Та Ночь

Подобные отношения продолжались весьма долго, пока сам Гиук не начал осознавать абсурд всей ситуации. Харин, вроде, никаких знаков неприязни не показывал, и зачастую сам был инициатором интима. А вот Гиуку начало всё это дело надоедать. Да, ему нравилось, что его называют молодцом, поощряют, хвалят, но… — Блять, я что, только хуи сосать умею? — достаточно громко и недовольно воскликнул Гиук, сидя рядом с Донмёном, — похоже, что да… Я только для секса годен. Я шлюха, Мён. — Да какая ты шлюха, у тебя два партнёра было, — усмехнулся клавишник. — Даже шлюха из меня плохая, видишь! — Ну что ты, — спокойно сказал Донмён, обнимая товарища, — ты хорош во многом, не загоняйся так. Ты такой классный! — В каком месте я, блять, классный? Мне говорят что я умница только когда у меня член во рту или я всю кашу доел. А кашу я давно не ел. Донмён даже не знал, что ответить. Он лишь крепко обнимал мальчика, слегка гладя его по спине, пока шептал ему всевозможные комплименты. Гиук редко говорил о себе в целом, но сейчас ему явно плохо, и нужно как-то поддержать. И тогда ему в голову пришла просто гениальная идея. — Может, мы с тобой в клуб сходим? Найдём тебе кого-то, да и мне не помешало бы… в конце концов, чего ж такому красавцу девственником помирать, — пошутил он. — Чтобы меня опять один раз использовали и выкинули? — возмутился басист, — я что, на презерватив похож? — Гиук, ты не презерватив, — уверял Донмён, — ты — пакет! А пакеты моя семья стирает. Нужный ты, тебя с остальными пакетами хранят. И с таким настроем, пакет вместе со своим другом собрались в выходные в клуб. Ребята решили подойти к делу серьезно, ибо, как выразился Гиук, надо, чтобы пакетик взяли, даже если у покупателя свой. Благо Донмён был чуть ли не визажистом/мастером маникюра, да и вообще бьюти гуру на неправильной специальности, именно ему Гиук и доверился со своим и без того миленьким личиком. Задание у Донмёна было простое. «Сделай так, чтобы не совсем тётенька, но чтобы понятно было, что мальчикам ко мне тоже можно». Пообещав, что тётенькой Гиук не станет, Донмён приступил к работе, за что ему была обещена шоколадка с орешками. По итогу, изменилось мало что, кроме как лёгких теней на глазах и розоватого оттенка на губах. К своему же макияжу Донмён подошёл по-другому, ибо здесь у него ограничений в виде «этим не тыкай», «это вообще куда» или «да не надо мне блестючки, я сам звезда» не было. — Мать честная, Мён, ты чего как ель новогодняя? — усмехнулся Гиук, — стразики, хуязики… — Ты ещё пинджачок мой не видел, — улыбнулся старший, — сейчас в обморок упадёшь. «Пинджачок» Донмёна (по мнению модного эксперта Гиука Ли) — кощунство над тканью. Но этого он, разумеется же, не сказал, а сам оделся более скромно, дабы не привлекать внимания. Ну а если и привлекать, то в меру. Особого мероприятия не намечалось, но клуб был открыт. Это не тот, где Гиук нашёл Ёнхуна, но в этом была живая музыка, что нравилось ему больше. На сцене играла неизвестная никому группа, исполняющая каверы на популярные песни. Она состояла из четырех человек — басист, вокалист, гитарист и барабанщик, и, хоть по своей басовой натуре, Гиук должен был смотреть на басиста, гитарист выделялся больше. Это был светленький парень с бежевой гитарой, одетый весьма простенько, но играл он просто нереально. Это тот самый тип, который посреди простой песни начнёт играть дичайшее соло с абсолютно невозмутимым выражением лица. И Гиук был намерен узнать кто он. После выступления, когда музыканты сошли со сцены, Гиук последовал за ними. — Как вы называетесь, ещё раз? — по началу неуверенно спросил он, чтобы хоть как-то начать беседу. — А, прикол, у нас нет названия. У нас и состава нет. Басиста пятый раз меняем, барабанщик не наш, я вообще тут по приколу, — усмехнулся вокалист, — у нас только этот постоянный, — добавил он, показывая на гитариста. — Классно играешь, — прокомментировал Гиук, на что парень лишь кивнул, — ну, а если нужен будет шестой басист, я могу предложить себя, как вариант, — подметил он с небольшой ухмылкой. Блять, лишь бы это со стороны нормально смотрелось, подумал Гиук. — Шумно капец, я тебя не слышу, — ответил гитарист, после чего отошёл в сторону, жестикулируя Гиуку, чтобы тот пошёл за ним. Они стояли в более укромном углу, где ужасно пахло сигаретами, но хотя бы музыка играла не так громко. — Ну конечно не слышишь, я ж басист… Классно играешь, говорю, — повторил Гиук, пытаясь звучать увереннее. — Самоирония, уважаю, — сказал всё ещё безымянный гитарист. Гиук сделал глубокий вдох, после чего снова посмотрел на гитариста. Вблизи парень и правда был весьма красивым. Большие глаза. Очень большие глаза. Губы в форме секдечка, да и в целом весьма миловидное лицо. — Не хочешь познакомится? — тихо спросил Гиук. — Ну, Хёнгу Кан, очень приятно, — просто ответил гитарист, протягивая мальчику руку, — а ты, товарищ басист? — Киа. Это имя Гиук говорил почти всем новым знакомым, в целях личной безопасности, да и звучало оно куда пафоснее, чем Гиук. Хотя, раз парень сказал своё полное имя, псевдоним из трёх букв звучал слегка нелепо, но Гиук решил опустить этот факт. Басист на секунду посмотрел в зал, и увидел как его друг уже целуется с кем-то, а значит у него точно всё идёт хорошо, и сам решил не отставать. — У тебя одно выступление сегодня, да? — поинтересовался Гиук. — Ага, только вот с этими. Дальше я свободен, — кивнул Хёнгу, — а что? — Да вот, подумал, может нам по стаканчику? Хёнгу Кан: третий партнёр Гиука.