Замри и падай

      В душе многих подростков наступает та пора, когда хочется беспамятно полюбить, проходя через конфетно-букетный период, и радуясь нахлынувшим чувствам. Отношения вносили в жизнь определённые краски, заставляя партнёра совершать сумасшедшие поступки. Любовь, несомненно, меняла человека, но что можно было сказать о людях, кто не связывал себя этими узами, но за ними в школьных кругах навсегда закрепилось клеймо сумасшедших придурков? По мнению большинства людей, таких скорее исключают во избежание проблем, но невероятным становится то, что таким людям всё же удаётся удержаться в старших классах на правах хорошистов.       Лёша Кореш и Саша Парадеев – старшеклассники, однажды поставившие всю школу на ноги, а та ситуация вызвала ажиотаж среди учителей и охранной организации школы. Возможно, кто-то повеселился пожарной сигнализации, но двум друзьям потом было не до смеха – благо дело замяли достаточно быстро. В общем, шутки их были безобидные, но кто знал, что взбредёт им в голову вновь?       В прошлом году оба устраивали целое шоу-программу, расхаживая с камерой по школе во время перемен, и проводили якобы социальный опрос на тему борьбы с геморроем, пока директор не вызвал родителей в школу. Как на подобное реагировать, не знал даже отец Лёши, хотя мужчина, казалось, уже давно привык к выходкам своего сына.       Но в этом последнем учебном году Кореш и Парадеев решили снизить планку, ограничиваясь только собственным участием в каких-либо приколах. Быть точнее, уже несколько месяцев оба играли в одну игру, которой дали название «замри и падай». Поначалу учащихся школы удивляла тишина в коридорах, пока игра не переступила все рамки дозволенного...       Юноша, с выкрашенными под седину волосами, лежал на полу коридора второго этажа. Вокруг начала собираться небольшая кучка учеников старших и младших классов, заинтересованно наблюдающих за ситуацией. Саша Парадеев подавлял смех, ведь ситуация по всем фронтам была чересчур абсурдна, да ещё и Лёша куда-то запропастился. Кто ж, блять, надоумил его вдруг закричать «падай!», а самому ретироваться с места, чтобы, в случае чего не услышать, как Саша в ответ бросит «замри!». Кореша не было вот уже минут десять, а Парадеев развлекал не только образовавшуюся толпу, но и заместителя директора.       — Слушай, по-хорошему, вставай с пола! — строго отчеканила женщина, обращаясь к учащемуся. На вид ей было лет сорок.       — Если бы я мог – встал бы, — проклиная всё на свете, Саша прикрыл глаза и со вздохом добавил: — Но пока моё исследование не будет завершено, поднять меня сможет только Бог, — заключил парень, выпрямляясь в позвоночнике.       — И-исследование? — женщина озадаченно окинула взглядом лежащего паренька, совершенно не понимая о каком исследовании говорит Парадеев. Разумнее было бы просто оставить пацана в покое, но, к сожалению, если такую картину увидит директор – неизвестно, что приключится дальше.       — Ага, — кивнул юноша, кидая на женщину задумчивый взгляд. — Вы знали, что раньше остеохондрозом страдали люди в возрасте, но по количеству жалоб пациентов, выяснилось, что среди больных стала появляться и молодежь? Мне часто говорили, что спать на полу – полезно для спины. Вот я и решил проверить! — попытался оправдать себя Саша, однако слова его нисколько не внушали должного доверия.       — Решил проверить? Здесь? — ошеломлённо спросила женщина.       — Ага, — кивнул Парадеев.       — В школе?       — Конечно!       Выражение лица женщины было совсем нечитаемым, та поправила очки в красной оправе, опуская руки, и о чём-то задумалась.       Ну, всё, пиздец мне, подумал парень, и его опасения оправдались.       Женщина медленно втянула носом воздух и на одном дыхании выпалила:       — Я зову директора!       А вот это было уже опасно… Стоит предкам узнать о каких-либо проблемах в школе – лишат подростка его карманных денег, к плюсу напомнят обо всех его косяках. А косяков у Саши в жизни было больше, чем косяков в его квартире.       — Погодите! — он заёрзал на полу, и ползком, как гусеница, попытался добраться до женщины. Со стороны картина была столь нелепа, что скопившийся народ уже не мог сдерживать порыв смеха.       Женщина вдруг одарила Парадеева взглядом, в котором читался чёткий вопрос: «Ты идиот?». И Саша готов был задержать её хотя бы до прихода пропавшего друга, но внезапно выпалил:       — Одеяла и подушки не найдётся?       Своим явно шуточным вопросом он чуть не прорыл себе могилу, как вдруг из-за угла вышел виновник всего этого беспорядка. Лёша Кореш, приложив сжатый кулак к губам, чтобы сдержать смех, собрался пройти мимо лежащего друга, но Саша вдруг крикнул:       — Замри!       Кажется, от команды Парадеева замерла и директриса, но потом повела плечами и обратила внимание на застывшего на одном месте Лёшу.       — И как это понимать!? — откровенно возмутилась она. — Ты что, тоже лечишь остеохондроз!?       По коридору разнёсся смех учащихся, а Кореш, с наигранным удивлением, опустил взгляд на друга. В ответ последовала лишь улыбка.       Правила игры были просты: падает – Саша, а замирает – Лёша. Если Кореш приказывает другу падать, то он должен падать в любое время и в любом месте. И только после этого Саша имеет права приказать другу замереть. У них была последовательность, и каждый мог воспользоваться этим шансом совершенно в любое время.       А самым любопытным было то, что Парадеев действительно лежал до тех пор, пока Кореш не разрешит ему подняться. И последнего этот факт заметно удивлял, ведь наблюдая за другом со стороны, он надеялся на какое-либо жульничество. Но Лёха всегда убеждался, что Парадеев лежал, пытаясь выкрутиться из разных ситуаций.       Не важно, какая ситуация...       Совершенно любая – он будет падать.       А Лёша – замирать в ожидании.       После выходки, устроенной в коридоре школы, их отчитали, но родителям не сообщали о сомнительном «исследовании». Свою попытку Лёша больше не тратил, решая подобрать подходящий момент. С Сашей он тесно начал общаться ещё в конце средней школы, а что конкретно их сблизило, кроме постоянных приколов – известно не было. Но всё же... с каждым годом Кореш понимал, что, волею судьбы, от этого человека ему теперь не уйти.       И как бы красиво это не звучало – пугало его это не меньше, ибо своего рода привязанность должна проявляться к человеку, с которым собрался прожить всю жизнь. Этот учебный год был последним, и куда их забросит жизнь – оба не знали, договорившись наслаждаться сегодняшним днём и ни о чём не беспокоиться. Парадеев бросал фразы, наподобие «да плевать, куда меня занесёт», так легко, что и Лёша сам начинал думать точно так же. Но отчего-то он подумал, что разойтись с другом ему будет тяжело…       Учебные дни внезапно проходили в спокойствии, пока в расписании вдруг не произошли изменения. Последний урок следующего дня поменяли на физкультуру, но такие изменения были не частыми, да и мало ли что могло случиться у учителей, верно?       В мужской раздевалке слышался громкий хохот парней. Между шкафчиками, где пытался протиснуться Лёша, места было ничтожно мало. Он ловко прошёл дальше, к более свободной части раздевалки, где, как раз таки, и слышался голос Парадеева. Тот вёл с кем-то разговор, и стоило Корешу скинуть рюкзак с плеча на скамейку, он замер.       Взгляд карих глаз скользнул по полуобнажённому телу друга, и, казалось, грудная клетка в полной мере ощутила удар сердца Кореша. Нет, раньше он, конечно, видел Саню полуобнажённым, да и без одежды, само собой, но такой реакции он за собой никогда не замечал. Нельзя было сказать, что тело друга было худощавым, скорее, сейчас можно было заметить, что оно выглядело подтянутым, красивым, а кубики аккуратно распределены по животу. По мере того, как Парадеев передвигался по помещению, Кореш бегал глазами по спине, отмечая про себя красивые лопатки, плечи, позвоночник...       — Лёх?       Шатен моргнул, отвлекаясь от созерцания чужого мужского тела, и поднял голову, встречая взгляд Сани. Было что-то скрыто в светлых юношеских глазах, но долго вникать и задерживать на них своё внимание Кореш не решался.       — Чего? — бросил Лёша, всем своим видом стараясь показать спокойствие.       — Нравится? — губы Сани дрогнули в аккуратной лукавой улыбке. Он развёл руками в стороны, нарочно демонстрируя своё тело.       — Что могу сказать, — беззлобно усмехнулся шатен, падая на скамейку и вынимая свою форму. — Грудь, определённо, маловата.       — Придурок, — со смешком бросил Саша, надевая футболку.       Их диалог был совершенно обыденным, что обращать на такое внимание – пустая трата времени. Вот поэтому в раздевалке никто и не вникал в суть их разговора, предпочитая быстрее убраться из этого душного помещения.       Переодеваясь в форму, Лёша ещё не до конца осознавал, что пару минут назад откровенно пялился на лучшего друга. Но мысленно понял, что где-то в тот момент допустил ошибку. За все годы общения, Парадеев и Кореш никогда не позволяли себе вещи, выходящие за рамки обычной дружбы, но показательно творили всякий больной бред – лишь бы привлечь внимание окружающих. И к чему это привело?       Уж слишком сильно начал вникать в это Леша, пропустив несколько раз мяч в баскетболе. Он тряхнул головой, упираясь руками о свои ноги, чтобы выровнять дыхание. Мотаться туда-сюда по помещению, пытаясь перехватить мяч, ему, честно говоря, уже надоело. Сердце бешено колотилось, а по лбу тёк пот. От урока прошло тридцать минут и всё это время его охватывало только волнение. Происходило это тогда, когда, перехватывая мяч у Саши, они касались руками, сталкивались плечами, либо просто глядели друг другу в глаза.       Пытаясь разложить свои мысли по полочкам, он выискивал то, что бы объяснило это странное и неестественное для него поведение. Во-первых, Парадеев был его лучшим другом, с которым ему было комфортно зависать; во-вторых, девушки у Саши не было, и этот факт Лёшу почему-то радовал; ну а в-третьих... наблюдение за другом привело к одному любопытному факту – Саша доверял Лёше во всём. Неважно где эта глупая игра заставит его упасть – Парадеев падал, несмотря на риск нарваться на неприятности.       Его плеча неожиданно коснулись – Лёша дрогнул, поднимая голову на лучшего друга. Только сейчас он заметил, что стоял посередине игрового поля и копался в своей голове.       — С тобой всё нормально? — обеспокоенно поинтересовался он у Лёши. — Сходим к медику, может?       «Ага, к медику. Словно там мне помогут».       — Всё супер, — усмехнулся парень, и махнул рукой команде, намекая, что можно продолжить игру.       И игру они продолжили. Только не в баскетбол...       Стоило Лёше попытаться перехватить мяч из рук Саши, он сказал:       — Падай.       Не сказать, что Корешу нравилось смотреть, как его друг, раз за разом, чуть не расшибал себе голову, но на сей раз это было эксперимента ради. Парадеев, с нескрываемым удивлением, неожиданно выпустил мяч из рук, падая на деревянный пол. Кореш, низко нагнувшись, чтобы, наконец, перехватить мяч, усмехнулся.       — Замри, — и после этого слова, которое слетело с уст друга явно с показным равнодушием, что-то щёлкнуло в голове Кореша.       Шатену пришлось выпустить мяч из рук, ибо положение его тела было таким, что если он застынет с ним, он мог просто-напросто упасть на Саню. А без мяча у него был шанс упереться ладонями о пол. К его великому сожалению, так всё и произошло: Саша лежал снизу, а он – сверху, держась лишь на руках, которые были по обеим сторонам от плеч Парадеева. Зрелище донельзя смешное, что Кореш готов был нервно рассмеяться.       И всё бы шло хорошо, если бы Парадеев внезапно не приподнял своё колено, касаясь паха Лёши. С уст шатена сошёл вздох, и он посмотрел прямо в лицо лежащего под ним Сани. Сначала он решил, что друг просто не заметил, куда привело его это телодвижение, но нет... Уголки губ Парадеева приподнялись, говоря своему другу об обратном.       — Да вы прикалываетесь? — с другой стороны послышался голос первого одноклассника.       — Чёрт с ними, это надолго, — подхватил второй.       Желание подняться и свалить отсюда, нарастало у Лёши в геометрической прогрессии, ведь не хватало ему ещё возбудиться от коленки своего лучшего друга!       — Сашенька, куда это твоя коленка упирается? — голос не раскрыл какого-либо волнения, но, быть честным, если прислушаться, то можно было услышать бешеный ритм сердца.       — Куда хочет, туда и упирается, — парировал Парадеев, сузив глаза в прищуре.       На самом деле, даже такой короткий диалог расставил некоторые детали пазла по своим местам. Провокация была, ну, просто охуительной!       Кореш с лёгким смешком прикрыл глаза:       — Хорошо. Ну, давай, кто дольше продержится?       — А ты-то с возбуждением справишься?       А вот это был уже самый настоящий вызов. Выдержкой Лёша обзавёлся прекрасной, а возбуждение от своего лучшего друга – было последним, что он ожидал от своей физиологии.       — Обижаешь... Надо же мне хоть когда-нибудь взять победу, — Кореш поднял веки, заглядывая своими карими глазами в голубые. И только сейчас он в полной мере осознал, насколько они притягивали взгляд. За вечно лохматыми и кудрявыми волосами Лёша не замечал красивого цвета, а промелькнувшую еле уловимую грусть можно было застать лишь в моменте такого близкого контакта. Стук собственного сердца глухо отдавался в ушах, а челюсть он крепко сжал, пытаясь сдержать контроль тела.       Губы Парадеева медленно раскрылись, будто он хотел что-то сказать, как сверху кто-то громко кашлянул.       — Вы, двое! Оставьте свои брачные игры на потом! — басом отозвался физрук, кинув сомнительный взгляд на двух странно лежащих пацанов. Вообще, учителю было плевать, кто какой ориентации, но об этих двоих у него сложилось уже своё собственное мнение.       — Встань!       — Отомри!       Два голоса смешались воедино, и парни поднялись с пола, прекрасно зная, что физрука ни в коем случае нельзя было злить. И после ухода мужчины, между ними появилась заметная неловкость. Оба переглянулись, под звонок, знаменующий об окончании урока, и молча двинулись в сторону раздевалки.       — И где зависнем? — спросил Саня уже в раздевалке, натягивая на себя свободную одежду.       — А? — не понял вопроса Кореш.       — Последний урок, — напомнил ему светловолосый, глянув на друга через плечо, — а сегодня – пятница. У нас все выходные впереди.       — Не, прости, я пасс, — безразлично отмахнулся Лёша, закинув рюкзак на плечо. — У меня дела есть.       — Залипать на стримы – вот твои дела.       — Обижаешь, — в голосе скользнуло наигранное разочарование. — Может, девушку найду.       — Ты-то? — с нескрываемым удивлением выпалил Саша.       — А есть проблемы?       — Я думал, тебя только моя коленка возбуждает, — парировал Парадеев, двинувшись к выходу из раздевалки.       С губ Лёши слетел смешок, не намекающий ни о чём. Но в его голове вдруг раздались первые звоночки, что поставили под сомнение его ориентацию. Мысленно он всегда спокойно относился к чужой ориентации, но когда усомнился в своей – стало слишком неловко находиться рядом со своим лучшим другом. К счастью, наступили выходные, которые Лёша провёл в спокойствии и тишине. Ну, как в спокойствии... Он смог разложить по полочкам каждую деталь, которую ранее упускал из виду. Его друг – Саша Парадеев – занимал все его мысли, а перед глазами появлялся вид его обнажённого тела. Но потом его мозг сгенерировал совершенно идиотскую картину, которая вводила Кореша ни то чтобы в краску, а скорее в замешательство.       Пытаясь проветрить свою голову, шатен стоял на крыше своего дома, упираясь руками в маленький огораживающий забор. Парень втянул в легкие дым от электронной сигареты, и опустил взгляд на свой смартфон. Недавно полученное сообщение от Сани до сих пор не было прочитано. Нет, он не избегал этого человека, просто пытался, в первую очередь, понять себя, а уже потом делать какие-либо выводы. Кореш открыл диалог, бегло пройдясь по тексту. «Завтра английский, тебе конспекты-то нести?», — писалось в тексте, и Лёша вдруг тяжко вздохнул.       — Чёртов английский, — голос звучал тихо, но Кореш быстро отписал ответ.       «Приноси, я пока на крыше».       Ответа от друга не последовало и через пять минут, и Лёше показалось, что тот отправился спать. Всё же, какой идиот потащит конспекты поздним вечером?       И через несколько минут шатен готов был нервно рассмеяться, ведь на крыше своего дома застал Парадеева. Тот подошёл к краю крыши, глянув вниз, и опуская свой рюкзак на холодный бетон.       — Как-то быстро ты пришёл, — заметил Кореш, совсем не глядя на друга.       — Мимо проходил, — спокойно ответили ему.       «Ага, конечно. Мимо проходил с конспектами в рюкзаке...»       Долгое время Лёша размышлял над своей непростой ситуацией, но точно понял – Парадеев ему чертовски нравился. И ему стало даже как-то жаль, что понял он это именно сейчас, ведь точно мог сказать, что пойми он это раньше, возможно, что-то да и сложилось с Сашей. На данный момент Лёша думал, что все его показные намёки Парадеев расценивал как шутку, ведь именно ради прикола они так себя и вели. И для Саши, получить хоть какой-то серьёзный намёк в свой адрес – стало пределом его недавних мечтаний.       Кореш тряхнул головой, поворачивая её на друга. Профиль Саши в свете небольшой луны завораживал; его кудрявые волосы цветом серебра, казались ещё светлее, что отвести взгляд он теперь не мог.       — Ну, как поиски? — неожиданно поинтересовался Парадеев.       На пару секунд Лёша замер, наблюдая, как друг поворачивает к нему голову.       — Какие поиски? — с равнодушным удивлением спросил Кореш.       — Девушки, — усмехнулся светловолосый, разворачиваясь к открывающемуся пейзажу спиной. Теперь-то он налегал на небольшой забор своей поясницей. — Или забыл, ради чего променял мою компанию?       — О-о, — Лёша убрал электронную сигарету в карман штанов, — я тут подумал, что такого красавца, как я, искать должна девушка. В любом случае, Сашенька, — он развёл руками, отступая с места в сторону друга, — падай.       Всё произошло за секунду. Сердце Кореша внезапно замерло от вида расслабляющего тела друга, который вот-вот грозился перевалиться за ограду крыши и упасть!       «Больной псих!»       Рука шатена сама вытянулась, чтобы в следующее мгновение схватить Сашу за белую футболку и удержать на весу. Кореш громко выдохнул, боясь разжать свой кулак, невидящим взглядом смотря перед собой. Этот идиот, что, решил самоубиться!? Или какого хрена он вообще творит? Сам же Лёша решил просто-напросто проверить одну свою теорию, но не подозревал, что подобное приведёт его к такой ситуации.       — Сань, какого хрена, вот скажи... — начал было Кореш, но досказать свою фразу ему не дали.       — Ты же словил, всё путём, — в голосе слышались довольные ноты.       — Да будто ты знал, что я словлю! — в искреннем ужасе выпалил Кореш, пытаясь рассмотреть на лице Саши хоть какую-нибудь эмоцию. К сожалею, Парадеев глядел на небо, глубоко дыша – эта ситуация щекотала и его нервы.       — Я только предполагал, — честно признался Саша. — Точнее, надеялся.       Повисла тишина, нарушаемая лишь сердцебиением двух молодых людей, да и звуками проезжих машин где-то снизу. Конец Октября принес за собой не только пожелтевшие листья, унесённые ветром куда-то вдаль, но и прозрение: Лёша беспокоился за Сашу – так, как бы беспокоился о человеке, которого искренне полюбил.       Теперь-то эта привязанность его не пугала. Возможно, потому что уверенности в Кореше теперь было предостаточно. А Саша только и ждал, когда его друг осознает, что все его слова, сказанные лишь для публики – были правдой.       Не успел Кореш додумать свои мысли, его тело двигалось само – он внезапно потянул на себя Парадеева одним движением, касаясь его губ. И Саша замер... не от поцелуя, а от неопределённости, ведь что предпринять – он не знал: обнять Лёшу и продолжить целоваться или так и держаться лишь на его хватке, тем самым не проиграв в этой игре.       — Ты можешь забыть об игре? — выдохнул Лёша в чужие губы, поднимая взгляд на друга. На его лице проступала едва заметная неловкость, а глазами он пытался не встретиться с взглядом Парадеева.       Последний будто ожил, его плечи зашевелились и тут-то он взял Кореша за затылок, вовлекая в поцелуй. Казалось, что сейчас Саша совершенно не думал над последствиями, а вот Лёша всерьёз забеспокоился. Их влажные губы касались друг с другом, а тела тёрлись через одежду; Кореш несчастно промычал в губы партнёра (он ведь может его так назвать, верно?), разорвав поцелуй. Голова его опустилась, а руками парень оперся о чужие плечи. Стараясь выровнять дыхание, он прикрыл глаза.       — Как-то это всё не...       — Только не говори, что это неправильно, — проницательным тоном произнёс Парадеев, но в его голосе слышалось лёгкое разочарование.       — А как это ещё объяснить, Сань? — задал весьма резонный вопрос Кореш, но голову так и не поднял.       — Наверное, стоит просто признаться, что мы влюблены, — легко и просто ответил светловолосый, беря Лёшу за запястья и опуская его руки вниз, но при этом он ни в коем случае не выпускал их из своей хватки.       Парадеев, что, издевается? Пусть Кореш сам для себя только недавно это понял, но что насчёт самого Саши? Этот вопрос коснулся его сознания, заставляя шатена всё же поднять взгляд, и всмотреться в светлое лицо. Он всеми силами старался увидеть там правду, но правда, как оказалось, была всё это время вблизи – та едва заметная грусть, которую Кореш смог разглядеть на уроке физкультуры, присутствовала и сейчас. Это был взгляд человека, что смотрел на неразделённую любовь.       И тут-то всё встало на свои места, а правда сжимала сердце с такой силой, что становилось тяжело игнорировать колющую боль. Всё это время он, кажется, смотрел в белоснежное полотно, не видя того, что за ним находилась целая гамма разных чувств.       — Ты должен был заметить, — начал Саша, решив нарушить эту тишину, — что уже давно мне нужен лишь один человек.       — А я, — подхватил Лёша, неоднозначно усмехаясь, — понял это лишь сейчас.       Кажется, что оба скинули груз неопределённости в их ненормальных отношениях, а следующее, что можно было увидеть – то, как Парадеев попытался схватить друга за ноги и перекинуть его через плечо, но Корешу удалось вывернуться из такой неудобной позы и оба ринулись к двери на крыше, чтобы забежать в лестничный пролёт.       Какой бы тёплой осень не казалась, внутри квартиры было теплее. И согрел двоих парней не чай, а неугомонные сердца, разгоняющие кровь по венам. Стоило им перейти порог комнаты Кореша, Парадеев навис над ним на кровати, расплываясь в мягкой улыбке.       — Ты ведь не против? — поинтересовался он, задирая кофту Кореша, касаясь пальцами живота. Ему уже давно хотелось хотя бы прикоснуться к телу Лёши, поэтому сдержать этот порыв сейчас – было невозможно.       Лёша горячо выдохнул, прикрыв глаза. На самом деле, у него никогда не было таких вот фантазий, где главную активную роль играл его лучший друг. Вот только отказать он не мог, чувствуя приятное покалывание на местах, где его касался Саша.       — Делай, что хочешь… Правда, раз зашли настолько далеко.       И Саша, получив одобрение, опустил руку ниже, пальцами схватив за резинку домашних штанов, чтобы их стянуть. Да и сам Лёша вошёл во вкус, снимая с себя толстую кофту наспех, подстраиваясь под движения друга и позволяя ему разобраться и со штанами. Футболка Парадеева была скинута следом, но штаны он снимать не спешил. Вместо этого Саша раздвинул ноги Лёши в стороны, умостившись между ними, и их лица оказались в каких-то пяти сантиметров друг от друга.       — Чего ждёшь-то? — спросил Лёша, замечая на себе пристальный взгляд.       — Просто, — Саша широко улыбнулся, — что если твои предки застанут нас в твоей кровати голыми?       — Ну, лечение геморроя не ждёт отлагательств, — с уст шатена сошёл короткий смех, и этому нельзя было не очароваться.       Шутки шутками, конечно, но Парадеев на секунду застыл от странного ощущения, а потом без слов нагнулся и вовлёк Лёшу в поцелуй. Пальцы рук его спускались по телу, вскоре опустившись к паховой части. От едва уловимых касаний к своему члену, Кореш неожиданно поддался пахом к Саше, намекая ему на то, что вот из-за него у Кореша образовалась проблемка.       Саша намёк понял, опустился губами к шее Кореша, спуская его трусы. Член, наконец, высвободился и Парадеев обхватил головку рукой. От неожиданности Лёша вобрал в лёгкие больше воздуха, запуская в кудрявые волосы Саши пальцы.       — Да ты издеваешься, — надломленно прошипел Кореш, не чувствуя никакого движения снизу. Саша поцелуями спускался по груди, поглядывая на друга со смешинками во взгляде.       — Я ведь только начал, — усмехнулся голубоглазый, оставляя на животе ещё один поцелуй.       Вскоре он начал двигать рукой по всей длине возбуждённого члена, собирая пальцами сочившуюся на головке смазку. От каждого касания к себе Кореш чувствовал не только приятное возбуждение, но и лёгкий стыд, заставивший его щёки краснеть. Кто бы мог подумать, что вот такой вот образ жизни их приведёт к спонтанному сексу после признания в своих чувствах? Нет, Лёша бы в жизни о таком не подумал!       Обильно смазанный смазкой палец прошёлся по анальному отверстию, массируя его и подготавливая к проникновению. Стоило Лёше ощутить в себе палец, он сморщился, закрывая лицо рукой и утыкаясь им в изгиб локтя. Не сказать, что эти манипуляции доставляли боль, скорее… ощущение было неприятным. После каждого толчка Кореш хорошо чувствовал, как пальцы внутри него уже скользили, образуя хлюпающий звук.       Прямо сейчас ему захотелось, чёрт возьми, закрыть уши, чтобы не возбуждаться ещё и от таких звуков! Но додумать эту мысль ему никто не дал, ведь под правильным углом проникновения, шатен вдруг подавился воздухом, поджимая пальцы на ногах. Это ощущения ярко удержалось в его памяти, и он удивлённо посмотрел на довольное лицо Саши, испуская возбужденный вздох.       Кажется, с растяжкой он закончил...       — Какая там у тебя любимая поза, м? — с наигранной задумчивостью проговорил Парадеев, стягивая с себя в следующую секунду штаны. Он кинул взгляд на лежащего и горячего под собой Лёшу, завороженно засмотревшись. — Наездница, вроде? Давно хотел попробовать.       С уст Кореша сошёл смешок. Он улыбался, словно идиот, ведь вспомнил, как впервые напился с Сашей и рассказал ему о любимой позе в сексе. Приподнявшись на руках, шатен утянул Парадеева на кровать, вскоре переворачивая его на спину; сам он ловко забрался на бедра любовника.       — Я не сомневаюсь, что ты запомнил и длину моего члена, — в шутку бросил Кореш, однако ответили ему в ту же секунду:       — Тринадцать санти...       — Бля, да замолчи, — с нетерпением прервал его Лёша, нависнув над ним.       Парадеев улыбнулся, опуская руки на чужие бёдра, помогая с проникновением. Каждое движение, которое производил Кореш, насаживаясь на его член, заставлял Сашу сжимать глаза и сдерживать порыв резко войти в тугое отверстие. К счастью, всё вышло мягче, чем ожидал Лёша, да и Саша не думал, что ощутит волну нахлынувшего удовольствия от чувства сжатости на своём половом органе.       Белобрысый парень удобно устроился на кровати, упираясь спиной о спинку, и глянул на тяжело дышащего друга. Взгляды их встретились, а говорить больше было бессмысленно. Уже настал момент, когда назад оба не повернут, не возьмут свои слова обратно и не сотрут из памяти тот момент их поцелуя на крыше, да и их нелепое признание.       Без слов оба примкнули друг к другу, и их губы соприкоснулись. Первый толчок в Лёше произошёл неожиданно, выбивая из его губ резкий стон. Кровать неслышно поскрипывала, а по комнате разносились звуки бьющихся друг об друга тел, смешиваясь со стонами и вздохами.       Саша задавал нужный темп, а Лёша опускался на всю длину члена, ранее и не подозревая, что от такого секса он когда-нибудь мог бы получить приятное удовольствие. От некоторых толчков в себе он чувствовал дрожь, что вызывала мурашки, и он готов был поклясться, что это было лучшее, что он чувствовал в своей жизни.       Два сердца бились в унисон. Казалось, они впервые в жизни начали понимать желания друг друга, прижавшись горячими телами. Саша опустился губами к изгибу шеи Кореша, задевая его кожу зубами, но не кусал – лишь дразнил, наслаждаясь тем, как Лёша подставлял свою шею и издавал приятные для слуха звуки.       Как ранее думал Кореш, выдержкой он обзавёлся хорошей, но не в этот раз... Парадеев вызывал в нём больше чувств, чем кто-либо другой, поэтому, для того, чтобы кончить, ему хватало лишь мыслей о том, что сейчас он занимался любовью с лучшим другом. Саша, к слову, держался до конца, пока в животе не растёкся приятный спазм, заставляя на пару секунд до основания насадить на себя Кореша. И в следующее мгновение он увидел, как сам Лёша чуть откидывает голову назад, с протяжным стоном изливаясь.       Кажется, их пора беспамятной влюблённости наступила именно сейчас, когда оба не знали, куда занесёт их жизнь, но уверенно могли заявить, что по этой дороге жизни они пойдут друг с другом.       В комнату проникал свет луны, падая на два обнажённых тела. Парадеев, подперев рукой голову, смотрел на возлюбленного, пытаясь понять, о чем тот думал. Но Кореш не думал ни о чём, стараясь отойти от недавнего удовольствия, хотя терять это чувство ему не хотелось.       — Скажи, что теперь? — тихо поинтересовался Парадеев.       Лёша повернул на него голову, а с уст слетел смешок:       — Что за глупый вопрос, милый? — с наигранным слащавым тоном ответил шатен.       Уста Саши расплылись в улыбке. Он только хотел было нагнуться к возлюбленному, чтобы вовлечь его в новый поцелуй, как по квартире раздался хлопок двери. Уже в следующее мгновение Парадеев и Кореш вскочили с кровати, в спешке натягивая на себя одежду, ибо если предки всё же застанут их в таком виде – никакие оправдания не помогут.

***

      На задней парте Кореш разлёгся, утыкаясь в изгиб локтя. Он боролся с желаниями подняться и замереть или упасть и отдохнуть, ибо задница его болела так, что и сидеть спокойно бедный парень просто не мог.       — Тетради с конспектами сдаём! — внезапно раздался голос преподавательницы английского языка.       Саша откинулся на спинку стула, вдруг тихо выпалив:       — Блять.       А Лёша страдальчески промычал, ведь забытый на крыше рюкзак с тетрадями по английскому его интересовал меньше всего. И всё же, секс был хорош, но за приятное всегда приходилось платить – и это он теперь прекрасно усвоил.