, конечно, Дин чувствовал всем своим сердцем, что братишка очень любит его, что переживает за него так же сильно, как и за папу, что боится потерять его... Но вслух братья никогда не говорили того, что говорили за них их поступки. И снова воспоминания, трепетно согревающие и невольно вызывающие улыбку... Домашнее задание по рисованию на тему "моя семья" - рисунок, где маленький Сэм аккуратно и старательно нарисовал себя и своего старшего брата, держащего его за руку. Ёжик из шишки с ножками из пластилина и глазками из ягод рябины, поделка, подаренная старшему брату с такой яркой детской улыбкой, со словами: "Дин, смотри, какого ёжика я для тебя сделал! Тебе нравится?" Бутерброды с криво нарезанной колбасой на завтрак, с любовью и заботой приготовленные втайне, пока старший брат ещё спал. Столько маленьких вещей, из которых пазлом складывается такое больше чувство. - И ты лучший младший братишка, Сэмми, - тихо отвечает старший и аккуратно пододвигается к Сэмми ещё ближе, так, чтобы он не заметил, а то ещё подумает, что ему нравятся все эти нежности. И будет прав. Дину и вправду они нравятся, правда он этого никогда не покажет. Он вдыхает запах волос младшего, такой родной и теплый, такой же сладкий, как рождественский какао, и такой же нежный и теплый, как сентябрьское солнце. Ещё одна маленькая ниточка. Множество невидимых нитей, связывающих братьев, не дающих им упасть в пропасть и темноту. Хочется верить, что эти волшебные нити никогда не разорвутся. Дин осторожно обнял своего младшего брата и закрыл глаза. На его лице была спокойная безмятежная улыбка, надёжный амулет против любых ночных кошмаров, старающихся незаметно подобраться к его братишке. И вправду... Кажется, нам нечего противопоставить ужасу смерти, кроме объятий, кроме того факта, что мы смеем любить, хотя знаем, что смертны.