Лунное желание ✨🌙

В мире есть свои предрассудки, в которые сложно не верить. Кою Яри же в эти предрассудки не верил, потому что его так учила Доулинг. И за последние 4 года юноша убедился в этом. Про «Правящие кланы» известно мало. Всех учащихся просто предупреждали, что выходцы этих кланов очень опасны. И встреча с одним из них станет первой и последней в жизни. Кою Яри не мог утверждать за всех выходцев правящих кланов. Скорее всего ему просто повезло, что Мияко, как и еë друзья (кроме Района), просто не такие «агрессивные», как говорят. Охота закончена, но Фестиваль ещë продолжался. Голубая луна начала убывать. Бог луны отправил Кэйташи готовиться к вознесению под руководством Белого тигра Бьякко. А Кою Яри — под руководством клана пантеры. Мияко отвечала за юношу. И как прикрытие для тех, кто будет спрашивать — Бог луны назначил Кою Яри «телохранителем» Принцессы клана пантеры. Итак, вот они и пришли к воротам клана. Над входом висела золотая табличка с надписью: «Маянака-но-Панса-но-Кама». Кою Яри остановился, смотря на табличку. Мияко дошла до дверей, остановилась и обернулась. — Ты чего? — Хм, ничего. Просто засмотрелся. Всë-таки, до этого я только читал про «Правящие кланы», и то, немного, — сказал Кою Яри, догнав Мияко. — Ты что невнимательно читал? — Нет. Просто про сильнейшие кланы очень мало что известно. А нас учителя и старейшины факультетов пугали «выдумками». Наставница сказала, что люди, зная о чем-то очень мало — любят надумывать, чаще всего всякую чушь. Мияко только хмыкнула, слегка улыбнувшись. — Доулинг-сан говорила правильные и умные вещи. Кою Яри только кивнул. Они зашли на передний двор. Было слышно, что в школе клана проводились сейчас занятия и тренировка. Поместье было большим и 3-этажным в желто-синих цветах. — Следуй за мной. И говори только когда спрашивают. Зверь-хранитель нашего клана и мой отец тебя «не укусят». А вот моего брата и мою матушку тебе надо остерегаться. Сложив руки впереди и спрятав в рукавах кимоно, Мияко пошла к парадному входу. Кою Яри последовал за ней. Их тут же встретила девушка с розовыми волосами в бело-золотой юкате, с ушами и 4 хвостами за спиной. Селена поклонилась Мияко и с любопытством взглянула на еë «спутника». — Селена, этот юноша — подчинённый Бога луны, заклинатель меча. Цукиëми-сама решил, что Кою Яри-кун будет готовиться к вознесению под опекой нашего клана. Можешь приготовить ему комнату, в одной части поместья с моей? Селена нечитаемо посмотрела на Кою Яри. Но тут же ответила тепло: — Конечно, юная госпожа. Я найду слуг и попрошу их подготовить комнату. Как прошла охота? — Хм… скажем так, я победила… не без помощи, — сказала Мияко, на миг посмотрев на Кою Яри. — Победили?! Юная госпожа, вы победили в охоте? Надеюсь, 1 принц клана львов не расстроен, что вы отобрали у него победу? — спросила Селена. И Мияко, и Кою Яри скорчили лица, услышав про Района. — Что ты такое говоришь? Как он может на меня обидеться? Разве он не 2 год подряд (по меркам демонов) никак не отстанет от меня, получая отворот-поворот? Селена, не переживай. Обидится он или нет, нашего клана это не касается. Отец у себя? Селена только вздохнула. — Вождь у себя. Хозяйка в библиотеке. Молодой господин в своих покоях. Все за вас переживали, когда узнали, что вы в этом году участвуете в охоте. Даже преподаватели в школе клана. — Ладно, скажи прочим членам клана: приз у меня, я утерла нос Району и родственникам со стороны маминого клана. — Как скажите, юная госпожа, — сказала Селена, сделала краткий поклон и ушла. Кою Яри, как его попросили, молча стоял в стороне. Но наблюдал. Он что-то слышал о зверях- и духах-хранителях у правящих кланов. И вот увидел воочию. Хотя немного иначе себе представлял. — О чем задумался? Кою Яри посмотрел на Мияко. Она пошла куда-то, куда только она знала. И ему пришлось проследовать. — У вас очень дружелюбная атмосфера в клане. Все переживали за тебя. Даже учителя в школе клана?.. У вашего клана есть школа? — Клан пантеры обучает наëмных убийц, тайных воинов и шпионов. Я уже закончила еë, но все равно на короткой ноге с учениками и с преподавателями. Те 4 кота-демона, 4 года назад пришедшие со мной, мои одноклассники. И протеже учителей. Они поднялись на 3 этаж и остановились перед седзи в кабинет вождя. Мияко постучала. — Входи, Мияко-тян. Принцесса клана раскрыла седзи и вошла, тут же поклонившись. Кою Яри остался на пороге. Если надо будет — зайдет, а пока может и подождать. — Отец, как вы и просили — я вернулась целой и невредимой. — Мияко-тян… я был уверен, что ты сдержишь обещание, но главное, что ты вернулась. Ладно, — сказал Сэтоши и вздохнул. — Как прошла охота? Кто победил и какой был приз? Кою Яри хоть и не видел лица Мияко, но он знал, что она улыбнулась. — Уж точно не клан львов, или клан Огненных кошек. В этот раз победа досталась нашему клану. Нависло молчание. Кою Яри даже послышалось, как что-то упало, или сломалось. — Надеюсь, вождя клана не хватил удар? Мияко умеет подбирать слова, так что теряешься: сесть или сразу лечь? — покачал головой Кою Яри. — Мияко-тян, ты… — осекся Сэтоши, когда его дочь стала что-то доставать из карманного измерения. Она достала ножны меча Ян. — Отец, в этот раз я победила и получила меч Ада. Ты знаешь, что это значит? — спросила Мияко и подошла к окну, заглянув в него. — Меч Ада… то есть ты теперь левая рука Владычицы?.. Мияко-тян, так ты этого хотела? Получить высокий титул, чтобы иметь шанс разорвать все навязанные помолвки? — задумчиво спросил Сэтоши. С тех пор, как демоны «познакомились» с мечом Ян и «познали» его силу, они решили, что хозяин меча Ян это левая рука Идзанами. А Владыка демонов — еë правая рука. Это высшая степень доверенности от Владычицы мира мертвых и управительницы мира демонов. Тот, кто носит один из этих титулов, имеет такую же власть, как и сама Богиня смерти. Их слово — закон. Мияко повернулась к отцу и сказала: — Да, отец. Я искала способ освободиться, просила ответа. И наконец получила, что хотела. Я знаю, вы с матушкой хотите для меня такого же счастливого брака, как у вас. Но что если у меня иная судьба? — Мияко-тян, нам с твоей мамой важнее, чтобы ты была счастлива. Если ты считаешь, что быть свободной от всего — делает тебя счастливой, мы можем только радоваться за тебя. Нависло молчание. Кою Яри смотрел в никуда. — Так я не один сопротивляюсь связи мечей? Но что-то мне кажется, что ничего хорошего в этом нет. Либо что-то не так с этой связью, или что-то с нами? Хороший вопрос. — Отец, вот. Цукиëми-сан просил передать. Ты позволишь? Мияко передала Сэтоши свиток. Вождь клана прочитал свиток и нечитаемо взглянул на дочь. — Чего это он вдруг? — спросил Сэтоши. — Я сама удивилась. Но он уже узаконил это. Отец, ты доверяешь мне? — Конечно. — Тогда поверь: несмотря на то, как это выглядит, я могу уверить этот юноша не такой, как прочие заклинатели меча. К тому же… Мияко что-то нашептала своему отцу. Сэтоши не хило удивился. — Ты серьëзно? — Ага. Сама видела. Так что? — Ладно, пускай останется. Но ты сама поговоришь со своей матерью и братом. — Отлично. Мияко выглянула наружу и завела Кою Яри внутрь, схватив за рукав. Тот сначала растерялся и поклонился. — Как тебя зовут? — спросил Сэтоши. — Кою Яри, вождь клана. — Ладно, поднимись. Кою Яри встал прямо. — Кою Яри-кун, в какой школе заклинателей ты обучался? — В школе «Света невидимой луны», вождь. — В той, что находится в восточной части Японии? — Мм, да. Сэтоши хмуро глянул на дочь. Но та выдала невинную улыбку. — Вождь, хотя меня обучали и говорили, что наша работа — убивать демонов, при встрече с ними. Я не тронул вашу дочь, когда увидел еë. Сэтоши и Мияко удивленно посмотрели на Кою Яри. — Что же тебя остановило? — спросил Сэтоши, заинтересовавшись словами юноши. — Если бы Мияко-чан хотела бы кого-то убить — я уверен, ей это не составило особого труда, при чем избавиться от того, кто еë заметил. Она не убила меня, так зачем мне убивать еë? За все время, пока она была на территории школы, никто не заметил еë присутствия, кроме меня. К тому же, она не позволила другому демону уничтожить школу. — У тебя неординарные принципы и мышление, хочу сказать. А твои близкие, как относятся к твоим суждениям? — Кроме наставницы и соседа по комнате, у меня нет близких. Я был сиротой, сколько себя помню. Сбежал из детдома в 14 лет, и наставница забрала меня в ту школу, воспитав и вырастив как собственного сына. В заклинательской школе у меня не было друзей, кроме моего соседа… мы с ним были скорее друзьями-соперниками и шли нога в ногу. Я закончил школу 2 года назад и отправился в путешествие. Это все, что оставалось такому как я. — Хм? Такой талант, но не принадлежащий древнему роду? Тогда Цукиëми-сану и правда повезло, если он смог стать твоим опекуном. Кою Яри-кун, последний вопрос. И всë. — Спрашивайте, что хотите. — Какой у тебя уровень силы? — Магистр среднего уровня. Духовный зверь: ледяной дракон. — Уже магистр среднего уровня?.. Подожди, ты сказал: ледяной дракон? — Да. — Твой элемент стихии — лед? — Как и у моей наставницы. Я еë первый и последний ученик. Она обучила меня всему, что знает: техникам стихии и владению мечом. Наставница — лучший мастер меча в школе. И скорее всего такой и осталась. Она — бессмертная заклинательница. Я только на ранг слабее неë. — Кою Яри-кун, я считаю, что ты сможешь догнать свою наставницу в силе. Если потренируешься в школе нашего клана. Мияко-тян, ты сможешь показать ему некоторые техники с оружием, чтобы улучшить его навыки? Мияко и Кою Яри растерялись. — Отец, ты серьёзно?! — сказала Мияко. — Вождь, спасибо за предложение и жест доброй воли. И я очень ценю это. Но Цукиëми-сан сказал, что меня ждет подготовка к вознесению иного рода, — сказал Кою Яри. — Мияко-тян, ты читала, что тут написано? — спросил совершенно спокойно Сэтоши, постучав по свитку. Мияко не ответила, но виновато отвела взгляд и прижала уши к голове. — Нет, отец. — Цукиëми-сан не просто хочет, чтобы Кою Яри-кун готовился под защитой нашего клана. Но и чтобы наш клан ему помог. То есть мы принимаем участие в его подготовке. Значит, нет ничего такого в том, чтобы Кою Яри-кун понял, как сражаются демоны? Понимая разницу между людьми и небожителями, ему будет легче стать самому небожителем. Мияко-тян, я могу доверить это только тебе, так как в нашем клане именно к тебе был прикреплен Кою Яри-кун. И Мияко, и Кою Яри не знали, что сказать? Эти слова звучали как приказ. А это и был приказ от Бога луны. Подкрепленный печатью Идзанами. — Ладно, отец. Я займусь этим, — сказала она, поклонившись. Сэтоши кивнул и повернулся к Кою Яри. Тот слегка вздрогнул, но остался стоять прямо. — Кою Яри-кун, тебе выделили комнату? — Д-да, Сэтоши-сама. Принцесса клана пантеры уже попросила слуг прибрать комнату для меня. Мияко нечитаемо на секунду глянула на него. Но промолчала. — Ясно-ясно. Это хорошо. Приятно было познакомиться. Кою Яри-кун, если хочешь, в библиотеке клана есть военная литература, которая будет полезна к твоей подготовке. — Спасибо, Сэтоши-сама. Я запомню. Мияко и Кою Яри откланялись и вышли. Оба молчали. — В ближайшие 2 дня я придумаю, что делать с твоей подготовкой по техникам демонов. Так как отец «на нашей стороне», тебя никто не тронет. Мне нужно ещë поговорить с матерью и братом. Кою Яри только кивнул. К ним подошла служанка и сообщила, что комната готова. — Отлично, отведи нашего «гостя» в его комнату, — сказала Мияко и повернулась к юноше, — располагайся пока. Когда закончу с делами, зайду к тебе. И кстати, если что-то понадобится — не стесняйся попросить. До вечера. Мияко ушла. А Кою Яри отправился за служанкой в свою комнату.

🌃🌃🌃

Комната, в которую его поселили, была на удивление хорошо обставлена. Кровать, книжный шкаф, шкаф для вещей, столик у окна. Много деталей, которые присущи тем, кто живет богато. Кою Яри осмотрел комнату и сел на кровать. — Да уж, не думал, что несколько дней сна под открытым небом соскучаюсь по футону, что уж говорить про кровать?.. Надеюсь, наставница спокойно вернулась в школу? Хотя учитывая то, что она теперь на короткой ноге с Цукиëми-саном, за неë можно не переживать. Кэйташи, наверное, тоже спокойно добрался до Запада с Белым тигром. Теперь мне стоит беспокоиться за себя. Разложив вещи и сняв ремень с мечом Инь, а также сменив наряд на тот, что висел в шкафу, Кою Яри снова лег на кровать. Что-то на него накатила и усталость, и небольшая лень. Поэтому он позволил себе немного вздремнуть.

🌃🌃🌃

Говорить с братом было сложнее, чем с матерью, как показалось Мияко. Ей хотелось лечь и пролежать до утра. Но ей нужно было ещë проверить Кою Яри и передать ему ужин. Пока что пускай поест так, а когда все немного наладится, будет есть со всеми. Зайдя на кухню, и набрав немного блюд на ужин, Мияко отправилась к «гостю». — Может хотя бы он увидит меня настоящую, не купится на «внешность»? Он не боится меня и знает, что я его не трону... потому что не смогу. Я может и бываю жестока, но не настолько, чтобы испортить эту «маску ледяного спокойствия». Мияко дошла до седзи комнаты, которую выделили для того, с кем она пришла. Кошачий слух уловил спокойное дыхание… как у того, кто спит. Мияко это слегка озадачило. Поэтому она заглянула в щелку и потом вошла, закрыв за собой. Кою Яри и правда уснул. Принцесса клана поставила поднос с едой на столик и подошла к кровати. Села на краю и задумчиво посмотрела на спящее лицо. Сама безмятежность. Мияко ещë не видела за свои 18 демонических лет никого настолько спокойного, несмотря на весь творящийся вокруг хаос. Ледяное спокойствие, окутавшее юношу с головы до ног, не могло не привлечь внимание. Но видимо это заинтересовало только Мияко. Потому что все прочие: либо никак не реагировали, либо их это отталкивало. — Истинное божество. Тот, кто пошел против Небес в прошлой жизни, за что и поплатился. И снова всем видом, будто бросает снова вызов Небесам. Не верит в богов, но станет одним из них. Может в этой жизни тебе повезет больше? С твоими-то талантом и судьбой, ты не просто одолеешь Небеса, но и поставишь их на колени… Мияко хотелось прикоснуться к этой маске. Проверить: это маска холодная, или просто иллюзия? Но не хотелось портить эту картину безмятежности, которая ласкала глаз и душу принцессы. Накрыв еду, чтобы не так быстро остыла, Мияко потушила свечи и вышла. — Зайду завтра. Завтра и решим, что мне с тобой делать?

🌃🌃🌃

Восточный край, заклинательская школа «Свет невидимой луны». Наконец закончились занятия и можно было расслабиться... немного. Доулинг сходила к храму луны, покормила бездомных кошек и котов. А затем вернулась в свою комнату. Заварила чай и взглянула на окно. Солнце садилось, уступая место луне и звездам на небе. Небо выглядело необычайно красиво. Послышался стук, и кто-то сел на вторую кровать. Доулинг даже не шелохнулась. Просто взглянула на «гостя». В этот раз светло-голубое кимоно и белое ханьфу были без пышности. Более стройные. Поэтому сложно было сказать, что юноша, сидящий напротив бессмертной заклинательницы — правда Бог луны? С тех пор, как Доулинг вернулась с Фестиваля до конца периода Голубой луны, Цукиëми приходил: то очень нарядно, то довольно «скромно». Неизменными были серебряные украшения на нем, что слегка позвякивали при ходьбе. И два веера, висящих на поясе, тоже всегда были при нем. Доулинг не знала, чем занимался Цукиëми весь день, но он появлялся к закату и оставался в комнате до утра. Ей стало интересно. — Что ты делаешь днем? — спросила она. Цукиëми вопросительно посмотрел на неë, пока наливал себе чай. Но он также таинственно улыбался. — Порой заглядываю в пантеон на секунду, в другой день брожу по округе в поисках трав, или заглядываю в Киото к Синему дракону. Этот город известен тканями лучшего качества. Либо возвращаюсь в Ики (в Западных землях), чтобы восстановить силы. — Ики? — Там мне начали поклоняться. Простая рыбацкая деревня, спрятанная от чужих глаз. На картах она даже не указана. Это место можно найти только случайно, — не стал утаивать Цукиëми, потягивая чай. — Место, где начали поклоняться... — задумчиво произнесла Доулинг. Ей случайно вспомнилась родина. Хотя она не успела стать небожительницей, Вандоу могло стать местом еë вознесения, где она будет на пике сил. Но это же явно отличается от мест вознесения «древних богов». — Боги стараются скрывать истоки своих сил, — сказал Цукиëми. — Почему? — спросила тут же Доулинг. Ведь ей же рассказали. Неужели Бог луны настолько ей доверяет? — Сложно сказать. Просто богам не хочется делиться такой «деликатной информацией». Причину я не знаю, да и мне неохота. Это личное дело каждого, — сказал ками луны, водя пальцем по краю чашки. Разговор тек довольно медленно и непринужденно. Будто они уже давно знали друг друга. Цукиëми это устраивало. Поэтому он приходил на закате каждый день, и они говорили ни о чем. Доулинг, в принципе, тоже нравились такие беседы, которые помогали расслабиться и отдаться моменту. Но сегодня видимо иной случай. Цукиëми вздрогнул и резко встал. Он выглядел довольно серьёзным. Доулинг тоже встала. — Что-то случилось? — Нет. Но мне придется сегодня уйти пораньше, — сказал Цукиëми, натянув улыбку. Он не хотел уходить. Но дело было срочным. Поэтому нужно было решить эту проблему. Цукиëми посадил Доулинг обратно и снова чарующе улыбнулся. — Точно ничего такого? — спросила она. — Нет. Просто внезапный гость у ворот моего храма в пантеоне. Однако я вернусь скорее всего глубокой ночью. Поэтому до завтра. Цукиëми ушел. Когда он вышел из общежития, остановился и обернулся, посмотрев на определенный этаж и окно. Его взгляд пепельно-золотых глаз опасно сверкнул. — Ну, Хатиман, как же ты невовремя. Я думал, ты до конца Голубой луны на юге пробудешь, а ты… тьфу, будь это кто-то другой, я бы и не шелохнулся. Цукиëми дошел до храма луны, утопающего в зелени. Ему нужно лишь зайти на дворик и подойти к храму, и он тут же вернется в пантеон. Однако явно не один…

🌃🌃🌃

Спустя неделю, наконец, волнение в клане улеглось. И никто больше не реагировал остро на Кою Яри. Кто-то испытывал любопытство, кому-то было страшно, а кто-то просто игнорировал. Среди учащихся это было заметно больше всего. Мияко все же смогла выбрать то, что будет показывать и чему обучать. — Странно будет взять на себя роль учителя. Легче сказать, что я делюсь опытом… как это странно звучит. Разве наставники не делятся опытом и знаниями? Единственным плюсом было в этих «тренировках»: не нужно было разжевывать. Кою Яри схватывал на лету. Но повторял с раза 2 или 3. Потому что он все ещë был человеком. Однако и это Мияко считала плюсом. Наконец, Фестиваль и период Голубой луны закончился. И Мияко захотелось выйти прогуляться. Размяться на свежем воздухе. Стоило ей встать возле шкафа, чтобы выбрать подходящий наряд, как еë «телохранитель» был тут как тут. — Куда ты собралась? — Я и забыла о его прикрытии, как «моего телохранителя». Хотя в это никто не верит, — криво усмехнулась Мияко. Кою Яри нахмурился. — Прогуляться. Просто прогуляться. — Просто прогулка? — Да, прогулка. — Думаю можно ненадолго выйти. Мияко закрыла за юношей седзи и повесила талисман. — Тебе не нужно за мной приглядывать. Ты телохранитель только на словах. — Это мое собственное решение, — спокойно отрезал Кою Яри. Мияко вопросительно посмотрела на него. Однако она не хотела спорить с ним. И согласилась. Выбрав наряд, Мияко зашла за ширму и переоделась. Они отправились на прогулку. День был хороший, теплый. В городке, что находился на территории клана пантеры, несмотря на время суток жизнь кипела по-своему. В основном, по улицам ходили люди. И жителей 3 мира меньше десятка. Торговцы спрятались в теньке и обмахивались веерами. Мияко оглядывалась по сторонам, идя бодрым шагом. Кою Яри следовал спокойной тенью за ней. Тут принцесса клана пантеры подошла к одному продавцу и его товару. То есть ко столу, на котором лежали разные украшения, поблескивающие в солнечных лучах. Нормальные торговцы украшениями не показывали всем мимо проходящим свой товар, то есть продавали исключительно в магазинчиках. А продавцам с дешевым товаром было все равно. Главное — продать. Однако у этого продавца дешевых украшений Мияко заметила шпильку, которая явно не тянула на дешевую. Кою Яри удивился, что Мияко могли заинтересовать дешевые товары. Он подошел и встал за её спиной. — Сколько стоит эта шпилька? — спросила Мияко. — 100 йен. — Довольно дешево для такой искусной работы, — задумчиво сказала Мияко. — Это самая обычная шпилька, — заворчал торговец. Мияко недовольно фыркнула и оставила на столе мешочек с 500 йен. Торговец раскрыл рот и упал с табуретки от суммы. Кошка-демон забрала шпильку, аккуратно её упаковав и убрав в рукав. Она посмотрела на юношу, что следовал за ней. — Что? — спросила она. — Ты о чем? — не понял Кою Яри. — Ну, насчет того, сколько я отдала за шпильку? — сказала Мияко. — Это же твои деньги. Если тебе понравилась эта шпилька, кто я такой, чтобы мешать купить вещь, которая тебе понравилась? У меня нет привязанности к деньгам, — спокойно ответил заклинатель, сложив руки в рукава. Мияко хмыкнула. — Запомни: если есть что сказать — говори. А ещё: не веди себя, как слуга. Телохранитель — твое прикрытие, не более. Я отношусь к тебе, как к равному себе. Не забудешь? Кою Яри только кивнул. Они ещё побродили по городу и покинули его, выйдя в чистое поле. Мияко потянулась. — Такая хорошая погода, что хочется пробежаться и поваляться в траве. — Поваляться в траве? — не понял Кою Яри. — Ты серьёзно? Ты просто учился в заклинательской школе, никто тебя там насильно не держал. Ты реально никогда не расслаблялся таким образом? — удивилась Мияко, приподняв бровь. В её голосе не звучало ни намека на упрек. Чистое удивление. — Ну, я особо не покидал территорию заклинательской школы. Другие учащиеся возвращались в свои семьи после Нового года и на лето. А я, Кэйташи и ещё несколько учащихся, оставались в школе в это время. У нас не было другого дома, кроме школы, куда мы могли вернуться. — И что даже летом вы безвылазно сидели в школе? — Нет. Наставница водила нашу группу, из оставшихся учащихся, в небольшое путешествие. От лица школы, мы ездили в Киото и в столицу. — То есть учились летом, пока все остальные отдыхали? Нависло молчание. Мияко вздохнула. — Ну ладно, что было, то прошло. Тогда помимо помощи с вознесением, я помогу правильно наслаждаться жизнью и дурачиться, — сказала она и ухмыльнулась по-кошачьи. — Допустим, и как же? — спросил Кою Яри. Мияко просто отошла в сторону и приняла истинный облик. Она присела к земле, указав хвостами себе на спину. Кою Яри сел на пантеру, которая затем поднялась и рванула с места. Ветер ударил в лицо юноше. Из-под лап пантеры-демона местами вылетали из травы птицы. — Это довольно весело, — подумал юноша.

🌃🌃🌃

Тагахамара, вечер. Слуги храма «Бессмертной луны» всполошились, когда вернулся хозяин. И засуетились, когда увидели, что хозяин прибыл не один. Так как появление гостя произошло в момент перемещения, Цукиёми будто толкнули вперед. Он взмахнул рукавами, как крыльями и, на удивление, упал довольно изящно. Часть волос упало ему на лицо. — Господин? — удивились слуги храма. — Со мной всё хорошо, не волнуйтесь, — сказал Бог луны, убрав волосы с лица. — Прости, я не хотела падать на тебя! — раздался знакомый для юноши голос. Он перевернулся и замер. Доулинг уже поднялась на ноги и выглядела виноватой в произошедшем. Цукиёми поднялся и отряхнулся. Прежде чем заговорить с ней он отпустил слуг. Слуги спешно удалились, но затаившись в храме, все же немного решили подглядеть. — Доулинг, зачем ты пошла за мной? Я же сказал, что быстро разберусь и вернусь обратно, — сказал Цукиёми. Доулинг растерялась. Она не знала, что сказать? — Я беспокоилась… — За меня? — растерялся Цукиёми. Но тут раздался стук в ворота. Цукиёми моментально стал серьёзным. — Тебя не должны увидеть другие боги. Поэтому подожди в храме. Если что-то понадобится, попроси моих слуг. Он отвел Доулинг в свою резиденцию и передал на поруки двум служанкам. — Встреть гостя и отведи в беседку, скажи: я сейчас вернусь, — приказал Цукиёми слуге, что отвечал за встречу гостей. Цукиёми ушел вглубь резиденции. — Госпожа, позвольте проводить вас в комнату, чтобы переждать? — спросила одна из служанок. Доулинг растерялась. Она уже отвыкла от слуг. Но вспомнив свою жизнь при дворце, решила послушаться просьбы ками луны. Ещё она попросила принести ей зеленого чая. Вторая служанка поклонилась и ушла выполнять просьбу. Тем временем… Хатиман был удивлен, что его приняли. Видимо ему повезло, и хозяин храма сейчас в пантеоне. Спустя несколько минут, к беседке подошел Цукиёми. Он сел напротив. — Хатиман, не ожидал увидеть тебя на ночь глядя? — сказал Цукиёми. — Я и раньше заходил, но тебя не было. Ты что уже после фестиваля снова отправился путешествовать? — А что здесь такого? Меня часто не бывает в пантеоне, это многие боги знают, — качнув плечом, ответил Цукиёми. — Зачем ты пришел, Хатиман? Ты и так видел меня на Фестивале, возле Лавовой долины. Я уверен, что ты меня узнал. И ты не рассказал Таке… — Мне нечего ответить. Я просто хорошо тебя знаю. Только ты владеешь духовным зверем — водяным драконом (кроликом). Догадаться не так уж сложно. А насчет того, почему я зашел… я хочу попасть в архив. — Зачем тебе в архив? — спросил сухо Цукиёми. В библиотеку он и так не пускает большую часть пантеона. А в архивы уж тем более практически невозможно попасть. — Я хочу кое-что узнать. — Что ты хочешь узнать?.. Ты же не думал, что я пущу тебя в архивы, если не буду знать: что ты ищешь? — Я понимаю твою осторожность. Ты же ведешь список тех, кто «исчез»? — Допустим, и что? — Вот именно он мне и нужен. — Для чего тебе список исчезнувших божеств? — Хочу узнать: откуда взялся юноша с происхождением «истинного божества»? Он был в компании твоей подопечной — кошки-демона. Цукиёми стал ещё серьёзнее. — Этот юноша и мой подопечный. Зачем мне давать информацию о нем тебе? — спросил он. — Цукиёми… его сила огромна… я видел это своими глазами. Его сила подобна членам «Правящей тройки». Но всех, кто равен ей по силам или сильнее — нельзя оставлять в 3 мирах! Откуда такая мощь могла появиться у простого мальчика? Это связано с его происхождением. Но я не помню, чтобы божество с такой силой существовало?.. Хотя может он перерождение Первого Владыки?! Хотя Цукиëми уже знал ответ, теория Хатимана заставила его удивиться. И заставить сердце быстро забиться. Идзанаги, Первый Владыка, сделал много чего хорошего. Да, у него вышла сильная размолвка с супругой, после еë смерти. Но он остался тем же. И также несмотря на то, что Идзанаги изменил судьбу сына (Цукиëми), запечатав его силу и темную сторону (Цукуëми) в мече Черной луны, Бог луны не мог обижаться на отца. Его просто хотели защитить. Но Идзанаги потерял силы и умер, передав власть над двумя мирами «Правящей тройке». Первому Владыке построили гробницу и спрятали вместе с ним Копье Небес. Никто не знает о местонахождении гробницы, кроме Богини солнца, Бога луны и Бога ветра. Эти воспоминания отдались горечью в душе и вернули Цукиëми в реальность. Он вздохнул и заговорил отстранённо: — Хатиман, мой подопечный не перерождение Первого Владыки. — С чего ты взял? — Говорил с Аматсу. И в прошлой жизни, и в этой — мой подопечный, появился под одной и той же звездой в Драконе. Поэтому он такой сильный, талантливый и тому подобное. Аматсу также сказал, что рожденных под Драконом ждет серьёзное испытание. Оно либо возвысит, если сможешь пройти, либо убьет, если пройти не сможешь. Видимо мой подопечный не смог пройти испытание судьбы в прошлой жизни. А вот пройдет ли в этой — хороший вопрос. — Рожденный под Драконом?.. Как и ты? Тебе тоже придется пройти испытание? — Да. Что суждено, того не миновать. — Но ты же не веришь в судьбу! — Однако я не отрицаю: шутки с ней плохи. И могут усугубить дело. Если мой ответ тебя убедил, то… — Нет, стоп. Как я уже говорил: в 3 мирах не может существовать кто-то равный по силе «Правящей тройке» или сильнее неë. Ты понимаешь? — Я тебя прекрасно понял. Но я не стану вредить моему подопечному! Сильный, не сильный — мне все равно. У него талант! А я падок на талантливых. Он останется моим подопечным и точка, — прошипел Цукиëми. Он не собирался уступать. Тем более, что Кою Яри помог получить желаемое Богом луны. И ещë Доулинг очень дорожит своим учеником, как родным сыном. Поэтому Цукиëми и пальцем юношу не тронет. И не позволит кому-либо попытаться избавиться от Кою Яри. — Цукиëми! Ты не понимаешь, что творишь! — вскочил Хатиман. — Я прекрасно понимаю твое беспокойство, Хатиман. Но не пари горячку. Он мой подопечный. То есть находится у меня в услужении. Этому юноше суждено стать Богом войны, при чем равным по силе с Бисямоном. Если такая сила будет под чьей-то опекой/защитой, то можно направить эту силу в нужное русло. Что плохового в том, если юноша со своей силой будет на нашей стороне? Только талантливые возносятся, но это уже взрослые мужчины. Мой подопечный силен в таком раннем возрасте. Я считаю, что его стоит оставить. Он будет находиться под моей защитой. Хатиман обдумал слова Бога луны и все же согласился оставить Кою Яри в покое. Если бы Кою Яри был сам по себе, он представлял бы большую проблему. Но раз у него есть «хозяин», значит потенциал юноши можно использовать наилучшим образом для богов. — Хорошо, ты прав. Тогда оставляю его на тебя. Будь осторожен. — Как я не обижу его, так и он не обидит меня, — только сказал Цукиëми. Он проводил гостя до ворот и закрыл за ним. А затем тяжко вздохнул. Пока он вел переговоры с Хатиманом, уже солнце село и сгустились сумерки. — Господин, хотите отдохнуть? — спросил слуга. — Да, я хотел бы лечь и не вставать до утра. Но мне есть ещë о ком позаботиться. Цукиëми ушел в комнату, куда отвели Доулинг.

🌃🌃🌃

Прокатившись на пантере, которая потом остановилась, чтобы юноша слез, Кою Яри стало легче на душе. 12-метровая саблезубая пантера легла на землю и покаталась спиной по траве. Юноша не удержался от смешка. — Ничего себе, он и смеяться оказывается умеет? — удивилась Мияко. — Извини, не удержался. Просто… у меня было иное представление о «высших демонах». Мияко легла на живот и вопросительно наклонила голову на бок. Кою Яри сел и облокотился спиной о бок пантеры. — Согласен, за всю свою жизнь: и до того как поступил в школу, и после — мне не было так весело как сейчас. Меня и так с трудом приняли, потому что я выглядел младше требуемого возраста на поступление. Но наставница все же уговорила директора принять меня. Поэтому я старался отработать возможность учиться в лучшей школе заклинателей. Я боролся и трудился, полагаясь на свои силы и помощь Наставницы. Но оказывается мне с самого начала суждено было стать небожителем. Это угнетает. Мияко не знала, что ответить. Даже если бы она не была в истинном обличии, что она могла сказать такого ободряющего? Поэтому она просто накрыла голову заклинателя меча одним из своих хвостов. — Спасибо, — сказал Кою Яри и слегка улыбнулся. — Да, видимо с большинством эмоций у него есть проблемы. Он слишком долго старался выглядеть спокойным, — подумала Мияко. Ей понравились и его улыбка, и его смех. Через пару часов они вернулись в клан.

🌃🌃🌃

Доулинг с интересом рассматривала комнату, в которой её «спрятали». Несмотря на то, что это даже не жилая комната, которую скорее всего редко используют, она была хорошо обставлена и ухожена. Снаружи послышались шаги. — Можете идти. Дальше я сам. Седзи раскрылись, и Бог луны вошел в комнату, а затем прикрыл за собой. Доулинг повернулась к нему. — Так что произошло? — спросила она. — Ничего особенно. Заходил Хатиман (Бог воинов-самураев), старый знакомый. Он хотел попасть в архив. Его заинтересовал твой ученик, Кою Яри-кун, — сказал Цукиёми, садясь возле чайного сервиса и наливая себе. — Заинтересовал? Одного из богов?.. Чувствую это не к добру, — сказала Доулинг, садясь по другую сторону от ками. Цукиёми нечитаемо посмотрел в чашку чая. — Интуиция тебя не обманывает. У Кою Яри-куна большая сила, несмотря на его возраст. Скорее всего так было и в его прошлой жизни… Не переживай, я ни словом не упомянул мечи Инь и Ян. Обошелся туманными фразами, — сказал Цукиёми. Доулинг мягко улыбнулась, в благодарность за поддержание секрета. — И богов беспокоит такое странное присутствие огромной силы у моего ученика? — Да. Не стану лукавить, вина лежит на «Правящей тройке». Боги в Тагахамаре убеждены, что только три ками могут обладать могуществом, присущим им. А кто попытается «встать рядом с ними», или «возвыситься», ждет одно — смерть. Боги не скупятся уничтожить того, кто решил «выйти против» власти трех ками. Таким образом, с лица 3 миров давным-давно была стерта раса божественных японских драконов. От них остались Синий дракон, что теперь служит Небесам. И Серебряный змей, которого я запечатал на северном краю. Хатиман опасался силы Кою Яри-куна и пытался убедить меня, что от юноши надо срочно избавляться, пока его сила не возросла при вознесении. Доулинг вздрогнула. — Я смог его переубедить… Бессмертная заклинательница удивленно посмотрела на Бога луны. — Переубедил? — Конечно. Пошел на хитрость. Пускай думает, что при вознесении Кою Яри с его мощью будет «служить Небесам», как Сирин. Но это лишь «прикрытие», — сказал Цукиёми, улыбнулся и приложил палец к губам. — Спасибо, — только сказала Доулинг. — Не благодари меня. В любом случае, я не позволил бы навредить Кою Яри-куну. Он мой подопечный, к тому же я защищаю таких талантливых, как он… Кою Яри-кун и Мияко-чан — мои подопечные, но также угроза Небесам (с точки зрения богов). Пока они под моей защитой, они могут жить спокойно и использовать свою силу, как хотят. У них просто есть тот, кто отвечает за них и защитит. — Но тогда получается, ты очень рискуешь? Как их покровителю, тебе придется взять за них ответственность. И если что-то произойдет, в первую очередь могут спросить с тебя. — Спросить с меня? Доулинг-чан, кто посмеет выйти против члена «Правящей тройки» и хозяина божественной библиотеки? — спросил Цукиёми, усмехнувшись и прищурив свои пепельно-золотые глаза. Тогда Доулинг поняла смысл задумки. Бог луны является членом «Правящей тройки», за которую всех непокорных другие боги готовы топить. И если те, кто якобы угрожает власти трех ками, окажутся под защитой одного из этих трех ками, то никто ничего не сможет им сделать. Потому что сами боги не решатся выйти против «Правящей тройки». Это настолько просто и хитро, что даже не верится. — Теперь понятно, что я сделал? — спросил Цукиёми. — Да. Теперь я поняла. Это очень умно и хитро, — кивнула Доулинг. — Спасибо… — Я же просил: не благодари меня… — Я не могу не поблагодарить. Я очень беспокоилась, что может стать с моим учеником, если боги узнают о мечах Инь и Ян и его происхождении? Перерождения могли повторить печальную участь из своей прошлой жизни, но теперь просто за свое существование. Но теперь я могу вздохнуть спокойно, потому что они под твоей защитой. Спасибо, что взял их под свою опеку. Цукиёми растерялся от слов благодарности. Возможно, отчасти он хотел покрасоваться, что на него можно положиться. Произвести впечатление. Но зачем? Разве его не раздражало «слепое поклонение» богов перед тремя ками? Однобокие отношения между миром богов с миром смертных? Восхваления людей, просто потому что он один из сильнейших ками? Почему сейчас ему хотелось воспользоваться своим положением, чтобы впечатлить ту, к которой он питает теплые чувства? Может как раз из-за этих чувств? — Я обещал сохранить то, что ты рассказала, в секрете. Никто не узнает о мечах Инь и Ян и их происхождении. И никто не узнает о твоей связи с этой легендой. А раз я пообещал, значит должен исполнить обещание. Если что-то понадобится, не стесняйся попросить, — сказал Цукиёми. Теперь Доулинг растерялась. Она ещё не привыкла к тому, что может спокойно говорить на равных с божеством. И попросить о чем-то, зная, что её услышат. Теперь уж точно. Цукиёми спас её и спрятал в одной из заклинательских школ, согласился разделить секрет и взял под свою защиту её ученика. Он даже в секрете от других богов изменил один из законов мироздания, чтобы спокойно видеться и общаться, не как божество с человеком, а как с равным себе. Это поражает и восхищает! — Хорошо, я запомню. — Солнце уже село, все уже закрылись у себя. Хочешь выйти и взглянуть на ночь в пантеоне? — спросил Цукиёми. — Конечно, думаю, это в разы красивее, чем в мире смертных. — Ну, в мире смертных тоже своя атмосфера, которую я тоже ценю. Они вышли из храма и взглянули на небо. Доулинг потеряла дар речи от красоты. И правда, вид даже красивее, чем в мире людей. Она видела такие пейзажи только на полотнах картины. И сейчас одна из таких картин воплотилась в реальность. Сверкающая россыпь звезд, светло-синие облака, большая луна. Мрачновато, но фонари всё равно зажигать не надо. Всё и так хорошо видно. — Очень красиво! — Согласен, — сказал Цукиёми, но посмотрел не на небо, а на бессмертную заклинательницу.

🌃🌃🌃

Солнце село, сгустились сумерки и наступил вечер. После возвращения в клан, Мияко и Кою Яри больше не пересекались. А когда вечер перетек в ночь, и закончился ужин, Мияко тихо постучалась в комнату юноши. Принцесса клана пантеры держала в руках фонарик. Она прекрасно видела в темноте, и все равно зажгла фонарь. — Пошли… меч можешь не брать. Мы не покинем территории двора. Покажу одно место, держи. Кою Яри взял фонарик и вместе с кошкой-демоном тихо покинул поместье. Они пошли в дальнюю часть двора. — Куда мы идем? — все же спросил Кою Яри. Мияко только улыбнулась. Наконец, за поместьем показалось двух-этажное строение. Принцесса приоткрыла дубовые двери, пропустила внутрь юношу и зашла последней. Она задула свет в фонаре. И тогда они погрузились во мрак. Через пару минут, глаза привыкли. Мало что можно было разглядеть, но Кою Яри заметил какое-то изваяние впереди. — Подожди, сейчас, — шепотом сказала Мияко и подошла к стене. Что-то зашуршало. И залу залил лунный свет. Тогда же можно было рассмотреть место, куда Кою Яри попал. Святилище. Место поклонения богу. На стенах были фазы луны и 12 созвездий. А впереди не просто изваяние — статуя божества. Из мрамора. Кою Яри подошел ближе. Серебряный лунный свет, льющий из витража на уровне 2 этажа, полностью освещал статую с веером и зеркалом. Статую Бога луны. У подножия крупной статуи был алтарь заставленный благовониями и пожертвованиями. Мияко встала рядом с юношей. — Несмотря на то, что у моего клана «деловые отношения» с одним из высших богов, мы решили построить святилище. Бог луны — Владыка демонов, 3 мира. Так почему бы не построить храм, чтобы поклоняться ему, в знак верности? Раньше, этого храма не было. Предкам поклонялись в определенной зале в поместье. Теперь и Богу луны, и предкам клана поклоняемся в этом храме, — сказала Мияко. Она подошла к алтарю, зажгла благовония и положила среди подношений шпильку, которую сегодня купила за 500 йен. — Я думал, ты купила шпильку для себя? — Нет. Я увидела её и подумала, что из ней вышел бы неплохой подарок от Бога луны Доулинг-сан. Когда он придет забирать подношения, то думаю шпильку тоже заберет. — Зачем ты привела меня сюда? — наконец спросил Кою Яри. Нависло молчание. Мияко ответила, не отрывая взгляда от изваяния: — Владыка демонов это опора 3 мира. Но мне он подарил надежду. Надежду, что можно как-то добиться того, чего я хочу, не нарушая традиции, а обойдя их. Мияко теперь взглянула на юношу. — Я знала, что никто не станет менять ради одного кошачьего демона уставленные временем и поколениями традиции. Но всё же пришла одной ночью сюда и на коленях умоляла помощи у того, кто имел «деловые отношения» с моим кланом. Я сама до той ночи не особо была рада мысли, что мы, ёкаи, будем вести какие-то дела с высшим божеством. Но тогда я отбросила свои предрассудки и умоляла Бога луны помочь мне получить «свободу». И он согласился. Он сказал, что хотя пока не знает, как исполнить мое желание, но сделает всё, чтобы исполнить. И даже поднял меня с колен, сказав, что не нужно вставать на колени, чтобы чего-то пожелать. Хватит того, чтобы просто зажечь благовония и помолиться от всего сердца. С тех пор, я каждый вечер зажигаю благовония в знак признательности, что он согласился исполнить мое абсурдное желание. Кою Яри растерялся от такой откровенности. Ему сложно было представить, что такая личность, как Мияко, встанет перед кем-то на колени, чтобы умолять о помощи? Её не сломили авторитет Района и давление со стороны родного клана её матери. Она не испугалась сойтись в бою с Сузаку, рискуя навсегда потерять возможность управлять разноцветным огнем. Ему было сложно поверить, но картина сама вырисовывалась перед его глазами. Красивая принцесса, откинувшая все предрассудки и свою гордость, стояла на коленях перед статуей и умоляла ей помочь. И скорее всего обещала сделать всё, чтобы ей помогли. Скорее всего это стало началом «дружеских» отношений между Мияко с Цукиёми-сама. Он помог ей, а она ему. — Итак, ты получила желаемое. Так что ты будешь делать дальше? — Жить, как сама того захочу. Он помог мне, а мой клан помог ему. Лунное желание исполнено. — Лунное желание? — переспросил Кою Яри. — Конечно. Изменить порядок устоявшихся вещей. Хотя изменить хотели по-своему, цель была одна. Я удивлена, что он, даже зная, что богам лучше не любить, всё же не отказался от своих чувств. Сделать желаемое доступным — это и есть лунное желание. Нависло молчание. — Ладно, иди пока вперед. Я сейчас закрою штору и догоню. — Я подожду снаружи. — Как хочешь. Кою Яри вышел наружу и остановился. Он поднял голову к ночному небу. Его не оставляли в покое мысли о связи мечей, и как эта связь влияет на них с Мияко? Но они оба желают идти своими путями. Это казалось странным. В чем же тогда смысл связи и существует ли она, если они не сближаются, а наоборот желают «сжечь мосты»? Где же эти чувства, связывающие души даже сквозь смерть в новой жизни? Кою Яри помахал головой, избавляясь от этих мыслей. В своих чувствах он был уверен, хотя и решил отпустить их. И все же... Мияко несмотря на слова о свободе сегодня рассказала нечто сокровенное. О чем скорее всего никто, кроме него не знал. Относилась, как к равному себе. Так... что же между ними творится? — Если тебя уже в сон клонит, мог попросить ускориться. Завтра же мне новые техники показывать, — сказала Мияко, встав позади юноши. — Меня не клонит в сон, я просто задумался, — спокойно ответил Кою Яри. Мияко не ответила. Она зажгла разноцветный огонь в фонарике, и они пошли обратно в поместье. — Не рассказывай никому, что я тебе сказала. Никто не знает, как я на самом деле стала Че-неко и подчинённой Бога луны. Моя борьба за свободу длиться гораздо дольше. С 12-13 лет. — Так давно? — Да. Но сначала я пыталась получить желаемое своими силами. Поэтому даю совет: если ты сильно чего-то пожелаешь — попроси Цукиёми-сана. А он что-нибудь придумает, — сказала Мияко и улыбнулась. Эта улыбка заставила юношу засомневаться: а правда ли он уже отпустил свои чувства? Или же просто поверил раньше времени?