Jeongin in Wonderland

Это был один из тех чудесных майских выходных дней, когда до сессии оставалась ещё пара недель, на улице стояла прекрасная солнечная тёплая погода, а все друзья как на зло были заняты своими делами. Приятель с подработки сегодня отрабатывал полную смену, симпатичная девчонка с потока умотала за город, друзья с универа воспользовались выходным днём, чтобы закрыть долги и доделать незаконченные проекты. Когда же ещё и лучший друг написал о том, что не сможет никуда пойти из-за подготовки к важному экзамену, все надежды Чонина на увлекательную прогулку в приятной компании и вовсе канули в лету. — Ну, Ёнджун, я тебе этого не прощу, - бурчал Ян, укладывая свои чёрные, запутавшиеся после сна локоны в некое подобие нормальной причёски. - Вот позовёшь ты меня на «Шрека», а я тебе знаешь, что скажу? Скажу, что готовлюсь к экзамену! И пофиг, если это будет середина августа. Чонин вообще любил болтать сам с собой, неважно, будь то размышления о жизни или же придумывания способов мести своему лучшему другу. Он часто ловил себя на этом, когда оставался наедине сам с собой, но ничего не мог поделать со своей привычкой. Просто... такова была его неугомонная натура, которой обязательно надо было высказаться о каждом событии, произошедшем в его жизни, вслух. — Выгуляю себя сегодня в парке, - решил он, выглянув в окно. Люди на улице разгуливали в футболках и лёгких кофтах, так что Чонин решил одеться точно так же. Он быстро натянул на себя первую попавшуюся в шкафу белую футболку (ну а зачем заморачиваться, всё равно же один идёт), тёмные джинсы и вязаный кардиган, обул на ноги кроссовки и выскочил из квартиры. К счастью, район, в котором он жил, располагал таким удобством, как парк, и Чонин решил, что для «выгула себя» в солнечную погоду это место будет просто идеальным. Он уже приметил небольшую полянку около пруда, где можно было бы удобно усесться на мягкой траве и в полном спокойствии почитать недавно купленную книгу, как вдруг его внимание привлёк цветастый ларёк. — Эй, парень! - окликнул Яна улыбчивый мужчина за прилавком. Чонин замер. Это ему сейчас? Посмотрев по сторонам и никого не обнаружив поблизости, он понял, что да. Ему. — Мороженое! Мороженое на любой вкус! - продолжил продавец, указывая рукой на прилавок, где в самом деле расположилось множество сортов мороженого. Чонин пожал плечами. Сегодня и правда было жарко не по сезону, после пятнадцати минут, проведённых на улице, юноше уже хотелось снять свой кардиган и остаться в одной футболке, поэтому прохладное мороженое сейчас было бы весьма кстати. Итак, получив свой шоколадный шарик, Чонин направился к месту назначения. На его любимой маленькой поляне, как обычно, никого не было, так что он спокойно доел десерт и уселся на траву. Сегодня его ожидал день наедине с собой и книгой. Впрочем, планам парня было не суждено сбыться. Сначала ничего не предвещало беды, но уже примерно на середине второй главы он почувствовал необъяснимое чувство тревоги, которое будто бы поднималось откуда-то изнутри. Сердце забилось чаще, как после хорошей порции кофеина или энергетика, на висках выступили капли пота. Чонин оглянулся вокруг. Ни души. Всё так же светит солнце, плещутся рыбки в пруду, ветер шевелит кроны деревьев. Абсолютно никаких поводов для беспокойства. Так в чём же проблема? — Пил ли я сегодня энергетики? - задал вопрос Чонин в никуда. - Нет, только чай... К его собственному ужасу, последнее слово потонуло в каком-то необъяснимом гуле, а затем умножилось в его голове многократным эхом. — Паническая атака? Гул усилился. Чонин взглянул наверх. Солнце сначала расплылось, а затем разделилось на два... на три... Или же... это было одно солнце и две луны?.. Перед глазами всё поплыло. — Меня похищают инопланетяне, - вздохнул Чонин, внезапно почувствовав резкую головную боль. - Господи, я же ничего не употреблял, что со мной... Он вцепился пальцами в траву и под усиливающееся эхо и непонятный гул почувствовал, что вот-вот отключится. Когда он уже был совсем близко к тому, чтобы навсегда попрощаться с белым светом, всё внезапно прекратилось. Головная боль отступила, картинка перед глазами вернулась в норму. Чонин приоткрыл рот, глубоко вдохнул в лёгкие свежий воздух и вновь огляделся. Ничего не поменялось. Пруд, трава, деревья, тропинка... И какой-то человек на ней. Ян проморгался. Человек совершенно точно шёл... нет, не шёл, бежал к нему. — Что это было? - еле прошептал Чонин сам себе под нос. Чего-чего, а подобных историй с ним ещё не случалось ни разу. Мысль о панической атаке он откинул сразу, с ним такого не приключалось никогда, да и никаких поводов для беспокойств сейчас не было. Идея с инопланетянами звучала бредово, ну что им может понадобиться от простого Ян Чонина? Запрещённых веществ юноша ни разу в своей жизни даже не пробовал, так что это здесь тоже было совсем не при чём. Когда же бегущий человек почти поравнялся с Чонином, парень смог услышать чужие громкие причитания: — Ай-ай-ай! - кричал он и при этом, кажется, смотрел на свои наручные часы. - Как я опаздываю! Ужасно опаздываю! Герцог меня прикончит! — Чего?.. - вслух спросил сам себя Ян. - Какой ещё герцог?.. - сглотнул он и потеряно посмотрел в сторону незнакомца. - Ладно, ослышался. С кем не бывает... — Чего ты сидишь?! Чонин вздрогнул, осознав, что этот вопрос адресовался именно ему. Он даже на всякий случай указал на себя пальцем, как бы спрашивая: «Это вы мне?» — Такое опоздание, а он расселся и сидит! - рассерженно воскликнул незнакомец и зачесал назад свою каштановую чёлку, не обратив внимания на растерянный вид парня перед ним. Чонин, всё ещё не до конца отошедший от недавнего похищения инопланетным разумом, даже не нашёлся, что на это ответить. То, что он позволил странному парню обхватить свою кисть и потащить в неизвестном направлении, можно было оправдать только не прошедшим шоком и ничем более. — Так, ладно, - постарался собрать мысли в кучу Чонин, когда парень перед ним вновь сорвался на бег, только уже с Яном на прицепе. - Что происходит? Шатен недовольно посмотрел на него через плечо, но ничего не ответил и даже не сбавил темпа. Чонин обратил внимание, что они свернули с тропинки и забежали в какой-то очень малознакомый ему уголок парка, густо заросший кустарником. Маньячела какой-то... — Как вас зовут вообще? - вновь попытался сбитый со всех толков Чонин. - Вы кто? — Ким Сынмин, - быстро бросил незнакомый парень и потянул Чонина к какому-то дереву. - Тебе лучше поторопиться, Чонин. — Откуда вы знаете... — Сюда! Ян и пикнуть не успел, как вдруг потерял опору под ногами и куда-то... провалился, как бы глупо это не звучало. Провалился в яму в парке, что ж... — Какая-то глубокая яма, - озадаченно хмыкнул он, когда ни через пять секунд, ни через десять его ноги не коснулись земли. Когда же по прошествию целой минуты ничего в его незавидном падающем положении не изменилось, Чонин понял, что яма, или нора, или куда он там вообще упал, явно была какой-то не совсем правильной. У правильной ямы есть дно, а тут... Вдобавок ко всему, вокруг пока что ничего не было видно и это, безусловно, никак не облегчало сложившуюся ситуацию. — Да-а-а, - вздохнул Чонин уже в который раз за сегодня. - Вот это полетел, так полетел... Грандиозно полетел! Он поплотнее закутался в свой кремовый кардиган и сложил ноги в позу лотоса. Как-то это всё было даже обидно. Все знакомые заигнорили, инопланетяне украли мозги, теперь вот в канаву какую-то свалился. Сегодня был явно не его день. Надо было остаться дома. — Но как я мог остаться дома, если тут... точнее, там, - он посмотрел наверх, где ещё блестел лучик света «наружи», - такая погода? Чонин сделал сальто в воздухе. — Интересно, куда же я отсюда вылечу? - задумался он. - В Северную Америку?.. Вряд ли. Там же ядро Земли, температура... Тогда в метро. Точно! Я просто упал в незакрытую вентиляцию метро. Ну и глубоко же они прорыли! - он посмотрел себе под ноги, где всё ещё не было ничего, кроме кромешной тьмы. - Что я несу вообще, какое ещё метро... Наверное, всё-таки не стоило есть то странное мороженое из ларька, - совсем понуро закончил он. Как раз в этот момент он заметил первый шкаф, вмонтированный в стену. Лицо Чонина вытянулось. — Кажется, это всё-таки не метро, - он проводил поникшим взглядом унёсшийся вверх деревянный шкаф, как вдруг на стене напротив вырос новый. А затем ещё и ещё... Теперь в стенах попадались не только шкафы, но и окна. Чонин не был в этом до конца уверен, но казалось, что из всех них открывается вид на разные места. — Значит, всё-таки Северная Америка, - задумчиво хмыкнул он, а затем с размаху влетел во что-то мягкое. Парень с радостью отметил, что это, очевидно, было концом его полёта, потому что он больше явно никуда не падал. Он на пробу постарался пошевелить одной рукой, после чего то, на что он так удачно упал, громко зашуршало. — Не знаю, какой умник догадался положить сюда кучу листьев, но этот человек гений, ему нужна премия, - вовсю кряхтя, проговаривал Чонин, пока выбирался из листьев. - Хотя, наверное, они просто нападали сверху. Там же парк, все дела... Э-э-э, Сынмин, объяснишь, где мы? Но Сынмин, к которому обращался Ян, как раз в эту секунду скрылся за поворотом непонятного подземелья, в котором в данный момент оказался Чонин, и был таков. — Ну ё-маё! - всплеснул руками брюнет. - Ты чё, ё-маё! Сюда иди! Я в Америке или где? Чё это такое? Он широким шагом направился туда, куда только что завернул Ким, но к тому моменту за углом уже никого не оказалось. — Да ты угораешь или что? - в расстроенных чувствах произнёс он и укоризненно посмотрел вдаль помещения, в которое он попал. Это был длинный широкий коридор, вдоль которого по обоим бокам тянулись бесконечные ряды деревянных дверей. Освещалось всё это дело свисающими с потолка маленькими люстрами с самыми настоящими свечами в них. В общем, весьма и весьма уныленько. Решив, что идти обратно не вариант, ведь преодолеть силу гравитации и улететь вверх ему пока что было не под силу, Чонин подошёл к ближайшей к нему двери и подёргал её за ручку. Заперто. Интересно, каково будет удивление Ёнджуна, когда... Точно! Мысли о лучшем друге натолкнули Яна на идею позвонить ему и попросить вытащить отсюда. Хотя нет, зачем Ёнджуну, здесь нужно сразу в 911. Пусть приедет отряд по спасению кошек, застрявших на деревьях... Ой, нет, наоборот. Кошек, застрявших в ямах! Пусть они спустят в эту проклятую дыру свою лебёдку или какую-нибудь лестницу, чтобы Чонин по ней вскарабкался наверх, а ещё лучше — пришлют за ним вертолёт... На этом моменте парень понял, что его телефон, как и книга, благополучно остался в сумке на поляне около пруда. Вот кто его тащил сегодня на улицу?! Он походил от одной двери к другой, но ни одна из них не поддалась. Тогда Чонин плюнул на это дело и решил просто пойти вперёд. Должен же этот коридор когда-нибудь закончиться? Авось, и к метро в конце концов выйдет... К метро он, естественно, не вышел, зато дошёл до конца подземелья, которое оканчивалось длинной шторой в пол. За ней оказалась малюсенькая мини-дверца, чтобы заглянуть в замочную скважину которой, Яну пришлось лечь на пол. Судя по тому, что он там увидел, за дверью находился какой-то сад. — И куда дальше? - он уселся прямо на пол, но тут же вскочил на ноги, потому что его глаз выхватил в неверном свете свечей стеклянный столик, слабо поблёскивающий в ближайшем углу помещения. - Если там нет книги «Учись складываться», то я... На столе не оказалось книги под названием «Учись складываться», зато оказался маленький золотой ключик и неизвестного происхождения бутылка с просто ужасно сомнительной надписью «Выпей меня». Чонин пару секунд посомневался, но, решив, что хуже уже точно не будет, открутил крышу бутылки и залпом выпил те пару глотков жидкости, что там находились. — Как-будто выпил микстуру от кашля, - скривился он. - А нельзя было просто нормальной воды налить? Что-то я слишком разворчался сегодня... И тут Чонин почувствовал, как стены подземелья начинают становиться всё больше и больше, а сам он всё меньше и меньше, и эта тенденция ему, конечно же, жуть как не понравилась. — Вот я и сложился, - в прямом смысле слова обалдев от произошедшего, еле выговорил он. Стремительное уменьшение закончилось так же внезапно, как и началось. Опомнившись от первичного шока, Чонин в первую очередь посмотрел на ту самую маленькую дверь за шторой. Нетрудно догадаться, каких размеров было его разочарование (уж точно намного больших, чем он сам в данный момент), когда он понял, что тот самый маленький золотой ключик, наверняка предназначавшийся для открытия этой двери, остался на столе! Бедному парню не оставалось ничего, кроме как вернуться к столу и постараться залезть на самый его верх, но — увы! — стеклянные ножки были слишком скользкими, чтобы по ним взобраться. — Вот Ёнджун офигеет, - Чонин вытер пот со лба и запрокинул голову наверх, чтобы убедиться, что ключ никуда не делся. - Блин, может, раскачать эту фиговину? - пнул он ножку стола, а затем заметил кое-что. Пирожок. Пирожок в бумажной упаковке, гласящей всё такое же немногословное «Съешь меня». — Вы бы хоть инструкцию приложили, грёбаные смотрители матрицы, - Чонин повертел пирожок со всех сторон, но никаких других надписей на упаковке не нашёл. - А вдруг я съем это и уменьшусь до размеров... Даже не знаю до каких, я уже весьма стыдного размера, куда уж ещё меньше? Так и знал, что мы все живём в матрице, - напоследок сказал он и откусил кусочек пирожка. Ничего не произошло. — Ваша тупая матрица дала сбой, - оповестил Ян куда-то в стену непонятно кого. - Стоп! - внезапно осенило его. - А может быть, я в кубе... Эта мысль ему просто ужас как не понравилась, поэтому он её быстро от себя отогнал. В «Кубе» комнаты квадратные, а здесь... Ерунда какая-то, а не комнаты, одним словом. Вкус пирожка Чонину понравился намного больше, чем той странной жидкости из бутылки, поэтому он без раздумий, прямо сказать, зарубал его полностью, а через пять секунд почувствовал, как начал расти обратно. Когда он вырос до своих обычных размеров, то с облегчением вздохнул: в таком виде существовать было намного более привычно. — Только вот что теперь делать? - вновь задумался Чонин после своего магического возвращения в нормальный вид. - Разве что, попробовать выбить какую-нибудь из дверей... — Всё бы ничего, но вот Герцог! - прозвучало где-то совсем недалеко и эхом отдалось от стен. Чонин обернулся. То ли он сошёл с ума, то ли... он сошёл с ума. Подземелье больше не представляло собой просто прямой коридор. Теперь ровно по его середине красовался какой-то перекрёсток, которого, Ян готов поклясться, ещё секунду назад здесь совершенно точно не было. А ещё прямо сейчас этот небольшой перекрёсток пересекал Ким Сынмин. — Герцог придёт в ярость, если я опоздаю! - всё ещё причитал он. - Он именно туда и придёт! Ян не собирался упускать этого чудика из своего поля зрения ещё раз, тем более, что около этой тупой шторы и такой же тупой двери делать было больше нечего. Он рванул за Сынмином, который зачем-то принялся стремительно ускоряться, и начал вместе с ним петлять непонятно откуда взявшимися поворотами. Дорога пока что вела только прямо, не разветвляясь, но Чонин всё равно боялся вот-вот потерять этого недопроводника из виду. — Можно помедленнее? - прокричал он, но на его просьбу не последовало никакой реакции. Вместо ответа Сынмин завернул за очередной угол. Ян последовал за ним и в то же мгновенье едва не ослеп от резко ударившего в лицо солнца. Пока он пытался как следует проморгаться и протереть глаза, чтобы привыкнуть к яркому свету после тёмного подземелья, Сынмин уже куда-то исчез. Чонин же понял, что оказался на большой светлой лужайке, со всех сторон окружённой лесным массивом. Вдалеке послышался звук захлопнувшейся двери. — Ну наконец-то чей-то дом! - облегчённо выдохнул парень и улыбнулся. - Пойду скажу хозяевам, что заблудился. Должны же они знать, в какой стороне здесь Сеул, верно же?.. Дом, до дверей которого почти дошёл Чонин, с виду не представлял собой ничего необычного. Просто светлый двухэтажный домик с большими окнами и каким-то швейцаром в парике на крыльце... Стоп, а этот здесь ещё откуда? Яну оставалось каких-то жалких пять метров до порога, как вдруг он почувствовал необъяснимо сильное головокружение, на пару с которым пришла боль, со всей силы резанувшая виски. Внутри черепной коробки кто-то будто начал бить в набат, и у Чонина сложилось чёткое ощущение, что он сейчас умрёт. Обессиленный, он повалился на траву и закрыл глаза, будучи не в силах даже ползти. «Ну конечно», - пронеслось у него в мыслях, - «а ты думал, что такое падение пройдёт для тебя бесследно? Хотя нет, не было вовсе никакого падения, это всё просто галлюцинация». Прийдя к выводу, что все события, случившиеся с ним после того, как ему стало плохо тогда в парке, являются лишь плодом воображения его умирающего мозга, Чонин окончательно обмяк на траве. Он ещё слишком молод для инсультов, что же с ним такое? Нет, умирать рано. Ему всего-лишь каких-то почти двадцать, он не может просто взять и ни с того ни с сего умереть! Нужно бороться за жизнь! Попросить того странного человека в парике позвонить в скорую... Вместо зова о помощи изо рта Яна вырвался лишь болезненный стон, оглушивший его эхом, многократно отразившимися от внутренних стен его многострадальной головушки. Он попробовал открыть глаза, но картинка ярко светящего солнца была такой мутной и расплывчатой, что захотелось закрыть их обратно и больше никогда не открывать, что он собственно и сделал. Такое непонятное состояние продолжалось ещё на протяжении примерно одной минуты, за которую парень успел похоронить себя трижды, пока, в конце концов, все симптомы резко не прекратились. Чонин закрыл глаза рукой и полежал так ещё несколько секунд, пытаясь отдышаться от внезапно приступа. Никогда прежде он не слышал о подобных побочных эффектах от чего бы там ни было. Иногда у него случались побочные эффекты от различных лекарств, которые выражались в лёгком головокружении или недомогании, но чтобы ему было настолько плохо... никогда такого не происходило. Да и странно это всё, он же сейчас не пьёт никаких лекарств, на улицу, вон, регулярно ходит, спортом занимается, алкоголь не пьёт, сигареты не курит, ничего не употребляет... Он открыл глаза. То солнце, на которое он глядел сейчас, странно отличалось от того, которое он видел во время приступа. Точнее, солнце здесь было не совсем причём, всё дело было в двух лунах, находившихся по обе стороны от небесного светила, чего точно не было во время его острой головной боли минутой ранее. — Я раньше, конечно, видел луну одновременно с солнцем, - произнёс Ян, - но чтобы две луны... Нет, со мной точно что-то не так. Надо найти врача, у меня такое ощущение, будто я становлюсь шизофреником... Чонин на пробу поднялся сначала на колени и, когда понял, что больше его физическому состоянию ничего не угрожает, встал ровно на обе ноги. Всё это было слишком для его нервной системы, но продолжать стоять на одном месте посреди лужайки он тоже не мог. Нужно было попасть в дом. Глянув в сторону крыльца, Чонин обнаружил, что, пока он валялся в отключке и едва при этом не помер, около дверей, помимо уже стоявшего там швейцара, которому до мучений парня, очевидно, не было никакого дела, материализовался ещё какой-то лакей с письмом. Тоже, между прочим, в парике. Ещё и в одежде такой... лакейской. Чонин не был уверен, что «лакейская» одежда выглядит именно так, но отчего-то он решил, что перед ним непременно самый настоящий лакей. Чонин тихо подошёл ближе. — Герцогу, - произнёс лакей и вытянул в сторону швейцара руку в белой перчатке, которая сжимала какой-то конверт. - От Королевы. Приглашение на вечерний крикет. Швейцар с важным видом взял письмо правой рукой. — От Королевы, - проговорил он. - Герцогу. Приглашение на вечерний крикет. Ян проводил взглядом поспешно удалившегося после такого интересного диалога в лес лакея, а затем зашедшего в дом швейцара. Странные люди, очень странные... Ну, по крайней мере, теперь ему стало ясно, чей это дом. Здесь проживал тот самый Герцог, к которому так торопился этот непонятный Сынмин и к которому, со слов Кима, Чонин тоже опаздывал. Наверное, ему всё же стоило зайти в дом. Он уже поставил одну ногу на первую ступеньку, как вдруг деревянная дверь дома распахнулась и из неё вышел тот самый швейцар, видимо, уже отдавший письмо Герцогу. Чонин замер в нерешительности. Швейцары — это, конечно, хорошо, но только до тех пор, пока они не прогонят тебя с порога дома, в который ты хочешь зайти. Впрочем, этот швейцар, кажется, никого не собирался прогонять. Он не удостоил Яна даже единым взглядом и просто уселся на крыльцо, уставившись своими большими глазами куда-то в сторону леса. «Я что, невидимый?» - испугался Чонин. «Сначала уменьшился, потом убольшился, сейчас вообще с радаров пропал... Поэтому этот большеглазик не обратил внимания на то, как я умирал здесь же в пяти метрах? Меня просто не видно? Я умер? Я приведение?» Парень решил не паниковать раньше времени, хотя об этом было проще подумать, чем воплотить в жизнь. Паниковать хотелось очень и очень сильно, но, кто знает, возможно, это просто швейцар здесь такой тупой, что не может заметить целого Чонина перед ним. Да, наверняка, так оно и было. Чонин поднялся по ступеням и громко постучал в дверь несколько раз так, чтобы его точно услышали. Он выждал где-то тридцать секунд и после того, как никто не открыл ему дверь, постучал ещё раз, на этот раз ещё громче. — Это не имеет смысла, - раздался голос за его спиной. Ян обернулся. Швейцар повернул голову в его сторону и теперь смотрел своими непропорционально большими глазами точно на него, при этом всё так же сидя на ступенях. Ну слава Богу! Теперь Чонин хотя бы знал, что он не умер и не превратился в призрака. — Вас всё равно никто не услышит, - безэмоционально продолжит швейцар. - Кое-какой смысл стучать мог бы ещё быть, если бы нас с вами разделяла эта дверь. Чонин вопросительно поднял брови. Сильно же он ударился головой при падении... — Вы, молодой человек, находитесь в доме, - решил объяснить ему швейцар. - Я нахожусь здесь. Вы стучите. Я отворяю вам дверь. Вы выходите. И вот вы тоже снаружи. Не так ли? Чонин не нашёлся, что ответить на такую глупость. Какой смысл стучать в дверь изнутри дома, чтобы выйти наружу... Нормальные люди делают наоборот. Стучат снаружи, им отворяют изнутри, они заходят внутрь. Но, подчеркнём, что так поступают нормальные люди. В нормальности же того места, куда он попал, Чонин очень и очень сомневался. — Как же мне попасть в дом? - решил спросить он. Выслушивать и дальше бред про нутрь и наружу у него не было ни малейшего желания. — Все вещи — это субъект интерпретации, - задумчиво проговорил швейцар. - Какое бы толкование ни возобладало на данный момент, оно зависит от силы, а не от правды... — Как мне попасть в дом?! - громко крикнул Ян. Этот идиот начал его порядком раздражать. Какой-то Чонин стал чересчур раздражительный в последнее время. — А кто сказал, что вы вообще должны попасть в дом, молодой человек? Чонин весь оторопел от такого свинства в свою сторону. Нет, в чём-то этот лупоглазый был прав, но не обязательно же прям так в лоб... — А что же мне тогда делать? - сложил руки на груди парень. — Всё, что хочешь! Ну хорошо. Именно этим Чонин и собирался заняться прямо сейчас. Он для приличия громко фыркнул и толкнул рукой дверь. Та, на удивление, поддалась. Ян не стал долго думать и тут же зашёл внутрь, оставив вредного швейцара и дальше сидеть на крыльце в гордом одиночестве. — Что ж, - он осмотрел помещение, в которое попал, - могло быть и хуже... Наверное. Дело было в том, что, едва зайдя в дом, он сразу же оказался посреди кухни, что, вообще-то, уже было само по себе странно. Кто делает выход на улицу из кухни? Да никто. Вдобавок ко всему, на кухне происходило серьёзное задымление, скорее всего, из-за мужчины, сидевшего в кресле по её центру и усердно курившего кальян. За плитой стояла тучная повариха и готовила что-то очень шипящее и очень острое, судя по стоявшему на кухне сильному запаху перца. Из-за этого повариха и мужчина по очереди усердно чихали. При этом всём около большой печи лежал упитанный пушистый кот серого цвета. И улыбался. — Со Чанбин, - первым представился мужчина с кальяном. Чонин разогнал дым рукой и разглядел на голове курильщика небольшую корону. Должно быть, это и есть Герцог... — Ян Чонин, - представился он в ответ. Он не знал, что следует делать дальше, поэтому под звуки чужого непрекращающегося чихания просто задумчиво уставился на улыбающегося кота, широкая улыбка которого не исчезала с его довольной морды ни на секунду. Странно, как в такой обстановке можно чему-то радоваться... Возможно, на котов просто не действует перец? — Это Чеширский кот, - сообщил Герцог, заметив любопытство на лице новоприбывшего. - Не правда ли, преудивительное создание? — Ещё какое, - неловкая пауза, за которую повариха успела чихнуть раза четыре. - Я и не знал, что коты умеют улыбаться, - чтобы хоть как-то поддержать диалог, продолжил Ян. — Все они умеют, и большинство не упускает случая. Ты многого не знаешь — это факт! Апчхи! Чонин аж остолбенел от такой наглости. Откуда этому Со Чанбину знать, много Чонин знает или нет? Он почти закончил второй курс университета, на секундочку, а это что-то да значит! Какие они здесь все неприятные, в его слишком правдоподобном сне, аж слов не хватает! Тут повариха, что всё это время молча стояла у плиты, ни с того ни с сего принялась кидаться в Герцога посудой. В него полетело всё: ложки, вилки, ножи, тарелки, кастрюли, чашки, чайники... Чанбин раздраженно цокнул, поднял с пола кальян и вручил его Яну в руки. — Можешь оставить себе, - сказал при этом он. - Апчхи! Мне нужно пойти переодеться к вечернему крикету у Короля. В какой-то степени Чонин даже обрадовался кальяну в руках, ведь теперь у него было хоть и тяжёлое, но вполне приличное средство защиты от летящих в его сторону ножей. Он прикрылся кальяном, кое-как добрался с ним в руках до входной двери и вывалился наружу. Вслед за ним на улицу последовал плотный клуб дыма, который тут же растворился в воздухе. Чонин как следует прокашлялся, а затем под незаинтересованный взгляд швейцара чихнул три раза подряд. Перец и дым от кальяна сделали своё дело, его дыхательным путям было просто необходимо очиститься с помощью свежего лесного воздуха. Он вдохнул побольше кислорода, чихнул ещё несколько раз и от усердия случайно уронил кальян на землю. Чонин даже не успел испугаться того, что тот сейчас разлетится на мелкие кусочки, как кальян уже ударился о землю и превратился в... Чего? Ян в течение нескольких секунд потеряно смотрел на то, как маленький розовый поросёнок убегает в лес, а затем тяжело вздохнул. Ну да. Лучше уж пусть кальян будет поросёнком, чем кальяном. Всё равно Чонин не собирался тащить такую тяжесть с собой, а тут ему хоть применение нашлось... — И на кой чёрт Сынмин так сюда торопился? - задал сам себе вопрос он. - Сюр, не иначе. С мыслями о том, что здесь ему больше делать нечего, Чонин зашагал в лес. Лес, в который зашёл Чонин, оказался не совсем таким, каким он себе его представлял. Точнее, несомненно, это был самый настоящий лес, только вот в самом настоящем лесу редко можно встретить в прямом смысле разбросанные повсюду двери. То тут, то там то и дело попадались двери самых различных форм и размеров. Некоторые из них просто лежали на траве, некоторые стояли, прислонившись к какому-нибудь дереву, но чаще попадались просто одиноко стоящие сами по себе. — И какой смысл от такой двери? - бурчал себе под нос Чонин, при этом углубляясь по тропинке всё ближе к центру загадочного леса. - Дверь — это когда есть стена. Если стены нет, тогда зачем нужна дверь? Это всё превращается просто в полную бессмыслицу. Бессмыслица-то бессмыслицей, но и любопытство никто не отменял. Представьте сами: если бы вы попали в лес, полный нелогично стоящих дверей, не попробовали бы вы открыть какую-нибудь из них? Хотя бы одну? Просто чтобы посмотреть, настолько ли они бесполезны, как это кажется со стороны? Вот Чонин поворчал-поворчал, но в конце концов не удержался и сошёл с тропы, подойдя к одной из тех дверей, что стояли, не прислонившись ни к чему. Они вызывали наибольшее подозрение, так что для своего эксперимента Ян выбрал именно такую. Он неуверенно повернул дверную ручку и потянул тяжёлую железную дверь на себя. Вопреки всем ожиданиям, за ней оказался вовсе не тот тёмный лес, который должен был там находиться по всей логике вещей, а выход на пляж. Чонин пару секунд пустым взглядом посверлил волнующееся море, а затем тёплый порыв ветра брызнул ему в лицо солёной водой. Несколько песчинок упало за порог, на тёмно-зелёную траву, и Ян захлопнул дверь обратно. Чёрте что получается. — Я сошёл с ума, - хихикнул он. - Вот уж действительно самый настоящий бэд трип получился... И тут, как бы в подтверждение его слов, на ближайшем к нему дереве прямо на глазах Яна из ниоткуда материализовался усердно улыбающийся кот. Это был тот самый Чеширский кот, которого он видел на кухне у Герцога, в этом не было никаких сомнений. Чонин остановился и на пару секунд задумался, как бы повежливее обратиться к коту. А то контингентик здесь странный, кто знает, как к ним здесь правильно обратиться, чтобы они соизволили с тобой пообщаться... — Уважаемый Чеширский Мурлыка... - не придумал он ничего умнее, чем это. Улыбка кота стала ещё шире, хотя казалось, что дальше его рот просто должен был порваться. Но, раз он начал улыбаться сильнее, значит, такое прозвище ему, вроде бы, понравилось. А затем Чонин моргнул и тут же об этом пожалел. Теперь перед ним на дереве сидел не кот, а какой-то парень. И если бы не его кошачьи черты лица да хвост с самыми настоящими кошачьими ушами, Чонин бы вообще ничего не понял. — То есть, - произнёс он, заметно растерявшись, - уже не совсем Мурлыка... — Можно просто Ли Минхо, - ухмыльнулся парень и развалился на толстом суку дерева, заинтересованно уложив подбородок на сложенные впереди руки. — Ну тогда... Уважаемый Ли Минхо, - с некоторой опаской продолжил Ян, но закончил уже более уверенно, потому что в больших кошачьих глазах напротив не было ни намёка на недружелюбие, - вы не подскажете, куда... Куда мне отсюда идти? Минхо улыбнулся и начал не торопясь махать своим пушистым серым хвостом туда-сюда. — Это во многом зависит от того, куда именно ты хочешь попасть, - намеренно растягивая слова, ответил он. Чонин вздохнул: — Да мне, знаете, уже как-то всё равно, куда. — Тогда всё равно, куда идти, - резонно заметил Минхо. — Лишь бы попасть куда-нибудь, - зачем-то уточнил Ян. Минхо перевернулся с живота на спину, вытянул вперёд обе руки, весь потянулся, а затем свесил голову с ветки дерева. Кошачьи уши его при этом забавно подёргивались. — Не беспокойся, куда-нибудь ты непременно попадёшь, - промурчал он, прикрыв глаза. - Конечно, если не остановишься на полпути. Вот, например, в той стороне, - он махнул рукой вправо, - живёт некто Шляпник. Интересный персонаж. А в той, - он указал влево, - живёт Мартовский заяц. Очумел в марте, - добавил он. - Навести, кого хочешь. Оба ненормальные. — Зачем же я пойду к ненормальным? - не понял Ян. — Видишь ли, - кот снова поменял своё положение, перевернувшись обратно на живот, - этого всё равно не избежать. Все мы здесь ненормальные. Я ненормальный. Ты ненормальный. — Вы ненормальный? - уточнил брюнет. Он точно знал, что псих никогда не признает, что он псих, поэтому высказывание Минхо про самого же себя звучало весьма сбивающе с толку. — Нормальные коты не будут ворчать, когда их гладят. А я вот ворчу. — Вы хотели сказать «мурчу»? - подсказал Чонин. — Нет, ворчу. «По-моему, это всё-таки называется «мурчать», но не буду спорить, раз уж он ненормальный», - решил про себя Ян. — Но почему же я ненормальный? - всё же поинтересовался он. - Я всегда был самым нормальным человеком, не понимаю, почему меня пытаются приписать в психи... Хотя... После всех сегодняшних событий, я и сам уже не уверен в том, что мне не пора на приём к психиатру. — Почему ты ненормальный? - вновь широко улыбнулся Минхо. - Да всё просто: потому что ты здесь. Иначе бы ты сюда не попал. Такой ответ на вопрос не совсем устроил юношу, но и возразить ему на это, вообщем-то, было толком нечего. Возможно, он и правда начинает слетать с катушек, поэтому вокруг него происходит... Это. Какое бы название это всё ни носило. — Ты будешь вечером на крикете у Короля? - обождав, пока парень перед ним осмыслит его слова, поинтересовался кот. — К счастью, меня не приглашали. Пожалуй, это было чуть ли не единственное мероприятие за всю его жизнь, отсутствию приглашения на которое Чонин был просто жуть как рад. — Значит, до вечера, - улыбнулся ему на это Минхо и исчез, просто растворившись в воздухе. И не успел Чонин как следует удивиться (с каждой секундой, проведённой в этой психбольнице, он начинал удивляться всему происходящему всё меньше и меньше), как Минхо появился снова. — Кстати, чуть не забыл спросить. Что случилось с кальяном? Чонин пожал плечами и сказал как есть: — Он превратился в поросёнка. — Так я и думал, - кивнул Минхо и исчез во второй раз. Чонин вновь остался посреди большого леса один на один с кучей дверей. Он задумчиво повернул голову влево, куда Минхо указывал как на сторону жительства Мартовского зайца. — Ну... - как следует поразмыслив, он двинулся именно туда, - «Шляпник» звучит как название гриба, что-то мне туда не очень хочется. А заяц... Сейчас на дворе май, может, он уже успел поправиться?.. Когда Ян прошёл добрых несколько десятков метров в выбранном им направлении, Минхо вновь появился на ближайшем к нему дереве. — Ты сказал «в поросёнка» или «в карасёнка»? - спросил он так, будто от этого вопроса зависела чуть ли не вся одна из его кошачьих жизней. — Я сказал «в поросёнка», - ответил ему парень. - Не могли бы вы появляться и исчезать не так внезапно? Это... слегка сбивает с толку. — Конечно! - миролюбиво улыбнулся Минхо. На протяжении всей следующей минуты Чонин наблюдал за тем, как у кота по очереди пропадает сначала хвост, затем уши, туловище и голова. В конце концов от него осталась лишь одна улыбка, зависшая прямо в воздухе, но и она вскоре куда-то испарилась. — Кот с улыбкой — и то редкость... - заломив руки за спину, Чонин пошёл дальше, - но уж улыбка без кота...