Попрощайся

      Ване хочется бежать. Бежать отчаянно, не останавливаясь. Бежать навстречу свободе: расправить крылья и взлететь, нырнуть и окунуться с головой, уползти и забиться далеко под землей. Уйти куда угодно, только бы оказаться как можно дальше от замка, красивого, но холодного; величественного, но одинокого. Такого родного и чужого одновременно.              На небе пылает закат — яркий, стихийный, дикий: сквозь красные облака проходят солнечные лучи, прощаются, в последний раз освещая царство Кощея перед наступлением долгой и мертвой ночи. Ночь придет и отнимет у Ивана последнюю отраду, окутает его невидимыми путами и затянет в беспробудную тьму.              Ваня смотрит внимательно, запоминая каждую деталь, отчаянно желает, чтобы, закрыв глаза, в полумраке увидеть его — свет, явственный, красноречивый, неукротимый, такой, как и он сам.              Плечо крепко сжимает чужая рука — держит, спускается ниже по спине — гладит.              — Попрощайся, — хриплый голос раздается в тишине комнаты, прерывает идиллию, ломает.              Чувство беспомощности захлестывает: Ваня ощущает себя куклой, безвольной и безжизненной. Изломанная душа плачет, скребется, вырываясь наружу, но Иван не выдает своих эмоций. Стоит, приковав взгляд к окну, не шелохнется.              Кощеевы пальцы касаются его — изучают, расстегивают кафтан — снимают.              — Хорош… — доходит до Вани шипение.       Солнце садится.