Coming home, baby

      Ленинградский вокзал суетится толпами людей и горит фонарями. Те на фоне тёмного зимнего неба неприятно отдавали в глаза контрастом, заставляя щуриться и втискивать тёмные очки в переносицу. Сегодня минусовые значения термометра с геометрической прогрессией стремились к положительным, но, несмотря на это, каждое дуновение ветра всё равно умудрялось пробираться под одежду, оставляя за собой холодные мурашки и тики. Руслан уже приметил парочку косых взглядов в свою сторону, но и это уже было настолько привычным явлением, что парень на это лишь хмыкал. Сейчас это всё совершенно его не трогало, он лишь ждал появления «святого Сапсана» по маршруту Москва Октябрьская — Санкт-Петербург-Главный. Отправление было в 7:00, позже не хотелось, а раньше не было возможности, поэтому пришлось вставать в шесть утра и мчать на такси по вечным московским пробкам. Слишком хотелось домой. К Дане. Наконец-то состав подъехал и после недолгих махинаций с билетами шатен удобно уселся в купе, утыкаясь в экран телефона. Пара кликов и вот Тушенцов уже перечитывал их вчерашний диалог. Даня 21:07 Да я в доту порублюсь пару часиков и спать пойду

Руслан 21:07 Точно?

Даня 21:10 Точно

Руслан 21:12 Ну смотри, я завтра утром приеду

Даня 21:12 Голосовое сообщение 00:17

Руслан 21:13 Ну-ну)

Даня 21:20 Видеосообщение 00:07

Руслан 23:54 Голосовое сообщение 00:11

По наитию влюбленная улыбка появилась на лице, когда уши уловили родной слегка хрипловатый голос. Тут же сознание достроило сценарий долгожданной встречи, но скоро приятная нега воодушевления подспала. Без вчерашней сонной пелены кареглазый теперь отчётливо различал потрёпанный вид Данилы: бледное лицо, круги под глазами. Это заставило тяжело вздохнуть. Лишь бы опять не заболел, что с его иммунитетом было сделать легко, как два пальца об асфальт. Четыре часа поездки пролетели незаметно. Тушенцов разобрался с остатками рабочих моментов и со спокойной душой вздремнул, предвкушая неделю отдыха в компании Дани. О многом хотелось рассказать, многим поделиться, но главное хотелось увидеть, потрогать, вдохнуть любимый запах рыжих волос и прижать к себе. Сильно соскучился, неимоверно сильно. Они ведь не виделись почти месяц, тур и рабочие сложности отняли у них слишком много совместного времени, которое хотелось восполнить, как можно скорее. Полчаса и шатен уже выбирался из такси вблизи давно заученного адреса. Натягивая на плечо лямку рюкзака, парень смотрел на время: 11:43. «Уже проснулся, наверное», — подумал Руслан, набирая возлюбленному, пока ноги вели его по направлению в супермаркет. Слова автоответчика о том, что абонент не абонент, не сильно обрадовали, но и переживаний не стоили, пара десятков шагов и он будет дома. Спустя двадцать минут, Тушенцов уже поднимался по лестнице с двумя пакетами еды, дверь подъезда оказалась сломана и впустила без труда. Подойдя к квартире с нужным номером, парень опустил пакеты на пол и щёлкнул кнопкой звонка, по ту сторону на видеодомофоне тут же высветилось его изображение. Ожидание только сильнее заставляло лёгкие щекотаться в предвкушении, но и то слишком затянулось, ведь за дверью всё так же стояла тишина. Руслан выдохнул, пробуя открыть дверь, мало ли, но та не поддалась. «На балконе что-ли зависает», — предположил Руслан. Кашин любил встретить утро в компании сигареты. Этот вздох пришёлся ещё тяжелее, парень выудил из кармана железную связку и открыл сам. Квартира встретила холодом и тишиной. Кареглазый запер дверь, быстро разулся и снял куртку, подмечая, что рыжий всё же дома, судя по обуви. С пакетами парень направился в кухню, которая как раз вела на балкон, но там присутствием Дани даже не пахло. Еда приземлилась на столешницу рядом с холодильником. — Че за херня, — невесело пробубнел шатен, осматривая стол, на котором красовался нетронутый ледяной чай и выключенный телефон. Внутри стало колоться волнение, по спине прошёл густой холодок, заставляющий сердце биться стремительнее в предположении, что с Кашиным что-то случилось. Тут же парень направился в спальню: пусто. Только форточка в режиме проветривания выделялась присутствием жизни. Тушенцов её сразу закрыл. В помещении и без того было холодно, как в морге. Следом шатен резво направился в рабочую комнату, и какое же облегчение его окатило, когда он увидел выглядывающие из белого кресла пятки. «Слава богу». Слава тому в кого Руслан никогда не верил. Чуть ли не на цыпочках парень подкрался к рыжему, тут же улавливая тихое сопение. — Не дождался, малыш, — нежно прошептал Руслан, еле ощутимо проводя рукой по отросшим рыжим прядям и осматривая возлюбленного с ног до головы. Кашин клубочком ютился на диване, используя в качестве подушки свои руки. Умилительное для кареглазого зрелище. Тут же тело окатило приятным теплом и ликованием, захотелось обнять парня и притянуть к себе поближе, наконец, почувствовать, что он рядом. Но Тушенцов поборол чувственные порывы, когда уловил пальцами жар бледного лба. — Ну, приехали, — угрюмо отметил парень, оглядывая комнату, в которой царил стабильный творческий беспорядок. Стойки со светом неловко косились в стороны, там и тут вились змеями провода, в углу громоздилось скопление макулатуры, судя по всему, после распаковки посылок от подписчиков. И дополнял всё это безобразие включившийся экран ноутбука с открытой программой для сведения треков. Не трудно было догадаться, что этот рыжий балбес после каток в доте спать нихрена не пошёл, тут уже стоял вопрос, во сколько он заблагорассудился лечь. Руслан решил проверить и вновь зашёл в телеграмм, ибо в первый раз не обратил внимания, во сколько парень был в сети последний раз. Заветная строчка «был (а) в 5:07» заставила пушистые брови хмуро свестись к переносице. — Зашибись, — промямлил Тушенцов, с осуждением оглядывая все ещё мирно спящего Данилу. Отношение парня к своему здоровью Руслана уже давно беспокоило, на эту тему они уже дискутировали и даже ругались, но рыжий, казалось, был не исправим, когда ловил своеобразные приступы трудоголизма. Руслан выдохнул, думая, как теперь переместить Данилу на кровать, чтобы тот не проснулся. Выстроив в голове примерный план действий, мужчина аккуратно забрался руками под чужое тело, подхватывая под колени и шею. Бережно и медленно поднимая парня с кресла, Руслан отметил, насколько тот похудел. Это посеяло в голове нехорошие мысли. Тушенцов отчётливо помнил ощущение тяжести на руках, не в первый раз занимался транспортировкой рыжего в постель, а сейчас тяжести нет, только упирающиеся в руки кости. Грустно оглядев любимого, Руслан побрёл в спальную, пытаясь по пути не запнуться о сети проводов. Полосу с препятствиями мужчина успешно минул, укладывая бледное тело в мягкую постель и плотно накрывая одеялом, после проветривания тут всё ещё было прохладно. Руслан напоследок очертил большим пальцем чужой лоб до щеки, к своему сожалению убеждаясь, что высокая температура Кашина ему не померещилась и, плотно закрыв шторы, вышел из комнаты, тихо закрывая за собой дверь. Что ж, фронт работы был не маленький, хотелось прибраться и накормить рыжего чем-нибудь домашним. Кареглазый был уверен, что тот за всё время питался только доставками или мимолётными холостятскими бутербродами, а это не самый лучший рацион. Тушенцов с наушником в одном ухе, справился с бардаком в студии довольно быстро, разобрал и сложил свет, привёл провода в менее мешающий вид и отправил в мусорный пакет кучу упаковок от посылок, стараясь не выбросить лишнего. Взгляд успел зацепиться за странную на первый взгляд книгу, которая лежала в коробке с прочими подарками фанатов. Парень взял её в руки, рассматривая детальнее. Голубая обложка с бананом и многообещающей надписью «Он снова кончает», заставили нутро залиться смехом. Парень ради интереса решил пробежался глазами по описанию, и брови подпрыгнули немой усмешкой вверх. «Книга по минету. Надо же до такого додуматься, блять», — пораженно мотая головой, думал кареглазый. Смешнее было то, что Руслан по личному опыту знал, что Кашину эта книга совершенно не нужна. Мужчина с загадочной улыбкой почесал слегка заросший подбородок и, захватив домашний комплект одежды из общего шкафа, направился в душ. После поездки хотелось освежиться, да и контактировать с продуктами в таком виде не было желания. Семь минут и шатен в уже более бодром состоянии, слегка прибравшись и подключив кашинский телефон к зарядке, начал раскладывать продукты, параллельно ставя на огонь воду для гречи. В холодильнике ожидаемо кроме сливочного масла и разных видов лука ничего не было, заполнить его нормальной едой было в радость. Руслан помыл нужные ингредиенты, оставляя их на доске, и стал промывать гречу, следом скидывая её в кипящую воду. Тушенцов в готовке был хорош, слишком рано ударился во взрослую жизнь, с тех пор занимаясь бытовыми делами самостоятельно. Он имел возможность заказывать себе клининг и доставку, но не видел в этом смысла, ведь легче и быстрее сделать самому. Даня, в свою очередь, Тушенцову в таких делах ни капли не уступал, спокойно мог приготовить отличный завтрак и помыть полы, но ленился. Мужчина педантично нарезал куриное филе, параллельно присматривая за гречей. Резко в коридоре взвизгнул звонок, от неожиданности шатен дёрнулся, проезжаясь заточенным лезвием ножа по указательному пальцу. Руслан раздражительно цокнул, тихо матерясь, подставляя палец под холодную воду и следом отрывая пару бумажных полотенец. Тут же кабанчиком он понёсся к двери, Кашин от громких звуков просыпался легко, а будить его совсем не хотелось. Тушенцов резво открыл дверь, на ходу понимая, что даже не посмотрел, кто пришёл. — О, Руслан, здорова, — проголосил Мазеллов. Шатен лихорадочно стал прислонять к губам указательный палец, показывая тем самым, чтобы синеволосый был тише. Тот с глупым протяжным «А» тихо извинился. Возникшая ситуация Тушенцову не улыбалась, сейчас он не хотел видеть никого кроме Кашина, да и самого Илью с недавних пор не очень любил. Поняв, что нежданный гость всё ещё стоит в дверях, Рус тихо кинул: — Проходи. Парень юркнул в прихожую, тут же разуваясь, чем вызвал у Руслана ещё большее недовольство. — Ты чего пришёл то? — Даня попросил лекарства завезти, — пролепетал парень и повесил куртку, протягивая шатену маленький белый пакет, совсем не замечая пренебрежения со стороны того. Рус смиренно выдохнул, осматривая содержимое: антибиотики, жаропонижающие, капли в нос и парочка сиропов. — Ладно, — буркнул кареглазый, поднимая пустой взгляд на Илью, который не знал куда себя деть. — Пошли, хоть чаем напою. Руслан вернулся на кухню, убирая пакет в ящик с домашней аптечкой и выбрасывая окровавленную салфетку, которую всё это время прижимал к пальцу, чтобы остановить кровотечение. Включил чайник и проверил готовность крупы, следом соля, перемешивая, накрывая крышкой и убавляя мощность плиты. — А ты тут откуда? Я думал у тебя тур, — непринужденно спрашивал синеволосый, пытаясь закрыть дверь кухни, но в итоге оставляя её лишь прикрытой. И на том спасибо. «Оттуда сверху. Сам господь бог послал, не представляешь», — угрюмо язвил в мыслях Тушенцов, ставя нелюбимую кружку напротив Мазеллова, кидая в неё чайный пакетик. — Тур неделю назад кончился, сегодня утром приехал, — сухо выдал шатен, ставя на плиту сковородку и смазывая её маслом, следом принимаясь дорезать курицу. Тушенцов сам до конца не понимал, почему так презренно относился к этому парню, хотя, кого он обманывает, очень даже понимал. Раньше ведь присутствие Мазеллова его совсем не напрягало, даже коллаб вместе сняли, но, чтобы поменять отношение к нему, Руслану хватило всего одного стрима с Даней и парочки сцен из жизни. Всё было видно по глазам, отчётливо и явно. Каждую встречу, Ильи и Кашина, первый беспрестанно пожирал второго влюбленным щенячьим взглядом, Тушенцов этот взгляд узнает из тысячи, ведь сам когда-то так приторно и желанно смотрел на Даню. Шатен сам удивился, когда просматривая их старые совместные видео, вместо привычного себя видел кляксу, украдкой пускающую слюни на Даню. Это была такая очевидная влюбленность, что сам кареглазый удивлялся, как рыжий мог её тогда не заметить. Но и сейчас всё оставалось так же, Даня, как был дундуком в распознавании чужих чувств так им и оставался, ибо намёков Ильи совсем не замечал. Одним словом, Руслан ревновал, хотя Кашин никогда не давал повода. Тушенцов это делал несознательно и старался никак не показывать, чтобы не грузить рыжего, но во время личного общения с любителями «позариться на чужое» это все равно выскакивало наружу. Но, не смотря на это, чужое внимание к его парню было резонным, про их отношения знали только Стас и Лиза, а другие более отдаленные до сих пор думали, что они не общаются. Тушенцов, конечно, хотел бы сказать Илье в лицо, что с Даней ему ловить нечего по многим причинам, главной из которых был он сам, но понимал, во что это может вылиться. Сегодня узнает Мазеллов, завтра по пьяни ещё пару человек, а через неделю и весь интернет, что было им двоим совершенно не нужно. С самого начала оба обоюдно решили, что публичные отношения не для них, тем более при нынешних законах. Нарезанную грудку Руслан отправил на сковороду и, добавив пару щепотей их любимых с Даней специй, перемешал и накрыл крышкой. Конфорку с кашей выключил, оставив преть. Тушенцов залил кружку кипятком и сел напротив Мазеллова, чтобы нарезать шампиньоны. В тишине кареглазому было, как никогда комфортно, но счастье продлилось не долго. — Ты не знаешь, есть у Дани сладкое что-нибудь? Печенье там, конфеты? — прощебетал Илья, с противным звоном мешая чай. Руслан на секунду прикрыл глаза, направляя появившийся тик в ногу, слишком негативно на него влияло присутствие Мазеллова. Скулы свело. Когда наваждение спало, парень всё же ответил. — Мы с…– запнулся Рус, и, неловко кашлянув, исправился. — Даня такое не ест. Илья странно посмотрел на кареглазого и ответил: — Не знал. «Ещё б ты знал», — зло усмехнулся Тушенцов. Кашин чисто физически не мог сейчас есть сладкое, зубы не позволяли, а сам Руслан любовью к подобному никогда не отличался, раз в полгода мог купить себе Киндер и забыть. Теперь тишина совсем затянулась, разрываясь только стуком ножа о доску и редким шебуршанием Руслана у плиты. Сам он мечтал, когда Илья уйдет, а Даня проснётся. Наконец-то Мазеллов допил чай, теперь утыкаясь в экран телефона. Вновь недовольный взгляд прошёлся по синеволосому. «Даню ждёт. Сучок», — отметил для себя Тушенцов. Тут за стенкой стал доноситься шум, как раз в спальне. Теперь сердце затрепетало с новой силой, а в мозг почему-то ударил адреналин. Надо срочно сбагрить Илью куда-нибудь подальше и подольше. — Слушай, Маз. Идея в голову пришла быстро. — Можешь помочь? Парень резво оторвался от телефона. Тушенцов был уверен, что тот согласится, даже не зная сути. — Без б, что делать? — улыбчиво отозвался Илья. — Там в прихожей два пакета, выброси их, пожалуйста. — Это пара минут, там баки за углом буквально, — убедительно провеял Тушенцов, показывая большим пальцем в сторону улицы, специально навязывая неправильный маршрут. Мусорные баки были в соседнем дворе, Руслан в свое время еле изъебнулся, чтобы их найти. Видно было по лицу Мазеллова, что такая задача его не очень обрадовала, но делать было нечего, он уже согласился. На это Рус и ставил. — Окей, я быстро, — ответил синеволосый и через пару минут скрылся за дверьми вместе с мусором. Руслан победно улыбнулся и пошёл закрывать за парнем, надеясь, что Илья где-нибудь потеряется. Само дружелюбие, не иначе. Кареглазый пару минут вслушивался в звуки из спальни, которые с каждой секундой становились сильнее. Понимание, что его рыжий балбес проснулся и сейчас выйдет, сеяло на плечах мурашки предвкушения. Тут за спиной послышалось бурчание двери и шлепанье босых ног. Лёгкие в миг защекотались, а лицо растянулось в довольной улыбке мартовского кота. Как долго он этого ждал. — А что это за люди без охраны, — с сонной улыбкой промурчал рыжий, обнимая Тушенцова со спины и ластясь подобно коту. Такую ласковость от Кашина Руслан получал не так часто, как хотелось бы, поэтому каждую секунду чужого хорошего настроения улавливал и сохранял по крупицам в памяти. Тушенцов мягко развернулся в окове тонких рук, заглядывая в родные глаза, которые сейчас были совсем серые, с редкими еле заметными болотными прожилками. Как же он соскучился, хотелось этого балбеса зацеловать, прилипнуть к нему всем телом и не отпускать. Расчувствовавшись, Руслан нежно взял голову рыжего в руки и исполнил одно из своих давних желаний. Поцеловал, вожделенно и трепетно, показывая, насколько истосковался по нему. Ответа долго ждать не пришлось, Кашин с упоением стал сминать тушенцовские губы, соскучился ничуть не меньше кареглазого. Теперь от каждого прикосновения нутро теплело сильнее, а сердце билось чаще. Оторвавшись от любимых губ в потребности получить глоток воздуха, шатен прижался к лицу Дани щекой и стал восстанавливать дыхание, чтобы хоть как-то унять участившиеся сердцебиение. Ощущение изрядно теплой кожи вернули Руслану трезвость и мысль о том, что парень простудился. С нехорошими подозрениями мужчина прислонился губами к чужому лбу и тяжело выдохнул, парень был намного горячее, чем два часа назад, собственную кожу чуть ли не обожгло. — Дань, пошли мерить температуру, — пробурчал мужчина, убедительно смотря в серые глаза. — Ну, Руслан…– хрипло протянул рыжий. Опять начал свою шарманку, которая часто заставляла шатена злиться. — Чего, Руслан. Ты горишь весь, ещё и босиком щеголяешь, — начал настойчиво кареглазый, слегка повышая тон. Иногда без громкости было не обойтись, Данила порой был ещё тем упёртым бараном. — Пошли, померяем, — уже мягче повторил Тушенцов, кивая в сторону кухни. — Я тебе носки дам. Юноша смиренно вздохнул, не любил всю эту медицинскую возню, но перечить не стал, знал, что Рус прав. — Пошли, — тихо ответил рыжий, идя на кухню. Не так он хотел встретить Руслана после долгой разлуки. Как минимум хотел проваляться с ним весь день в обнимку и посмотреть какой-нибудь криминальный сериал, но уж точно не болеть и заниматься лечением. Тушенцов достал из домашней аптечки электронный градусник, включил его и вручил Дане, который сел на место, на котором совсем недавно был Мазеллов. Тот быстро засунул прибор под мышку и облокотился рукой об стол, подпирая голову. Шатен в свою очередь проверил готовность курицы и выключил плиту, возвращаясь к парню. Подавленный вид того совсем не утешал, только заставлял беспокоиться. — Ну ты чего? Голова болит? — сочувственно выдал кареглазый, присаживаясь на корточки напротив Данилы, трепетно сжимая его острое колено. — Да нет. Я долбаеб просто. Забыл окно закрыть, теперь сижу вдупляю, — грустно промямлил юноша, смотря на возлюбленного виноватым взглядом. — Да чего ты, вылечу. Через пару дней уже на ногах будешь, — проговорил Руслан с утешающей улыбкой, мягко поглаживая бедро рыжего. Тот оптимизмом кареглазого всё же заразился и тоже улыбнулся, зарываясь в тёмные волосы свободной рукой. Идиллию прервал писк градусника, не смотря на значения, рыжий вернул его старшему. — Тридцать семь и восемь, жить можно, — пробормотал мужчина, поднимаясь с корточек и убирая градусник на место. — Давай я тебе парацетамол дам, — предложил Тушенцов, доставая из той же аптечки блистер с таблетками. — Давай. Белая шайбочка жаропонижающего и стакан воды оказались на столе, рыжий откладывать не стал и сразу выпил. Сам Руслан ушёл рыться в своём рюкзаке, буквально неделю назад купил пару тёплых пушистых носков специально для Дани, тот не редко жаловался на холодный пол. — Ты голодный? — спросил мужчина, возвращаясь с цветастой упаковкой и вручая её Дане. — Очень, — буркнул рыжий, с любопытством рассматривая картонку с данными ему носками, следом аккуратно отрывая их от той. Мужчина усмехнулся и принялся накладывать еду в тарелки, сам он тоже успел нагулять аппетит. — Блин, ты где их купил? — пробормотал Данила с детским восхищением, любуясь тёплыми носками с Перри-Утконосом на своих стопах. — Там у Бауманской магазин был, забыл, как называется, — вдумчиво отвечал Рус, ставя тарелки с едой на стол. — Там много всего, но я как увидел эти носки, сразу понял — надо брать, — усмехнулся кареглазый, беря ложки и садясь за стол. Руслан знал о любви Кашина к мультфильму «Финес и Ферб», поэтому был уверен, что тот будет в восторге. — Блин, спасибо… Классные такие, — благодарно улыбнулся рыжий, поднимая взгляд с носков на Руслана. Тот был очень рад, что Дане понравилось. — Ешь давай, — усмехнулся Тушенцов, и парни приступили к трапезе. Несомненно, поздний обед удался. Данила только рад был поесть домашней еды, особенно приготовленной Русланом. Парни всё доели и сложили посуду в раковину, заниматься мытьём никто сейчас не хотел. — Спать хочу, — зевал шатен, тащась за рыжим в спальню, по пути выключая свет на кухне. На улице уже начинало темнеть. — Так укладывайся, — муркнул Кашин, ложась на кровать и раскидывая руки в стороны, предлагая себя в качестве подушки.Чувствовал он себя гораздо лучше. Тушенцов на это предложение отозвался довольной улыбкой и лег рядом, приземляя голову на чужую грудь и крепко обнимая туловище рыжего. Вблизи любимого человека сон пробивал быстро, поэтому Руслан уснул совсем скоро. Даня какое-то время ворошил тушенцовские волосы и отвечал на входящие сообщения, но вскоре отрубился вслед за кареглазым. Они так и спали в обнимку до самого утра, их ждала насыщенная неделя совместного отдыха. Что касается Мазеллова, говорят, что он до сих пор ищет мусорку.