Стипендия, наркотики, любовь, кретинизм

      Цукаса понятия не имеет, каким образом его и Гена вообще связали даже какие-то мало-мальские узы дружбы.       Возможно, тогда, когда Шишио третий раз подобрал, торчавшие со стороны коридора из замочной скважины, забытые соседом, ключи. Возможно. А, возможно, когда Асагири, не понятно с какого перепугу решил, что написать Цукасе в третьем часу ночи будет отличной идеей. Ведь, действительно, кто вообще в такое время спит?       С тех пор эта ситуация повторяется из раза в раз, и Цукаса считает это чистой воды издевательством. Сегодняшняя ночь не является исключением.       Уже который раз, в полтретьего Ген будит Шишио, написав в чате абсурдное «Спишшш?». Цукаса отвечает ему, что теперь уже нет, переворачивается на другой бок и начинает ждать следующего сообщения — а оно обязательно последует. Не дождавшись ни текстового, ни голосового сообщения, спустя пятнадцать минут Цукаса вновь засыпает.       Просыпается он спустя несчастные восемь минут, от уведомления о новом сообщении. Тихо воя в подушку, Шишио открывает чат, глядя на голосовое сообщение длинной в полчаса и тринадцать секунд. Глаза против воли хозяина, широко раскрываются, от осознания того, что ему придётся столько прослушать и, мало того — понять этот бред. Как это сообщение вообще умудрилось прогрузиться — вот это вопрос действительно вселенского масштаба.       Шишио нажимает на произвести аудиозапись, потирая виски, безуспешно готовясь к моральному изнасилованию. Аудио начинается с шороха одежды и крика какого-то алкаша на фоне. После слышится осипший тихий Генов голос:       — Короче, у меня такое произошло, — говорит поспешно парень, буквально дыша в микрофон. — Мне надо кому-то выговориться, но в контактах я нашёл только твой номер — не считая конечно номера Суйки и Магмы, но им я точно душу изливать не стану — так что, теперь тебе придётся терпеть мой бубнёж.       — Кому ты лапшу вешаешь, — бухтит в пустоту Цукаса, зная, что у Асагири просто километровая телефонная книжка, и проблем в выборе собеседника у него быть не должно.       — Так вот, сегодня, пока я ждал Кохаку в парке на скамейке — она попросила погулять с ней и ещё каким-то парнем — свидание это или нет, я не понял — но пока я её ждал, этот парень уже пришёл и успел подсесть ко мне на скамейку. У него ещё была такая странная прическа — будто визуализация взрыва на химзаводе. Может где-то ты его и видел, но честно я хз. Волосы такие белые с кислотно-зелёными кончиками, словно торчком стоят.       Визуализировав в голове образ этого недохимика, Цукаса осознал, что в его окружении таких особей отродясь не водилось.       — Да, наверное звучит абсурдно, — «Не то слово» — думает Шишио, но продолжает слушать бред этого сумасшедшего. — Но ему эта прическа шла и, судя по тому, что о нём рассказывала Кохаку, она не так уж и сильно отдалилась от его личности. Ну так вот, чего я вообще записываю это гс. Пока мы сидели на скамейке, у него из прически выбилась прядка и я ему, естественно, об этом сказал. И знаешь что? — заговорщицки произносит он. — Он посмотрел на меня, заправил её обратно, и та-а-а-ак мило улыбнулся. Ты не представляешь, — дальше голос, обсуждающий улыбку, становиться тише, прерываемый завываниями ветра и шелестом деревьев. Ген молодец, лучшее место выбрал, чтобы записать голосовое сообщение.       Цукаса пишет в чат, что «Наверное зубы красивые, раз улыбается мило», надеясь, что эти максимально гейские фразы были сказаны не всерьёз, как ему моментально приходит ответ. «Нет, можно же улыбаться и без зубов». Цукаса моргает. Цукаса собирается написать Гену, что звучит это максимально по-гейски, как сверху экрана телефона начинает отображаться пользователь Ген Асагири записывает голосовое сообщение….       Шишио в панике строчит ему «Стоп, стоп, стоп. СТОП. НЕ ЗАПИСЫВАЙ ГС, ПРОСТО НАПИШИ», понимая, что нынешнее аудио, длящееся полчаса, он закончит слушать далеко не скоро, и на новое у него просто-напросто не хватит сил.       Когда на экране появляется надпись пользователь Ген Асагири печатает…, Цукаса всё же пишет о максимально гейском поведении друга, на что тот отвечает тупым эмодзи «(ʘᴗʘ)», прекратив печатать.       Прослушав оставшуюся часть голосового сообщения, в которой его придурошный друг обсуждал одну-единственную улыбку незнакомца и намерения попросить у Кохаку его номер, Шишио пишет соседу «Че ты вообще на улице в такой час шляешься и гс мне записываешь?». Ген почти сразу появляется в сети, и отвечает, что «Я себя чувствую слишком воодушевлённо, чтобы запирать себя и свои чувства в четырёх стенах». Цукаса лишь отсылает ему сообщение «Не надо, как какая-то стереотипная лучшая подружка, уводить парня у Кохаку», и, отключив звук, отставляет свой телефон на пол. Вот сейчас он точно ляжет спать. И никакой Асагири ему в этом не помешает.

***

      Весь следующий день Ген слишком счастливо ходит летает по шараге - даже не переругиваясь с Магмой - шляясь около одной только Кохаку, задалбывая ту просьбами дать ему телефон того незнакомца.       Кинро, глядя на него, говорит, что во всём виноват хороший сон, Рюсуй — стипендия, Хьёга — наркотики, Рури — влюбленность, Суйка — любовь, Юдзуриха — любовь — а это значит и Тайджу тоже скажет, что всё дело в любви. Один лишь Цукаса считает, что виной всему — кретинизм, максимально гейский кретинизм.