милый

Вечерний Сан-Франциско невероятно красив. Закатное солнце щедро отдаёт последнюю дозу лучей за этот день. Одни возвращаются домой после долгого дня, другие же, наоборот, только выходят в свет. Ночью открываются кафе и клубы, где можно выложиться по полной, показать истинного себя. Но это явно не привлекает Феликса. Он устало смотрит на часы и ждёт, когда этот день закончится. Сегодня он работает вечернюю смену до последнего клиента, уж так заведено в маленьком, неприглядном кафе, куда его радушно приняли официантом, и то по просьбе хорошего друга. Он устал и мечтает наконец-то вернуться домой к любимой кошке Бэтси, завернуться в тёплый плед и наконец-то отдохнуть. Феликс осматривает полупустое кафе. Посетителей не осталось за исключением двух девушек, сидевших в дальнем углу кафе, но вот и они собираются покинуть заведение, и Феликс с облегчением выдыхает. Он убирает за ними столик и идёт считать кассу. После необходимых расчётов, он наконец-то идёт мыть руки, переодеваться и закрывать кафе. А дальше - долгожданный отдых! Ликс моет руки, но тут слышит звук дверного колокольчика. Обернувшись на него, Феликс видит высокого тёмноговолосого парня в кожаной косухе. – Извините, но кафе, увы, уже закрыто. – Правда? А я думал, что вы работаете до последнего клиента. – сладко произносит Хван. Феликсу не остаётся ничего другого, как обслужить этого проходимца. Хван садится за столик, а Ли бредёт за блокнотом, всячески проклиная негодяя, нарушевшего все планы младшего. С трудом натягивая улыбку, Феликс подходит к столику, готовый принять заказ. – Чёрный холодный американо. И что нибудь сладкое. – ухмыляясь, поднимает взгляд на Ликса. – Увы, но из десертов ничего не осталось. – Так приготовь новое. – настойчивым голосом отвечает старший. – К сожалению, я не кондитер, а лишь официант. – стараясь не грубить этому нахалу, отвечает Феликс. – А что на кухне никого нет? – осматривая кухню, спросил Хван. – Я же сказал, кафе уже закрыто! – не выдерживая, сказал Ликс. – Что за недовольный вид, я помешал твоим планам? – пристально смотря на младшего, произнёс байкер. – Представляете...да помешали! – недовольно ответил Феликс. – Воу, хорошо-хорошо – поднимая обе руки наверх, сказал Хёнджин, – тогда сделай мне просто чёрный холодный американо. Развернувшись, Ликс направился за барную стойку, как услышал из-за спины – ...иии...не хотел бы ты выпить со мной? – Что вы имеете в виду? – развернувшись на старшего, спросил Феликс. – Я бы хотел чтобы ты выпил кофе вместе со мной. – улыбаясь, произнёс Хван. – Вы в своём уме? – нахмуря брови, сказал Феликс и пошёл делать кофе. *мысли Феликса во время готовки* Он что совсем идиот? Пришёл после закрытия, нарушил все мои планы, нагрубил мне. И ещё хочет после этого, чтобы я вместе с ним кофе попил? Ну уж нет! Спустя 7 минут Ликс подходит к столику Хёнджина, держа в одной руке кофе, а в другой счёт. – Через 5 минут я закрываю кафе! – оставляя заказ, командующе произнёс Феликс и ушёл собираться. Хёнджин лишь посмотрел ему вслед. Переодевшись в повседневную одежду, Феликс выходит в зал. Хван всё также сидит, погружённый в свои мысли, щёлкая зажигалкой. – Вы ещё тут? – нахрумившись, спрашивает младший. – Как видишь, милый. – поднимает взгляд от своих рук и переводит на Феликса, осматривая его с ног до головы. – Как я могу уйти, не попрощавшись с таким прелестным мальчиком? – лукаво улыбается Хван. Феликс, слегка опешив, смотрит на старшего. Он же, заметив замешательство Ли, встаёт из-за столика, плавным движением руки поддевает чашку и подходит к Феликсу. – Прекрасный кофе, – говорит старший, протягивая ему чашку. – Спасибо. Выходя из ступора, Феликс берёт посуду из рук Хвана, мимолётно касаясь маленькой ладошкой его сильных пальцев. Младший разворачивается, проходя к раковине, чтобы помыть чашку, когда Хван выходит на улицу и, облокотившись на свой байк, достаёт фильтр сигареты и прикуривает. Наконец, выключив свет и закрыв все двери, Феликс выходит из кафе. Он сегодня очень устал, а тут ещё этот надоедливый тип. Он мечтает поскорее прийти домой и лечь спать, потому что сил на что-то большее просто нет. – Ты всё? Садись, я подвезу. – Хван отходит от байка и выбрасывает сигарету. Феликс устало смотрит на него, после чего вяло кидает: – Не стоит. Я Вас едва знаю, да и вообще, с чего бы Вам меня подвозить? – выгнув бровь, спрашивает Ли. – Тогда давай познакомимся. Я Хван Хёнджин. А..ты? Феликс с минуту мнётся, так спонтанно знакомиться с новыми людьми он не привык, но всё же отвечает: – Ли Феликс. – Ли Феликс..– словно смакуя, повторяет Хван. – У тебя очень красивое имя, соответствует его обладателю. Феликс устало улыбается, веки тяжелеют и начинают слипаться. – Ну вот теперь мы знакомы. Могу я довезти тебя до дома? Ли думает. Вспоминает истории бабушки про всяких маньяков, которые ласково заманивают жертв, а потом безжалостно убивают у них же дома...Потом смотрит в глаза Хвана, который мягко улыбается, рассматривает его лицо. Такое красивое. Ровный нос, пухлые слегка покусанные губы, родинка под глазом... что-то в нём есть. – Ладно. – выдыхает Феликс и говорит Хвану свой адрес. Он решает, что доехать будет быстрее, а значит он быстрее ляжет спать. – Только довезёшь и ничего более. – Конечно, милый. – говорит Хёнджин, доставая из бардачка шлем, чтобы дать Феликсу. – Надень его. – А тебе разве шлем не полагается? – находясь в лёгком недоумении, спрашивает Ли. – Байкеру с таким красивым лицом шлем не нужен. – гордо произносит Хван, поправляя свои шикарные волосы. Закатывая глаза и слегка улыбаясь, Феликс садится на байк за Хёнджином. Ли держится за заднюю часть мотоцикла, но как только Хван заводит его и дёргается, крепко обвивает руками талию старшего. Хёнджин на это лишь ещё раз улыбается и предупреждает: – Держись крепче, милый. Мотоцикл мчится по ночным улицам, рассекая воздух. Мелькают фонари. Феликс сильнее прижимается к Хвану, положив голову ему на спину и обвив талию старшего маленьким ручками. И вот последний поворот в маленький переулок. Хван заворачивает в узкий коридор между домами, проезжая всё дальше вглубь. Феликс поднимает голову, осматриваясь вокруг, и, замечая знакомую лесенку, тыкает на неё пальчиком, чтобы Хван остановился. Мотоцикл тормозит. Младший нехотя поднимается с байка, аккуратно снимает шлем и отдаёт в руки Хвану. – Спасибо, я бы сам вряд-ли дошёл. – устало улыбается Феликс. – Всегда к твоим услугам, милый – подмигивает Хван и встаёт с байка, вешая шлем на грипс. – Зачем ты меня так называешь?...– доставая из кармана связку ключей, спрашивает Ликс. –...Как? – делая вид, что не понимает младшего, спрашивает Хёнджин. – Не притворяйся, что не понимаешь о чём я, – поднимая взгляд на старшего, говорит Феликс. Хван ухмыляется и медленными шагами начинает идти на младшего. – Я правда не понимаю...милый. – Вот опять... – произносит Ли, начиная отступать назад. Хёнджин в полной тишине продолжает идти. Феликс, не опуская взгляда со старшего, всё так же движется назад, пока не упирается в стену. Страх нарастает с каждым шагом Хвана в его сторону. Через мгновенье руки Хёнджина упираются в стену по обе стороны от Феликса. Ликс замирает. Он слышит стук обоих сердец. Хён наклонился к уху младшего и шёпотом произнёс: – Тебе не нравится как я тебя называю?... В этот момент Феликс почувствовал в своих штанах движение. – Я сейчас кое-что сделаю...– посмотрев в глаза младшего, сказал Хван, – если будет страшно - беги... Хёнджин приближается к лицу младшего и аккуратно целует его. Сначала медленно, нежно сминает губы младшего, слегка прикусывая нижнюю. Когда Феликс начинает отвечать на поцелуй, Хван становится настойчивее и проникает языком в рот младшего, от чего тот несдержанно стонет в поцелуй. Ли сжимает ладошками широкие плечи байкера, ища хоть какую то опору. Ему хорошо, безумно хорошо. Когда воздуха перестаёт хватать, Хёнджин нехотя отстраняется, всё ещё не отходя от младшего. Феликс пытается восстановить дыхание опираясь ручками на грудь старшего. Подняв головы, они встречаются взглядами. Глаза в глаза. Тут же Ликс вырывается из ловушки Хвана и быстро поднимается по лестнице, ведущей к квартире. – Я ещё зайду за чашкой кофе, – успевает крикнуть ему вслед Хёнджин. После чего слышит громкий хлопок двери. – Какой же он милый, – садясь и заводя мотоцикл, произносит Хван. Он едет по пустой дороге, где дай Бог будет гореть хоть один фонарь, но сейчас Хёнджина это не волнует, он думает только о нём...о милом Феликсе.