Я люблю тебя, отец.

— Россия, нет! Хватит..! — Нет, не хватит! Я люблю тебя! Я хочу тебя! На полу, на спине лежал красный, как рак, Союз. Его ноги были широко раздвинуты и прижаты к бёдрам, сидящего перед ним на коленках, России. — Прошу, хватит.. Неужели ты и вправду изнасилуешь любимого отца..? Союз смотрел на Россию жалобно и невинно. Будто что-то изменится... — Если продолжишь на меня смотреть, как котёнок, я точно сорвусь. Горе-отец отвернул голову и по его щекам потекли ручейки слёз. Он тоже любил Россию, но как сына и ничего более. Союз изо всех сил пытался подарить детям счастливое детство, особенно России. Всегда был рядом, всегда успокаивал во время истерик. Неужели то, что сейчас творит Россия - это результат такого воспитания..? Не может быть! Из раздумий Союза вырвало действие сына, что окончательно разбило все надежды. Россия уже стянул с отца свитер и гулял руками по телу, иногда массируя соски, из-за чего Союзу было немного неприятно. Наверное спросите: "А почему Союз не может просто вырваться и убежать?". "Нападение" на отца было спланированным ещё давно, поэтому Россия специально начал заниматься спортом. Померив силы, он понял, что содеянному быть. Теперь силы не были равны, как раньше. Россия "напал" на отца, когда тот спал, но немного просчитался, свалив отца и себя на пол, из-за чего спящий проснулся. Воспользовавшись сонным состоянием Союза, Россия и прижал его к полу. И всё это Россия продумывал несколько месяцев. Вернёмся в наше время. — Р-Россия... Но тот уже не слышал, а лишь стянул с себя ремень. — Встань на колени. Союз выполнил приказ сына, ведь вырваться не мог. Россия затянул за спиной руки отца ремнём. Тот лишь тяжело вздохнул. ... — Гх.. Россия, прекрати, на мне уже живого места нет..! Все плечи, ключицы, грудь и шея Союза были в фиолетовых засосах и кровавых укусах. — Ты прав, пора переходить к главному. — Н-нет... Я не хочу..! Слёзы снова потекли по щекам. Россия их вытер и успокаивающе поцеловал отца. — Будет не больно, я обещаю. ... По комнате раздавались пошлые шлепки и громкие стоны, из-за которых Союзу было стыдно за себя. С виду сильный и стойкий коммунист, а стонет, как последняя шлюха. В доме никто не жил, кроме самого Союза и России, поэтому никто им не мог помешать. Союз кончил третий раз, захлёбываясь в собственных слезах то ли удовольствия то ли отвращения от самого себя. Через несколько минут, с гортанным рыком в Союза излился и Россия. Подняв отца на руки, Россия отнёс его в свою комнату, на двуспальную кровать и лёг рядом, укрыв себя и отца одеялом. Россия обнял Союза за талию и прошептал: — Я люблю тебя, отец.