Новый Год пташек

Новый Год всегда приносит это ложное ожидание чуда и чего-то несбыточного. Так и должно быть. Снег скрывает ото всех ужас, и мерзость погибшей природы и серости будней режа своим блеском глаз, как ледяной осколок из детской сказки. У некоторых людей и без всякой магии ледяные души и сердца, зачем пытаться оправдывать свою суть силами природы и мироздания. Бэтмен не имеет чувств, слабостей, его ничего не тревожит, кроме покоя в Готэме. Таким был его отец. Ледяная глыбы, скрывающая хрупкого, раненого ребёнка внутри. А он? Рождённый, чтобы стать наследником и правой рукой Рас Аль Гула, убийцей не знавшим пощады и сострадания, того кто создаст лучший Мир, сыном Бэтмена, который должен стать его тенью, продолжением, его заменой. Последнее ожидание возлагалось на Дика, но тот окончательно погряз в семейном жизни, а Дэмиену нечего терять кроме отца, братьев и сестры. Его жизнь давно потеряла все оттенки, кроме чёрного, белого и серого, только во снах его, тревожили всё переливы фиолетового цвета, что лишь лишний раз напоминали о том, когда это началось, когда на самом деле начался путь его Бэтмена. Мрак, боль, справедливость, ответственность, долгие 10 лет его жизни, до этого года. Кто же знал, что один день, одна фраза, один человек способны порой изменить всё. Вернуть краски жизни и надежду на то, что ты ещё живой человек и душой, и телом. Её возвращение было, как чудо, то во что трудно поверить, как глоток свежего воздуха в космосе, когда кислород уже на исходе. Но это было правдой, невероятной. Самым волшебным было то, что их чувства друг другу никуда не исчезли. Они были также сильны, но теперь завёрнутый в обвёртку зрелости, опыта лет, чёткого понимания чего они хотят. Очень похоже на подарок под ёлкой, красивая, правильная, идеальная упаковка, но вся суть внутри. Ожидание было утомительным, но его скрашивали шары гирлянды, которые он поправлял уже раз в сотый. Долгожданный звонок, щелчок и дверь открыта, а на пороге она… Синие платье без рукавов, выше колен мягко подчёркивало силуэт женщины. Бархатная ткань, казалось, была усыпана звёздами и галактиками превосходно контрастировала с её кожей и белизной полупрозрачных колгот. Пройдя с ней в главный зал, он наконец нашел силы заговорить. — Ты решила заболеть? — Я воспользовалась порталом. — нежная улыбка слегка подкрашенных губ и насмешливый прищур, всё что нужно, чтобы новый Бэтмен объявил о капитуляции. — Ты стал таким сентиментальным — продолжила Рейвен проводя своими пальчиками по накрытому столу рассматривая праздничную ель из далека. — Я внимателен к деталям. — подойдя к ней со спины и отодвинув стул, предлагая ведьме присесть парировал он. Ужин проходил идеально. — И всё же почему снова этот дом? — делая глоток вина поинтересовалась Рейвен. — Здесь проходили первый и последний Новый год, которые мы праздновали вместе. Очень символично, не находишь? — ответил он проводя взглядом по волосам Рейвен, которые ниспадали вдоль её спины до поясницы и аккуратно огибали плечи. — Остригу после праздников — сказала она, потупив взгляд в тарелку. — Не надо — короткая и чёткая реакция на её совсем неуместное заявление. Ему абсолютно все равно, какая у неё причёска, или во что одета. Просто её присутствие рядом и этого достаточно, чтобы зверь внутри мурлыкал, как котёнок и ему всё равно, на внешний вид этой ведьмы. — Они отрастают от использования магии, и… — она запнулась, а на щеках появился лёгкий румянец. Дэмиен довольно усмехнулся и поднял бокал, разряжая обстановку. Ночь окутала своей тишиной и спокойствием. Устроившись возле камина, они говорили о мелочах и вспоминали прошлое. Пустые разговоры не казались бессмысленными или утомляющими, как это было обычно. Ведьма не раз выразила своё недовольство обилием золотого в украшениях дома, и то, как ему идёт белый цвет. Дэмиен сокрушался на нового Джокера, работу, патрули, недалёкость злодеев, и то как долго они разбираются с заданием и допросами русалки. — До полуночи осталось 10 минут. У тебя были какие-то планы на эту ночь? — интересовалась Рейвен, видимо уже дремая на его плече, судя по голосу. — Все что ты захочешь محبوب, но перед этим осталось кое, что ещё — встав с удобного дивана, на котором они перегрелись, и аккуратно подняв Рейвен за руки, повёл её в сторону окна, с которым были связаны самые лучшие моменты их прошедших совместных праздников. Она сразу поняла, скорее даже почувствовала, куда они следуют, и тихонько засмеялась. Присев на подоконник, и усадив девушку к себе на колени, он потянулся за двумя дугообразными серебряными изделиями, что весь вечер покоились в его кармане. — Глупая традиция — насмешливо сказала Рейвен. Он понял, что девушка говорит об омеле, что весела над ними. — Так, что я должна тебя поцеловать? — вопрос определённо был риторический, и девушка просто шутила, но рано. — Через пару минут, محبوب — во взгляде ведьмы читалось непонимание, пока он не надел на её безымянный палец кольцо, без узоров и камней, но из чистого серебра и такое, же оказалось и на его руке. — Это всего лишь помолвка. Так что не стоит говорить, что сейчас не подходящее время для свадьбы — пояснил он, смотря в сапфировые глаза Рейвен, в которых читались: удивление, радость, и что это ещё, испуг, сожаление… Зачем вообще нужно было, что-то объяснять, но такие эмоции заставили чувствовать его обязанным уточнить некоторые детали. Наконец на лице Рейвен появились улыбка и взяв его за подбородок она спросила с издёвкой в голосе: — Ты так в себе уверен? — Назови хоть одну причину, по которой ты можешь мне отказать. -играючи, отвечая на её вопрос улыбался он, а внутри разливалось тепло, как горячая карамель. — Ты умрёшь — не теряя лица и предвкушающего взгляда, ответила она. — Ещё не скоро, محبوب. محبوب — любимая (махбубон)