Сборник Жетери

— Конечно, как дочь. Мы сколько времени, сколько часов вместе. — А я вам по секрету скажу, что благодаря Алине Женя так хорошо откатала на олимпиаде. Потому что она её тащила. — Она маленькая была, такая смешная. Я её в один бортик гоню, а она из другого выбегает. — Я сделала всё, что могла. А вы сделали всё, чтобы Алина выиграла Олимпиаду. — Я так только с Женей делала. Она, когда много падала, я опрокидывала её на лёд и возила за ноги. «Тебе хочется поваляться? Так давай я тебя поваляю.» — Мы не могли придержать Алину. У всех должен быть шанс. — Она брала меня за шкирятник, и увии, по льду, по снегу… — Она рычала, вырывалась. А потом шла и делала. — 11 лет вместе и дальше вместе? — Да. — Без всяких сомнений? — Без. — Не веди себя, как истеричка, Женя! Не разрушай НАС! Сейчас, когда границы закрыты, а тренер - Брайан Орсер лишь по видеосвязи, Женя тренируется на льду «ЦСКА», под присмотром Буяновой и Тарасовой. Но ничто не может заменить теплоты и поддержки её тренера. Самого главного и нужного тренера в жизни Жени. Самой первой и такой сильной любви. Тарасова сделала всё возможное, чтобы сердца вновь воссоединились. И сейчас Женя крутится возле входа в Ледовый дворец «Хрустальный», теребя в руке букет цветов, и никак не решается пройти внутрь. Столько воспоминаний связано именно с этим местом. Первое признание в любви, первый поцелуй. И, конечно же, первая встреча со своей первой и единственной любовью. — Долго ты будешь здесь стоять? Я тебя заждалась уже. — дверь входа открывается и из-за двери показывается голова блондинки, сопровождаясь таким родным и знакомым голосом. — Простите… Задумалась. — Женя поджимает губы и заходит внутрь, держа в руках огромный букет ромашек. — Переодевайся и на лёд. Сейчас корреспонденты приедут. — холодно произнесла блондинка и пошла в сторону катка. — Этери Георгиевна… — Женя окликнула тренера и подбежала к ней. — Это вам… — Медведева слабо улыбнулась и всучила букет Этери. Этери приняла букет, кинув «спасибо», и ушла в сторону своего кабинета. Воспоминания нахлынули обеих. Я бы хотела встретить её не на гран-при, а чтобы она пришла до этого, подарила цветы, сказала «спасибо», я не знаю. После этого телефонного интервью, Женя пишет первое после долгого молчания сообщение тренеру: — Какие цветы тебе подарить? Ответ не заставляет себя долго ждать. — Хочешь проявить уважение и благодарность, как к тренеру - розы. Не хочешь контактировать - желтые хризантемы. Всё ещё любишь - ромашки. — Ты же ненавидишь желтые хризантемы. — Хорошо, что ты это помнишь. Женя переоделась и пошла в кабинет главного тренера, вытащив из сумки пять нежно-розовых роз. Постучалась для приличия, потому что врываться без стука она уже не имеет никакого права. — Да. — послышалось с той стороны двери и Медведева, дергает ручку, заходя вовнутрь. — Нам бы поговорить перед тем, как интервьюеры приедут. — Женя вздыхает. — Это вам. — Решила завалить цветами? Где-то еще один букет, да? — Этери слегка улыбнулась, но приняла цветы, привстав со своего стула. — Жень. — блондинка положила цветы на стол. — Ты такая дура. — Я знаю, Этери. А ты была права. Я же, действительно, не могу выиграть ни одного старта. — Медведева вздыхает, поджав губы и опускает голову вниз, как напроказничавший ребенок. — Медведева, тебе уже не пять лет. Посмотри на меня. Я не хочу совращать детей. — Этери усмехнулась. — У нас здоровый диалог двух взрослых людей. Присядь, не стой. Женя кивнула и села напротив блондинки, глядя той в глаза. — Я тебя люблю, Этери. Всё еще люблю. Думала, что отпущу, забуду, переключусь, но… ты незабываемая. Ты такая красивая. Стала еще красивее, чем тогда, когда я влюбилась в тебя по уши. — Спасибо, Жень. Ты тоже очень изменилась. Визуально стала старше, а в глазах…слишком много боли. Будем работать? Побед не жди. Сейчас нужно хотя бы попытаться вернуть твою форму. — Этери Георгиевна говорила серьёзно, глядя в глаза Жени. — Я вернулась не за победами, Этери. Я вернулась к тебе. Пустишь в своё сердце? — Я тебя из него не выпускала. — прошептала Этери. — Иди сюда, блудница. Хорошо, что ты одумалась и приняла решение самостоятельно, без моего пиндалина. — Этери похлопала по своим коленям. Женя села на них и накрыла губы Этери своими, вводя ту в нежный поцелуй. Медведева и Загитова сидели в баре перед контрольными прокатами и выпивали. — Вернешься? — Алина подпирает пьяную голову ладонью. — К Этери - да. Мы не конкуренты, Алин. И не будем ими больше. — Женя вздохнула и залпом осушила остатки виски в бокале. — Я тоже ухожу из большого спорта, Женька. Возвращайся, она любит тебя. Не любила бы, не запрещала всем произносить твоё имя в Хрустальном. Она даже Женьку Тарасову по фамилии называла, видимо, чтобы не резать по больному. Для неё есть только одна Женя, и это ты. — Спасибо, Алин. — девушка мягко улыбнулась и четко решила, что она вернётся к своей любимой. Даже если та будет отказывать. На контрольных прокатах Женя падала. Безусловно, несобранность и выпивка сыграли немало важную роль в прокате девушки. А Этери… Этери поаплодировала, кинув взгляд на камеру. — Я поаплодировала. Потому что девочка не снялась, не отказалась, как это сделали многие. А вышла и показала то, на что она на данный момент способна. — Этери давала интервью, пока Женя раскатывалась. — Всё-таки, одиннадцать с половиной лет, которые она тренировалась у нас, наверное, не прошли бесследно. — С Этери Георгиевной мы поговорили и уже начали работу. Сейчас между нами всё хорошо. Да рано или поздно это должно было произойти. — Женя слегка улыбается. *** — Жень, тебя сняли со сборной. — придя домой, Этери раздевается в коридоре. Брюнетка выходит из кухни, держа в руках деревянную лопатку. — Пофиг, Этери. Честно. У меня есть ты. И это главное. — Женя приблизилась к губам любимой и нежно поцеловала. — Я не переживу, если ты снова сдриснешь. — Этери усмехнулась, разорвав поцелуй. — Только если через твой труп, Этери. Я люблю тебя и больше не боюсь. Ты была права. А я просто дура, которая смешала спорт и любовь. Больше я так не сделаю. Ты хотела как лучше для меня. Я тебя больше ни в чем не виню. — Прости меня, Жень. Ты такая взрослая. — Этери обняла девушку, мягко поцеловав ту в макушку. — И ты меня прости. Пойдем ужинать. — Женя взяла за руку блондинку и потащила на кухню. *** — Как у тебя дела с тренером? — задала вопрос Ляйсан. — Знаешь, сейчас всё хорошо. — Женя улыбнулась, а в голове всплыли воспоминания первой ночи после возвращения. — Значит, рано или поздно? Ты вообще понимаешь, что я могла тебя не взять обратно? — Этери усмехнулась. Девушки лежали на кровати, готовясь ко сну. Женя обнимала Этери за талию, лежа на плече той. — Мне было главное, что бы милая Тери меня приняла. А тренер, Этери Георгиевна, не обязательно. Но хорошо, что ты взяла меня обратно. Меньше вопросов будет. — Женя заглянула в глаза блондинки. — Каких, например? — Этери посмотрела в ответ в глаза Жени. — Представь новый заголовок. «Медведева оббивает порог «хрустального», чтобы добиться прощения у великого тренера страны.» или такой «Что связывает Тутберидзе и Медведеву? Почему они уезжают домой вместе?» — Женя прыснула смехом. — Ты, похоже, заголовки и придумываешь, Медведева. Хайп-то, наверное, ты подала? — Конечно. Сейчас подниму еще один. — Женя открыла камеру на телефоне и поставила телефон на тумбочку, не включая видеозапись. — «Тутберидзе удовлетворила вернувшуюся Медведеву» — Женя накрыла губы блондинки своими, спускаясь поцелуями по шее. — Ммм, Женька… Так это «Вернувшаяся Медведева удовлетворяет Тутберидзе.» — Этери слегка улыбнулась. — Я себя этим тоже удовлетворяю, милая. Получаю колоссальное удовольствие, когда целую тебя. Особенно там, где другим запрещено. — Женя закусывает губу, глядя на блондинку, и спускается к трусикам той. Рывком снимает их и входит в разгорячённое лоно языком. — Ммм, Женька… — Этери тянется до телефона и легким движением пальца роняет его экраном вниз, цепляя другой рукой волосы брюнетки. *** — Медведева, блин! Новый заголовок! Угадай, какой?! — Этери дергает Женю за локоть в раздевалке Хрустального. — Какой? Тебя ничего не смущает? — Женя провела по своему телу. Брюнетка была в спортивном лифчике и трусах. — Нет. Что я там не видела? — Этери помотала головой и нахмурила брови. — Смотри! — Тутберидзе поворачивает телефон со статьёй Жене, та тут же заливается смехом. — Это не я! — хихикнула брюнетка. — А если в сеть слили то, что ты поназаписывала? Я же там явно не ругаюсь на тебя, Женя! — Этери стиснула зубы. — Ммм, дааа, Медведева, дааа, ещё… — простонала Этери, а потом продолжила. — Ещё, ещё прыгни этот тройной сальхов. Да?! — Ты так сейчас насимулировала, что я теперь сомневаюсь в твоей искренности. — Женя хмурится. — Тебе точно со мной хорошо? — Тц. Глупая! — Этери толкает Женин лоб двумя пальцами. — Конечно, да. Как так получилось?! — Я не ставила на запись, Этери. Я же не больная. — Женя пожала плечами. — Просто совпадение, не бери в голову. — Медведева отмахнулась и принялась снимать топ при Этери. — Ты чего делаешь? — Тутберидзе нахмурилась. — Что я могу делать в раздевалке? Переодеваться, конечно. Он весь вспотел. Потрогай. — Женя протягивает спортивный лифчик блондинки. Та кладёт руку на грудь Жени и сжимает в ладони. Тут неожиданно в раздевалку возвращается Загитова и стоит в немом ступоре. Глаза девушки широко открыты, как и рот. — Этери Георгиевна, вот так нажимаете и больно. Может всё-таки к маммологу сходить? — Женя поджала губы, увидев заступоревшуюся Загитову. Этери быстро сообразила, потому что придумывать отмазки для них было невпервой, хоть и прошло достаточное количество времени. — Да, Жень, лучше обратись к врачу. — Этери убрала руку. — Как запишешься на приём, скажи, снимем тебя с тренировок. — Спасибо. — Женя кивнула и стала надевать лифчик. Этери развернулась и увидела Загитову. — Ты чего встала? Забыла что-то? — Ага… Только я забыла, что забыла. — Алина нервно улыбнулась. — Чёй-та вы тут делали? — Загитова, у тебя сиськи не болели? Я вот так нажимаю. — Женя взяла себя за грудь и шикнула. — И больно. Этери усмехнулась и вышла из раздевалки, оставляя Женю отдуваться перед Загитовой. Женя с Алиной засмеялись, когда Этери вышла. — Скажи ей, что я знаю. А так, кстати, достаточно правдоподобно. — Алина прыснула смехом и взяла забытый телефон. — А то игра получается не для меня, а для неё. — Скажу, Алинка. — Женя переоделась и девушки вместе вышли из раздевалки. — Пока, я к Этери. — Медведева помахала рукой подруге и пошла в кабинет тренера. *** — С днем рождения, милая. — Женя улыбнулась. — Сколько там тебе стукнуло? Двадцать пять? — Ага… Если бы. — Этери вздохнула. — Ты помнишь нашу игру? — Женя вытянула губы трубочкой. Этери улыбнулась и также вытянула губы, Женя принялась чмокать в них сорок девять раз. — 25 раз, 25 два, 25 три… — Женя улыбалась. — Женя! — Этери не смогла сдержать смех. — Ну вот. Заново. — Медведева вздохнула. — 25 сорок девять. Я тебя люблю. Всё ещё люблю и всё ещё также сильно. — Женя обвила шею блондинки руками. — И я тебя люблю, медвежонок. — Этери улыбнулась, обнимая девушку за талию.