Love shot

— Ты совсем охренел? — почти орёт Чан, поднимаясь с пола, на который был опрокинут выстрелом в грудь. Потирает ушибленное место, пытаясь осознать происходящее. Этот мелкий хрен выстрелил в него! Выстрелил! Практически в упор! Ликс уверен, что в голове агента проскочил более грубый комментарий, но Чан сдержался. А Феликс лениво перекатывает палочку от чупа-чупса из одного уголка рта в другой, внося данные в программу. — Мне нужно было испытать костюм на прочность для твоего следующего задания. И вообще — скажи спасибо, что не боевыми. Чан слышит этот холодный и надменный тон и бесится. Этот чертов гений-изобретатель появился в их агентстве месяц назад, и Чан практически сразу же его невзлюбил. Но сколько бы от Криса не пытались добиться причины коллеги, по которой он постоянно цепляется к этому милому-симпатичному-лапушке технику из отдела научных разработок, ничего внятного сформулировать агент не смог. Просто… Феликс казался ему странным. Ненастоящим? Крис видел его улыбку и бесился, слышал смех и вновь бесился, замечал сияющие глаза, когда Ликс рассказывал что-то о своих разработках, и продолжал беситься. Его раздражало всё — ласковый тон его голоса, язвительные и остроумные ответы на выпады Чана, самодовольный взгляд на очередной планёрке, а особенно — вздернутый курносый носик, увенчанный очками, когда он проходил мимо агента в коридоре. Насколько было известно Чану, проблем у Ликса со зрением не было, а эти очки не более чем муляж, что делали парня в чужих глазах невиннее и привлекательней. Черт. С чего Крису вообще есть до этого дело? Его друг Минхо, однажды став свидетелем особо бурной перепалки между Крисом и Феликсом, заявил, что сексуальное напряжение между ними так и искрит, и если Чан не предпримет решительных шагов, то полыхнет так, что из пепла он вряд ли потом восстанет. Агент посмотрел на друга, как на умалишенного, заявив, что тот себе всё напридумывал, но Хо лишь пожал плечами, сказав, что, напротив, выглядит все очевиднее некуда. И свинтил во все тот же отдел разработки, но уже к своему любимому мужу Хенджину, оставляя Чана переваривать информацию и скрипеть зубами посреди коридора. Крис всячески избегал совместных проектов и заданий, сведя возможность контактов к минимуму, но на новую миссию ему все же назначили тест оборудования совместно с этой занозой. Ликс на планёрке воспринял информацию спокойно, равнодушно скользнув взглядом по лицу Чана, и заявил, что ему требуется практическое испытание новой разработки. Перед начальством Чан отказаться не мог, а потому лишь кивнул, на заявление техника, что агенту требуется явиться в испытательный блок к десяти вечера, хотя и был удивлён временем встречи. И вот он тут. Его встретили все так же равнодушно, засунув руки в карманы белого халата, и кивнули в сторону какой-то одежды, отдаленно похожей на термобельё. На вопросительный взгляд, лениво пояснили, что это и есть новая разработка — ткань, что должна спасти его от прямых нападений с оружием, а также оснащенная дополнительными датчиками мониторинга состояния тела, которые передают информацию в специальную программу. И это надо протестировать. Но едва Чан взялся за штаны, Феликс скучающе добавил, что для чистоты эксперимента необходимо снять нижнее бельё. Агент чуть воздухом не подавился от таких слов, но желание скорее все закончить и разойтись в разные стороны перевесило, и он не стал огрызаться. Переодевался Чан демонстративно — прям в испытательном блоке под цепким чужим взглядом, не упуская возможности продемонстрировать свои мышцы, и лишь отвернулся от изобретателя, сбрасывая собственные трусы и натягивая низ костюма. А когда повернулся обратно — укомплектованный и раздраженный, заметил лёгкий румянец на щеках техника. Реакция его заинтересовала. Но младший (и по званию, и по возрасту — Чан узнавал) быстро вернул себе на лицо маску безразличия и для Криса начался персональный ад. Его загнали в бассейн, заставив проплыть несколько раз туда-обратно, отправили на беговую дорожку, нагрузили физическими упражнениями и еще много-много всяких странных требований — встать/сесть/повернуться. Сам Феликс всё время находился рядом, постоянно внося данные в планшет и скользя взглядом по фигуре агента, при этом иногда закусывая губу или играясь с палочкой от конфеты во рту. Чан заметил это случайно, и развидеть уже не смог, ощущая, как что-то скапливается в его груди, и это не привычное ему раздражение. И даже удивляется своей собственной реакции. Может, правда он слишком не обоснован в своих нападках на парня? Однако, когда после короткого перерыва, который ему дали, чтобы отдышаться, Феликс в него выстрелил, то новое чувство быстро исчезло, вернув на место привычную ярость, туманящую рассудок. Крис подлетает к изобретателю, зажимая у стола, и смотрит гневно. — О таких вещах предупреждать надо! — Думаешь на миссии тебя предупредят? — Ликс иронично выгибает бровь, разглядывая агента. От Чана веет животной энергией: глаза опасно сужены, а ноздри хищно раздуваются, и внешний вид в принципе не сулит ничего хорошего. Ликс знал, что ткань выдержит, потому что её уже испытывали с настоящими пулями, но для эксперимента, было важно зафиксировать реакцию именно человека. И цель достигнута — данные сейчас как раз считываются и записываются в программу. Крис стоит близко, практически нависая над изобретателем, вынуждая того упереться бедрами в край стола, и, наверное, так близко они находятся впервые с появления младшего в агентстве. Слишком близко. Невыносимо близко. Феликс не понимал почему Чан вдруг взъелся на него, ведь дорогу он ему нигде не перешел, но старший вел себя слишком вызывающе, постоянно цепляясь в разговорах, а Ли не собирался спускать это на тормозах. Постоять он за себя мог, а потому отвечал на каждый выпад. И всё же Крис был одним из лучших агентов и поработать с ним хотелось. И желательно без перепалок. Но Чан словно не умел иначе. Хотя Феликс и видел, как он общается с другими. — Сейчас мы не на миссии, — огрызается Чан, но от техника не отходит. Видит, как бегают глаза младшего, а дыхание становится глубже. — Важен был эффект внезапности, — хрипло выдыхает Ли, и это не скрывается от внимания агента. Очень интересно. Крис разглядывает Феликса, и впервые замечает насколько младший красив — гладкая кожа, теплые глаза, обрамленные пушистыми ресничками, курносый носик и пятнышки веснушек по щекам. А еще губы — пухлые и блестящие от слюны, после шустрого язычка, манят смять их в поцелуе. Последняя мысль возникает внезапно и Чан делает маленький шажок назад, потрясенный собственным осознанием. Вновь смотрит на младшего и совершает следующее открытие — Ли с него ростом, но комплекция раза в два меньше, и это заметно даже под большим халатом, в который он прячется. У него изящные кисти и ладошки — такие крошечные, что кажется Чан сможет спрятать обе руки в одну свою. Пепельные волосы, собранные в неряшливый хвостик на макушке, с парой выпавших прядок, кажутся такими мягкими, что кончики пальцев зудят от желания прикоснуться и убедиться в своей правоте. И очки-обманки в позолоченной оправе только добавляют баллов к милоте. Чёрт. Когда Крис успел свернуть в своих мыслях в эту сторону? Агент делает еще шаг назад. Вспышка злости сходит на нет, а желание скорее закончить эксперимент и убраться домой возрастает в геометрической прогрессии. Феликс тем временем коситься на экран монитора, и делает глубокий вдох, когда Чан отшатывается назад. Смотрит на графики с датчиков и замечает интересную кривую по одному из показателей. Глаза хитро сужаются. — Что еще осталось протестировать? — Чан задает вопрос, но в глаза изобретателю старается не смотреть. Феликс догрызает конфету во рту и выкидывает палочку в урну. Пробегается пальцами над экраном планшета, тыкая куда-то весьма сосредоточенно, а затем бросает взгляд в угол под потолком, хищно улыбаясь, когда видит, что огонёк камеры гаснет. Откладывает планшет в сторону, отталкивается от края стола и делает шаг к агенту, задумчиво рассматривая Криса. — Последний тест — это сбор данных о пиковой нагрузке на организм в стрессовых ситуациях, — серьёзно заявляет Ликс. — Теперь гранату в меня кинешь? — нервно хмыкает Чан, поднимая взгляд на изобретателя и теряется внезапно, сталкиваясь с тёмным взглядом младшего. — Я тебя поцелую. Крис не успевает осознать, что ему только что сказали, как Ликс делает к нему шаг, цепляя ткань кофты на груди, и впечатывается в губы агента поцелуем. Старший замирает буквально на секунду, опешив от такого поведения, но включается в игру на полную, едва сладкий от недавно съеденной конфеты маленький язычок техника скользит в его рот. Чан опускает руки на талию Феликса, рыча и перехватывая первенство в поцелуе, прижимает к себе сильнее сминая пухлые губы, покусывает несдержанно и не дает и шанса отстраниться. Ладони исследуют чужое тело через одежду, оглаживая бока, чувствуют, как Ликс вздрагивает от касаний и тихонько стонет. Крису становится интересно узнать, как младший будет реагировать на его прикосновения без преград. Нельзя сказать, что идея совсем уж внезапна, ведь за сегодня он думает в эту сторону не первый раз. Может прав Минхо на счет напряжения между ними? Развить и подумать мысль, однако агент не успевает, так как ощущает весьма недвусмысленное касание в паховой области. Тело реагирует предательски быстро, и спустя два-три жамка рукой, маленькие ладошки Феликса уже вполне настойчиво лапают полноценный стояк. Младший отстраняется и дышит загнанно, воздух в помещении вышел покурить, а пока Чан осоловело хлопает глазами, изобретатель вообще падает на колени перед старшим и тянет вниз штаны, открывая доступ к члену. Глаза Ликса загораются восхищением, едва чужое возбуждение оказывается на свободе, да еще и с глухим хлопком мажет низ кофты предсеменем, что обильно выделяется на головке, представая во всей красе. Феликс, впрочем, не только от этого восхищается — перед ним шикарнейшие ноги, в которые он вцепляется пальчиками. Так по-собственнически, что старший издает стон вперемешку с шипением, и опускает взгляд. Лучше бы не опускал. Потому что возбуждение достигает своего предела, когда Феликс проводит своим маленьким язычком по напряженному бедру старшего, дует на след, чтобы запустить мурашки, а потом заглатывает головку, встречаясь взглядом с Чаном. Всё. Конечная. Крис не понимает, как ему удалось не спустить сразу же, но собой гордится. Хотя картина у его ног впечатляющая. Вид пухлых губок, что минутами ранее он так остервенело целовал и покусывал, а теперь так правильно и жадно растянуты вокруг его члена, отключают способность мыслить. А, когда Ли вбирает ствол Чана в себя глубже, то кажется и способность членораздельно говорить. В принципе говорить. Крис чувствует жар и влажность чужого рта, его тесноту, касание мягкого язычка к стволу и стонет, стягивая с изобретателя резинку, чтобы освободить волосы, сразу же зарываясь в них пальцами. Не давит, но ощутимо сжимает у корней, отмечая, что был прав и волосы Ликса действительно удивительно мягкие. Самому Феликсу ситуация видимо нравится, потому что он насаживается глубже и урчит довольно, посылая вибрацию по стояку, которая слетает с губ Чана очередным несдержанным стоном. Младший помогает себе рукой, придерживая член у основания, сжимает пальчиками ту часть, где недостает ртом, и мягко касается тяжелых яичек, которые буквально требуют скорейшего опустошения. И хватает пары касаний, чтобы так всё и произошло — Чан закатывает глаза в блаженстве, громко стонет и слегка вздрагивает, когда приходит к финишу, спуская в горло изобретателя приличное количество спермы. Не знает радоваться или смущаться от того, что Ли даже не закашливается и глотает всё до последней капли. Но вот то, что он после этого перформанса лишь утирает губы и возвращается к столу, вновь клацая по планшету и даже не смотрит в сторону агента, злит неимоверно. Это что… всё? А ведь Чан отчетливо видел, когда халат натянулся в интересном месте, что у техника стоит. — Данные получены, последний тест можно считать оконченным, — хрипло сообщает Феликс, пытаясь вернуть своему голосу холодность и не поворачиваясь в сторону Чана. Объясняться со старшим ему сейчас точно не хочется. — Можешь снять костюм и идти домой. Я доработаю его и на миссию ты получишь новый… Ну уж нет. Крис потом попытается придумать себе разумное оправдание, почему его голову посетило такое решение, но он лишь окончательно выпутывается из штанов и делает шаг к изобретателю, зажимая его между своим телом и столом. Ликс вздрагивает, когда рука агента опускается на его стояк и подается бёдрами назад, пытаясь уйти от прикосновения, но лишь подливает масла в огонь, впечатываясь в чужой пах. Чувствует, что Крис снова возбуждается и его ведёт от этой мысли. Старший оттягивает ворот его водолазки, выглядывающей из-под халата и прижимается губами к шее, оставляя влажный поцелуй. — Мы не закончили, — томно шепчет Чан и по загривку младшего пробегается табун мурашек. Вкрадчивый голос звучит настолько сексуально, что член Ликса дёргается в штанах, вновь указывая на то, что ему нужно дополнительное внимание. — Это не было пиковой нагрузкой. Рука старшего расстёгивает пуговицы на халате, для лучшего доступа, а потом проворные пальцы расстёгивают молнию, прижимая собачку к возбуждению изобретателя, и скользят под ткань белья, сжимая пальцами вставший член. С губ младшего срывается всхлип и Ли приходится упереться руками в собственный стол, потому что ноги отказываются его держать. Крис радуется такой реакции, но считает своим долгом спросить разрешения (хотя, возможно уже поздновато): — Продолжим? — Да, — Феликс стонет, растворяясь в чужих касаниях, и толкается бёдрами на встречу. И почти чувствует затылком, как губы старшего расплываются в улыбке. — Отлично… Крис не медлит, получив зелёный свет, и разворачивает техника к себе лицом, вновь сминая сладкие губы в поцелуе. Целует настойчиво, долго и со вкусом, не отказывая себе в покусывании и без того припухших губ. Аккуратно старается сместить все вещи в один угол стола и усаживает младшего на его поверхность, стягивая штаны с нижним бельём. Феликс оказывается податливым до невозможности — стонет сладко, выгибается под касаниями отзывчиво и откидывается спиной на стол, раздвигая ноги шире, когда пальцы Чана касаются сжатого колечка мышц. Крис стопорится на мгновение — сосать-то можно и без смазки, а вот разрабатывать только слюной не очень, а младшему делать больно не хочется совсем. Ликс понимает его без слов, ныряя в тумбочку рядом со столом и выуживая маленький тюбик лубриканта протягивает Чану, пытаясь скрыть алеющие щёки в сгибе собственного локтя. Чан обязательно спросит для какого-такого испытания требуется смазка с запахом дыни, но всё потом. Позже. Сейчас он выдавливает субстанцию себе на пальцы, размазывая по подушечкам и согревая. Мажет легонько по дырочке и видит, как живот изобретателя поджимается. Успевает отметить что на животе-то четко очерчены кубики пресса, да и ноги выглядят достаточно сильными и делает в голове пометку, насобирать на младшего побольше инфы. Желательно завтра. Лично и в каком-нибудь ресторанчике со вкусной едой. Растяжка проходит на удивление быстро и плавно — Ликс, смущаясь, поясняет, что перед экспериментом успел заскочить домой и развлечься, чтобы сбросить напряжение после их дневной перепалки. Крис на такое заявление только хмыкает, однако соглашается, что способ действенный. После минета спорить и ругаться с изобретателем больше не хотелось. А вот заняться с этим же изобретателем сексом — очень даже. Первый толчок плавный, осторожный, но все равно заставляет Феликса выгнуть спину и закатить глаза. Крис входит до конца и замирает, давая время привыкнуть. Покрывает лицо изобретателя маленькими поцелуями, отмечая каждую веснушку. Скользит пальцами под водолазку, от которой не стал избавляться и сжимает талию, выбивая судорожный вздох. Начинает медленно толкаться, притягивая к себе Феликса ближе и, кажется, шепчет что-то, хотя слов ни первый, ни второй не различают. У Ликса в голове сплошной белый шум — ощущения от того как двигается в нем старший просто фантастические. А Чан и вовсе теряется в жаре чужого нутра, готовый признать, что секс с Феликсом — это лучшее, что у него было. Толчки становятся резче, стоны, что срываются с губ, громче. Крис набирает скорость, притягивая Ликса все ближе к себе, впечатывает в свой пах, наблюдая, как собственный член исчезает в младшем. И когда ритм становится совсем бешенным, Феликс вздрагивает всем телом и сипит, кончая. Младший сжимает Криса так сильно, что он еле успевает выскользнуть из него и излиться на пол. Руки старшего мелко трясутся, и он опускает голову на грудь техника, пытаясь отдышаться. Слушает бешенный ритм чужого сердца и вздрагивает, ощущая маленькие пальчики в своей шевелюре. Ликс перебирает прядки волос, глядя в потолок, и размышляет к чему это всё теперь приведёт. И к чему в принципе хотелось бы прийти. Спустя минут десять, когда дыхание приходит в норму, а лежать на столе уже не кажется хорошей идеей, Чан поднимается с младшего и поднимает его следом. Помогает убраться и собраться, отходя к собственным вещам. Переодевается и поворачивается к изобретателю, замечая, что тот вновь склонился над планшетом. Выглядит Феликс сонно и немного потрёпанно, и Крис находит это милым. После всего, что тут произошло, мысли больше не кажется ему странными, а потому он решает не ждать завтра. — Как ты смотришь на то, чтобы мы позавтракали у меня дома? Феликса вопрос удивляет, но он совершенно не против. — Положительно.