Искусство квартиры "407"

Солнечный свет пробивается сквозь жалюзи на окнах. Время вроде бы около 10,а вроде бы остановилось. Лучи попадают прямо в глаза, открывать их юноше точно не хочется. Антон осторожно поворачивается на другую часть дивана, пытаясь заснуть на ближайший час, но всё напрасно. Мозг начинает работать и вспоминать вчерашний вечер. Он и вправду был ужасный, но стоп. Где сейчас Антон? Юноша встревоженно выпрыгнул из под одеяла и сел на край дивана. Светлая комната, белые стены, большой плазменный телевизор, высокое зелёное растение с большими листьями и картины с Арсением или как там его. Стоп что?! Он у этого придурка актёра? Антон хотел бы с ним подружиться ,но не в такой обстановке. После 2 стаканов пива в кинотеатре больная голова ничего не помнит из-за слов Иры. Что было дальше, как девушка ушла и бросила Антона?Не дай бог Антон нёс чушь Арсению про глаза ,или ещё хуже, что хочет с ним подружиться, это же странно. Будить кого-то —не из лучших вариантов.Лучший—просто быстро свалить в надежде, что актёр ничего не помнит и бегом на пары. План уже идеально проделан в голове, только Антон в квартире не ариентировался. Было славно, что диван не скрипел. Это радовало с самого начала. Вокруг тишина, только этот Серёжа как будто ебётся с кем-то. Ведь квартира Арсения и Матвиенко были буквально через стенку. А этот мелкий в стенку настукивает. И вообще, почему актёр не мог отдать пьяницу Серёжкинсу? Было бы легче и Арсу Антону. Задерживаться нельзя, возможно этот голубоглазик щас проснётся и начнётся пипец. Одежда была на Антоне—очень радует. Поэтому сразу же с диванчика можно и на выход. Что следующим и сделал Тошка. Выйдя из широченой комнаты, шёл коридор, такой же белый. Везде картины, на которые засматриваются зелёные глазки. Наверняка дорогие, даже мазки профессионально сделаны. Но предпочтение Антон дал только одной картине. Она была в белой рамке, с каким-то автографом. Непонятные зелёные штрихи переходили в лес, а затем тоненький ручеёк который перешёл в небо. Смотрелось очень даже гармонично. Антон не шарил в искусстве, но любил картины с природой. —Не правда-ли красиво? —мужчина стоял облокотившись на дверь у которой висела картина. Это была комната владельца, а точнее самого Арсения. —Да, красивая, —Шаст подпрыгнул от неожиданности, ведь его главный план заключался в том, чтобы свалить, а любовь к живописи погубила его. —А у нас одинаковый вкусы, мне тоже она нравиться, —Арсений явно только проснулся, это видно по глазам. —Ладно, я пойду что-ли. —Тебе не нужна эта картина? А то я могу отдать. Они у меня хламом валяются. —Так это же твоя любимая зачем? —Да я честно не знаю. Может поешь? —Да нет, спасибо, — живот Антона выдал сам себя и громко заурчал. —Ох, боже мой. Мне честно не трудно, пошли есть, а то знаю я вас студентов. Экономите на еде, зато как набухаться—вы сразу, —Арс явно был недоволен, но покормить этого худощавого парня было не проблемой. Актёр потянул Антона за локоть, как юноша вчера Ирину. Посадил на мягкий стул со спинкой и залез в холодильник. Выбор еды был не большой. Салат и макароны. Арсений пытался придерживаться временной диеты для нового фильма. Арс достал огромную плошку салата, отложил чуть ли не всё Антону, остальное убрал на место. Голубоглазый подошёл к кофеварке и сделал себе лате, парня спрашивать не стал. Яблоко в рот и сел перед Антоном. —Ешь, после алкоголя полезно, там витаминов много, —Арс уставился на Антона. Можно было понять, что он не отпустит его, пока тот не съест даже половину. —Лааадно, но если блевану, то тебе оттирать, —Антон взял предложенную вилку, наткнул огурцы , помидоры, ещё какую-то шнягу и запихнул в рот. По вкусу всё было не так ужасно, а даже вкусно. И так одна за другой. Арсений уже съел своё яблоко и выпил кофе. Делать ему было нечего, кроме того, что бы смотреть за едедящим Антоном. —Тебе бы умыться после вчерашнего, а то глаза до сих пор красные, —актёр уставился в ярко красные глаза Шаста. —В смысле? —В прямом, иди умойся, а я посуду помою. Ванна справа от комнаты где ты проснулся, —показал рукой мужчина и начал мыть грязную посуду. Антон дошёл до ванны, она была такой же светлой и тут были опять картины. Арсению их походу вместо денег дают на работе. Шаст подошёл к одной из произведений искусства и уставился. У него не было много денег, чтобы оплачивать себе что-то кроме еды, жилья и одежды. Но та любовь к прекрасному могла забрать у него миллионы за картины известных художников, сразу миллиарды. Юноша обожал всё, что связанно с творчеством. Картины, музыка, сцена—всё было привито с самого детства. Потому что Антон никогда не видел отца, а если даже видел —то когда ему было 7-9 лет. Мать про него тоже особо не рассказывала, но ходили сплетни, что когда Антону исполнилось 10, то отец вскоре бросил семью и уехал во Францию на большую роль или у него была выставка картин, никто так и не знает. Мать думая, что сын будет таким же талантливым как папа, отдала Антона на живопись, но ничего не вышло. Пение — не его. А в актёрке его просто загнобили до того, что он боится даже на сцену выйти. Глаза и правда были до жути красные. Шаст включил холодную воду и протёр вокруг века. Антон надеялся, что Арсений не подумает ничего ужастного по типу, что он нытик и тд. Юноша не хотел чувствовать себя ниже других или что-то в этом роде. Попрощавшись с ванной Шаст вышел в тот самый коридор. Арсений молчит, значит можно валить, хотя, а почему он должен руководить Антоном? Ему уже между прочим 18 лет! Он имеет право на то, чтобы делать всё,что угодно. Так что юноша направился к выходу, взял куртку, напялил кросовки и мигом вырвался из квартиры, а попрощаться забыл. Ну и фиг с ним. Антон радостный спускался по лифту. Мысль, что он щас попадёт домой кружила голову. Но стоило выйти Антону из подъезда, на него накинулся Серёжа. —Привет, парень! Ты вообще живой? Тебя там не избили? Алкоголем не напоили? Наркотиками не напичкали? —Серёжа висел на Антоне как груша на дереве. Выглядит со стороны страновато. —Ты че? С чего бы такие вопросы? — Антон скинул с себя тяжёлый груз под именем Серёжа. —Так мы вчера с Димой ко мне пошли, матч посмотреть, а перед нами этот "актёрише" нёс тебя на спине. Мы конечно обосрались. Может он тебя украсть хотел, а то как ты его пихнул уже всем известно. —Пиздец, надо было его спросить тяжёлый я или нет. Ну и че дальше? —Ну мы кароче бежим к Арсению Сергеевичу, Дима спрашивает че с тобой и предлагаем забрать тебя, а ты там ему в пальто мямлишь, что хочет спать у Арса, причём не у Арсения Сергеевича, а у Арса ëб твою мать. —Блять, А я ниче не помню. Ну и хрен с ним, он покормил меня и в кайфарик. —У тебя там синяков нет? Может он тебя отпиздил за толчок? —Ты че, живой я. Да и вообще, я домой хочу, — время было где-то полдень, а Антону лишь бы спать. Серëга прощался, и Шаст пошёл к себе домой. Снег начал валить гроздьями, точно зима. Появилось желание достать сигарету, и просто наслаждаться моментом. Антон начал искать пачку в своём кармане, но так и не нашёл. Наверняка выпала у Арсения, когда тот снимал с шпалы куртку. Неловко конечно. Почти всему обществу Антона было известно, что он выбирает только хороших людей и общается с ними. Большая редкость, что бы сама шпала подходила знакомиться с человеком. И тут произошло это. Тактика Антона была проста—это общаться с человеком пока наедине, дальше всё само пойдёт, как с Серёжей и Димой. Снег в лицо, а там за горизонтом дом. Что лучше этого чувства?