Больше чем дворецкий

-Доброе утро, господин. Завтрак уже готов и ждёт в столовой, - приветливо улыбаясь сказал Гоголь. А как иначе? Работа обязывала всегда выглядеть приветливо и быть одетым с иголочки. Быть дворецким Фёдора была огромная честь для него. Сам же Достоевский был не последним человеком, из-за этого усадьбу постоянно посещали различные персоны из светского общества. -Здравствуй, Николай. Что сегодня по планам? -На удивление ничего грандиозного. Пожалуй, только обед с Мори Огаем. -Хорошо, думаю погода сегодня располагает и можно накрыть стол в беседке. -Я вас понял, - Николай откланялся и ушел заниматься приготовлениями. Вместе они «работают» уже достаточно давно и даже не смотря на то, что блондин был дворецким их отношения были не слишком то характерны для молодого господина и его слуги. Да, он занимался различными домом, вёл список дел и так далее. Но вместе с Федором вечером они могли спокойно посидеть в гостиной, попивая очередной изысканный чай, который не так давно подарили брюнету его гости. Оба молодых человека были не глупы и могли составить друг другу хорошую компанию для увлекательной беседы. Но есть одно «но». «Большое но» в виде постоянных шуток Гоголя, которые изрядно подбешивали. -Николай, я же просил так не делать. -Ох, извините, Дос-кун, - театрально вздыхая, сказал «дворецкий», когда в очередной раз вышел в гостиную к Федору в розовом фартуке и тарелкой печенек в форме сердечек. -В любом случае, спасибо. Составишь компанию? -С радостью! -Коль, как у эксперта в этой области спрашиваю, зачем люди устраивают «шоу» и ходят вокруг да около? -Эксперта?.. Ну возможно, чтобы какая-то тайна не раскрылась моментально. А что случилось? -Да так, один блондин все намекает и намекает, а прямо сказать не может. На щеках «одного блондина» моментально появился красный румянец, который был очень заметен на светлой коже. В воздухе повисла нехарактерная для этого дома тишина, которая немного, но ласкала уши Федора. -Дос-кун, я… Извините… -Да не стоит извиняться. Это взаимно, Коль. Каждая фраза Достоевского словно нож наносила новый удар. И сейчас Гоголь стоял, даже не понимая, что ему сделать. Это было крайне нехарактерное для него состояние, обычно он мог найти выход в любой ситуации, превратить ее в шутку или что-то подобное, но не сейчас. Из этой потерянности вывела очередная фраза брюнета. -Ты чего все стоишь, присаживайся уже, - Федор показал рукой на свободное место на диване рядом. -Спасибочки, господин. -Оставь эти формальности, пожалуйста, - он тяжело выдохнул, потирая переносицу, но когда потом посмотрел на Гоголя, который сидел, срочно ребенок, который открыл давно желанный подарок и улыбался до ушей, то понял, что злиться на него вообще не хочется. Даже когда тот совершает глупые и абсурдные вещи, именно это в нем и привлекало, именно за этого он его и полюбил.