Восьмой год

“Растили мальчика, как свинью на убой”, - пролетает обрывок фразы Снейпа, когда Гарри резко вынимает голову из омута памяти, жадно глотая воздух, словно в приступе астмы. “Только не говорите, что Вы успели привязаться к мальчику, Северус”, - колени предательски подгибаются, на ногах устоять нет шанса, и парень грузно опускается на холодный пол. “Всегда”, - сердце бьется, как заполошное, он сжимает волосы в пальцах, а зубы скрипят друг от друга от слишком сильного трения, пока память подкидывает ему обрывки видения патронуса Мамы, но созданного Снейпом. Его все это время просто обманывали. Его всего лишь выкармливали, как жертвенного агнца, делая его ровно таким, чтобы он стал удобным для принесения в жертву. Не давали развития, не учили себя защищать. Переломили характер, окружили мнимым теплом, а мальчик, выбравшийся из чулана под лестницей не смог распознать в добром дедуле волшебнике ни грамма лицемерия. Все это время его использовали. Он. Просто. Оружие. Мощный выброс стихийной магии сотряс кабинет: картины попадали со стен, разбивая рамы, заставляя их разлететься в щепу по всему полу; хрусталь на столе директора рассыпался гроздьями осколков, документы разлетелись, казалось, даже вековые камни пола пошли трещинами. Он неловко пошатываясь, поднялся. Нужно было подумать. Волдеморта он уничтожить должен. Невинные страдать не должны. Но для этого совсем не обязательно жертвовать собой, не так ли? “Никто из них не будет жить, пока жив другой”, - так ведь звучало предзнаменование? Значит ему и не нужно класть голову на наковальню. Он просто уничтожит змеемордого ублюдка и дело с концом. Но вот что ему делать с частицей души Темного Лорда? И так ли она плоха внутри Гарри, если он сможет направить ее способности в нужное русло? Парлсентанг, способности к легилименции… Все это могло бы сыграть ему на руку в будущем. Гарри усмехнулся. Теперь все будет так, как нужно самому Поттеру. Он был бы рад сказать “Спасибо” профессору Снейпу за то, что в последние минуты своей жизни раскрыл ему глаза на правду, но тот больше не сможет ему ответить. В разрушенном Хогвартсе Гарри ощущал себя так, словно он един с замком в настоящий момент настолько, насколько никогда не был. Это место всегда было его домом, но сейчас, спускаясь по раздробленным лестницам, усыпанным грудами камней тут и там, Поттер усмехнулся краешком губ. Сейчас замок выглядел так же разбито, как и сама душа парня. Встретив друзей, он лишь коротко попросил их убить змею. Гермиона попыталась его остановить, но Поттера уже было не поколебать. Он шел не на смерть, как думала рыдающая у него на плече Миона. Он шел убивать и эта мысль заставила его улыбнуться, пока он обнимал подругу. В запретном лесу, он все же открыл золотой снитч, в котором был спрятан воскрешающий камень, но словно чуя намерения владельца, артефакт никак не среагировал. На поляну он вышел с затаенной в уголках губ улыбкой и решительным взглядом смерил присутствующих нелюдей. - Мальчик, который выжил, пришел, чтобы умереть! - приступ восторга охватил Темного Лорда, Гарри же лишь покачал головой. Его раздражало, что враг тратит время на болтовню, стоя к нему спиной. Тот подогревал своих зрителей. Волдеморт в принципе тот еще шоумен: вон какое выступление устроил в головах сражавшихся, чтобы вытащить его сюда. Он чувствовал, как дрожала предвкушении магия Темного Лорда. -Я не умирать пришел, а сражаться, Том, - твердым, слегка усталым голосом известил Поттер. Он достал палочку и направил ее на оппонента. Ошарашенный первые мгновения Волдеморт разразился приступом гомерического хохота. -Что ты можешь мне противопоставить, мальчишка!? - То же, что и ты мне,- зеленые глаза сверкнули за стеклами очков, чужая палочка подрагивала, покоряясь, впитывая мощную магию подчиняющего ее волшебника. - Авада Кедавра! - выкрикивают они почти одновременно. Лучи сталкиваются, борются. Поляну озаряет ядовито зеленой вспышкой. Лорд растерян, Гарри едва может видеть его, но чувствует: его магия веет нестабильностью. Он не мог ждать от светлого, наивного Гарри Поттера настолько мощного желания его смерти. Но Гарольд Джеймс Поттер пришел покончить со всем. И луч проклятия, направленный им постепенно пересиливает, притесняет магию Тома, как бы тот ни старался. Противостояние длится лишь несколько минут, прежде, чем Поттер, гонимый мощным желанием уничтожить эту змею, посылает выброс стихийной магии в палочку и Волдеморт наконец-то падает на землю. Умерший, как обычный человек. Наблюдавшие бой пожиратели, простояли в недоумении лишь несколько секунд, прежде, чем то тут, то там начали раздаваться хлопки аппарации. Только самые преданные хрустя ветками и выкрикивая непростительные понеслись вперед к Гарри. Отбиться ото всех было сложно. Гарри присел за деревом, прячась от лучей проклятий, и начал судорожно думать. Сердце забилось набатом в ушах от пережитого триумфа, кровь бурлила адреналином. В голову пришла совершенно безумная, но от того притягательная своим риском идея. Сосредоточившись внутри себя, он воззвал к своей магии. Он копил ее, собирал по уголкам, собираясь создать намеренный магический выброс с конкретной направленностью - массовое проклятье. У него было слишком мало времени, но как только он почувствовал, как кожа едва не пошла рябью от концентрации магии, он высунулся из укрытия и вскинул палочку подрагивающей от прилива эмоций рукой. Все пространство леса окатила волна мощнейшего проклятья и в общем гомоне нельзя было услышать, как парнишка едва слышно прошептал: - Империо. Та дюжина с небольшим человек, что жаждала его смерти теперь, словно бы даже не видя его, с тем же упоением и ненавистью пыталась уничтожить друг друга. Гарри наблюдал эту картину, прислонившись предплечьем к массивному стволу векового дерева. Его голова болела от усталости, оттекающего адреналина и магического истощения, однако, на губах играла победная усмешка, когда он смотрел за тем, как один за одним падают тела Пожирателей, чтобы остыть на холодной земле. Шоу закончилось так быстро, что Гарри едва смог достаточно восстановить внутренний магический Баланс, чтобы послать за Бузинной Палочкой простенькое “Акцио”. - Гарри! Ты жив! - первым, кто его увидел, был Невилл, вышедший к нему с окровавленным мечом Гриффиндора наперевес. Змею, видимо, уничтожили. - Гарри! - синхронно крикнули Рон и Гермиона, вышедшие из замка на отголосок имени друга. - Гарри Поттер жив! - крикнул кто-то из учеников. И началась настоящая какофония звуков радости, счастливого и горького плача, истерических криков, поздравлений и вопросов. Гарри хмурил брови, улыбался через силу и наконец, пытался что-то ответить, но сам себя едва ли мог расслышать. Он приставил палочку Драко к своему горлу и объявил: - Волдеморт мертв! В толчее никто не заметил короткой усмешки на губах Героя, когда он поглаживал карман своих потрепанных джинсов, в котором грела кожу мощнейшая палочка из когда либо созданных.