Балтимор, 19 января 1988 год.
В особняке семьи Веснински
В светлой и просторной комнате, на большой кровати лежала измождённая женщина, возле неё было три врача. А за дверью из стороны в сторону нервничая, расхаживал статный мужчина, примерно через час, послышался плач ребёнка, и он не ждавши, быстрым шагом зашёл к жене. Подойдя к кровати, он увидел маленький свёрток и слабую, но нежную и очаровательную улыбку девушки, и невольно, на его лице расползалась такая же нежная ухмылка, дальше, он принялся рассматривать новорожденного малыша, что сладко посапывал у мамы на руках, на головке уже виднелись хоть и не большие, но рыженькие пучки волос, светлая кожа и маленький курносый нос, через пару минут мальчик открыл свои глаза, и Натан увидел глаза цвета лазури, внутри была детская заинтересованость, но было видно что-то тёмное в этих милых на первый вид глазах. Веснински старший сел в кресло рядом с кроватью и стал ждать, пока Мэри и его теперь новообретённый сын отдохнут. Врачи, что до этого стояли в стороне, тихо поклонились и вышли из комнаты оставляя семью наедине. — Дорогая моя Мэри, я обещаю, что защищу тебя и нашего сына любой ценой, — шёпотом в пустоту проговорил Натан.***
После того, как бывшая Хэтфорд проснулась, она увидела в кресле своего мужа, и тихо позвала его. — Милый, проснись! Натан сразу же напрягся, но увидев сияющие лицо жены, расслабился. — Да, что такое дорогая? — спросил Веснински старший. — Думаю, пора дать ему имя, я бы хотела что-бы его вторым именем было Абрам, как тебе? — Мэри хотела оставить частичку чего-то британского в своём чаде. — Хм, мне нравится, тогда пускай первое имя будет Натаниэль, — с гордой улыбкой предложил мужчина. — Имя в честь себя родного? — со смешком спросила девушка, но против не была. — Ну а что, красиво звучит, Натаниэль Абрам Веснински, — искренне радовался Натан. — Согласна, — Мэри нежно посмотрела на малыша у себя на руках и тихо произнесла: — Добро пожаловать домой, Абрам...