Forever my love

***

— Как же я тебя ненавижу, — злобным тоном сказал Юнги. — Ты невыносим. Атмосфера становилась всё напряжённей. Глаза парня горели от ярости. Хотелось накинуться на старшего и больно ударить или покусать. А Хосок лишь ухмыльнулся на все слова и начал неторопливо подходить ближе. — Не смей подходить ко мне, придурок. — А что? Боишься, что не сможешь оставаться таким же грозным? Грозным котёнком добавляет мужчина про себя. Хосок резко прижал тело Юнги к стене, обжигая его щёку горячим дыханием. — Уйди от меня, не хочу тебя видеть. — голос дрожал, дыхание участилось. Парень был зол, но и одновременно хотел, чтобы Хосок прикоснулся к нему. Отгоняя эти мысли прочь, он упёрся руками в твёрдую грудь старшего (ведь мужчина не просто так ходит в зал, чтоб его!) и попытался оттолкнуть его. — Дай пройти! Немедленно! — Не дам, вечно ты устраиваешь истерики из-за пустяков. — Это не пустяк!.. Ты… улыбался ему… а он тебе… — Чёртов ревнивец. Хосок знал, что шея — слабое место младшего (от которого тот всегда тает, как мороженое на солнце) и не задумываясь, припал к ней с поцелуями, оставляя после них багровые засосы. Губы растянулись в победной улыбки, когда Юнги не смог сдержать сначала стон, а потом и хныканье. — Прекрати… ах… это не… ах… честно… — Да? — спрашивает Хосок, не соглашаясь, как говориться на войне все средства хороши. Старший сильно всасывал бледную кожу, чуть прикусывая, а потом зализывая. Он чувствовал, как тело Юнги покрывалось мурашками, дрожью. Руки легли на аппетитные, упругие ягодицы и начали сжимать их. Отстранившись от шеи, мужчина накрыл пухлые губы. Младший сначала пытался сопротивляться, пытаясь отстраниться от губ Хосока, но стена сзади не позволяла сделать этого, как и плотно сомкнутые губы, которые всё же под напором старшего приоткрылись, позволяя языку проникнуть внутрь. — Ммм… Хосок стянул с парня футболку и потянулся к возбуждённым соскам. Он медленно обводил их языком, дул на них, слушая вздохи. Юнги окончательно сдался в плен этой бурной страсти, забывая о злости. Он просто не может устоять перед Хосоком. Как бы Юнги не злился, он никогда не перестанет любить и желать своего мужчину. Не в силах больше сдерживать себя, Хосок поднял парня под ягодицы и понёс его в их спальню. Продолжая целовать желанные губы, старший повалил Юнги, нависая сверху. Как же долго он этого хотел. Этот ревнивый котёнок после завтрака в кафе, где случился прецедент, не позволял целовать себя и касаться, но сейчас ему ничего не мешает, чтобы показать свою любовь. Глаза в глаза, губы в губы, руки в замок. Член глубоко проникает в дырочку, вызывая этим волну удовольствия и громкие стоны с просящим «ещё». — Попросишь меня прекратить? — неожиданно спрашивает Хосок. Младший быстро-быстро мотает головой из стороны в сторону. Просить остановиться Юнги даже не думал. Раздвинув ножки пошире, он принял чужое возбуждение в себя полностью, издавая стон облегчения, вперемежку с наслаждением. — Аах, Хоби… — темп толчков постепенно ускоряется и это у обоих вызывает долгожданное удовольствие. Бесконечные сладкие поцелуи, нежные ласки (то как Хосок аккуратно отлаживает руками бёдра, переходя на талию) и бешеный секс… это всё что нужно Юнги, чтобы успокоится. — Ещё… ещё… быстрее… Мужчина ускоряется, сталкиваясь с влажными от смазки ягодицами, отчего Юнги стонет громче и прогибается в спине сильнее, впиваясь своими ноготками в спину старшего. А после бурно кончил на свой живот, издав на выходе ещё один громкий стон. Тело содрогнулось и всё ещё принимало в себя твёрдый член мужчины, пока тот не излился внутрь, заполняя парня своим семенем. Сколько прошло? Час? Или больше? Два обнажённых тела по-прежнему лежали в обнимку и наслаждались теплом друг друга. Даря нежные прикосновения и поцелуи, которые сводили с ума и заставляли полностью раствориться в этих моментах. — Каждый твой приступ ревности заканчивается нашим бурным сексом. — Заткнись. — Люблю тебя, милый, — с самой нежной улыбкой отвечает Хосок. — Люблю, — смущённо бурчит младший.

***

Медленно разлепив веки, парень морщится от внезапного ударившего по глаза света, льющего из окна. Но глаза он так и не закрывает, заинтересованно уставившись вместо этого на задницу любимого прямо перед собой. Тот с кем-то негромко переговаривается по телефону, параллельно завязывая свой галстук, и младший не сдерживается от слабого щипка за ягодицы, обтянутые тканью классических брюк. — Доброе утро, — довольно хрипит он, достойно терпя неслабый толчок ногой в бедро и читая во взгляде Хосока то, что тот думает о парне в данный момент. Закончив разговор, Хосок хмурится и бросает взгляд на свои наручные часы. — Ага, утро в четыре часа дня, — вздыхает он, снова отворачиваясь, но чужие большие ладони плавно скользят по его рёбрам, замком сцепляясь на животе, утягивая назад, и Хосок падает на своего парня, который тут же утыкается носом в загорелую кожу на шее старшего. — Крошка… Пусти, мне идти нужно. — Ты себя видел вообще? — хмуро произносит Юнги, прикрывая глаза. — А что не так? — Ты в этих штанишках покруче любой порнозвезды, знаешь? — тихо хохочет младший, за что получает слабый удар локтем в живот. Руки медленно сползают ниже, настойчиво отлаживая грудь, бока, невероятные бёдра и всё, до чего могут дотянутся. — Я из-за тебя на встречу опоздаю… — бурчит Хосок, откидывая голову назад, когда шею касаются сухие губы Юнги. — Перенеси, — шепчет парень, задирая заправленную в брюки рубашку и пальцами касаясь обнажённых участков кожи. — Ты у меня, любимый, всё равно в этих штанах никуда не выйдешь. — А что, ревнуешь? — хихикая и скрывая надежду в голосе, произносит Хосок и прикрывает глаза. Юнги никогда напрямую не заявляет о своей ревности, так что мужчина спокойно выдыхает. — Ревную, — соглашается он, и старший чуть ли не давится слюной, резко разворачиваясь в руках младшего и нависая сверху. «Тобой слишком легко манипулировать, Юнги…» — думает про себя мужчина, седлая бёдра парня. — Ох, какие мы шустрые… Перенесёшь встречу? — победно ухмыляется Юнги, вскидывая бровь. — Перенесу, котёнок, — сладко шепчет Хосок на ушко парня, наклоняясь к его лицу, чтобы подарить первый поцелуй за сегодняшний день.