портрет бультерьера

Чёрный давно хотел себе собаку. В первый раз я услышал про бультерьера в четвёртой, когда вся стая решила поглумиться над Чёрным. А потом, когда мы уже стали говорить наедине, он признался, что хотел собаку с детства, особенно бультерьера. Каждую нашу прогулку он с увлечением рассказывал, как хотел бультерьера именно с чёрным пятном на правом глазу. Он так светился, когда говорил, что назовёт его Бимом, а потом, через минут 10 переименовывал его в Куро, а иногда и в Мухтара. До сих пор считаю это странной кличкой. А пока он говорил, я рисовал. Я рисовал всё, что видел: природу, Черного, свои мысли, но я никогда не рисовал бультерьера. Не мог сконцентрироваться на нём, его облик всё время ускользал и я просто чиркал карандашом, вырисовывая линии, мало чем похожие хоть на что-то. А он всё говорил. Однажды, наблюдая на лавочке закат, я неожиданно произнёс: что бы ты делал, если я подарил тебе собаку? Чёрный многозначительно промолчал, но потом произнёс: -я больше не дам тебе засиживаться с Табаки, тебе это противопоказано. Вернувшись в комнату, я засел с блокнотом. Я без понятия, как рисовать этих собак! Я сидел и смотрел на этот белый лист, выводя круг головы, ведя линии морды. Маленькие добрые глазки, пятно на одном глазу, уши, ошейник. У меня получилось! С листа на меня смотрел бультерьер, почти реалистично нарисованный и чем-то похожим на Чёрного. Снова сидя на той же лавочке, я снова выслушивал оду бультерьерам и мялся, не зная, как отдать лист. Но всё решилось само: подул ветер чуть сильнее и вырвал лист из моих рук, а Чёрный его поймал. -бультерьер? -тебе Он снова многозначительно промолчал, улыбнувшись лишь уголками губ. Я смог его обрадовать. Он потянулся ко мне и обнял. Чёрный тёплый и приятный. Чёрный давно хотел себе собаку, а я её ему и подарил, хоть и нарисованную.