Временной Разрыв

В городе Москве, в столице России, жила некая Елизавета. Она ученица 9-ого класса, и на данный момент девушка сидела в своей комнате и ждала результатов ОГЭ по математике. Елизавета очень сильно волновалась. И вот, в четверг, результаты пришли. Елизавета, посмотрев, горько расплакалась. Сбылись худшие опасения. "Ваша оценка 2" — девушка, смотря на это, плакала всё сильнее, а затем и вовсе началась истерика. Возможно, многие на её месте просто бы забили и надеялись на пересдачу. Только вот, у Елизаветы были строгие родители. Девушка понимала, что её так сильно отругают, что ей больше жить не захочется, и поэтому, взяв с кухни нож, убежала в ванную и там заперлась. Набрав ванну, Елизавета залезла в воду, не снимая одежды. ​ Сжав в руке нож, девушка разрезала своё запястье, морщась при этом от резкой боли. Затем это же проделала и со вторым. Кровь стекала по рукам. Елизавета всем телом погрузилась в воду, за исключением головы. Глаза Елизаветы стали закрываться. Вода, тем временем, приобрела тёмно-красный оттенок из-за крови. Спустя несколько минут девушка умерла. Её тело постепенно начало остужаться, тем самым давая понять, что Елизавета действительно мертва. На третий день прошли похороны. И вдруг, девушка открыла глаза. Каким-то образом она совершенно случайно оказалась в другом мире. Елизавета, поднявшись, стала осматриваться. ​ Мир был опасен, кругом бродили неизвестные монстры. Елизавета, испугавшись, спряталась за большим деревом. Но тут, мимо стал проходить высокий мужчина с голубыми волосами и маской, которая полностью скрывала его глаза. На самом деле, он не меньше был похож на какого-то монстра, поэтому девушка ещё больше вжалась в дерево и замерла, надеясь, что её не увидят. Но, мужчина сразу же заметил её и подошёл. ​ – Какие-то проблемы? – Таинственный человек в маске задал вопрос. ​ – Ч-что? – Девушка начала заикаться. ​ – Вы находитесь на территории организации Фатуи. Если не уйдёте отсюда, то я буду вынужден принять меры. ​ – Фатуи?.. – Елизавета, вообще не понимая, ещё больше испугалась. ​ – Как вы сюда попали? ​ – Ну… Я умерла, затем каким-то чудесным образом попала сюда. ​ – Ах, вот как. Ладно, так уж и быть, поверю тебе. И да, если ты хочешь жить, то рекомендую следовать за мной. ​ – Хорошо. ​ – Какие мы неразговорчивые. А, я ж так и не представился. Я Иль Дотторе. ​ – Приятно познакомится?.. – Девушка всё ещё боялась мужчину. ​ – Елизавета, не бойся меня. Я не настолько страшный. ​ – Что? Откуда Вы знаете моё имя? – Елизавета была не просто удивлена, скорее даже шокирована. ​ – Я просто назвал случайное женское имя. ​ – Но эта случайность меня пугает. ​ – А ты не бойся. ​ ​ Дотторе, взяв девушку за руку, повёл её к себе в кабинет. Мужчина старался идти медленно, чтобы Елизавета поспевала за ним.​ Спустя какое-то время в дороге, девушка совершенно перестала бояться Дотторе. Даже его маска не казалась такой уж и страшной. Уже в кабинете мужчина протянул документ и ручку. ​ ​ – Подписывай здесь, внизу страницы. ​ – А что это? ​ – Договор о становлении моей рабыней. ​ – О боже… ​ – Что? Испугалась? Ахаха. Это рабочий контракт. ​ – А что будет, если я его нарушу? ​ – Смерть. Думаю, оно тебе не надо, поэтому внимательно прочитай всё, что тут написано. ​ – Доктор? Тут написано о каком-то докторе. Кто это? ​ – Доктор это я. И всё же, я хочу, чтобы ты меня называла Дотторе. Мне так нравится, как ты произносишь моё имя. ​ – Хорошо. Как скажете. ​ – На приказы отвечают «Есть!», пустоголовая ты скотина. ​ – А… Когда можно будет приступить к работе? ​ – Завтра утром. Если я не увижу, как ты упорно работаешь, то я тебе голову оторву. И поверь, никакие «простите» не помогут, поняла? ​ – Да. ​ – А сейчас иди отдыхай. ​ – Куда? ​ – Куда угодно, можешь и в мою комнату. Только в шкаф не заглядывай. ​ –​ Хорошо. ​ – А теперь иди с глаз моих долой.​ Елизавета ушла, понимая, что Дотторе сейчас не в настроении. Первое впечатление о нём сложилось весьма странное. И всё же, это впечатление запросто могло измениться, как и в лучшую сторону, так и в худшую. На данный момент Доктор для девушки был таинственной личностью, которая так и манила. Грубость, вылетающая из его уст, была так сладка, так прекрасна, что Елизавета совсем не печалилась, а наоборот, ещё больше хотела покорно встать на колени и продолжать слушать эту великолепную брань.