Страх и Мечта?

«Нет, это то, что Честер назвал бы своей мечтой и он не готов отказаться от неё. Любовь для него, это что-то некое. Что странное и азартное, словное эйфория, после детской дозы с любимого шприца. Любовь, это не то чувство, что он способен почувствовать к своим родным, к своим друзьям, к своей матери. Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это всё не то. —«Мэнди, Мэнди», — лишь шептал он себе под нос. —«Я клянусь, единственное, о чем я знаю, так это о её магазине… » — красноволосый парень взглянул на свое отражение в зеркале, что стояло сбоку от него. Проведя забинтованной рукой по шершавой поверхности стола, оставляя на нем еле заметный след от потных рук, он тяжело вздохнул. Взгляд прошёлся по комнате, оставаясь на плакате СтаррПарка. Мужчина в униформе прошёлся вокруг стола, просматривая папку с личным делом. Кивнув своему помощнику, сидящий перед пареньком на огромном стуле, он засунул папку себе в подмышку и присел на рядом стоящий кожаный диванчик. —«Так, давайте все по порядку, — он опустил с рук пару исписанных листов бумаги и медленно провел взгляд на парня —«Вы хотите сказать, что не причастны к делу своей матери, при этом, вы утверждаете, что одобряли её семейное дело…» — мужчина сонно, с раздражением потёр глаза —«Да, но я имел в виду её лавку, ничего более! Кто знал, что моя мать способна на подобное. Мы редко с ней виделись в последнее время, я уезжал к друзьям в другой город… Она говорила, что справится со всем самостоятельно.» — в глазах все поплыло, воспоминания нахлынули слишком резко. —«Хорошо, Мистер… Честер? Вы можете идти, мы не имеем права, больше вас задерживать. Вы получите звонок от нас, когда мы проясним всю ситуацию с вашей…матерью.» — Мужчина пристал с дивана, проходя к своему напарнику. Честер вышел из участка в своих раздумиях, оставив бумажки, он осмотрелся. Шумный, забитый город, дороги которого были вечно переполнены в пробках, а дома кривились, словно наклонялись в бок от всего уныния, что происходило в этом месте. Вечно дымящиеся трубы заводов, что так похотливо манили местных ценителей на «эстетичную» фотосессию в большой местности. Кашель прохожих, светские беседы, крики маленьких детей и отчаянные, звенящие струны банджо местного бродяги — собирались в кучу, выманивая парня с его мыслей. Да, это был один из множества районов Нового Орлеана. Розоволосый прошлялся по серым улочкам, чем-то напоминающие те, что были в американских мультиках далеких пятидесятых, отчаянно вздыхая. Многие подумали бы о том, что такой, как Честер скорее всего опечалился о своей матери, менее о финансовых трудностях. Но нет. Он действительно думал лишь о совокупности проблем, которые собрались на нем за все время. Но в голове, все равно, проскакивали мысли родной крови. Руки затряслись, живот начал неприятно бурчать, а мысли были забиты, странное чувство, одним человеком. —«Я думаю, мне стоит перекусить и обдумать все позже.» — бросив это, паренек приподнялся с лавочки и ушел в сторону задрипанной кафешки. Вечерело. Огромный шар солнца постепенно заползал за горизонт, расплываясь в алых оттенках. С каких пор в подобных местах на это хоть кто-то обращал внимание? Здоровяк склонил голову над бумажкой, ударившись лбом об стол, он попытался собраться и решить, что будет дальше. Блокнот переполнены номерами торчков, у которых парень был в долгу, забит разными номерами. Объём книжки очень тревожил. Шум в голове терзал его, заставляя чувствовать страх и тревогу, все больше погружаясь в себя. Безвыходность пожирала его. Единственное, что могло быть разумным решением по мнению розоволосого, это поговорить со своим соседом Грейем. Да, он действительно считал Честера придурком, но он был единственным, кто мог бы выслушать и поддержать в таких ситуациях. Единственным, с кем он может общаться. Но не единственным, с кем он хотел бы общаться. Громкие порывы рок-н-ролла, доносящиеся с окон местной пятиэтажки в жилом районе, точно будут причиной ругани соседей утром. Пару белых дорожек усыпанные на столе группы мужчин, которые быстро передвинулись к одному из них. Пальцы тряслись, держа крошечную трубочку. Грей поднял свой взгляд на соседа, тот прокручивая в руках стакан со спиртным, пока жалобно толковал о своих проблемах. Он подперел рукой голову и взглянул в распахнутое окно с которого приятно дул летний, ночной ветерок. —«Сейчас у всех тяжёлые времена, мужик», — наконец начал мим —» так всегда получается, хоть ты нигер, хоть араб, хоть белый из тебя все равно пытаются сделать истинного человека. Это значит тебе дают должное воспитание, которое предлагают, что ты, как все ходишь в школу, потом в колледж, не трахаешься до самой свадьбы. Потом заводишь семью в которой так же воспитаешь других и всё по новой, пока не сдохнешь от какого нибудь Альцгеймера.» — Честер замолк, в удивление глядя на своего молчаливого друга —«так воспитывали тебя самого. В не в чем заведенном правиле. И на все проблемы тебе плевать, тебя интересует только собственный быт, — Грей отпил со стакана алкоголь — я не против всего этого, мужик, но я бы не сделал это ради показухи. Если у тебя деньги на все это, значит ты действительно счастлив, ты активен и ты не безмозглый придурок, который может только срать и жрать.» — Грей опустил глаза свои в стакан, рассматривая свое искаженное отражение. —«Прости меня, мужик. Не мог промолчать насчёт всего этого… Мне стоит… чаще ходить в церковь. Я говорю это к тому, что ты должен уметь вертеться, а вертеться именно в нужном направлении. Ты ведь не хочешь закончить, как твоя мать? Прости, если это прозвучало действительно грубо с моей стороны, я понимаю, что сейчас не лучшее время упоминать твою мать, но всё же! » — повисло не ловкое молчание. Да, это был именно тот момент, когда молчаливый мим смог выговориться гиперактивному пареньку, рот которого никогда не умолкает. Вечер шёл быстро, не успел Честер оглянуться как горизонт ночного города засверкал яркими звездочками. Паренёк дал прямой намек на то, что собирает уйти, так что, Грей спокойно выпроводил его из квартиры. Неторопливо шагая по холодным улочкам Нового Орлена, Честер оглядывался на каждый переулок. Спешить ему было некуда. Или же было? Парень приостановился, увидев перед собой силуэт некого - низкого человека. Он подошёл к нему ближе, человек трясся, Честер не мог понять от чего именно, спустя пару секунд он все же разглядел фигуру заприметив для себя знакомого человека. —«Мэнди? Что с тобой?» Девушка давно упала бы, если парень не держал её за плечи. Ноги подкашивались, а тело билось, словно в присупе. «Все мы верим в божественную сказку, о происхождении человека, Божество дало нам образ себе подобного, не выпуская в тварь образ отвратительного. Но есть что-то, что сотворило для нас всех Божество. То, что уравнивает всех нас. Это страх.» Вы когда-нибудь испытывали животный страх? Это отвратительное, липкое чувство. Однако есть и положительные стороны страха — они предупреждают нас об опасностях, о возможности травмы, боли, потери крови и смерти. Но знаете, что может перекрыть страх? Любопытство и азарт. Забитая разными группами музыкантов площадь наполнялась множеством разных мелодий: джаз, что так душевно исполняет местный бродяга со своим другом на банджо и губной гармошке. Любители душепробирающего кантри собрались массивной кучкой вокруг небольшой группы. Да даже сами классики устроили импровизированную сцену между деревьев, скрипя на своих скрипках. Девушка у стойки, напоминающая сладкий кексик, осыпанный всякими сладкими добавками, стояла скривив лицо в гримасе отврата. Лицо её время от времени приходило в обычное положение, пока она осматривала людей. Это Новый Орлеан, множество жадных покупателей, которым очень важно урвать свою часть, даже в таком магазине, как Лавка Сладостей. Люди Твари божьи, созданы по подобию его. Но разве в нем была вся эта желочь? Отврат. Думала Мэнди, глядя в даль. Что же тогда было нужно Мэнди, если она брезгает даже своими покупателями? Факт того, что её конфеты берут ради удовольствия, а не ради выгоды в пару долларов. Ей нравилось наблюдать за детьми, что так восторженно набирали конфетки с прилавок. Эти глаза… Глаза наполненные искренней радостью. Именно это и нужно было Принцессе Сладостей. Мечта? Все мы мечтаем о каком-то волшебном саде роз, который находится за горизонтом, вместо того, чтобы наслаждаться розами, которые цветут прямо за нашим окном. (Дейл Карнеги) Наша Принцесса была именно такой же. Прибыль её не интересует. Она обеспечена, ей не нужно обострять на этом внимание. Счастье и наслаждение частичкой себя, это и было то, что заслуживало её внимания. — «Мэм? —темнокожий мужчина стоял у стойки, держа у груди свою шляпу, — с вами все хорошо?» Видно девушка глубоко ушла в себя. — «Ох, здравствуйте, что-то задумалась, ах. Чем могу быть полезной?» Мэнди аккуратно потёрла веко накрашенного глаза, дабы не размазать тушь. —«Мой сын, Дэвид, большой фанат тематики средневековья. Я бы хотел устроить ему вечеринку с аниматором в честь его день рождения. Не могли бы вы оказать нам услугу, побыть украшением праздника — принцессой. Я думаю, что довольно хорошо заплачу вам, учитывая ещё то, что я собираюсь купить у вас сладости на праздник.» — мужчина улыбнулся, глядя в глаза девушки. Да! Это то, что она прозвала мечтой, она не собиралась отказаться от неё. Разве не здорово наконец-то принести радость людям частичкой себя? Именно так и ответила Мэнди, глядя в глаза мужчине. После долгого разговора, они приняли решение, что девушка поедет с ним и с конфетами на машине к дому именинника. Так все, по крайней мере, и должно быть. Наверное. Не успела вечером светловолосая прокрутить ключ в двери магазинчика, как к ней подъехал чёрный автомобиль. Из окна показалась лысая голова темнокожего мужчины, что лучезарно улыбался девушке, здороваясь с ней. Дорога была не долгой, они, как показалось Мэнди почти подъезжали до дома, как вдруг… Машина остановилась. —«Что случилось? — Мэнди удивлённо выглянул в окно. Вокруг одни жилые дома, свет которых, как-то странно, но давно погашен. Водитель отпустил руку с руля освобождая ремень со штанов. —«разве мужчина и женщина не были когда-то одним существом, так что здесь у нас есть редкая возможность снова стать тем, чем мы были… знаете, я всегда в стороне…» — Мэнди не слушала, паника охватила её, все то, что он наговорил ей было ложью? Она нелепая, тупая дура, что решилась на это. Черт бы ебал эту мечту, как будут её сейчас. Дергая за ручку, Мэнди жалобно визжала и просила о помощи. —«ох, не пытайся, кукла, эти дома ещё не заселены, никто не услышит… — доставая из штанов свою валыну признался мужчина. — так… Почему бы тебе, как ты там говорила?... Подарить мне счастье частичкой собой, но в этот раз я возьму больше одной частички… — левая рука водила в верх вниз, пока правой рукой темнокожий начал лапать принцессу.