Месть для тебя

Кадзуха старательно сдерживает жгучее желание превратить Странника в лепешку. Нет, правда, ещё немного и он воплотит сие желание в жизнь. Самурай прикрывает глаза, считает до тридцати - ме́ньшее число не поможет успокоить нервы - глубоко вздыхает и смотрит на парня напротив. —Потому что эти доски испорчены. Из них, как ни старайся, сделать ничего не получится. - объясняет ронин медленно, доходчиво, как маленькому ребенку. —Ну вы же, людишки, можете починить разбитую вазу или обратно прикрепить отвалившееся колесо от повозки, так почему с этим не получится? - Странник искренне недоумевает. —Не всегда испорченное можно починить. Как в нашем случае.. Доски обгорели и скрепить их достаточно крепко нельзя. - повторяет Кадзуха. Раздражение в крови поднимается по венам в голову, но мирный морской ветер немного охлаждает его. —Мхм.. - только и отвечает Странник. Скептично оглядывает почерневшие деревяшки, что-то анализирует в своей язвительной головушке, хмыкает ещё раз. Каэдэхара до побеления костяшек сжимает ткань собственных шорт. Он бы отдал свой любимый меч, чтобы в прошлое вернуться и никогда не знакомиться с этим юношей, чьи глаза ночи темней. Он слишком невыносим: даже, казалось бы, флегматичный самурай, что способен найти общий язык со многими разношёрстными личностями, постепенно теряет самообладание. —Что ж, в таком случае нам действительно стоит отправиться в город. Всмысле я буду идти где-то в тени позади, потому как меня, как я уже говорил... —... Могут поймать, помню. - заканчивает мысль Кадзуха, устало выдохнув. Он даже подумывает сдать его комиссии Тэнрё - слишком уж он безкультурен и таинственен. Вдруг не зря загадочная «она» его ищет? Странник снова что-то недовольно хмыкает. —В таком случае нам стоит поторопиться, смертный, пока солнце не зашло. Я не планирую оставаться в этом чёртовом регионе ещё хоть день. Ненавижу... - последнее слово Странник уже шепчет себе под нос, голову опустив. Каэдэхара только собирается сделать шаг в сторону, как вспоминает одну немаловажную деталь - деньги. —Стой, подожди, нам же мора нужна. - Блондин разворачивается лицом к собеседнику. Тот и шага не сделал. —Поздравляю, но у меня ее нет. Каэдэхара зависает, в его голове происходит перезагрузка системы. Это помогает несколько утихомирить колючее раздражение в груди. —Свои запасы я не планирую на тебя растрачивать. - констатирует ронин. —Но ты же сам предложил помочь мне лодку сделать, а теперь вдруг отказываешься? Вы, людишки, всегда так поступаете, потому то я вас ненавижу. —Ох, Архонты, дайте мне терпения... - шепчет Кадзуха закатному солнцу. Его оранжево-алые лучи ласкают тихую водную гладь, пуская по ней мерцающие блики. Бэй Доу наверняка будет волноваться, если он слишком долго будет отсутствовать, но если он сейчас просто уйдет, то его заживо сожрёт чувство вины, что он оставил Странника одного, прежде пообещав помочь. Да уж, ситуация так себе... —Ну и чего ты завис? Я прав, да? - щурится Странник, сложив руки на груди. Кадзуха едва зубами не скрежещет. —Завтра. Завтра я тебе эту лодку дострою, хорошо? —Откуда мне знать, что ты сейчас не слиняешь навсегда? Мы, вообще-то, не друзья, чтобы я мог так запросто тебе довериться. - Странник надменно глядит в закатного оттенка глаза самурая. Брюнет искрится высоковольтным током, который невидимой вуалью окружает его. Каэдэхара прячет лицо в ладони, устало выдыхая. С этим парнем явно что-то не так. Не могут люди быть такими высокомерными, такими невыносимыми! Ах да, он же «бывшее божество». К этому статусу Кадзуха относится с приличной дозой сомнения. Глупость, пришедшая в голову, кажется немыслимой и чрезвычайно абсурдной. Но помимо нее в голове только сухое перекати-поле гуляет. Губы не хотят размыкаться, они не хотят произносить этого, но мозг слишком отравлен язвительностью Странника, чтобы эту идею отпихнуть в отдел забытия. —Ты можешь пойти со мной, до завтрашнего дня остаться, а уж утром... Утром сразу же можем пойти и добыть злосчастные доски... Кадзуха хочет вырвать себе язык и совершить харакири здесь же. —Я вот всё в толк не возьму... Ты настолько глуп, слеп и глух, или же взаправду умереть хочешь? Так я могу запросто тебе шею... —Нет, подожди. Тебя никакая «она» не схватит, мы можем незаметно пробраться на корабль, обещаю. —И на кой черт, скажи на милость, нам на корабль надо? Там ведь людей полно - не сейчас, так позже будет, а с ними я ни коим образом сталкиваться не хочу. - Странник очень скептично выгибает бровь, а в синеве его глаз плещутся искорки раздражения. Каэдэхара нервно прикусывает губу и отводит взгляд в сторону. Что ему ответить, чтобы не лишиться последних крох терпения? Да и он прав, в общем-то. Отправляться переждать ночь вместе с ним, только чтобы доказать, что Кадзуха не собирается его бросать - очень глупо. Рядом со Странником мозг прекращает функционировать, как положено. Действие невидимого электричества довольно сильно́. —Ладно... Что тогда можешь предложить? Ну, всмысле, чтобы я мог доказать свою.. эм.. «верность?».. - Каэдэхара отчаянно хочет вонзить меч уже в себя. Приди в себя, Кадзуха, ну! Хватит нести ахинею! Ты, вообще-то, абсолютно ничего не должен ему, а ведешь так, будто верность господину своему доказать пытаешься. Мозг барахлит, дымит, гудит. Он не понимает, как стоит разговаривать с ним - слишком непредсказуем. Кадзуха с лёгкостью может предсказать дождь или солнце, может предположить действия других людей, но Странник... пожалуй, единственный за всю его жизнь персонаж, кого предугадать невозможно. И это пугает. —Хмф.. - в этом звуке слышится надменный смешок, - «верность?».. понятия не имею, смертный, как. Но к людям я уж точно не сунусь. —Тогда мне придется остаться с тобой здесь до завтра. Иного выбора нет, поскольку сейчас все строительные магазины закрыты. —Ладно. Но если на нас кто-то из сёгуната нападёт - я без промедления сбегу, бросив тебя здесь, - довольно скалится Странник, усаживаясь на торчащий из песка камень. —Но ты же вроде людей ненавидишь, разве для тебя не легче их просто убить? - Каэдэхара садится чуть поодаль, на мокрый от дождя песок. —Пожалуй, ты прав... Точно, да. Я просто уничтожу их, превращу в пыль и пущу на корм жутким насекомым! Сначала они будут отчаянно молить о пощаде, на колени упадут в мольбе. Я буду стоять и тешиться их беспомощностью, а потом одним ударом анемо изничтожу с лица земли! - в синеве бездонных глаз зарождается нездоровый огонёк. Кадзуха невольно отодвигается на пару сантиметров дальше - так, на всякий случай, а то мало ли. —Знаешь, а это умная мысль, человечишка. Значится, ты не настолько глуп, как казалось сначала. Но это не значит, что мы друзья или что я не хочу убить тебя. Я хочу, и очень даже. Но пока не будет готов мой путь ко спасению, убивать тебя невыгодно. - Странник глядит на него своими невозможными - в жутком смысле - глазами, прожигая уже третью дыру. Ронину становится неуютно под такими пристальным аметистами-глазами, и он отворачивается. Смотреть на заходящее солнце хоть и больнее физически из-за яркости, но легче морально. Солнце, по крайней мере, не желает убить всё живое, что издали напоминает человека. А Странник, судя по поведению, очень даже желает. Тишина становится тяжёлой, металлической. Чувствуется запах электричества - от Странника, наверное.. или только кажется? И ее нужно срочно чем-то разбавить, пока мозг не забил тревогу, а душа не решила под натиском безмолвия покинуть тело. Вовремя голову посещает мысль: Куникудзуши. Может, стоит расспросить его о нем? В конечном итоге именно Куникудзуши является его целью. Тем более Странник, если память его не подводит, не из этих земель. Куникудзуши несколько лет назад в Инадзуме не было, а значит, что он странствовал по другим краям. Прямо как Странник. Быть может, он знает что-нибудь? —Странник, а ты случайно не знаешь человека по имени... —Нет, не знаю! Я вообще-то с людьми не люблю контактировать, а те, с которыми был знаком раньше, давно погибли. Кадзуха и не надеялся. —А почему ты так людей не любишь? - опасно спрашивать, но Каэдэхара не знает такого понятия. —Тебе не кажется, что ты задаешь чересчур много лишних вопросов для того, кто имеет только одну жизнь? - огрызается Странник. —Прошу извинить, мое любопытство порой не знает границ. - самурай наклоняет голову в подобии извиняющегося поклона. —А ты довольно учтив ко мне, хм. А ещё ты странный. - замечает брюнет. Кадзуха воздухом давится и думает: кто из нас тут ещё более странный? —Прошу извинить, но в чем заключается моя странность? - осторожно, словно к озлобленной собаке подступается, интересуется ронин. —Ну... Ты не сбежал, лишь завидев меня. Этого вполне достаточно, чтобы считать тебя странным. Обычно люди бегут от меня, а ты нет... Это странно, но не в хорошем смысле. Ничего, что является человеком, не может быть хорошим. - Странник последнюю фразу говорит тихо, неразборчиво. Каэдэхара замолкает, переводя взор алых глаз на похожего оттенка закат. Наверное, Странник прав. Он ведь мог просто пройти мимо него, даже не взглянув. Но нет ведь, врождённая доброта и желание помочь всем и каждому взяли верх. И теперь он навязался в личные помощники сверхнадменного Странника, ненавидящего людей. А ему ведь предстоит ещё Куникудзуши найти! Именно этим он и собирается заняться после того, как поможет брюнету. *** Всю ночь, не смыкая глаз, Кадзуха просидел на берегу. Было страшно засыпать в компании Странника. Ему казалось, что стоит манящей дымке сна окутать разум, как этот таинственный ненавистник всего живого сожжёт его своим высоковольтным электричеством. И по этой причине красноглазый чувствует себя... отвратно. Тело болит от неудобной позы, в которой он пробыл почти всю ночь, глаза щиплет от дефицита сна, а мысли превратились в бесформенную кашу - вычленить что-то логически сформулированное сейчас невозможно. А Странник выглядит вполне себе бодро, хотя Каэдэхара точно помнит, что тот глаз ни на минуту не сомкнул. Неужели он настолько загадочен, что ему и сон не нужен? —Ну наконец-то ты очнулся от созерцания горизонта, смертный. - недовольно говорит Странник, когда Кадзуха на полуживых ногах поднимается с песка. —Агаааа.. - сонно тянет самурай, протерев ладонями лицо. Спать хочется неимоверно сильно, но им нужно отправляться в город. Что ж, главное по пути никого не встретить - тогда Странник этого человека вряд ли в живых оставит.