Я бежала со всех сил, чтобы прибежать в твои объятия.

— Что же..Ванда. — я чувствую как его палец приподнимает мой подбородок. Не терпев этого, я тут же отвернулась. — Ну чего ты. Тебе стоит перестать сопротивляться. Тем более, ты видишь результаты, не так ли? С каждым разом всё лучше и лучше. — Убери свои руки от меня. — моя ярость вновь росла в геометрической прогрессии, но потом снова покидала мое тело. Я чувствую, как мои кости будто ломаются внутри, мне хочется согнуться в позу младенца и чтоб меня никто не трогал. Ужасно больно и холодно. В такие периоды, когда отчаяние полностью поглощает, то не остаётся сил отбиваться от негативных мыслей. Ты просто отдаешься в лапы этому состоянию, позволяя вырваться наружу всему страху, который подавлялся месяцами, а то и годами. — Я может, даже разрешу тебе сегодня повидаться с братом. Подумай о своем поведении, может не стоит отворачиваться от меня? — Я убью те..тебя..Ты будешь мучаться так..— хриплый стон боли— как мучались мы.. — Ванда, ты не можешь понять одного. Я помогаю тебе, спасаю тебя с лап этого мира, который ненавидит тебя. Помогаю бороться с теми, кто хочет вонзить в твое сердце нож. — Я хочу увидеть брата... Мужчина обошел с другой стороны, чтоб видеть мое лицо. Отекшие глаза и бледная кожа явно не сведетельствовали о хорошем самочувствии. — Тебе стоит поспать, потом мож.. Моя рука схватила его за шиворот и притянула к лицу, он тут же поднял руку давая охране знак не стрелять. — Я. Хочу. Увидеть. Его. Сейчас. Я выполнила, чертов ты псих, что ты просил! — слабость в теле давала о себе знать и я тут же отпустила его. Отдернув халат и поправив галстук с моноклем, Штрукер подошёл к главе охраны. — Отведите ее к нему. Только чтоб без глупостей. Сделаешь что-то не так - это будет ваша последняя встреча. Чувствую, как жёсткая рука тянет меня на себя, придерживая, чтоб я окончательно не свалилась на пол. — Я сама. — выдернув руку мне пришлось идти рядом с мужчиной крепкого телосложения и, честно говоря, шансов на побег у меня с братом фактически не было.. Меня затолкали в бездну, засыпав стекло в карманы и покрыв лицо шрамами. Растоптали надежды, убили во мне личность и сломали стержень, медленно уничтожая каждую клеточку моего тела. А после..после сказали, что спасают меня. Спасение теперь для меня будет означать до конца жизни лишь одно — желание людей убить тебя ещё сильнее. Железная дверь, а за ней несколько пунктов пропуска. Одна, вторая, третья..И мой взгляд наконец падает на бледное тело и подключенные аппараты. Сердце не в состоянии функционировать, а лёгкие сжимаются от недостатка кислорода. Я спотыкаясь бегу к кушетке хватаясь за руку брата и присаживаясь рядом. — Мальчик мой, что они с тобой сделали..Я..— Положив свою голову на грудную клетку блондина и вдыхая такой родной запах, тело содрогалось в конвульсиях немалой истерики, которая словно снова и снова поглощала с головой. — Я...— мужской охрипший голос тут же заполнил палату. — Я пытаюсь говорить.., а ты плачешь. Плачешь вместо меня, глотая мою боль..Ванда. На секунду, я не поверила своим ушам, глазам и вообще самой себе. Мне казалось, что все вновь жалкая иллюзия, что все делается для того, чтоб в конце сново разбить мне сердце. — Пьетро... — Нам надо выбираться отсюда..я вытащу нас, надо выходить, Ванда, я знаю как — Максимофф старший начал медленно подниматься, но его глаза были ещё полузакрытыми, а тело неведало, что творит. Аппараты резко запищали. — Черт, Пьетро. — мои руки аккуратно надавили на грудную клетку парня и уложили обратно. — Я чуть тебя не потеряла, я не могу больше никого терять. Не смей оставлять меня, слышишь? — голос шатенки менялся со скоростью света. В начале в нем был страх, потом злость, потом отчаяние и в конце — убивающая боль. — Надо уходить..бежать, Ванда..Он н-нас уб-убьет.. — тихий шепот вновь погружал меня в состояние паники. Я вижу как глаза брата медленно закрываются и чувство беспомощности охватывает с головой. — Пьетро, пожалуйста..Мы выберемся отсюда, обещаю!— мои руки аккуратно обхватывают его лицо и капли слез падают на одежду. — Не закрывай глаза, я тут, слышишь? Я рядом, мальчик мой..Мы будем пробовать, пока у нас не получится, ты же знаешь?.. Прошу, открой глаза! — голос срывался уже на крик, а внутри лишь бушевала злость и боль — Солнышко..я закрываю глаза и больше не чувствую тревоги..Мне надо чуть-чуть отдохнуть — Пьетро! Нет, не сейчас! Помогите ему!!! Сердце начинает страдать, когда душа отлетает, и на костях едва ли остаётся плоть. Меня отводят от человека, который в этом ужасном месте единственный является моим домом и теплом. Дальше все вновь обрывками. Врачи. Крики. Писк аппаратов. Я вновь в четырех стенах прижав к себе колени и глядя в стену напротив. Больше нет сил плакать и испытывать боль снова и снова. У меня вообще больше нет сил. Когда-то, мне папа сказал одну вещь вместе с мамой. «Мы с твоей мамой пробовали всё, пробовали абсолютно всё, но только не сдаваться. Не сдавайся ни при каких обстоятельствах и помни, главное, что у тебя внутри» — «Внутри тебя тьма. Такая черная и непробиваемая, что туда никогда не попадет луч света» Я потерялась. Меня закинули словно ребенка в темный лес и оставили искать выход одной. Самое ужасное, что это только начало, которое никогда не будет иметь конца. Холодный пол, лёгкое одеяло и темнота. Я сжалась в позе эмбриона, держа в руках единственное, что дал мне брат — кусочек его одежды. Возможно, единственное, что нас спасет - желание выжить любым способом. Если только это желание не убьют в нас раньше..