Эссе "Архитектура отношений Бернини и Борромини"

Огонь в камине разыгрался с особым безумием. По стенам растекся ослепительный свет пламени. Температура в летней знойной комнате накалилась до предела. В топку друг за другом летели рукописи, чертежи, наброски… С особым треском горели архитектурные макеты зданий. В эту жаркую ночь сгорел целый ручной город, так и не получив возможности реализоваться на просторах Италии. Казалось, что комнату охватил хаос, почему казалось? Так и было… Это был пик сумасшествия Борромини. Тогда он уже не казался тем самым молодым, горячим, талантливым парнем, который вот-вот приехал в Рим. В его глазах читалась жажда власти, неподдельное желание отомстить и… полное отчаяние. Лицо давно покрылось морщинами, руки сильно огрубели, глаза перестали блестеть. Депрессивное расстройство давно убило Франческо изнутри, но физическое тело продолжало существовать. А сегодня и оно сдалось. Тело больше не желало терпеть всего этого морального гнета, своей бесталантности. Тело желало смерти. В любом своем проявлении. В этот самым момент, когда разум уже был полностью отуманен и не мог сопротивляться страсти, Борромини в агонии швырнул кучу оставшихся работ в камин, схватился за голову и выпустил истошный тупой звук из своей грудной клетки. Время остановилось, жизнь тоже. Только за окном мир кипел, но это никак не волновало архитектора. Он давно уже жил в своем мире, обособленном четырьмя облезшими стенами. Борромини поднял пустые глаза. В правом углу стоял меч, опертый на рукоять в землю. На кончике его острия играл солнечный зайчик, от чего-то напомнивший Франческо о лете 1619 года. О том самом лете, которое изменило всю его жизнь. На лице безумца показался силуэт кривой улыбки. На момент туман в голове рассеялся. «Это всё было ошибкой…» - подумал душевно больной, - «Это все было неправильно»...