미다라 샌|Мидара Шэн

***

      Вернувшись из леса, Кизако и Рая отправились в город. Поездка заняла не много времени, примерно два часа, считая все шаги до автобуса, а затем до станции.

***

Сев на мягкое сидение, он упёрся локтём об красный подлокотник. Напротив плюхнулась Рая, положив подбородок на руку, высматривая за окном мелькающие деревья. Пушистые белые облака витали в голубом небе, солнце клонилось далеко от горизонта. Золотые волосы блестели от яркого солнечного света, что проникал сквозь тонкое стекло.       — Сегодня тепло... — не отводя глаз от окна, пробормотала Рая.       — Очень. — едва глянув на голубое небо, произнёс он.       — Так о какой девушке ты говорил? — повернувшись в сторону парня, заинтересовалась та.       — Да так... — махнув рукой, ответил он, — не бери в голову.       — Я должна знать, мы же всё-таки лучшие друзья.       — Шёл медведь как-то, видит — машина горит.       — ... — положив ногу на ногу, закрыла глаза, — сел в неё и сгорел на...фиг. А причем тут анекдот?       — Я машина, а ты медведь, — пояснил парень.       — Не понимаю, объясняй.       — Смотри, медведь же сгорел, так вот: если я начну свой рассказ, то ты ничего не поймёшь и начнёшь гореть, как и я от непонимания.       — Ясно. — распахнув веки, рыжая пошевелила губами. Поднявшись на ноги, он присел рядом с девушкой.       — ... — легко улыбнувшись, встретилась взглядом с ним.       — Как там в школе? — пересекаясь взглядом с яркими голубыми глазами, произнёс он.       — А-ах... да та-ак... — зевнув, ответила Рая, — оценки у меня совсем плохие.       — Какие? — широко распахнув глаза, спросил он, — Ты же вроде хорошо училась, разве нет?       — Просто... столько всего навалилось. — отвернувшись к окну, пробормотала она, — платить за квартиру надо, ещё домашнее задание не успеваю делать. Положив две руки на плечи девушки, парень придвинулся к ней поближе.       — Да-а, понимаю, — кротко пошевелил губами он, — бывало такое.       — Ничё-ты-не-понимаешь, — занижала голос на каждом конце слова она, — ты вообще, чё с места встал?       — Да зае... — выпустив воздух из лёгких, не успел сказать он.       — Ни-ни-ни, не надо так. — отодвинувшись, помахала руками девушка, — без мата, пожалуйста.       — Зануда какая! — отвернувшись, притворно обиделся он, — Х-м!       — Пи... пец. Обижаешься, как маленькая девочка, мог бы постараться.       — А-а, бля, щас будет щекотка...       — Без мата, хош, я тебя щас обматерю всем моим словарным запасом? — услышала краткий мат девушка, — хочешь?       — Я матерился?       — Память, как у рыбки. Только что...       — А, да, да, да. Вспомнил.       — Ах ты пидрила ебанный, еблан, хуйло блять, сука нахуй. Я ебать в рот тебя хотела, материшься тут мне, полторашка ебанная. Козёл, бля, заебёшь со своим сто семьдесят, я блять тебе сто восемьдесят. Мне восемнадцать, а тебе двадцать, пизда. Уебан мелкий, блядина, ахуел совсем, проститутка, гей, ебобо, ебанат, ублюдок, хуйло. Ебанашка, пиздец, матершинник. Влагалище блять. У слона ты соса-а... — набрав воздух в лёгкие, девушка уж хотела продолжить, но её перебил парень.       — Всё-всё, я понял, больше не буду...       — Пошёл нахуй, уебанище, у меня ещё много матов, ну, они в основном к девушке относятся. Но могу их и тебе предназначить.       — Всё, хорош, я больше так не буду!       — Что не будешь? — улыбнувшись, спросила она.       — Материться.       — Вот и славно.       — Наша остановка... идём. — встав с места, махнул рукой Кизако.       — О-о, уже?

Земля. В городе.

Пройдя через портал, я покатилась по неровному асфальту. Встретившись рёбрами с камнем, тихо прокряхтела, зажимая руками место ушиба. Яркое солнце слепило глаза, и я болезненно простонала.       — А-ах… — корчилась я, переворачиваясь с бока на бок, — бля-ять, как больно…       «Хуже и быть не может... Ненавижу солнце...» Для всех остальных острые рога были скрыты. Люди бросали на меня удивлённые взгляды и молча проходили. Некоторые подходили, самые бесстыдные осматривали моё тело, даже притрагивались ко мне, пока я ничего не могла сделать. Даже не спрашивали, в порядке ли я. — «Суки» — злилась я, сжимая руки в кулак.       «Всё-таки может...» — ещё сильнее разозлившись, подумала я.       — Вы в порядке? — наклонившись над моим лицом, поинтересовался парень лет двадцати-двадцати пяти.       — Ты первый, кто спросил. — несмотря на боль, я обрела хладнокровность в голосе. Парень протянул мне руку, долгое время я лишь смотрела на неё, а затем решила.       И я протянула руку.""       Я отвернулась, будто его не сущевствует.""

***