Она странная для Хогвартса

Восемь вечера Уэнсдей и Гермиона встретились возле входа в Астрономическу башню. После чего принцесса повела соседку в подземелья.       — Не знала, что там есть какие-то комнаты, — сказала Гермиона.       — Есть, просто они все заброшены и про них не рассказывают.       — А тебе значит открыли доступ.       — Это вопрос? — спросила принцесса смотря на шатенку.       — Нет, просто… забудь и пошли. Уже через три минуты они дошли до нужного места. Уэнсдей достала ключ и открыла комнату.       — Ты ж помнишь, что у тебя есть палочка? — спросила Гермиона смотря на ключ.       — Мне так привычнее. Уэнсдей уверенно зашла в комнату и сразу подошла к столу, чтобы оставить там рюкзак и мантию. После чего пошла мыть руки. Тем временем Гермиона стояла возле двери. Она уперлась об нее и рассматривала комнату. Возле правой стороны, на стене висела большая доска, на которой были прикреплены разные пергаменты. Они были все расписанные и стояли по очереди. С левой стороны, где сейчас была Уэнсдей находились разные инструменты. Также разные защитные костюмы и большой умывальник. На противоположной стене от Гермионы были шкафчики стеклянные. Их было четыре в каждом, что-то находилось. Первом и втором — ингредиенты, третьем и четвертом — готовые зелья. А посередине комнаты стоял большой стол. На нем стояли разные приборы, которыми явно пользовались часто. Стоимость всего, что находилось в этой комнате досягало больше миллиона долларов и Гермиона это очень хорошо понимала. Ведь только один ламинар (это специальный бокс, внутри которого поток стерильного воздуха), чего стоит. Гермиона только через несколько секунд поняла откуда столько денег на такую лабораторию. Ведь Уэнсдей была наследницей престола и на нее явно не жалели деньги. Это и так было понятно по ее воспитанию, но сейчас Гермиона все еще и видела это.       — Это хорошо, что ты молчишь и стоишь на одном месте. Но не хочу потом заниматься твоим состоянием шока, — сказала принцесса смотря на шатенку.       — Эта лаборатория здесь давно? — это все что смогла спросить Гермиона, хоть в голове было много вопросов.       — За день до того, как я приехала ее сделали. Она конечно меньше чем моя домашняя, но сойдет на время.       — Меньше? — переспросила Гермиона. — Она и так больше чем наша комната.       — Но здесь не уместились все мои приборы.       — Боюсь представить каких размеров твоя настоящая лаборатория, — Гермиона подошла к столу, что находился по центру. — Значить ты интересуешься зельями?       — Нет, просто делаю разные эксперименты и питаюсь создать некоторые лекарства, — принцесса взяла с морозильника несколько колб.       — Теперь я поняла, почему ты скорее всех делаешь зелья и они всегда идеальное…       — Я перед этим делаю его здесь и еще пытаюсь улучшить, — Уэнсдей встала возле стола и положила колбы.       — И сколько лет ты этим занимаешься?       — Шесть, — Уэнсдей достала тетрадку со шкафчика.       — Подожди ты, что со семи лет делаешь зелья? — удивленно спросила Гермиона.       — Согласна это было поздно, в этом виноватая королева, которая не хотела купить мне все нужное.       — Ого, — Гермиона уперлась об стул и смотрела на шкафчик с ингредиентами. — А почему ты разрешила мне сегодня прийти сюда?       — Я заметила в твоем характере странную вещь, — Уэнсдей посмотрела на шатенку. — Ты умеешь достать любого. Поэтому я тебя привела для своего спокойствия.       — Значит ты решила связать свою магическую жизнь со зельями? А почему не взяла к внимания другие предметы?       — Ну историю я сдала еще в прошлом году. Трансфигурация интересная, но анимагом я не собираюсь вставать. Астрономия и прорицания — бесполезные предметы. Нумерология — нужна, но там уже все известно и открыто. Заклинания и Защита от Темных искусств, — принцесса вздохнула и сделала небольшую паузу, после чего продолжила: — Там я могу знать только то, что будут учить. Поэтому мне остались только три предмета: зельеварение, травология и руны.       — Ты и травологией с рунами отдельно занимаешься? — спросила Гермиона, которая была явно заинтересованная.       — Да, у меня свой сад, где разные растения растут. А древние руны заставляют мой мозг работать сильнее.       — Можно тебя обнять? — Гермиона была рада, что встретила человека, который разделял ее взгляды. Хоть то, что протокол много ей запрещал она не поддерживала.       — Если подойдешь ближе чем нужно, я возьму палочку и отброшу тебя, — сказала Уэнсдей даже несмотря на девушку.       — От объятый люди еще не умирали.       — Скажешь это на могиле моей шестой по счету няни, — сухо ответила принцесса.       — Ты что…?       — Я не люблю касаться других людей и не люблю когда прикасаються ко мне, — ответила принцесса.       — Хорошо… можно остаться с тобой сегодня?       — Если будешь молчать.       — Супер, — Гермиона хотела обнять девушку, но вовремя остановилась и просто пошла рассматривать зелья, которые стояли в шкафу.

***

Уэнсдей пожалела, что разрешила остаться Гермионе уже через 30 минут. Ведь шатенка начала сначала тихо восхищаться зельями, которых они не учили. Особенно те зелья которые создание с книги, которая была взятая с Запретной секции. Дальше был рассказ, о том как хорошо Невилл сварил сегодня зелья и даже Снейп не мог, был придраться. И он хоть не дал им балла, но зато не снял. И как Невилл рассказывал о том, как теперь должен перед Уэнсдей. Ведь она ему помогла и согласилась помочь в учебе. Хоть он и не понял, как будет учиться если нельзя с ней общаться. Потом о том, как Гарри спрашивал про нее. И как часто Гермиона общается с принцессой. Уэнсдей сдалось, что она говорила о нем более нежно чем про Невилле. Хотя если быть точнее использовала больше приятных слов в отношении Гарри. Но Уэнсдей стало интересно, что парень теперь боится ходить на прорицания из-за того, что ему прошлый раз сказала профессор. Уэнсдей узнала об словах профессора Трелони и о собаке… Сама ж принцесса решила молчать и не отвечать на ту тему. Ведь теперь она понимала, что собака это Сириус Блэк. Точнее она узнала, что он незарегистрированный анимаг. Кроме этого Уэнсдей много чего узнала про Гарри и решила, что для полной информации ей придется с ним поговорить. Это как раз она и не хотела. Но не выдержала Уэнсдей рассказ Гермионы, когда та заговорила об Хагриде. Ведь шатенка начала плакать. Слушать о том, как великан расстроен из-за того случая, было не интересно. Тем более о том, чем они теперь занимаются на уроках.       — Так, на сегодня достаточно, — Уэнсдей сняла себе защитные очки и перчатки.       — Ты закончила? — спросила Гермиона смотря, как принцесса пошла мить руки.       — Нет, но ты так много говоришь и это меня отвлекаешь. Поэтому лучше пойти в комнату, мне еще нужно написать кое-что.       — Извини, что отвлекла. Просто ты умеешь очень хорошо слушать. От этих слов Уэнсдей была удивлена впервые за месяц. Ведь не думала, что если не отвечать человеку, значит уметь его слушать. Хотя она действительно запоминала, всю информацию которую говорила Гермиона и другие.       — Пошли, — Уэнсдей одела свой рюкзак и подошла к двери.       — О тебе еще не рассказала о…       — Молча будем идти, или я тебя здесь закрою и открою двери только завтра вечером, — сухо ответила Уэнсдей даже не смотря на шатенку.       — Хорошо, ты наверное устала после сегодня, — Гермиона встала напротив Уэнсдей. — Знаешь ты удивительная. Ведь ты не пытаешься никому понравится и при этом нравишься всем.       — Прям повторила слова моей бабушки.       — Оуу, это ж хорошо? — с улыбкой на лице спросила Гермиона, но сразу убрала улыбку когда, почувствовала на себе холодный взгляд принцессы. — Все поняла, до конца сегодняшнего дня буду молчать. Гермиона вышла с комнаты и за ней Уэнсдей, которая закрыла комнату на ключ. После чего они пошли в сторону Гриффиндорской башни. Гермиона, как и обещала, молчала до самой башни. И только сейчас Уэнсдей смогла погрузиться в свои мысли. А обдумать ей было что…

***

Уэнсдей не любила находиться долго в гостиной. Поэтому заходила туда только, чтобы увидеть новости на доске объявлений. После чего выходила или шла в комнату. И вот когда принцесса зашла в гостиную вместе с Гермионой, то застала громкое обсуждения команды по квиддичу. Шесть людей стояли возле стола и слушали капитана, который сидел на стуле и показывал что-то на пергаменте:       — Это наш, точнее, мой единственный шанс выиграть Кубок школы, — говорил Оливер. — Я играю с вами последний сезон. Это мой последний шанс. Команда Гриффиндора проигрывала семь лет подряд. Нам не везло: были травмы, в прошлом году турнир отменили. — Вуд сглотнул. — Но наша команда самая классная во всей школе! Гермиона не прислушивалась к словам игроков и сразу пошла сесть на диван возле Рона. Как только девушка села, Рон попросил помощи с домашним заданием. Уэнсдей никогда этого не понимала, но решила не обращать внимания. Поэтому принцесса пошла в сторону Гарри.       — В этом году, Оливер, Кубок наш как пить дать! — сказал Фред.       — Мы выиграем, Оливер! — заверила Анджелина.       — Можешь не сомневаться, — прибавил Гарри.       — Только вам нужно детально разобраться в других командах, чтобы узнать их слабые места, — сказала Уэнсдей подходя к ним.       — У нас прекрасная стратегия, — ответил Вуд. — Именно с ней мы победим.       — Я бы не была такой уверенной, — Уэнсдей посмотрела на пергамент, где было расписано новые стратегии для команды, после чего посмотрела на Гарри. — Мне нужно с тобой поговорить.       — Хорошо… сейчас? — спросил Гарри посмотрев на Вуда. Ведь не знал, закончил тот или нет.       — Мы закончили, — сказал Оливер смотря на Гарри и потом еще раз посмотрел на свою стратегию.       — Тогда я свободен, — сказал Гарри смотря на принцессу. — Если хочешь можем отойти.       — Да, — Уэнсдей обернулась и направилась к выходу с гостиной. Гарри молча пошел за принцессой и даже не заметил, как Гермиона внимательно их провожала взглядом. Уэнсдей остановилась только когда они оказались возле лестниц, а портрет «Большой дамы» закрылся.       — Тебе нужна помощь? — спросил Гарри.       — Что ты знаешь об своей семье? — Уэнсдей решила сразу спрашивать то, что ее интересовало.       — Та ничего особенно…       — Момент с родителями и историей твоего рода можем пропустить. Меня интересует другое. Также интересует жизнь с родственниками.       — Например? — Гарри становилось неловко, у него появилось чувство, что девушка знает об его семьи намного больше чем он сам.       — Крестные, друзья семьи, слуги, — принцесса была четка, ведь для полной информации не хватало только расспросить Гарри.       — Та ничего не известно.       — Счет в банку? Старые фотографии? Тебе хоть что-то рассказывали родственники в которых ты жил?       — Ты можешь на меня не давить? — спросил Гарри, которому стало не комфортно от такого количества вопросов.       — Хорошо, — Уэнсдей посмотрела на часы. — У тебя есть 30 минут, чтобы мне рассказать все, что ты знаешь.       — Зачем я должен тебе, что-то говорит?       — Вопросы здесь я задаю, — Уэнсдей говорила очень холодно. — Кроме этого не думаю, что ты хочешь дальше жить в незнание об своей семьи и роду.       — Ты предлагаешь помощь? — Уэнсдей посмотрела на часы.       — Уже 29 минут, так ты начнешь или дальше будешь спрашивать и так понятные вещи? Гарри не знал, что ответить ведь никто до этого не интересовался так сильно ним и его семьей. Да была Гермиона и еще Рон, но никто с них не предлагал помощи, чтобы узнать детально об его семьи. Поэтому за 28 минут Гарри рассказал полностью все, что ему известно. Уэнсдей внимательно слушала и не перебывала. Даже когда Гарри хотел, чтобы она сказала хоть слово. Она же под конец его рассказала, просто обернулась и пошла в свою комнату. Гарри шел за ней до самой комнаты, но она закрыла дверь перед его носом. Он не знал, что она будет делать с этой информацией. Но почему-то был уверен, что она спрашивала не просто так. Гарри не мог уснуть всю ночь от того, что у него не было ответа: Зачем ей нужна была эта информация? Единственное, что он заметил в ней во время разговора, это ее глаза. То как она смотрела на него…

***

Следующие три дня жизни Уэнсдей были обычные, если не считать только: В пятницу Гермиона перед уроками начала расспрашивать Уэнсдей об ее разговоре с Гарри. Принцесса рассказала, но без деталей. Но Гермиона вместо того, чтобы удовлетворить свой интерес начала еще больше расспрашивать принцессу. Невилл теперь садился возле нее на всех уроках. При этом выполнял все условия: ни списывать, ни просить помощи, не говорить. Никто не понимал почему и как, но это помогало Невиллу и он стал более уверенный на уроках. Кроме этого он начал ходить в библиотеке, чтобы писать уроки с Уэнсдей. Но только при условие, что садится не близко к ней. Перед ужином ей не давал проходу капитан команды Оливер Вуд. Который расспрашивал о своей стратегии и какие там могут быть не учеты. Потому что Уэнсдей была уверенна, что стратегия не идеальная. Она все время молчала и не отвечала ему, пока он не пошел за ней прямо до комнаты. Поэтому перед тем как закрыть двери она высказала все, что считает не правильным в стратегиях. Суббота и воскресения были спокойные ведь Уэсндей не выходила с комнаты и решала дело связанно с Поттером. Так же оправляла письма всем людям которые могли дать ей нужную информацию. Поэтому все было хорошо до вечера воскресения… В Большом зале Уэнсдей села, как всегда, в начале стола. Ведь там было мало людей и она могла спокойно побыть одна. Так было до этого дня…       — Я сяду возле тебя, — уверенно сказала Гермиона и села напротив Уэнсдей. Уэнсдей только вздохнула и продолжила есть.       — Рон меня бесит. Представляешь он считает, что мой Живоглот может скушать его крысу. Да кому она нужна? — Уэнсдей только смотрела на тарелку и иногда бросала взгляд на Гермиону.       — Ты можешь не отвечать, знаю что ты не говоришь во время еды, — Гермиона положила себе картошку и мясо в тарелку. — Просто меня это уже бесит. Она какая-то ненормальная, это еще моему котику нужно бояться ее. — Гермиона налила себе сока в бокал. — Ну не может крыса жить 12 лет! Гермиона была очень нервной это было видно не только по лицу и словах, но и то как она ела. Уэнсдей продолжала свой ужин и ей стало спокойно когда Гермиона замолчала, но к ним подошел Фред.       — У меня есть сообщения, — сказала парень садясь возле Гермионы.       — Ты решил убить крысу Рона? — спросила шатенка. — Потому, что я готова это сделать.       — Нет, — парень странно посмотрел на девушку. — Хотел вам сказать, что через пять недель мы сможем пойти в Хогсмид, — Фред был явно рад этой новости. — Я загляну в лавку «Зонко». У меня как раз кончаются драже-вонючки. А ты была когда-то в Хогсмиде? Фред посмотрел на принцессу. Уэнсдей не обращала на них внимания и дальше продолжала молча есть.       — Она не говорит когда, кушает, — объяснила Гермиона.       — Ого, ты бы в нашей семье сума сошла, — ответил Фред смотря на принцессу, которая даже на он не смотрела. — Ну значит так, вам сообщил и пойду дальше. Парень пошел дальше по факультету и всем рассказывал эту новость. Уэнсдей ж посмотрела на Гермиону, которая резко поменялась. Еще минуту назад была зла, а теперь расстроена. Когда Гермиона подняла лицо, то увидела, что принцесса смотрит на нее, жуя мясо.       — Если ты хочешь… можем пойти в Хогсмид и я тебе покажу деревню, — сказала Гермиона и тяжело вздохнув начала быстро говорит: — Просто в Гарри ужасные родственники, они не подписали его разрешения, чтобы пойти в деревню. И в этом году он не сможет ходить с нами. Я не скажу, что хотела бы чтобы он был возле меня во время выходных. Но оставлять его одного в замке мне не хочется. Гермиона сказала все это на одном дыхание после чего взяла свой бокал и полностью выпила сок. Уэнсдей назад посмотрела на тарелку, чтобы отрезать еще один кусок мяса. Но как только она опустила взгляд Гермиона, продолжила:       — В этом всем виновато Министерство. Уже столько времени прошло, а они до сих пор не поймали Блэка. Если бы он был задержан, то была бы возможность чтобы Гарри отпустили с нами. Но преступник на свободе и Гарри нельзя ни на шаг выходить из школы, — Гермиона сделала паузу. — Спасибо, что выслушала и извини за этот порыв эмоций. Гермиона закатила глаза когда Уэнсдей делала вид, что ее не слушает и продолжила свой ужин. Уже через десять минут принцесса отложила приборы и провела свою процедуру. Вытерев губы, руки и выпивши бокал с водой, она посмотрела на Гермиону.       — Если будешь продолжать так есть, то у тебя скрутить живот. А ночью просыпаться из-за этого я не собираюсь. Уэнсдей встала со стола и взяла свой рюкзак, после чего направилась в комнату. Гермиона ж смотрела на принцессу пока та не вышла с Большого зала. Она поняла, что соседка имела в виду то, что она ела сначала скоро и с большими порциями. А потом выпила сразу большое количество сока. Это не очень полезно, ведь сначала ты ничего не почувствуешь. Но уже через пол часа тебя начнет болеть живот от того, что он не может нормально переварить еду. Поэтому Гермиона просто отодвинула тарелку и пошла в библиотеку, ведь есть ей уже перехотелось.

***

Уэнсдей зашла в комнату и сразу подошла кровати Гермионы. Ведь на ней лежал интересующий ее персонаж. Поэтому присев перед кроватью, принцесса посмотрела на кота. Она знала рассказ об нем и почему Гермиона его купила. Поэтому поняла сразу: Кот — не обычный, а с магическими способностями: он моментально чувствует, кто есть кто. Про таких животных Уэнсдей читала, была еще два года назад, но встретила только сейчас.       — Я поняла, что ты пытаешься мне сказать, — кот посмотрел на Уэнсдей. — Крыса на самом деле не проста. Она как-то связанна с Сириусом Блэком. Поэтому ты готов мне помочь?       — Мяу! Кот спрыгнул с кровати и подошел кровати Уэнсдей. Он прыгнул на нее, а после на стол который стоял в метре от кровати. Кот положил одну лапку на черный сундук. Уэнсдей сразу подошла к нему и открыла, после чего достала все материалы, которые у нее были об Сириусе.       — Мяу! Кот, как будто говорил, что она все делает правильно. Уэнсдей разложила все данные на кровати и посмотрела на кота. Тот смотрел на пергаменты, после чего прыгнул со стола и запрыгнул на кровать. Через несколько секунд кот присел на один из пергаментов. Уэнсдей сразу подняла кота и взяла пергамент в руки.       — Питер Петтигрю? Уэнсдей смотрела на фотографию бывшего ученика Хогвартса, который когда-то дружил с родителями Гарри. Она уже знала историю от четырех парней, которые были лучшими друзьями. И так же знала, что Сириус скорее всего анимаг. Ведь только так можно было сбежать с Азкабана. Она быстро нашла фотографию четырех друзей и начала активно писать новые данные…