Влюблённый тиран

Квон стиснул зубы от болезненного проникновения. Череда жёстких толчков заставила его сжать в руках шёлковую простынь, но ногти всё равно впились в его ладони. Он мог поклясться, что до этого человека с ним никогда не обходились так грубо. Нет,это не человек. Это трижды тиран! -Давай, детка, не молчи, я хочу услышать твой нежный голосок.-Возбуждённо шептал ему в ухо Чве, доводя Квона до оргазма. "Ведь он специально меня провоцирует, думает, что меня так легко сломать. А я возьму и специально буду молчать, как бы мне не было больно!" -Ты что, оглох? Я сказал, что дважды повторять не собираюсь!Стони, гадёныш! - Прошипел Чве сквозь зубы и стал остервенело долбиться в Квона, успевая ногтями исцарапать ему бёдра с ягодицами и искусать в кровь шею. Простыня в руках Чи Ёна смялась. "Слёзы,опять эти слёзы! - Подумал Квон, видя пред собой уже расплывчатое лицо Чве, - Наверное у него уже вся кровать в крови, что ж он всё никак не успокоиться? Неужели до сих пор думает, что я в таком состоянии смогу куда-нибудь сбежать? Да я из-за этого...из-за этого...да я из-за него месяца два ходить не смогу, не то что бегать, он же меня тут с четырех утра катает!" -Думал он, стараясь смотреть в потолок. Потом он повернул голову набок и все накипевшие слёзы вылились Чве прямо на шею. СынХён поднял голову, всё так же не отрываясь от дела, и посмотрел в бледное и зарёванное лицо Чи Ёна. Только он открыл было рот, чтобы сказать какую-нибудь колкость в его адрес, как его телефон тут же противно запищал. - Чёрт, уж кончить спокойно не дадут! - Выругался Чве и совершив последний толчок, наконец, покинул тело Квона и ответил на входящий. Если до этого Квон вполне мог рыдать в голос, кричать и биться в истерике, то сейчас он не мог ничего. Он не мог элементарно пошевелиться. Он мог только молчать. О том, чтобы встать не могло идти и речи. - Скажи спасибо, что у меня совещание которое, кстати, по твоей же воле и было перенесено на сегодня! Если бы не оно, я бы тебя прикончил! - Бросил он на Квона неудовлетворённый взгляд - Ну что ж, малыш, сильно не расслабляйся в моём отсутствии, мы ещё ко всему этому вернёмся. И да, кстати - Сказал Чве, уже наполовину открыв дверь - С работы я вернусь уставший и очень-очень злой, мне нужно будет расслабиться, но одного долбления в твоё тело мне всё же будет мало, так что будешь делать мне минет. - Пообещал он и вышел за дверь. "Лучше прикончи меня прямо сейчас, но минет я тебе всё равно делать не собираюсь, хоть убей!" - Подумал Квон, приподнявшись на локте. Всё тело тут же отдалось ужасной болью. Он сполз с кровати, нашёл свои джинсы, еле-еле одел их, и подполз к окну. В буквальном смысле подполз, хотя это ещё мягко сказано. На поиски майки, кроссовок, а уж тем более сумки просто не оставалось времени. Нужно было бежать, хотя навряд ли ему это удалось бы. Квон, из последних сил опираясь на подоконник, встал и подтащил свое тело, взбираясь на него, а затем открыл окно. Нет, спрыгнуть ему не удастся. Если раньше ещё были надежды, то сейчас никаких. Он высунулся в окно и увидел карниз, по которому вполне можно было спуститься до земли и спрыгнуть. Чи Ён сделал как задумал. Через пару минут он уже ковылял по парку, росшему вокруг дома СынХёна. Без майки, в одних лишь джинсах и абсолютно босой, он шёл по холодной, влажной от утренней росы, траве. Нащупав на дне кармана своих джинсов примитивный телефон, он посмотрел на время: "Уже 10:34, тиран уехал где-то час назад...твою мать, это сколько ж я здесь ползаю! Этот подонок может с минуты на минуту приехать, а я до сих пор блуждаю по этим джунглям!". Тут он увидел ворота и поспешил к ним. "Так, здесь где-то должна быть видеокамера или хотя бы охранник." Не обнаружив охранника он быстро начал пролазить между железными прутьями. Даже в этом плане не обошлось без травм -он оцарапал себе грудь и щёку, но в целом был жив. Пока что. Через час бессмысленных блужданий, Чи Ён вышел на дорогу и пешком направился до города. СынХён, как и обещал, ехал домой уставший, взбешённый и ужасно злой. Мчался он на всей скорости, на красный свет, и не обращал никакого внимания на пешеходов. Ему было абсолютно плевать, ведь дома его ждала его собственная игрушка, с которой он мог делать всё что пожелает и когда пожелает. Чве уже начал думать, как он буде воплощать свои эротичные фантазии в реальность, как вдруг прямо перед ним из-за поворота выскочил какой-то полуголый кретин. Он конечно же не затормозил вовремя и сбил его с ног. Удар был не из слабых. - Вот сука, только не это! - Выругался СынХён, вылезая из машины и подходя ближе к пострадавшему. И каково же было его удивление, когда прямо перед собой он увидел собственную "игрушку", которая теперь безжизненно валялась на дороге, вся в синяках, ушибах и ссадинах. Квона же, что он ещё жив, выдавали лишь протяжные, болезненные стоны, больше похожие на тихие рыдания. Чве не на шутку перепугался и даже переменился в настроении: - Малыш, что с тобой? Где болит? - Везде - Еле двигая губами прошептал Квон - и всё из-за тебя, козлина! - Он зашипел от боли и закрыл глаза. - Что, что конкретно?! - Начал повышать голос СынХён. Но Квон лишь беззвучно шевелил шубами, закатывал глаза, шипел и стонал от жуткой боли. Чве подхватил его на руки, быстро донёс до машины, аккуратно положил на заднее сиденье и рванул до ближайшей больницы. В больнице Чве сидел возле палаты Квона и ждал. Ждал он уже больше часа и больше ждать он уже не мог. Только он встал, чтобы самовольно зайти в палату, как из неё вышел врач. Чве тут же кинулся к нему. - Что с ним? - Успокойтесь, молодой человек - Пытался утихомирить его хирург - Вывих лодыжки, вот что с ним, не считая огромного кровоподтёка на бедре, многочисленные ссадин и синяков, а так же есть подозрения на легкое сотрясение мозга и воспаление лёгких. Я уж промолчу о кое-чём другом, думаю что его... - Нет! Лучше промолчите! Можно мне к нему? Мне срочно и это дело никак не ждёт до завтра! - Но он только очнулся и вообще... - Доктор, я заплачу! Сколько вы хотите? Я выпишу вам любую сумму,хоть весь свой банковский счёт, только пустите меня к нему! - О чём вы говорите? Какие ещё деньги ? Просто я хотел сказать, что он только что очнулся и поэтому туго соображает, так что не тревожьте его лишний раз. - Спасибо! СынХён влетел в палату Квона. Тот же, завидев его, быстро отвернулся к окну. Чве подошел и присел на край кровати. - Ну привет, малыш. Ответом ему последовало гробовое молчание. - Злишься? Понимаю. Я бы тоже злился на такого подонка как я. Хотя о чём я говорю? На данный момент я хочу растерзать себя, пристрелить двести раз и тысяча один раз повеситься! Тут Квон повернулся к нему и заговорил: - Злюсь? Злюсь? Кто злиться? Это я-то злюсь? О не-е-ет, ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что я злюсь, ведь я просто в бешенстве!!! - Его губы задрожали, а в глазах блеснули слезы, - Руки бы тебе оторвать и в задницу засунуть за всё то, что ты со мной сделал, ублюдок! - Ну прости меня, малыш. - Мягко сказал Чве, ближе придвигаясь к Квону. Он и сам прекрасно понимал, что тот его никогда и ни за что в жизни не простит, но все равно очень хотел, чтобы это, все же, произошло. - И прекрати меня уже, наконец, так называть! - На какой ещё конец? Ведь это только начало. - Сказал, абсолютно не подумав, Чве, прижимая к своей груди измученное тельце Квона. - Чего? - Не догнал Квон. - Отпусти меня, животное! - Начал вырываться он из цепких рук СынХёна. Чве лишь тяжело вздохнул, и отпустив Квона, поднялся на ноги, а затем вышел из палаты, хлопнув дверью. Он заглянул в кабинет врача и грубо сказал, назвав пациента и номер палаты: - С завтрашнего утра на домашнее лечение. Доктор даже не стал возражать, видя пред собой того, кого боялась вся округа. Через несколько минут Квон наблюдал из окна, как машина Чве тронулась с места и уехала с территории больницы.