Точка невозврата

Натаниэль или же младший Веснински, для некоторых мясник, а для других господин Веснински. Возможно, он бы мог возразить насчёт того, как его всегда называл Ичиро, но не станет. Ему нравится. Нравится, что это он может позволять только Ичиро. Вы спросите, как же он его называет? « Рыжик » - это прозвище, которое дал ему Ичиро. Натаниэль сначала спорил с ним насчёт него, а потом привык. Привык, что бархатистый голос Ичиро зовёт его рыжиком. Это до ужаса ему нравилось.. Настолько, что когда он уходил в свои не самые приятные мысли, оно могло вытащить его из этих воспоминаниях и дать силу улыбаться вновь. Конечно же, это не заслуга самого прозвища, а того, кто его так называет. Ичиро. Возможно, не самый приятный человек. Да, он не умеет выражать свои эмоции, но Натаниэлю это не мешало. Ему нравилось разбирать холодное сердце Ичиро по кусочкам. Даже те поцелуи, которые дарил тот ему ещё долго напоминали о себе. Натаниэль каждый раз после этого прикасался к своим губам, чтобы вновь представить губы возлюбленного на своих. Безусловно было сложно, так как его чувства уходили в никуда. Ичиро не давал никаких надежд или желания бороться дальше, но Веснински терпел. Терпел до последнего. Пока не узнал о его браке. Чёрт возьми, браке. Его чувства разбились на осколки, которые нельзя было собрать. Он больше ничего не чувствовал. С его лица долго не спадала улыбка. Кровожадная улыбка. Тогда Натаниэль повеселился на славу. Казалось, он выполнил всё поручение, которые дал ему Ичиро наперёд. Когда он шёл сдавать ему доклады, на его лице были пятна крови, как и на всей одежде. Это его ничуть не смущало. Скорее, забавляло. Металлический привкус крови успокаивал нервы. Он помогал ненадолго забыть о том, что он полностью сломлен. Этот вкус отвлекал. Вот быстрое движение руки, и Веснински уже в кабинете Мориямы. Тот был как всегда за своим столом и так же непоколебим. Как же бесит. Рыжик кинул папку бумаг на стол Ичиро, даже не посмотрев на него. Он боялся сорваться. ── Здесь всё, что ты просил меня сделать. Информацию я тоже достал. Фыркнул Натаниэль абсолютно ровным тоном. Ему больше не хотелось делиться с Ичиро эмоциями. Он не хотел, ведь знал, что теперь это бесполезно. Черноволосый поднял глаза на рыжика и оглядел его. Ичиро даже немного смутило настолько сдержанное поведение Веснински. По привычке тот отсчитывал 5 секунд, после которых Натаниэль уже должен был стоять за его креслом и рассматривать документы, которые тот читает. ── Молодец. Что-то случилось? Поинтересовался темноволосый, вновь утыкаясь в документы. Натаниэль ничего не ответил, а лишь вышел из кабинета. Его всё бесило. Все воспоминания, связанные с ним. Все прикосновения, поцелуи стали противны. Он ненавидел себя и его.. больше себя за то, что не мог признаться в чувствах раньше.. за то, что побоялся. и теперь уже упустил его. Он сидел на крыше дома и пил виски которые взял из мини-бара Ичиро. Алкоголь приятно обжигал внутренности и помогал забыться, но ненадолго.. ведь потом приходили воспоминания об отце и матери.. Матери, которую его заставили убить в 11 лет.. Он всё ещё себя за это не простил. Он не простил себя за то, что стал копией отца, что дал волю чувствам, что тогда не убежал.. он ненавидел в себе всё. Это заставляло крупные слёзы скатываться по щекам. Истерический смех. Всё смешалось в одно. Только туда не вовремя пришёл Ичиро, который увидел Натаниэля на крыше здания в таком состоянии из машины, когда возвращался с собрания. Натаниэль стоял на краю и смеялся от всей своей извращённой души. Ичиро даже не успел моргнуть, как тот спрыгнул.. спрыгнул и полетел головой прямо на бетон.. Тогда Ичиро подбежал к краю и начал смотреть на эту кровавую картину.. ── Ха... смешно...это шутка.. Да. Шутка.. Ичиро не мог признать смерти Натаниэля. Он впервые чувствовал полное опустошение. Это было страшно и непонятно. И тот наконец-то понял, что любил Рыжика. Жаль, он понял это слишком поздно. Очень поздно. Он пообещал себе, что больше не будет чувствовать ничего. Больше ничего.