Музыка твоего сердца

Прошел месяц, наполненный рутинными, но важными событиями. Изабель нашла в городе потрясающего врача, поэтому они с Фарланом сняли отличную квартиру в центре, решив остаться здесь на первое время. Однако, узнав, что будущему отцу необходимо уехать в столицу и доработать там не меньше месяца до перевода в Трост, ей пришлось спешно собирать вещи и переезжать обратно к Леви под его непрекращающийся бубнеж. «Или ты едешь вслед за мужем, или собираешь пожитки и ждешь его в моем доме, мелочь бестолковая», — ругался он на сестру, не допуская и мысли, что она будет жить одна, тем более на таком большом сроке. Группа выпустила сингл, упрямо подбирающийся к вершине чарта, а через неделю в продажи поступил их третий альбом. Они дали организованную Леви большую пресс-конференцию в центральном отеле, во время которой пришла новость о том, что «Демоны рая» номинированы на премию «Прорыв года». — Как вам такое? — спросил один из журналистов. — Это крайне приятная неожиданность, — отвечал в микрофон Эрен, с улыбкой оглядываясь на друзей. — Думаю, мы это заслужили. — Вы добились большой популярности, создавая группу с нуля. Что вам помогает не терять вдохновения? — Мы с самого детства вместе, а сейчас могу с уверенностью сказать, что мы — семья. Мы пишем разную музыку, у нас не всегда совпадают мнения, — все вокруг рассмеялись, — но мы уважаем друг друга и стараемся слушать и слышать. Это важно. Мы как единый механизм — если кого-то не будет, не будет и группы. — Это громкое заявление. Не боитесь, что придется брать свои слова обратно, когда или если кто-то из вас решит уйти и заняться, к примеру, сольной карьерой? Не сказать, что этот вопрос был лишен смысла: к Эрену с подобным предложением подходили уже несколько раз, а недавно и Жана пытались безуспешно переманить в одну известную группу. — Мы еще жить хотим, — усмехнулся Эрен, подразумевая Леви, и получил смачный пинок по ноге под столом от Микасы. — Я имею в виду, как я уже сказал, что мы связаны друг с другом не только контрактом, мы — семья, и никуда друг от друга не денемся. «Ну, конечно, он так говорит, пока их девица не залетит и не решит строить семью», — послышалось перешептывание в первых рядах. — Вы стали намного активнее как музыканты после смены менеджмента. Как так вышло, что вами стала управлять такая известная и неоднозначная личность, как Леви Аккерман? — Нам поступило предложение, — ответил Жан, дернув плечами, — и, как оказалось, решение сменить менеджера стало для нас удачным. Мистер Аккерман прекрасно справляется со своей ролью, можете не сомневаться. — Вас не смущает его, кхм, весьма спорное прошлое? Леви, сидевший справа от Армина, наклонился к микрофону. — Вы можете адресовать свой вопрос мне, если действительно хотите услышать на него ответ, — он прожигал взглядом говорившего журналиста, и тот, не выдержав, замялся и опустил голову, давая понять, что ответ не требуется. — Кстати, мистер Аккерман, — другой представитель прессы оказался смелее, — ходят слухи о ваших отношениях с Микасой Аккерман. Можете их подтвердить? Для фанатов, — добавил он непринужденно, заметив обращенный к нему свирепый взгляд. — Мы обсудим это, когда вы начнете черпать информацию не из слухов, — попытался придать своему голосу расслабленный тон Леви, и по залу пробежали усмешки. — Возможно, у кого-то есть вопросы, связанные с творчеством группы? — Скажите, планируете ли вы тур в поддержку нового альбома? — робко спросил парень простецкого вида с задних рядов, и группа незаметно выдохнула, улыбаясь. — Конни Спрингер, журнал «Музыкальная жизнь». — Спасибо за ваш вопрос, Конни, — оживленно начал Жан. — Действительно, сегодня мы хотим официально заявить, что в декабре, чуть меньше, чем через три месяца, мы отправляемся в тур по стране. Через несколько дней будет выпущена афиша и в продажу поступят билеты. Следите за новостями, — он подмигнул улыбающемуся парню. Спустя еще полчаса группа закончила общаться с журналистами, приглашая их к организованному для них фуршету. Леви ненадолго остался с прессой, а ребята засобирались наверх, где их уже ждала Ханджи, заканчивающая последние приготовления к частной вечеринке. — Итак, мы выпустили еще один альбом, — заговорил Эрен, когда они вчетвером вошли в лифт, и нажал кнопку тридцать восьмого этажа. — И мы получим эту чертову премию! — Жан поднял вверх ладонь, встречаясь пятерней с каждым из смеющихся друзей. — Парни… — у Микасы завибрировал телефон, и она уставилась в экран округлившимися глазами, медленно поднимая на них взгляд. — Тут… тут первое место! — Чего?! — Эрен выхватил у нее телефон, Армин заглянул через плечо — его глаза тут же расширились. — Наш сингл занял первое место! Они мгновение смотрели друг на друга недоверчиво, а потом буквально запрыгали от радости, обнимаясь. Внезапно кабину тряхнуло, свет в ней погас, и лифт остановился. Смех тут же утих. — Ой, — только и произнес Армин. Остальные растерянно оглядывались, видимо, ожидая, что лифт сейчас придет в себя и повезет их дальше. Однако этого не происходило. — А что делать-то? — шепотом спросил Жан через минуту. — Кнопку вызова помощи нажать, тупень, — нервно усмехнулся Эрен. — Микаса, посвети фонариком. Им ответил диспетчер, обещая скорое освобождение. Микаса отправила сообщение Леви, Эрен — Ханджи: «Мы застряли в лифте». Они просидели так еще около двадцати минут, прежде чем услышали хоть какие-то звуки, говорящие о начале ремонта. — Забавно, — усмехнулся Жан, сидя на полу кабины. — Ничего забавного, — Армин явно нервничал, уже вовсю представляя варианты их скоропостижной кончины. — Сам посуди: завтра газеты могут пестреть заголовками «Они умерли молодыми и знаменитыми!» — ЗАТКНИСЬ! — выкрикнули Армин, Микаса и Эрен. Повисло короткое молчание, а после от стен лифта стали отскакивать звуки заливистого смеха всей группы. Именно в таком состоянии их увидел сердитый и слегка обеспокоенный Леви, стоящий за спинами ремонтников, когда двери, наконец, открылись, и застрявших выпустили на свободу. — Вы чего ржете, как кони, отродья? — он протянул руку жмурящейся от яркого света Микасе. — Вас в детстве не научили, что прыгать в лифте опасно для жизни? Не дожидаясь ответа и демонстративно закатив глаза, он повел их по лестнице вверх оставшиеся четыре этажа. Там их встретила смеющаяся Ханджи. — Не можете без приключений, детишки? Ну что, готовы веселиться? — Им бы не веселиться, а лекцию по технике безопасности прочитать, — все еще ворчал Леви. — Аккерман, не делай из мухи слона! — оглянулась она через плечо. — Пойдемте уже отмечать вашу звездность! Как же хорошо проходил этот вечер! Праздничная радостная атмосфера охватила всех, предчувствие наполненного счастливыми событиями будущего витало в воздухе и искрилось, отскакивая от звонких бокалов с шампанским. Эрен и Ханджи наперебой выстреливали идеями к предстоящему туру, Микаса и Энни весело болтали без умолку уже который час, Леви и Армин намешивали все новые коктейли для присутствующих, не забывая предварительно снимать пробу с каждого, а Жан с Сашей танцевали без остановки, срывая овации. К середине ночи Леви, слегка пошатываясь, ушел в свой номер, чтобы принять душ перед сном, а когда вернулся через пятнадцать минут застал весьма поредевшее количество отдыхающих — тех, кто был не в состоянии дойти до своих спален. Саша свернулась калачиком в кресле, Эрен валялся на полу в окружении диванных подушек, закинув ногу на грудь там же сопевшего Жана. Под негромкую музыку у окна спиной к Леви медленно танцевала Микаса. Вернее, она так думала — ее движения больше походили на нестройные покачивания, абсолютно не попадающие в ритм, а бокал с коктейлем в руке только и ждал, когда будет опрокинут на платье. Он стоял, засунув руки в карманы брюк и наклонив голову. Сжимал губы, пытаясь сдержать улыбку. «Чертовка» «Моя», — Леви закусил губу и шагнул в ее сторону, переступая через тела на полу. — Привет, — шепнул он ей на ухо, одной рукой обнимая за талию. — Ммм, — Микаса издала неясный звук, оборачиваясь и заваливаясь головой в его плечо. — Ясно, — сквозь смешок выдохнул Леви, цокнул, когда забирал из ее рук напиток, который тут же выплеснулся на его пальцы, и, уверенно закинув ее к себе на плечо, понес пьяную барабанщицу в их номер. Он прошел весь коридор и остановился у двери, доставая карту-ключ и крепко удерживая Микасу за бедра, пока она мычала что-то нечленораздельное в его спину. — Маленькая пьянчужка, — ласково усмехнулся он, снимая ее с плеча и пытаясь задержать в вертикальном положении. — Да я вообще трезвая! — она надула губы, старательно поднимая веки, чтобы доказать свое сохраненное сознание. — Почему мы ушли? Я хочу танцевать! — наверное, будь она в состоянии, она бы топнула ногой в знак протеста. Леви улыбнулся, покачал головой и запустил руки ей за спину, ища молнию платья, пока Микаса снова навалилась всем телом на него. Замок быстро поддался, и ткань легко скользнула с плеч, оставляя ее в одних трусах. — Холодно, — пробурчала она, прижимаясь к Леви, и вдруг хитро заулыбалась в его шею, — согрей меня. — Под одеялом согреешься, бестолочь, — он обнял ее одной рукой, пододвигая к кровати и прижимаясь губами к волосам. — Хочу с тобой! Поцелуй меня, — выдохнула она в его губы пьяным дыханием, и он нежно прильнул к ней, целуя. — Ложись в постель, Микаса, — собственный голос вдруг дрогнул, хоть тон и оставался настойчивым. — Не хочу, — прохныкала она и запустила руку под резинку его брюк, проводя ладонью по быстро твердеющему члену. Леви шумно втянул воздух через нос, откидывая голову назад и тут же возвращая на место, чтобы найти ее губы, вовлекая в жаркий нетерпеливый поцелуй, пока Микаса скользила пальцами вверх и вниз, жалобно постанывая. Он глухо прорычал и отстранился, вытаскивая ее руку из своих штанов. — В постель. Живо. Этого еще не хватало. Трахаться с пьяной, ничего не соображающей девчонкой. И все же ему приходилось делать над собой усилие: Микаса выглядела потрясающе сексуальной, возбужденной, невыносимо горячей между ног, особенно, когда прижималась к его бедру, пытаясь неуклюже сопротивляться требовательному напору Леви уложить ее спать. — Давай, малышка, — прошептал он ей, укрывая и низко склонившись к лицу. — Завтра спасибо мне скажешь. — Завтра я схкди ммтымостр, — проскулила она в подушку с закрытыми глазами. Леви в очередной раз усмехнулся, но все-таки выдохнул, когда Микаса умолкла. Чего она там завтра? Хотелось бы ему на это посмотреть. Он отошел к креслу и сел, не особо уверенный в собственной выдержке — пусть она хотя бы уснет. Наслаждаться тишиной пришлось недолго. — Ну иди ко мне. Это уже не смешно, — послышался обиженный голос из-под одеяла. — А кто смеялся? — ситуация уже откровенно забавляла. — Приставать не будешь? — Не буду, — пробурчала она. Леви медленно подошел к кровати, стянул с себя футболку и забрался к Микасе. Прижал к себе и зарылся лицом в ее волосы. Главное — самому не начать приставать к этому голому изумительному отродью. — Леви? — Мм? — Думаешь, я сумасшедшая? — Не думаю, — он провел ладонью по ее шее, — я это знаю. — Леви дотянулся пальцами до ее губ и провел по ним, словно размазывая помаду. — И я люблю каждую частичку твоего безумия. — Любишь? — ее дыхание снова стало частым, поверхностным. — Люблю. Он прикрыл веки, глотая еле слышный стон, когда почувствовал, как Микаса невесомо целует его пальцы, и добавил шепотом: — Поэтому очень прошу тебя: засыпай.

***

Утро выдалось ожидаемо поздним, хотя Леви все равно проснулся раньше Микасы. Он заботливо задернул шторы, чтобы яркое сентябрьское солнце не разбудило ее, и спустился на завтрак. Через полчаса вернулся, прихватив с собой воду и немного фруктов. Она, казалось, даже не поменяла позы с момента его ухода, настолько крепко спала. Волосы растрепались по сбитой подушке, одеяло было крепко сжато между ног, будто могло убежать. Леви с минуту любовался изгибом голой спины, сел рядом, кладя руку на ее щиколотку, и, не задумываясь, погладил кожу на ноге большим пальцем. — Микаса, — он даже мог бы назвать ее ангелом, если бы не стойкий запах спиртного в номере, — пора просыпаться, милая. Она не шевелилась, и Леви скользнул ладонью вверх по голени, оперся коленом на кровать и склонился над Микасой, касаясь кончиком носа щеки. Она смешно поморщилась, когда его волосы защекотали лицо, а потом внезапно дернула рукой вверх, словно отмахиваясь от назойливого комара, с силой врезав Леви по уху. — Микаса! — он завалился на спину рядом с ней, не зная, то ли смеяться, то ли ругаться. — Ты что творишь?! — Леви! Ой… — она резко села в кровати, но тут же схватилась за голову и опустилась обратно. — Зачем подкрадываешься… Ох, моя голова… — Я тебя разбудить пытаюсь, дьяволенок ты маленький. А ты дерешься. Он поднялся, достал таблетку из сумки и протянул Микасе вместе с водой. — Выпей. И бегом в душ. У нас встреча. Ты помнишь? А потом… — Не помню, — прохрипела она, возвращая стакан. — Я не удивлен, — он усмехнулся. — А потом нужно ехать домой. Крайне желательно, чтобы к этому времени ты была в состоянии сидеть на мотоцикле. — Я могу, — она уже сидела, свесив ноги на пол, и кивала головой, не открывая глаз. — Я вижу, — Леви закатил глаза и протянул к ней руки, помогая подняться. — Зубы не забудь почистить.

***

Через сорок минут они спустились в фойе гостиницы, где их уже ждали остальные. Было среди присутствующих и незнакомое лицо. — Ян Дитрих, — поздоровался с ними высокий блондин. — Спасибо, что уделили мне время. Наверное, Саша вам уже говорила: я давний фанат вашей группы — слежу за вашим творчеством с первого альбома. — Это вам спасибо. Очень приятно, что вы так долго остаетесь нашим поклонником, — лучезарно улыбнулся Армин. — Блаус сказала, что у вас есть какое-то предложение? — вставил Леви. — Расскажете? — Да, конечно. К делу. С чего бы начать… — Я вас вспомнил! — неожиданно воскликнул Жан, и все повернули на него головы. — Это же автор «Памяти сердца». Да? Это вы? — остальные недоуменно переглядывались, а Ян с улыбкой кивнул. — А я-то думаю, имя знакомое! Ну, вы что, не смотрели это аниме? — Жан махнул рукой, его глаза радостно горели. — Ян, хочу сказать, что это я ваш поклонник! Мы с моей девушкой его до дыр засмотрели! — Так. Это как-то относится к… — начал Леви. — Да, — Ян достал из сумки увесистую папку. — Я несколько лет работал над новым проектом. Студия уже даже рисует первую часть. Совсем скоро можно будет анонсировать её выход, а мне очень не хватает нескольких саундтреков. Я долго не решался выйти к вам с этим предложением, но сочту за честь, если вы посмотрите и — вдруг вас это заинтересует — согласитесь написать хотя бы несколько песен для нового аниме. — Ого… — выдохнул Эрен, а Леви взял папку из рук Яна. — У группы сейчас не очень много времени: они готовятся к туру, — сказал он, изучая титульный лист. — «Атака Титанов»? — Это фантастика в основном. Драма, детектив, в общем, множественное смешение жанров. Работа еще не доделана, но могу заверить — я ее не заброшу. В моей голове, — он постучал пальцем по виску, — уже готов окончательный сюжет. Прошу, прочтите. Возможно, вы все-таки сможете найти время для сотрудничества. — Я готов! — выкрикнул Жан, пытаясь выхватить папку у нахмурившегося Аккермана. — Леви! Мы же можем хотя бы подумать. — Ну. Почему нет, — ответил он после недолгого молчания. — Давайте обменяемся контактами и назначим еще одну встречу, скажем, через неделю. — Я очень рад, — Ян расплылся в улыбке и добавил, чуть занервничав, — только… понимаете, история… она живая. Я постоянно меняю в ней какие-то незначительные, в основном, детали, и… я ведь неспроста сказал, что являюсь вашим фанатом. В общем, где-то месяц назад я дал новые имена своим героям, и… не пугайтесь, если увидите там свои. Несколько мгновений все переваривали услышанное, переглядываясь. К такому они готовы не были — на лицах играли смесь улыбок и странной озабоченности. — Вы серьезно? — тихо спросила Микаса. — Вы писали героев с нас? — добавил Эрен. — Послушайте, если вы будете против, я все изменю, можете не переживать на этот счет. — Я, к слову, вообще не переживаю! — Жан все-таки вытащил папку из рук Леви и усмехнулся. — Надеюсь, персонаж с моим именем — хороший парень? — Жан, — скривил в его сторону лицо Эрен. — Может, успокоишься уже? — Может, вы оба заткнетесь? — прервал начинающуюся перепалку Леви, щурясь от выглянувшего из-за облаков солнца. Счастье. Оно не в мечтах или надеждах. Оно рядом. В том, что нас окружает. Мы создаем его сами. Пусть никто из них сейчас не осознавал этого в полной мере, но оно, не требуя ничего взамен, ласковым перышком уже давно касалось их ярких сердец, отзываясь неясным предвкушением чего-то важного.