Народный герой

Ну и добротную же маску я сделал. Так никто и не снял. Это, конечно, могло лишить меня жизни, задохнулся бы, не дай Мерлин, но маска все равно хорошая... Не знаю сколько я был в отключке, но надеюсь, не долго. Иначе Мэй меня убьёт. Я должен был приготовить ужин. Или нет? А может у Мэй сегодня ночная смена? Какой сегодня день недели вообще? Так, надо вспоминать... Я точно помню, что это был выходной... По другим дням я патрулирую только по ночам. Значит или суббота, или воскресенье. Подорвали здание. Я вызвался с этим помогать... Роды! Я принимал чёртовы роды! Точно! Конечно же, я помню ослепительную улыбку маленького Бена. И кровавое тельце, но об этом лучше не вспоминать... Надеюсь, что они всё-таки назвали его Бенджамином. Было бы классно. А почему я, собственно, в отключке? По мне что-то прилетело... и не раз. Но мне не в первый раз достается по голове чем-то тяжелым, я не должен был так просто с ног свалиться. С последним обломком было что-то не так... Мне как-будто не стеной, а штырем прилетело... Мордред. У меня реально была дырка в спине. Надеюсь, все органы на месте остались... Я приподнялся с кровати. По телу прошла волна боли. Значит, ещё не зажило. Следовательно, я здесь не так долго лежу. А собственно где я лежу? Это больница. А вот и моя спасительница. Мисс Романофф сидела возле кровати, уткнувшись в какие-то документы. Как мило с её стороны было дождаться моего пробуждения. — Мисс Романофф, не хочу вас разочаровывать, но у меня нет денег. Счёт за лечение я не потяну. Женщина вздрогнула и подняла на меня глаза. — Это не то, о чём ты должен переживать, паучок. Ты даже не представляешь, как тебе повезло, что это реально оказалась просто «дырка в спине», а не разрыв каких-нибудь жизненно важных органов. Если я найду у себя седые волосы, знай, в этом виноват только ты. И на твоём месте, я бы волновалась о моём начальнике. Ты его конкретно бесишь. — Тогда почему он до сих пор не здесь, а я не в наручниках? — Потому что он бесит уже меня. Тем более, у меня был выходной. А я не работаю по выходным. Да, и приказа схватить тебя и нести на базу я не получала. Вот узнать твою личность было бы неплохо, но как ты уже и говорил, маску снять ни у меня, ни у врачей не получилось. Так что я оставила эту затею. Но постарайся больше не допускать подобного, в следующий раз я могу быть не такой доброй, или мой работодатель может отдать приказ. А я не советую тебе встречаться с моим боссом. Ты и так уже привлек слишком много внимания. Не к добру это. — Можно один вопрос? — Спрашивай все что угодно, rodnoy, но не стоит забывать, что я хорошо вру. — Сколько я провалялся? Женщина приподняла бровь и посмотрела на меня как на умалишенного. Но на вопрос ответила. — Два часа. Тебя просто зашили и переливание сделали. Ничего особенного. — Славься Моргана! Я уж думал, что попал. Мисс Романофф, мне было невероятно приятно вновь вас увидеть, но мне правда пора. И я не шутил, когда сказал, что у меня нет денег... — Забей, это я отнесла тебя к медикам, значит и платить мне. Тем более, я сомневаюсь, что с тебя хоть что-то потребуют. Обошлось без жертв. Все тебе благодарны и с радостью закроют глаза на подобный пустяк. — Это радостная новость, я переживал, что не успел... — думал, что ещё кто-то умер по моей вине. — Вы меня успокоили. Простите, что испортил вам выходной. Взглядом нашёл свою одежду и притянул её паутиной. Больничные халатики — конечно круто, но в штанах мне как-то попривычнее будет. Не обращая внимания на цепкий взгляд Мисс Романофф, переоделся в свою одежду. — И что? Даже не смутишься? Так не интересно. Я опять разочаровываюсь в твоей скудной реакции. — Я потратил все свои эмоции, пока роды принимал, — женщина лишь закатила глаза. — Знаю, что в этом нет чего-то особенного, но для меня это впервые. Тем более я боялся, что здание рухнет. Ну, и новорождённые реально страшные. Без шуток. Не знаю, зачем существуют фильмы ужасов, если есть видео родов. Ладно, что-то я с вами заболтался. До свидания. — До встречи, паучок. Попытайся не убиться до нашей следующей встречи. — Ничего не гарантирую, но постараюсь. Помахав ей на прощание, я трансгрессировал в свою комнату. Интересно, почему мисс Романофф столь нелестно отзывается о собственном работодателе? Наверное, это не моё дело, но всё же будет лучше не попадаться ему на глаза. Странно было вот так просто перемещаться у неё на глазах, но я устал. И как-то совсем не хотелось паутиной кидаться. Тем более, я больше чем уверен, что о моей способности она уже знает. Наверное, потому босс мисс Романофф и бесится. И да, сегодня — воскресенье. У Мэй ночная смена. Мне повезло. Но ужин всё равно пришлось готовить.

***

Регенерация ушла в астрал. Вернется не скоро. Другой причины, почему моя ранка так и не заросла к понедельнику, я не вижу. Ещё и бинты кончились, и это не очень хорошая новость, ведь помимо зашитой дырки у меня ещё несколько ран имеется, которые неплохо было бы замотать. Надо будет после школы в аптеку заглянуть. — Эй, бро. Ты вообще слушал, что я тебе говорил? — Я просто задумался. Но уверен, что ты говорил что-то о Кристи и том как же хорошо она варит кофе... Арг! Что ты творишь?! Больно же! Нед заехал мне локтем в бок, и по-моему, у меня что-то открылось. Мерлин, не хочу истечь кровью посреди школы. — Да, я ж не сильно... Тебе реально больно? Прости, бро, я чёт не рассчитал сил. Всё нормально? — Всё ок, Нед. Не волнуйся. Я утрировал. Не больно ты меня ударил, успокойся. — Неудачники, вы прям как голубки. Решили раз девичьи сердца вам неподвластны переквалифицироваться пока не поздно? — Только после тебя, Эм-Джей. Как говорится — дамы вперёд. — Да я и не скрываю, что парни меня особо не интересуют. Есть исключения, конечно, но они или уже мертвы, или нас разделяют тысячи километров. — Ты про динозавров? Они прям на все твои критерии отвечают. Ай! Я же просил меня не бить! Если в школе прольется кровь, то виноваты в этом будете только вы двое! Ладно, забейте. Мы же о делах сердечных говорили. Вот и продолжим. Я-то и не скрываю, что меня в принципе ничьи сердца не интересуют. А для Неда твои слова — оскорбление, за которым последует кровная месть. Он уже две недели, если не больше, сталкирит одну баристу. Спасибо, что у них хоть униформа есть и мне не приходится слушать, что она отлично смотрится в новой юбке, или что её блузка — просто отпад. — Ещё бы ты меня слушал! — Начну как только ты спросишь её номер или соцсети. — Тогда она будет считать меня странным. — А то что ты сидишь в кафе по несколько часов, не странно? — Отстань, у нее точно есть парень. Она просто красотка. Уверен, что номер у неё спрашивают по несколько раз на дню. — Ну, вот и ты спроси. Не рухнет же мир, если она тебе откажет? — Не рухнет, а вот если не откажет, уверен, что на планету нападут пришельцы. — Эм-Джей, скажи Неду, что он милый парень, и что вселенная не взорвётся, если ему кто-то ответит взаимностью. Меня он не слушает. — А то что я вас неудачниками кличу, тебя не смущает? Ты уверен, что мои слова хоть как-то помогут? Я не очень хороша в улучшении чьей либо самооценки. Не мой конёк. Я больше по её занижению. — Ну, мы на самом деле неудачники. Тут уж изменить ничего нельзя. Мерлин, Эм-Джей, ты тоже получается неудачница! Не надо было тебе с нами общаться, мы на тебя плохо влияем. — Ген неудачника не передается Воздушно-капельным путем, Питер. Можешь не переживать о моём благополучии. Мы зависаем вместе только потому, что я хорошо смотрюсь на вашем фоне. — Ты разбиваешь мне сердце, я-то думал мы что-то значим для тебя, а ты просто используешь нас. Эм-Джей, ты такая жестокая! — Как вы перешли с того, что я классный парень, на то что Эм-Джей нас использует? — Мы довольно способные, Нед. Ты не должен сомневаться в наших способностях. — Точно. Мы такие. И я вообще не понимаю, почему такой компьютерный гений как ты, до сих пор не узнал всю информацию о ней. Какой тогда смысл в твоих навыках? — Если я это сделаю, то я, и правда, буду вести себя как сталкер. Я вообще-то считаю себя довольно порядочным парнем. — Ну вот и скажи ей: «Пусть я и могу узнать всю информацию о тебе и твоей семье, пока ты будешь готовить этот кофе, но я хороший парень, так что просто спрошу у тебя телефон». — Это самый отвратительный подкат, какой я только слышала в своей жизни, Питер. Это было просто ужасно. Мне от него физически плохо стало. — Зато она его запомнит. Пусть он и звучит угрожающе. Но не знающий о способностях Неда человек может принять его за шутку. Ладно, согласен. Подкат ужасный. Прости, чувак, ничем не могу тебе помочь. — Я и не прошу помощи! Я просто хочу поныть! От вас требуется просто выслушать меня и сказать, что я милый парень и у меня все получится. — Прости, Нед, но я не хочу тебе врать... — Эй! — Ну, я могу одолжить тебе платок, если ты собираешься плакать, — сказал я, доставая из рюкзака аляпистый носовой платок. — Чёрт возьми, бро, ты в каком веке застрял? Ты реально носишь с собой тканевый платок? Ты аристократ или что-то в этом роде? — Я джентльмен, чувак. — Тогда где ваш фрак, сэр? Вы что, вышли на улицу без перчаток? Какое богохульство! — Да-да, издевайтесь над моим бедным платочком. Чем он вам так не угодил? Согласен, что он не особо красив, но у него глубокий внутренний мир. Поглубже некоторых... — Ты же знаешь, что ты странный, Питер? Даже по моим меркам. А я, на минуточку, читаю романы о некрофилах. — А я сижу по четыре часа в кофейне, чтобы посмотреть на понравившуюся девушку. А кофейня находится в другом районе Нью-Йорка. И всё равно, в нашей шайке ты самый странный. — Вы на полном серьезе сравниваете наличие у меня платка с некрофилией и сталкингом? — Да, — одновременно высказались мои «друзья». Чтобы я еще хоть кому-нибудь показал свой Мерлинов платочек... Куда катится мир? Что не так с тканевыми платками? Чем они всем так не угодили?!

***

— Мне странно это говорить, — шепнул Флэш за моей спиной, пока я пытался вслушаться в речь учительницы истории. — Но по-моему у твоей спины месячные. — Что ты несёшь, Томпсон? — но стоило мне опустить взгляд на свою толстовку, как я понял смысл его слов. — Мордред. Это моя любимая толстовка. Ненавижу отмывать кровь... Это требует слишком много перекиси... — У твоей спины реально месячные? — уже чуть громче высказался Томпсон. — Да, — сказал я с абсолютно невозмутимым лицом. — А у твоей спины что, нет менструаций? Тебе бы провериться, Флэш. Это довольно серьёзно. — Иди нахуй, Паркер. Мне плевать почему у тебя кровь, но если ты тут откинешься, это доставит много проблем. — Да-да, я очень ценю, что ты беспокоишься о сохранности моей жизни. — И-д-и-н-а-х-у-й. Уйти с урока проблем нет, но в медпункт идти бессмысленно. Просто так, мне никто бинты не даст, а показывать кому-то свои ранения желания у меня нет. Ладно, схожу хоть промою их.

***

Всё было гораздо хуже, чем я думал. Возможно, мне стоило взять выходной. И идти на пробежку, тоже была тупая идея. Я совсем себя не жалею. От этих бинтов пользы никакой, их, конечно, можно помыть, но в мокрых сидеть тоже так себе вариант. Думал я пока смотрел, как в слив школьной раковины стекает розово-красная водичка. Вот и платок пригодился. Спасибо администрации школы, что жалеют на нас бумажные полотенца. Может реально отпроситься и уйти? И что вообще с моей регенерацией твориться? Я мутант или как? Нужно выяснить причину такой забастовки, не хотелось бы во время боя замертво свалиться от кровопотери. — Ахуеть! — а паучье чутьё куда пропало? А реакция? А супер слух? Я умираю? Какого чёрта я не заметил какого-то дракклового школьника? — Ты носишь с собой тканевый платок?! Не думал, что ты такой чудик, Хлебобулочное... Чёрт, у тебя столько крови, тебя Флэш покусал что ли? — У меня месячные. Озборн не удержал смешка, но в глазах у него читался ужас. — Ты перешел дорогу какому-то мафиози? — У меня просто были бомбические выходные, Озборн. Ничего страшного. Кровь сейчас остановится. — Меня больше волнует почему ты такой спокойный. И почему ты не в больнице, ну или не в медпункте хотя бы. Чёрт возьми, это дико странно. Ты вообще слишком странный для простого куска хлеба. Ты продал почку на чёрном рынке? Тебе так нужны деньги? Чёрт, Паркер, ты вообще хуёво выглядишь. Пожалуйста, не умирай в моём присутствии. — Ты уже второй человек за сегодня, который говорит о моей скорой кончине. Я не так плохо выгляжу, чтобы вы меня в гроб укладывали. — Нет, ты выглядишь гораздо хуже. — Озборн подошёл и дотронулся до моего лба. — Да ты весь горишь! Я, конечно, не доктор, но по-моему тебе нужно в больницу. — Иди куда шёл, Озборн. Я не хочу, чтобы ты обмочился у меня на глазах. Я и без тебя справлюсь. Мне просто нужно поспать и все пройдёт. Да, сон звучит отлично. Ещё бы у меня получалось спать больше четырех часов и было бы просто замечательно, — я попытался закрыть кран, но не мог попасть по нему рукой. — Мерлин, походу мне реально нехорошо. — Я звоню в скорую. Блять, Паркер, почему все самые странные моменты моей жизни связаны с тобой? Это уже начинает бесить. — К дракклу скорую. Я иду домой. — Это плохая идея. Не уверен, что ты дойдёшь. А если ты окочуришься по дороге, то я буду чувствовать себя виноватым. — Помолчи, пожалуйста. У меня голова раскалывается. Хотя нет, ответь на один вопрос. Что страннее, пойти в класс в мокрой толстовке, или вовсе без неё? — И то и другое хуёвая затея. У нас сегодня физра, ты брал форму? — Я хожу на физру в своей толстовке. Я всё равно весь урок сижу на скамейке, какой смысл переодеваться? — Это отвратительно, Питер, но твоя спина выглядит ещё хуже, — на его лице какое-то время было сомнение, потом он выругался про себя и полез в рюкзак. — Я дам тебе свою футболку. Тебе не нужно её возвращать. Не хочу к ней прикасаться после такого. И я вызову тебе такси. Тебе просто нужно будет сесть и назвать адрес. — Твоя футболка стоит дороже всей моей одежды, ты уверен, что хочешь отдать её? — Да, уверен. Считай, что мы в расчёте. Я молчу об этом инциденте, ты молчишь о... ты помнишь о чем. — Не помню. Я не помню никаких плачущих подростков. — Вот именно. А сейчас свали в закат. У меня от тебя кошмары будут. Ты чертовски странная булочка с корицей, Паркер. Перестань ломать моё восприятие мира и оставайся просто бесящим ботаником. Пожалуйста. Сегодня был очень странный день. Я устал. А ещё плакать хочется и кушать. Ну, и поспать бы не помешало.

***

Я провалялся в кровати неделю. Но зато я понял, почему пропала моя «супергеройность». Я заболел. И, оказывается, во время болезни я становлюсь просто Питером Паркером. И это плохая новость. Я думал у меня будет иммунитет к гриппу и ОРВИ. Но жизнь подумала иначе. Шутка ли? Человек-Паук с заложенным носом. Кому расскажешь не поверят. Но я об этом узнал, уже неплохо. Но теперь в школе на меня странно смотрят сразу двое — Томпсон и Озборн. При этом только смотрят, но про тот злополучный день они и словом не обмолвились. Флэш даже ни разу не подколол меня. По-моему, я попал. Но не время думать о таких мелочах. Я, наконец-то, иду на стажировку. Я бы с радостью пошел бы туда и раньше, но Мэй была против. А с Мэй очень сложно спорить.

***

— Питер! Я пришла! Спускайся, я принесла буррито! Я пытался что-то прокричать, но мог только шипеть, будто на парселтанге. Только тётя моя не змея, потому подобную речь не оценила. — Боже, ребенок, что с тобой? — прохладная рука накрыла мой лоб, но тут же исчезла. — Детка, да ты горишь... Дай мне секунду.

***

Никто не заботился обо мне, когда я болел в моей прошлой жизни. Нет, я, конечно видел, что Мэй ухаживала за Питом во время болезни, но это другое... Прочувствовать это на себе — совершенно отличные ощущения. Мерлин... Это чертовски приятно. И внутри было так тепло, что я просто не хотел выздоравливать. Но когда жар спал, и я чувствовал себя уже на твердую семёрку из десяти, я понял, как ошибался. Мэй запрещала мне любую нагрузку. Она мне даже учиться запрещала. И ещё одно откровение. Я — идиот. Я ведь мог просто трансфигурировать себе бинты или просто отчистить прошлые заклинанием, хорошо что я догадался об этом, до того, как Мэй заметила кровь. Иначе скандала было бы не избежать. Но сейчас все хорошо. Тётя, наконец-то, отпустила меня на стажировку. Так что я совершенно счастливый отправляюсь в лабораторию. Если честно, я до сих пор удивляюсь на сколько я наивный молодой человек.

***

— Питер, ты уверен, что у тебя всё нормально? — Ну, да. Я провалялся дома целую неделю. Не думаю, что могу кого-нибудь заразить. — Точно? — Кэс, я чего-то не знаю? Почему вы все так странно смотрите на меня? Все мои коллеги смотрели на меня с нечитаемыми лицами, будто ожидали услышать от меня какие-то удивительные новости. — Потому что ты ввел нас в заблуждение, пацан, нет, шкет, чёрт, как тебя обозвать? Петра Паркер? Нам так к тебе обращаться? Я развернулся и увидел мистера Старка. Что ж я такого натворил? Стойте, Петра Паркер? Нет-нет-нет. Я же не мог так накосячить? — Я отправил вам странное сообщение? — Ну, это с какой стороны посмотреть... Ты просто сделал общую рассылку с одним сообщением. «Я не приду. У меня месячные.» ... — Драккл! У меня просто была лихорадка... — ну, дырка в спине вызовет ещё больше вопросов... — И у меня шла кровь из носа, не останавливаясь... Согласен. Возможно, у меня не всё хорошо с головой... Я реально сделал общую рассылку? Мерлин. Я даже не знаю, как она делается. Хватит смотреть на меня как на сумасшедшего. У меня была температура сорок градусов! Я имел полное право нести всякий бред! — но даже меня самого не убедило подобное оправдание. — Мне слишком стыдно находится с вами в одном помещении. Крысиные кишки! Как же неловко! — Не переживай, Питер, мы тут все сумасшедшие. Это же Старк Индастриз. Твоя внезапная смена пола просто слегка нас удивила. Приступай за работу. Все нормально... Мы принимаем тебя с любыми вторичными половыми признаками. — Но я так и не получил ответ на свой главный вопрос. Я и забыл, что мистер Старк здесь. Мерлин. Я слишком растерянный в последнее время. — Я вас слушаю, мистер Старк. — Допустим, я понял, почему ты это написал. Молодец, что предупредил команду, что тебя не будет. Это похвально. Странно, но не обратим внимание на то, что ты уведомил об этом меня, Пеппер и Хэппи. Но зачем ты рассказал об этом уборщику, охраннику и бариста? Откуда у тебя их телефоны? Зачем им эта информация? Я чего-то не знаю о ваших отношениях? Что происходит в моей компании? И почему я узнаю об этом последний? — ...Мистер Старк, я хочу уволиться. — Отказано. Для начала я хочу услышать о твоих взаимодействиях с моим персоналом. — Вы не можете отказать мне в увольнении. — Кто я? — Тони Старк. — Вот именно, я здесь главный, поэтому я внимательно тебя слушаю. ... Я ненавижу болеть.