Мой Ангел

      Дин в очередной раз опрокидывает в себя бутылку пива, чтобы заглушить странное стеснение, бушевавшее в его сердце. От яркого света и белых стен тошнило не хуже, чем от сопливой мелодрамы. Он переглянулся с Сэмом, который выглядел таким же настороженным, но с чашкой чая, будто это бы помогло ему освоиться в новом мире. Ничего подобного! Кружка была сделана из качественного мрамора и даже не отдавала запахом, отчего не походила на те, из которых Сэм обычно пил что-то помимо пива.       — Значит, ты… учишься в школе? — Дин закатил глаза на попытки младшего брата завязать разговор с собственным сыном.       Тёмная макушка, на затылке которой красовался маленький хвостик, перестала прятаться за учебником. Карие, мамины глаза с интересом оглядели сидящих мужчин. В них вспыхнули нотки любопытства, а улыбка, украсившая лицо мальчика, стала широкой и тонкой.       — Как и все дети, — деловито кивнул Джаред. Он закрыл учебник и отодвинул его, будто намекая, что теперь точно не будет заниматься учёбой. Дину показалось это неудачной идеей. — А вы, значит, мои папа и дядя из другого мира?       Дину не нравилось смотреть в лицо мини-Сэму и что-то отвечать. Тот был весьма дружелюбен и вежлив, что совсем выбивало из колеи. Ну как можно быть таким милашкой в тринадцать лет? А как же скандалы и побеги из дома? Винчестер умалчивает, что его племяш почти с него ростом. У них все дети такие высоченные или Сэм просто постарался со своими генами?       — Именно, — картинно улыбнулся мужчина, пытаясь найти хоть одну зацепку, чтобы поговорить с новоиспечённым сыном-не-сыном. Его взгляд устремился к камину, которого в жизни Сэма никогда не было. Над ним висел огромный портрет, обрамлённый золотом, а на нём была изображена «крылатая» часть семьи Винчестер. — А мы сейчас в чьём доме?       — В доме дяди Кастиила и Дина, — пожал плечами Джаред, также взглянув на портрет. Его улыбка стала лукавой, как у задумавшего шалость кота. С этой миной он повернулся к Дину, который уже ожидал подвоха. — А в вашей вселенной вы тоже супруги?       — Нет, в нашей нет, — затараторил Дин, гневно смотря на смеющегося Сэма. Покрывшись румянцем, мужчина лишь прочистил горло отменным пивом. — Я пока за ним только ухаживаю…       — Скука, — выдавил из себя мальчишка и вернулся к разговору с «отцом», потеряв интерес к дяде.       Неуверенным взглядом Дин прошёлся по портрету, на который боялся взглянуть. Кастиил и Дин сидели на двухместном диване, как вожаки, предводители своей семьи, а у их изголовья стояли те, о которых Винчестер успел многое узнать.       Сердце рухнуло в пятки от осознания, что он сейчас смотрит на своих детей. Они, конечно, не ему попались, пока он путешествовал по мирам, не он их воспитывал, но… Это были его с Касом дети, несмотря ни на что. Яркие глаза, искрящиеся задором, смотрели на него будто в ответ. Один был копией Дина в молодости, а другой, как можно было догадаться, копия юного Джимми Новака. Что ж, парни выглядели очень интересно. В строгой одежде они походили на учеников гимназии, только весёлая улыбка выдавала в них обычных детей.       Совсем скоро Дин и Сэм вернутся домой, где не будет роскошного дома, дорогой выпивки и детей, что будут смотреть на них так лучезарно и восхищённо. Тоска от головы прошлась до сердца, окутав старшего Винчестера в пелену сомнений и тревог. Маленький Джаред, казалось, был рад встречи с двойниками родственников, он выглядел умным малым. Его волосы были немного короче, но Дину почему-то казалось, что они были куда мягче волос его младшего брата. Крошечный и ласковый, неспособный на войны… Дин представил, что такими же были и его дети…       — Посторонись!       Дверь, ведущая в коридор, громко распахнулась и ударилась о стену. Взгляды сидящих приковал к себе парень, влетевший в гостиную на скейтборде. Дин сразу же узнал в нём одного из мальчиков с семейного портрета. Он был старше, выше и без той наивности, что была у него в глазах. Подкатив к столу, парень запустил пятерню в макушку Джареда, запутывая ему волосы. Мальчик недовольно забубнил, пытаясь противостоять натиску двоюродного брата.       — Миша, хватит! Ты мне всю причёску испортил, — буркнул Джаред, получив в ответ лишь громкий смешок.       — Заплетёшься заново, принцесс, — хихикнул парень, поднимая свой острый, орлиный взгляд на сидящих мужчин. — О, вы те самые чуваки, которых родители с собой взяли?       Чуваки растерянно переглянулись, надеясь, что сейчас этот невежа резко умолкнет и превратиться в одну из копий своих родителей — вежливых и не грубых. Надеялся в основном Сэм, а Дин просто сделал ещё один глоток пива, переваривая, что рядом с ним сейчас находится его же сын. Парень протянул им свою руку, как бы «официально» здороваясь. Его рукопожатие было крепким, уверенным и бодрым. Это был совсем не тот милый мальчик с портрета. У этого юнца были отросшие лохматые волосы с несколькими радужными прядями. Глаза были остры и внимательны, будто вся жизнь зависела от того, как много он видит. На коже, не скрытой одеждой, виднелись фрагменты татуировок. Дин не сомневался, что Миша весь был украшен цветными тату.       — А где родаки? — подняв скейт, парень неряшливо прошёл до холодильника. Открыв его, Миша начал доставать еду. — Вы будете бутеры? Умираю с голоду.       Живот Дина призывно скрутился при виде мяса, которое начал разделывать Винчестер-наследник. Капелька слюны прошлась по горлу, намекая на пустоту желудка. Мужчина хотел было согласиться на предложение сына-не-сына, но его прервал тоненький голосок племянника.       — Дяди Кастиил и Дин скоро вернутся, они пошли за сувенирами для Винчестеров из другого мира, — проговорил Джаред, завязав на голове новый хвостик. Мальчишка недовольно открыл учебник, возвращаясь к учёбе. Его карие глаза осуждающе наблюдали за старшим братом. — А где Дженсен? Обычно вы в обнимку ходите. И, умоляю тебя, помой руки и унеси скейтборд с кухни.       — Завали, зануда, — отмахнулся парень, с весёлой улыбкой направляясь к столу. Через секунду перед Винчестерами появился большой поднос с пятью тарелками, на которых лежали массивные сэндвичи, и чашками чая. — Налетайте, пока не отобрали. Прямо как в Скуби-Ду.       Дин метнул вспыхнувший азартом взгляд на Мишу, усевшегося рядом с Джаредом. Тот перехватил его взгляд с лукавой улыбкой и молча кивнул на бутерброды. Несмотря на развязность собственного поведения, парень интеллигентно повязал на шею полотенце, чтобы не испачкаться во время приёма пищи. Однако, на зло брату, руки не помыл и скейт не убрал. Дин усмехнулся на этот небольшой бунт, протягивая руку к одному из сэндвичей.       — Этот не ваш, — остановил его строгий голос Миши. Рука Дина так и застыла над одной из тарелок. Парень схватил его за запястье и направил к другой тарелке. Винчестер заметил, как перекатывается жемчужный браслет голубого цвета по коже руки мальчишки.       Такой же оберег, как и у его отца. Губы Винчестера расплылись в снисходительной улыбке.       — А этот уже ваш, — начал объяснять Миша с деловитым видом. Дин как завороженный разглядывал свой и чужие сэндвичи. — Я сделал такой же, какой любит отец. С большим количеством перца, мяса и соусов.       Дин действительно обожал такие добавки. Он облизнулся и, обнажив зубы, вонзился в сэндвич. Последовал томный стон удовольствия от обилия вкуса. Обжигающая соленость соусов наполнила его рот до основания. Миша гордо улыбнулся, довольный своими кулинарными способностями.       — Для дяди Сэмми я сделал сэндвич из овощей и вареной курицы, — продекламировал Миша. Сэм послушно взял протянутую племянником тарелку. Одну из оставшихся парень пододвинул к Джареду, другую к себе, а третью рядом с собой. — Джаред ещё растёт, так что ему самый большой сэндвич с кучей всего. Сам я обожаю бургеры, поэтому сделал свой максимально на него похожий. А Дженсен любит…       — Сэндвичи с беконом и огромным количеством сыра! — выкрикнул голос, ворвавшийся в гостиную. Джаред что-то недовольно пробурчал про отсутствие манер у старших братьев, кушая свой бутерброд.       — Видимо, нормально ходить не входит в их умения, — пробормотал Сэм, озадаченно смотря на вошедшего. Смазливое личико подростка, украшенное яркой улыбкой. — Дин, да он же твоя копия в молодости!       — Сам знаю, — в тон ему ответил Дин.       Парнишка, влетевший в гостиную, лёгкой походкой подошёл к братьям. Подмигнув оригиналам, он с удовольствием потянулся к своему сэндвичу, из которого чуть ли не вываливались кусочки сыра. Он не удосужился надеть хоть что-то в качестве защиты, отчего тут же испачкал в сыре идеально выглаженную белоснежную футболку. Джаред насмешливо хмыкнул, угощаясь чашкой чая.       — Ну ты и свинья, — хохотнул Миша, протягивая брату бумажную салфетку. Дженсен, как поняли Винчестеры, выхватил из рук парня салфетку и принялся очищать одежду. На его руке Дин заметил жемчужный браслет салатового цвета.       — Как смотрю, на Джека ты не приготовил еду, — задумчиво протянул Дженсен, слизывая с пальцев остатки сыра. Он казался изящнее своего брата-близнеца, но его манера есть говорила об обратном. Где один был изыскан, другой был просто ужасен. Так про себя подумал Сэм, наблюдающий за братскими разборками.       — Богам еда не нужна, — с набитым ртом ответил Миша, запивая сэндвич крепким чаем, шумно хлюпая. Винчестеры поморщились.       — И всё-таки он нефилим, в первую очередь, — продолжал настаивать Дженсен. Он взглянул на оригиналов, будто ждал от них поддержки. — Вот Иисус же кушал, так почему бы и Джеку не поесть? Он обещал прийти к вечеру.       — Раз так хочется, то сам ему бутерброды делай, а я наелся и хочу куда-нибудь лечь, — зевнул Миша, отставляя чашку обратно на поднос. — К тому же, сейчас день, а не вечер.       Винчестеры в недоумении хлопали глазами. Сэм едва дотронулся до своего бутерброда, заинтересованный разговором близнецов. В руках Дина же оставался лишь маленький кусочек булочки, бывший когда-то огромный и аппетитным сэндвичем.       — Иисус был нефилимом? — пораженно переспросили оригиналы, привлекая к себе внимание.       — Ну, а как бы он мог тогда делать из камней хлеб, а из воды вино? — вздохнул Дженсен, перемалывая во рту свой бутерброд.       — Но он ведь сын Бога, а не ангела, — задумчиво протянул Сэм. Дин решил сделать очередной глоток пива, чтобы всё стало куда яснее.       — Хрен редьки не слаще, — с каким-то странным акцентом ответил им Миша, пожав плечами. Его орлиные глаза заполнились ехидством и самодовольством. — Да и маловато вы знаете, чтобы с нами спорить.       — Иисус был сыном архангела Мишеля, — решил всё-таки объяснить Джаред. Рты Винчестеров так и застыли распахнутыми от услышанного. — Давайте-давайте, переваривайте новую информацию вместе с бутербродами.       Все Винчестеры продолжили молча обедать, дожидаясь возвращения родителей. По словам Джареда, его отец решил свалить с женой в Египет, поэтому попрощаться не успел. Дин буркнул про себя «чёртов сукин сын» и запил нотку обиды пивом. Супруги же вернулись где-то через час с небольшим подарочным пакетиком. За это время Винчестеры уселись за монополию. Дин, Сэм и Джаред проигрывали близнецам, объединившимся в одну команду. Первым делом, поздоровавшись с парнями, Дин подошёл к сыновьям и потрепал тех по голове. Сэм умилительно улыбнулся на это, но неожиданно строгий голос, распространившийся по гостиной, заставил его лицо принять озадаченный вид. Он переглянулся со старшим братом.       — Дорогие мои, а домашнее задание вы уже сделали? — проворчал Дин, пока Кастиил с вежливой улыбкой протягивал Сэму пакетик. Тот благодарно улыбнулся, насмешливо глянув на брата, которому ничего не досталось. Охотник обиженно фыркнул. Внутри оказался редкий защитный амулет в виде жемчуга. Переливаясь на свету, он словно светился мягким теплом.       — Да потом мы всё сделаем, отвянь, — отмахнулся от него Миша, переставляя свою фишку на поле.       — Обещали сделать, значит, сделаем, — вторил ему Дженсен, пересчитывая свои деньги.       Дин разглядел на своём же лице то самое выражение, когда уже поздно куда-то бежать. Вся доброжелательность альтернативного Дина куда-то улетучилась, оставив на своём месте отцовскую строгость к строптивым детям. Тяжёлые мужские руки опустились на плечи сыновей. Те сразу же вздрогнули с тяжёлым вздохом.       «А отец из него строгий вышел…» — пронеслось в головах у оригинальных Винчестеров.       — Вы обещали её сделать ещё неделю назад, — запальчиво начал Дин, в чьём голосе уже послышалось гневное рычание. Смущённые оригиналы наблюдали за Кастиилом, ищущем что-то в холодильнике. Тот, словно привыкший к такому, лишь расслаблено улыбался.       Дин потерял дар речи, когда увидел великолепие, которое Ангел достал из холодильника. На мраморной тарелке лежал огромный пирог, от которого шёл обильный пар, благодаря Кастиилу. Дин едва удержался, чтобы не ухватить кусочек пирога, когда аристократические пальцы мужчины поставили тарелку в центр стола.       — О! — заинтересовано отреагировал Миша. Блеск в его глазах вызвал у Дина чувство гордости.       — Пирог… — восхищённо прошептал Дженсен. Его румяные щёки произвели точно такой же эффект на их папу из другой вселенной.       — Никакого пирога тем, кто не сделал домашнее задание, — поставил точку Винчестер и сел между сыновьями.       Дин никогда не думал, что при виде пирога сможет испытать волну страха. Он вспомнил все домашние задания, которые не сделал за всю школьную жизнь и, встретившись взглядом с серьёзным двойником, испытал опасения. А ему-то хоть пирог дадут?       Пока близнецы насупившись молчали, зазвенели тарелки, которые Кастиил подготовил для пирога. Обменявшись улыбками, мужья начали раскладывать угощение. Каждому по два кусочка. Всем, кроме близнецов.       — Угощайтесь, — прошептал нежный голос Ангела, чья лира уже витала в воздухе и играла одну из своих мелодий.       — Это бесчеловечно, — обиженно заметил Миша. Дженсен с тоской наблюдал, как Сэм пробует кусок пирога. Мужчине даже стало неловко от такого пристального взгляда.       — Так вы и не люди, — фыркнул Дин, подавая Джареду его тарелку. — Нефилимы же.       — Я требую пирога! — взорвался Дженсен. Его обиженное лицо раскраснелось, отчего парень стал выглядеть на несколько лет моложе. — И я объявляю бунт!       — Мы требуем уважения к нашей любви к пирогам, — поддержал брата Миша, уверенно стукнув ладонью по столу. — Пирога нам!       — Пирога нам!       — Нам пирога!       Дин наблюдал, как гнев алыми пятнами расползается на лице двойника. Мужчина стойко держался ровно минут пять, а потом заверещал, подобно банши, отчего уши всех присутствующих загнулись в трубочку. Только Кастиил продолжал спокойно трапезничать.       — Всё, вы меня достали! — вспыхнул Винчестер, рассерженно поднимаясь с места. — Ешьте свой пирог, пока я вас сам в него не утрамбовал!       Суровый взгляд двойника переместился на оригиналов, что сжались под знакомым малахитом. Дин не мог поверить, что его версия из комедийной вселенной может внушать страх и уважение.       — Идёмте. Вам пора возвращаться домой, — скромно улыбнувшись, Дин протянул руку мужу, чтобы вместе с ним выйти из дома.       Охотники повиновались альтернативным и, попрощавшись с детьми, которые были несказанно счастливы, пошли на выход. Дин в этот момент пережёвывал свой второй кусок пирога.       На улице сияло яркое солнце, которое редко могло обрадовать Винчестеров, привыкших радоваться только тогда, когда замочат какую-нибудь тварь. Рядом с домом мужчины увидели разрез мироздания, откуда не так давно к ним выскочили двойники. Теперь же настало время им покинуть место, звучащее спокойствием и гармонией, чтобы зажить своей привычной жизнью.       — Дин, я хочу сказать тебе несколько слов, — двойник схватил оригинального себя за руку с лёгкой улыбкой на устах. Малахитовые глаза с теплотой глянули на Сэма. — Ты уже свой подарок получил, поэтому можешь идти. Удачи тебе, братишка.       Смущённо улыбнувшись, Сэм обнял Кастиила, что стоял рядом и, в последний раз глянув на старших братьев, вошёл в разрез. Через секунду его уже не было, отчего сердце Дина на секунду рухнуло в пятки.       — Он вернулся домой, — прошелестел голос Ангела в унисон с его лирой. Его расслабленная улыбка передала спокойствие и Винчестеру.       — И какой же подарок меня ждёт? — усмехнулся Дин. — Самый вкусный пирог на свете?       Дин не ожидал, что сможет рассмешить самого себя. Улыбка Винчестера впервые была такой яркой и счастливой. Даже в зеркале охотник никогда не видел себя таким счастливым. Двойник крепко обнял его, погружая оригинала в лёгкий аромат парфюма и чистого белья. Дин Винчестер был потрясающим, словно являлся принцем из тех сказок, в которых всё заканчивалось хорошо. Усмешка украсила лицо Дина, когда он в ответ обнял это нежное создание.       — Дин Винчестер, запомни навсегда, ты достоин любви. Ты достоин всего самого лучшего. И любовь твоего ангела всегда будет с тобой, — горячее дыхание мужчины объяло его шею, как тёплый шарф. Сердце само собой успокоилось в надёжных крепких руках. Мужчина никогда и не думал, что крепким плечом для него сможет оказаться он сам.       — Ты слишком сентиментален, — стеснительно усмехнулся Дин, размыкая объятия. Покрывшись лёгким румянцем смущения, мужчина попытался с вызовом взглянуть на затихшего Ангела. — Так, и где мой подарок?       Кастиил уверенно протянул мужчине свою лиру, которую практически никогда не выпускал из рук. Дин, терзаемый сомнениями, всё же взял её. Он тут же почувствовал разлившееся тепло и спокойствие. Может, ему показалось, но он услышал голос своего ангела, Кастиэля. Мужчина спрашивал у Сэма, где его старший брат.       — Пусть это будет островом спокойствия в вашем сражении, — улыбнувшись, помолился Кастиил. В его вселенских глазах Винчестер увидел будущее, в котором он счастлив. Его волосы немного длиннее, он носит тёмную куртку, катается на своей Детке вместе с Касом и путешествует по разным мирам. Будто увидев волшебный сон, Дин не мог поверить своим глазам. — Ступай к своему ангелу. Он давно тебя ждёт.       Улыбнувшись мужчинам в последний раз, Дин с нескрываемым рвением пересёк границу миров. Из-за лиры он продолжал слышать голос Кастиэля, зовущий его. Сердце бешено застучало, когда перед глазами возник Ангел. В бункере, впереди всех, с взволнованным лицом и растрёпанными волосами. Его глаза засияли небом, когда он увидел лицо своего охотника.       — Дин, — криво улыбнулся Кастиэль, будто Винчестера не было целый год.       — Я вернулся, Кас, — с облегчением выдохнул Дин и без колебаний обнял своего ангела.       Звуки лиры, будто разбалтывающие всем чувства Дина, разнеслись по всему убежищу. Сэм снисходительно улыбнулся, распознав в череде нот свадебную мелодию.